# Керт Д.Б. — Ганза в Англии. Западный вектор развития Ганзейского Союза
Источник, извлечён из PDF 2026-08-08. Евразия, СПб, 2025 (Parvus libellus), 159 с. Immutable.
Д. Б. Керт
ГАНЗА В АНГЛИИ
Западный вектор развития Ганзейского Союза 2-е издание, электронное
Санкт-Петербург
2025
УДК 94(4)»12/14» ББК 63.3(0)4 К36
Керт, Дмитрий Борисович.
К36 Ганза в Англии. Западный вектор развития Ганзейского Со- юза / Д. Б. Керт. — 2-е изд., эл. — 1 файл pdf : 159 с. — Санкт-Пе- тербург : Евразия, 2025. — (Parvus libellus). — Систем. требования: Adobe Reader XI либо Adobe Digital Editions 4.5 ; экран 10”. — Текст : электронный. ISBN 978-5-8071-0725-1 В книге отражено формирование и развитие торговых свя- зей между материковой Европой и Британскими островами. Изучается эволюция предпринимательства: как из объединений купцов возникли союзы городов. Автор анализирует структуру торговли, реконструирует колебания ее объема и стоимости на основе первичных источников (главным образом таможенных документов). Особую роль в формировании торговых связей сыграли политические и дипломатические переговоры между двумя сторонами. Именно западный, Британский вектор дея- тельности Ганзы являлся знаковым для судьбы самой Лиги, всей Европейской торговли и мореплавания в целом. УДК 94(4)»12/14» ББК 63.3(0)4
Электронное издание на основе печатного издания: Ганза в Англии.
Западный вектор развития Ганзейского Союза / Д. Б. Керт. —
Санкт-Петербург : Евразия, 2022. — 160 с. — (Parvus libellus). — ISBN
978-5-8071-0512-7. — Текст : непосредственный.
В соответствии со ст. 1299 и 1301 ГК РФ при устранении ограничений, уста- новленных техническими средствами защиты авторских прав, правооблада- тель вправе требовать от нарушителя возмещения убытков или выплаты компенсации.
ISBN 978-5-8071-0725-1 © Керт Д. Б., 2020 © Юрченко К. А., дизайн обложки, 2022 © Оформление, ООО «Издательство «Евразия», 2022 Введение
Одним из наиболее интересных феноме- нов классического и позднего средневеко- вья, без сомнения, являлся Ганзейский союз. Его уникальность и значимость определя- лись несколькими факторами, среди кото- рых первостепенны следующие. Ганза была достаточно автономной самоуправляющей- ся экономической и политической системой, вполне сопоставимой с наиболее продвину- тыми монархиями своего времени. Вместе с тем в ее основе лежала модель олигархи- ческой купеческой республики, однако не в рамках одного города, что было типично для того времени. Будучи союзом множества городов, Ганза предвосхитила такие структу- ры, как, например, Республика Соединенных провинций в Нидерландах, во многом опре- делила пути формирования будущей обще- германской идентичности, стала своего рода действенной альтернативой структурам Свя- щенной Римской империи. 6 Ганза в Англии
Появление Ганзейского союза не было случайным и обусловлено взаимодействи- ем нескольких важных факторов. Мы мо- жем выделить среди них три наиболее зна- чимых. В первую очередь это многовековое со- перничество между германскими и славяно- язычными народами, населявшими юго-за- падные берега Балтийского моря. В процессе продвижения немцев на запад по балтий- скому побережью остро встал вопрос фор- мирования урбанистических структур, нала- живания системы торговых связей, экспорта ремесленной продукции немецких городов и импорта сырья из Восточной Европы. Клю- чевую роль здесь сыграл «новый Любек», за- менивший в 1143 г. славянскую Любицу (Ста- рый Любек) и в 1226 г. получивший статус свободного имперского города. Далее, прекращение эпохи викингов об- рушило к концу XI в. систему транзитной се- вероевропейской торговли, в которой скан- динавы играли ключевую роль. Остро встал вопрос о субъекте, который будет осущест- влять трансфер материальных ценностей между Западной и Восточной Европой. Купе- чество городов Северной Германии с успехом встроилось в эту систему и, по сути, монопо- лизировало ее на очень долгий срок — в При- балтике и Западной Скандинавии, например, вплоть до XVIII в. Введение 7
Наконец, существовал западный вектор. Интенсивный обмен товарами между Се- верной Европой и регионом Средиземно- морья через рейнские земли, Галлию и морские побережья Западной Европы был важным фактором уже в период Рим- ской империи. Постепенно к нему добави- лось британское направление — торгов- ля континента с Британскими островами, осуществлявшаяся через побережья от Ла-Манша до Фрисландии. Даже при спа- де экономики в период Темных веков она не прекращалась, ключевую роль в ней, как и в целом в северных морях, до IX в. играли фризы. Именно это британское направление тор- говли, доставшееся Ганзе по наследству, стало важным фактором трансформации самого ганзейского союза, возникновения в нем относительно автономных групп горо- дов, ориентированных на связи с Англией, изменений в ганзейской политике в целом, важным фактором ганзейского региона- лизма. Рейнские и везерские города к XII в. были однозначно крупнее и мощнее сво- их северных и балтийских собратьев, и со- четание актуальности западного направ- ления торговли с бурным экономическим, демографическим и политическим ростом этих городов обеспечило формирование ганзейско-английского сектора, игравшего 8 Ганза в Англии
исключительно важную роль в общеганзей- ских делах. Стоит отметить, что акцент намеренно смещен автором исключительно на запад- ный вектор деятельности Ганзы, как наиме- нее изученный отечественной историогра- фией. Поэтому богатые и обширные связи Ганзы с Новгородом и Псковом, которые хорошо известны благодаря многим оте- чественным изданиям, вынесены за рамки данной книги. Все внимание мы обратим на Британские острова и западные города не- мецкой Ганзы. В исследовании представ- лены факторы первостепенной значимости региональных торговых интересов групп ганзейских городов, которые оказывали ре- шающее воздействие на формирование как внутренней, так и внешней политики Ган- зейского союза. Так, при достаточном в целом внимании, уделяемом Ганзейскому союзу в европейской и отечественной историографии, вопросы его внутренней структуры и автономной деятельности отдельных подгрупп городов освещены неравномерно. Новгородское, прусское, скандинавское направления ган- зейской торговли и политики представля- ются вполне разработанными, в то время как контакты западных (преимуществен- но прирейнских) ганзейских городов с Бри- танскими островами все еще остаются Введение 9
в историографической тени. Однако имен- но этот западный вектор устремлений Ганзы убедительно демонстрирует взаимовлияние торговых и политических интересов реги- ональных групп городов в процессе выс- траивания ими относительно автономной линии поведения в рамках союза. Благодаря такому разностороннему подходу к пробле- матике Ганзейского союза и пристальному вниманию к его торговым и в дальнейшем политическим связям с Британскими остро- вами мы получаем возможность лучше по- нимать внутреннюю структуру самой Ганзы и проводить более адекватные аналогии с иными географическими векторами дея- тельности союза. Для этого нами используются источни- ки и сборники документов. В них идет речь о деятельности цеховых структур и торго- вых представительств в английских городах, личная документация представителей купе- ческого сословия и административной про- слойки, нормативные акты и законодатель- ные документы. В данной работе внимание акцентировано на англо-ганзейских торговых связях запад- ногерманского купечества и нижнерейнских городов. Несомненно, такое обособление привело к возникновению внутри Ганзы не- формального объединения городов, обла- давших специфическими «проанглийскими» 10 Ганза в Англии
экономическими и политическими инте- ресами, что, в свою очередь, отразилось впоследствии на внутриганзейских отно- шениях и ганзейской внешней политике в целом. Глава 1 Эволюция ганзейско-английских связей
Образование Ганзы
и организация торговых отношений Западной и Центральной Европы Англо-германские торговые связи хроно- логически выходят далеко за пределы су- ществования Ганзы, и с самого начала торго- вые контакты с Британскими островами ока- зывали существенное влияние на развитие немецких торговых городов и купеческого общества. В связи с завоеванием в I веке до н. э. Рим- ской империей огромной территории Галлии и левобережья Рейна где обитали кельты и древние германцы, начала формироваться единая область нового экономического про- странства. Зимой 56–55 гг. до н. э. Гай Юлий Цезарь побеждает вторгшиеся в Галлию че- рез Нижний Рейн германские племена узи- петов и тенктеров. Римские легионы в эти годы впервые пересекают Рейн, а сама река 12 Ганза в Англии
на 400 лет становится северо-западной гра- ницей Римской республики. В новом территориальном образовании прирейнский район стремительно развива- ется, активно растет благосостояние мест- ных жителей. В течение I века до н. э. был основан целый ряд значимых и сейчас горо- дов: Кёльн, Бонн, Висбаден, Вормс, Кобленц, Констанц, Майн, Страсбург, Трир, Базель. Каждый из них являлся весомым центром для торговли, культурной и политической жизни в регионе. Пришедшие на эти земли римляне ста- ли быстро налаживать торговые отношения с местными племенами. Для обеспечения транспортировки товаров прокладываются дороги, выкапываются каналы, строятся пор- ты и склады. Самые значительные из них рас- положены на территории современных Ни- дерландов. Например, в устье реки Шельды возник город Домбург, из которого предпри- имчивые и смелые купцы делали челночные рейсы в Кёльн, Бордо и на Британские остро- ва. Таким образом происходило укрепление внешних связей, развитие инфраструктуры и предпринимательства в регионе. Чтобы оградить империю от набегов германцев, римляне приступили к организации линии обороны по линии стыка двух рек: Рейна и Дуная. Примерно от середины правого бе- рега Рейна до верхнего Дуная протянулась Эволюция ганзейско-английских связей 13
на более чем 550 км укрепленная полоса с опорными пунктами и воинскими гарнизо- нами — так называемый римский лимес, се- верная граница Римской империи. Именно с тех пор принято считать Рейн главной ре- кой европейской цивилизации от Швейцарии до Бенилюкса. Таким образом Рим выстроил вокруг Рейна не только стены, дороги и сде- лал речной путь безопасным — империя дала колоссальный толчок робким до этого попыт- кам купечества доставлять товары со всей материковой Европы до дальних, самых за- падных границ владычества римлян — Бри- танских островов. Британия стала рынком для ремеслен- ных изделий со всей империи, особенно для торговли керамикой из Галлии; на острова хлынули римская торговля и деньги, нача- ли зарождаться международные купече- ские связи и интерес к заморским рынкам. Римляне строили дороги и порты как в во- енных, так и в сугубо торговых интересах. В припортовых городах, как правило, ремес- ленная и торговая жизнь шла и до римлян, однако с приходом римлян она стала интен- сивней. Однако ремесленные изделия утра- тили характерную индивидуальность; только в Уэльсе и на севере сохранился самобытный кельтский орнамент. Развивается добыча ме- таллов: олова, свинца, серебра, золота, меди, железа; идет работа на соляных копях. С при- 14 Ганза в Англии
бытием римских купцов происходит и рома- низация существовавших поселений через торговлю и управление, устройство коло- ний с римскими гражданами, также назва- ния британских городов с окончаниями на «-честер» и «-кастер» говорят о их былой свя- зи с римскими лагерями. Римляне построили прекрасные доро- ги. Важнейшими дорогами, расходившими- ся от Лондона, были: через северный Кент к кентским портам; на запад к Бату и далее к южному Уэльсу; к Веруламию, Честеру, с от- ветвлением на Уэльс; на северо-восток на Ка- мулодун; до Бата и Экзетера. Были и дороги чисто военного назначения вдоль всего по- бережья: в Уэльс, от Йорка на север с ответ- влением до Карлайла и дорога от Честера на север. Навигация между Британскими остро- вами и континентом осуществлялась через кентские порты с одной стороны и порты в устье Рейна с другой. Сторожевую службу на море нёс римский флот (Classis Britannica), он же преследовал пиратов. С середины I до конца III в. стоянка его судов была в порту Бу- лони. Торговые связи крепли. В конце III века вместо флота была соз- дана система береговой обороны: 9 фортов в гаванях от залива Уош до острова Уайт имели конно-пешие гарнизоны для отраже- ния пиратских нападений. Саксонские на- беги вскоре прекратились, но с 343 г. нача- Эволюция ганзейско-английских связей 15
ли приходить пикты на севере и скотты из Ирландии. Эти разорительные нападения предвещали угасание римской Британии (343–383 гг.). После окончательного ухода римлян в 407 г. кельты римской Британии были фак- тически предоставлены сами себе на протя- жении полувека и постоянно развязывали обширные междоусобные конфликты. Кельт- ские вожди приглашали на службу в дру- жины представителей германских племен с континента: англов, саксов и ютов. Такие дружины, остававшиеся на зимовку в Брита- нии, и были первыми завоевателями. Досто- верных сведений о том, как именно началось крупное вторжение, нет. Те же известия, ко- торые до нас дошли, очень скудны и носят полулегендарный характер. В боях 571, 577 гг. были убиты три короля кельтов и взяты Глостер, Сайренсестер и Бат, а к VII в. кельты были окончательно разгром- лены и завоевание основной территории острова германскими дружинами англов, саксов и ютов было завершено. Образовал- ся ряд мелких англосаксонских королевств. В результате борьбы между ними сложилось семь наиболее значительных: Эссекс, Сус- секс и Уэссекс — саксонские, Нортумбрия, Мерсия и Восточная Англия — королевства англов, и, наконец, ютский Кент. Именно по- этому VII–VIII вв. принято называть эпохой 16 Ганза в Англии
гептархии, то есть семикоролевья. Большой интерес для характеристики общественных отношений англосаксонских королевств того периода представляет «Сага о Беовульфе» — эпос, ядро которого возникло, очевидно, где-то в VII–VIII вв. Сага проникнута языче- ским духом и отражает весьма архаичные отношения, свойственные германским пле- менам эпохи переселения их на Британские острова. Позднее, в IX веке, эти семь коро- левств объединились под главенством Уэс- секса в единое королевство Англия. С конца VIII в. на Британские острова на- чались набеги данов — собственно датчан и норвежцев. Тех и других обычно называют норманнами. Волны массированных скандинавских на- бегов делали торговлю Британских островов с материковой Европой практически невоз- можной, установленные ранее купеческие связи разрушились, а маршруты после ухо- да Рима стали небезопасны. Только спустя долгие века, после окончательного норман- нского завоевания Англии и установления классической формы феодализма резко уси- лилась ориентация на континентальную Ев- ропу и вовлеченность Англии в европейскую политику. В относительной безопасности, че- рез пролив, в оба конца снова пошли торго- вые суда, прокладывая тропинку для идущей по стопам купцов-одиночек Ганзе. Эволюция ганзейско-английских связей 17
После увядания и распада Римской импе- рии Британские острова претерпевали свои внутренние метаморфозы достаточно стре- мительно, однако и в материковой Европе процессы переформатирования политиче- ских контуров были не менее интересны. Одно из первых упоминаний о герман- цах римским летописцем Тацитом относится к 98 году. В III–IV вв. на землях континенталь- ной Европы население племен от среднего течения Рейна до побережья Северного моря объединяется в племенной союз, став впо- следствии германским народом франков. Они регулярно беспокоили нападениями римскую Галлию, выходя и к торговым путям империи. Первым королем всех франков стал Хлод- виг (481–511), происходил он из рода Меро- вея, поэтому его потомков-королей называют Меровингами, а период их правления с конца V по конец VII века — меровингским. Однако после его кончины единое королевство раз- деляется на части и начинается время меж- доусобиц, а фактическая власть переходит к управляющим королевским двором — ма- жордомам, наследник одного из которых — Карл Мартелл — и становится родоначальни- ком следующей после угасания Меровингов королевской династии Каролингов, правящей Франкским государством с 751 по 987 год. Пиком могущества можно считать провоз- глашение папой римским Карла Великого 18 Ганза в Англии
императором. Но в 843 г. империю ждал рас- кол на три части по результату Верденского договора: на Восточно-Франкское королев- ство (будущая Германия), Западно-Франкское королевство (будущая Франция) и Италию. На троне в Германии преемниками Каролин- гов стали представители Саксонской дина- стии (они же Оттоны), просуществовавшей чуть более века, вплоть до 1024 г. При правлении Оттонов к немецкому двору были приглашены многие иностран- цы. В эту эпоху были составлены важные для истории Х в. летописи; в возникающие и крепнущие города переносилась со всей Европы культура старых римских городов по Рейну и Дунаю. Были построены прекрасные храмы и монастыри. В городах возникли ре- месленные цеха различных видов, в которых внедряется разделение труда; города стано- вятся центрами торговли между регионами. Эти сферы берут в свои руки специалисты (Харитонович, 1999, 118–124). В уцелевших письменных документах за IX–X вв. встречаются упоминания о замор- ских диковинных и ценных подарках купе- чества местным градоначальникам в обмен на первые милости и привилегии. В этот период улучшилось земледелие, развилась промышленность, городская жизнь и, конеч- но, торговля. Немецкие купцы активно тор- говали с соседями, начиная образовывать Эволюция ганзейско-английских связей 19
первые содружества и объединения в гиль- дии. Наиболее смелые мореплаватели в это турбулентное для международных отноше- ний время продолжали ходить к Британским островам. Но риск не гарантировал успеха таких экспедиций. К XII–XIV вв. германские земли постепен- но вошли в состав тех или иных немецких го- сударственных образований, составлявших так называемую Священную Римскую импе- рию. Всю свою историю империя оставалась весьма децентрализованным сложным ор- ганизмом, объединяющим несколько сотен территориально-государственных субъектов со сложнейшей феодальной иерархической структурой. Во вновь возникших городах на местах древних римских городищ по берегам Мааса, Мозеля, по водам которых транспор- тировались товары, формируются рыночные площади, как раньше при римлянах. Горо- да в этом децентрализованном государстве начинают играть ключевую роль, становясь тем самым важным плацдармом, где и за- рождается постепенно Ганзейский союз, за- щитная структура которого так нужна стран- ствующим купцам. При морских переходах им было необходимо держаться в непосред- ственной близости от берегов, опасаясь от- крытых ветров и штормов, но это в свою очередь делало их хорошо заметными для прибрежных жителей, остававшихся вне тор- 20 Ганза в Англии
говых маршрутов и охочих нажиться за счет труда чужого поселения или города. Пират- ство удастся победить (хотя и не полностью искоренив) лишь объединенному Ганзейско- му союзу много веков спустя. Главным центром торговли в прирейнском регионе становится город Кёльн, выгодно расположившийся на пересечении суще- ствовавших торговых путей. Кёльнские куп- цы также первыми формируют содружество в Лондоне, на базе которого через века бу- дет основан Гильдхолл Ганзы. Сохранивши- еся редкие документальные свидетельства сообщают об установившейся еще в VIII в. стабильной торговле между Британскими островами и западной материковой Европой (Sartorius, 1830, 6). Задолго до появления ося- заемых контуров Ганзейского союза выходцы из Кёльна торговали на рынках Британских островов, проникая все глубже как террито- риально, так и по части социальной значимо- сти среди местных дворов. Все торговые связи, а также некоторые персональные привилегии, унаследованные многим позже Ганзой, формировались на про- тяжении длительного времени и с большим трудом. Некоторые прибрежные города Бри- танских островов, будучи недружелюбно на- строенными к пришлым, так и не стали при- ветливыми гаванями для купцов с материка, пытавшихся завязать торговлю и обосновать Эволюция ганзейско-английских связей 21
рынки во всех значимых портовых городах. Опять же, колоссальные поборы и политиче- ские разногласия с соседями местных вла- стей ставили странствующих купцов в уязви- мую позицию, увеличивая и так значительные риски самой профессии. Поначалу остававшиеся вне морских торговых маршрутов центральные герман- ские города также заслужили свое место не сразу, выступая в основном в роли мастер- ских, сдававших продукцию северогерман- ским перекупщикам для дальнейшей реа- лизации. Только к X веку успешная торговля позволила некоторым отдельным купцам с побережий Рейна отправляться самостоя- тельно на запад. Рейнское вино, довольно быстро зарекомендовавшее себя, привози- лось на Британские острова кёльнскими купцами и активно продавалось еще задол- го до Ганзы. Также популярностью постоян- но пользовались разнообразные украше- ния, скандинавские товары. Купцы, еще вчера заинтересованные во всеобщем объединении от грабежа пиратов и поборов князей, постепенно обособляются вокруг личных задач. Индивидуальные цели недавно объединившихся ганзейцев могли сильно различаться вплоть до противопо- ложности в зависимости от ареала их тор- говли. Ведомые экономическими интересами политические центры постоянно переходят 22 Ганза в Англии
и меняются, только лишь направление торго- вых артерий остается неизменным на протя- жении веков. Стоит упоминания важный факт, что но- вые, наиболее развитые центры ремесел возникли не в непосредственной близости к источникам сырья, а в зависимости от це- хового производства, то есть от существова- ния в регионе цеха, имеющего привилегии в покупке сырья и продаже готовых продук- тов, наличия квалифицированной рабочей силы. В промежуток со второй половины XI до конца XIII в. население Европы бурно рас- тет преимущественно в городах из-за ново- введений в агротехнике и соответственно излишков продукции в сельском хозяйстве. В города на ремесленные работы пересе- ляются целыми деревнями, иногда это про- исходит по принуждению. Со второй поло- вины XII в. городское общество стремится организовать человеческие отношения бо- лее строго, устанавливает более четкие гра- ницы и правила, допуская только постепен- ные и законные преобразования. Города обрастают стенами, служащими границей с окрестностью как в оборонном смысле, так и в правовом. С начала формирования Ганзейского купе- ческого союза в XII веке и его развития к кон- цу XIII века как союза купеческих городов в союз входили все новые города, имеющие Эволюция ганзейско-английских связей 23
автономное городское управление («город- ской совет», ратушу) и собственные законы. А для выработки общей стратегии торговли, правил, цен и законов внутри союза пред- ставители каждого из городов регулярно собирались на съезды Ганзы в Любеке. Так же, как результат, образуются четко регла- ментированные правилами и договорами содружества и поселения купцов вдали от родных городов, во главе которых стоят кон- торы. Контор — иностранное торговое по- селение Ганзейского Союза (если буквально: «офис»). Обычно контор — признак крупного торгового города — члена Ганзейского сою- за. Так, Лондонский контор являлся глав- ным центром управления торговлей и связи с английской короной. До упрочнения по- зиций Ганзы в Англии практически безраз- дельно зарубежный рынок держали купцы из Кёльна, торговые привилегии и выгодное географическое положение позволяли пред- ставителям рейнско-вестфальской местности провозить по рейнской торговой магистрали разнообразные товары со всей материковой Европы. Также Кёльн являлся вторым после Фландрии по потреблению английских экс- портных товаров. Лишь в 1282 году города Любек, Вис- бю и Рига формируют костяк Ганзы, что по- степенно приводит к окончательному при- знанию купцами Кёльна, все еще наиболее 24 Ганза в Англии
влиятельной группировки немцев в Англии, номинального лидерства города Любека в Ганзе. Тогда же Ганза Восточной Земли стала по праву настоящей немецкой Ганзой (Ellmers, 1985, 38). Любек с 1226 г. обладает единообразным городским правом и подчи- няется непосредственно королю и императо- ру Священной Римской империи Фридриху II. Для города это относительная автономия и преимущества в торговле, но вместе с тем и ответственность за безопасность. Поэто- му существовала обязательная караульная служба для каждого жителя города. Все, включая женщин, следили за состоянием сте- ны и охраняли ее границы. Так, согласно пре- данию 1447 года, осажденные стены города Зоест защищали его жительницы, состояв- шие в карауле, а во время осады наемниками кёльнского архиепископа Дитриха Мерсского обливали нападавших с крепостных стен ки- пятком из кастрюль. Показателем успешно- сти неофициальной столицы Ганзы можно на- звать тенденцию, по которой спустя лишь век активной вовлеченности Любека в торговлю все главные улицы города начинают пестреть каменными строениями вместо деревянных. Фронтоны таких зданий скрывали обширные складские площади в городских дворах. От- сюда организуются перевозка и сбыт товаров купцом, теперь уже лично не сопровождав- шим свои товары, а заседавшим в обширном Эволюция ганзейско-английских связей 25
кабинете или писчей комнате в вестибюле своего дома. Новый подход к руководству фирмой заключался в том, что все хозяй- ственные дела отныне регулировались куп- цом в письменной форме. До XIII в. все риски по покупке, достав- ке, реализации товара и уплаты пошлин на местных рынках ложились на плечи инди- видуального предпринимателя, пусть и при- надлежавшего к какой-либо гильдии, но поз- же зарождается совместная торговля. Это так называемое «вкладное товарищество» (с немецкого Wiederlegung) было наиболее распространено, риск делился среди двух партнеров с четко разделенными обязаннос- тями. Название подразумевало, что что-то вкладывалось в обмен на что-то другое, для правовой гарантии товарищество регистри- ровалось в городской книге, оба компаньона вносили капитал в соотношении 1:1 или 1:2. Далее активный компаньон занимался ве- дением капитала, пассивный же компаньон, лишь внесший капитал в долю товарищества, являлся негласным партнером и не участво- вал в реализации товаров и их доставке до потребителя. Активный компаньон, как пра- вило, более молодой, вел дела от своего имени и отправлялся в торговые поездки. По истечении срока торгового договора между партнерами происходил расчет; если вло- жен был капитал в соотношении 1:1, то при- 26 Ганза в Англии
быль делилась поровну, активный партнер не получал, как мы бы сейчас назвали, «за- работной платы» за время и труды. Если же товарищество оставалось в убытке, то рас- пределялся он среди партнеров согласно их доле в общем капитале. Таким образом пре- имущества вкладного товарищества дали сильный толчок купеческому делу, позволяя расширить объемы проводимых операций, рассчитывать на больший, чем ранее кредит, уменьшая при этом риск банкротства.
От «Ганзы купцов»
к «Ганзе городов»
Метаморфоза «Ганзы купцов» в «Ганзу городов» не должна быть истолкована пре- вратно. Организация всегда оставалась по существу тем, что задумывалась изначаль- но — сообществом общих коммерческих интересов. В связи с крупным кризисом в 1469 году Ганза даже пыталась наглядно объяснить английской короне суть истинной природы Лиги. Контор тогда писал в обраще- нии, что Ганзейский союз — это «прочная кон- федерация (confederatio) множества торговых городов, поселков и общин с целью обеспе- чения того, чтобы деловые предприятия на суше и на море имели желаемый и благопри- ятный результат для всех сторон и для суще- ствования механизмов эффективной защиты Эволюция ганзейско-английских связей 27
от пиратов и разбойников с большой доро- ги с тем, чтобы разбой не лишал торговцев их товаров, ценностей и жизней» (Dollinger, 1970, 411–413). Можно было бы, конечно, добавить сюда, что Ганза также существовала для того, что- бы различные князья и графы децентра- лизированных государств того времени не обременяли торговлю все новыми необос- нованными налогами и не втягивали купцов против их воли в свои политические игры. Но это, естественно, осталось за рамками опре- деления, данного королю. Большая часть рас- сматриваемого документа была занята объ- яснением того, чем Ганза не была и чего ей не нужно приписывать, и часто отмечалось, что это легче сделать, чем объяснить, что же это было. Хотя Ганза и была конфедерацией или «своего рода союзом», если воспользовать- ся другой фразой из объяснения 1469 года, у нее не было ни общей собственности, ни казны, ни печати, ни постоянных чиновников (до середины XVI века), ни общего флота. Однако стоит помнить, что к XIV веку Ган- за, как относительно аморфное целое, на- чинает распадаться на ряд более мелких союзов заинтересованных групп, каждый из которых обладает определенной автономи- ей и своими собственными экономическими интересами и предпочтениями в основных направлениях своих торговых маршрутов. 28 Ганза в Англии
В конечном счете вопрос повиновения лежал на отдельных торговцах, но с дисси- дентами можно было разбираться на уровне местного контора или же формировать пода- чу жалобы на предстоящем совете Лиги (diet). Санкции для нарушителей включали штрафы и высылку отдельных лиц из стран, где они торговали, но мало что можно было сделать в отношении крупномасштабного неповино- вения, попустительствуемого родным горо- дом повстанцев. Так, изгнание самого города из Ганзы было санкцией последней инстан- ции и редко применялось. Самым известным случаем было изгнание Кёльна в 1474 году из-за его отказа поддержать другие города в их недавнем конфликте с Англией. Также число городов самой Ганзы колебалось в бо- лее поздние годы, когда все новые города принимались в союз, а другие выбывали, ча- сто в результате явного безучастия с их сто- роны в жизни Ганзы. Именно поэтому сейчас уже невозможно точно сказать, сколько горо- дов или какие были членами в то или иное время. Это объясняется тем, что сама Ганза редко составляла списки членов и решитель- но выступала за нераспространение этой информации вовне, справедливо опасаясь ограничительных последствий со стороны местных властей, появись у них такие списки. Так, например, Доллинджер считает, что в це- лом было около семидесяти действительно Эволюция ганзейско-английских связей 29
активных членов и около ста других, которых он называл пассивными членами Ганзы (Dol- linger, 1970, 418). Лишь очень малая часть из них когда-либо занималась прямой тор- говлей с Англией. В позднесредневековой Германии князья не оставляли попыток под- чинить вольные торговые города. Не имея собственной государственности, то есть по- литического суверенитета, Ганза также была вне устройства империи. Такие города, как Любек и Дортмунд, которые гордо несли статус свободных имперских городов, зани- мали места в Высшем Имперском Совете, но они выступали там фигурами самостоятель- ными, не как представители Ганзы. На тот момент на протяжении большей части своей истории Ганза попросту игнорировала им- перию, а в ответ императоры игнорировали ее. Лишь только к концу шестнадцатого века Ганза обратилась к империи за помощью, когда их интересы пересеклись. Купцы про- сили императора вступиться за них в спорах с английскими купцами-авантюристами, чья коммерческая политика и практика наноси- ли ущерб не только Ганзе, но и интересам империи в целом. Но, несмотря на явную поддержку ганзейских купцов высшими сос- ловиями, император еще долго отказывался вводить заградительные меры для англий- ской торговли внутри империи. В то время Ганза была неспособна справиться самосто- 30 Ганза в Англии
ятельно с английскими конкурентами на сво- их землях. Ганза как организация не имела никакого отношения к политическим программам или политике того времени, ее полностью или в значительной степени интересовали отно- шения, коммерческие по своему характеру. Но и в этой сфере союз не спешил сотруд- ничать с посторонними. Вполне естествен- но, что каждый отдельный город также мог иметь свои некоммерческие интересы и по- этому иногда они объединялись с другими городами для их достижения, вне зависимо- сти от того, состоял ли этот временный со- юзник в Ганзе или нет. Характер отношений Ганзейских городов с Англией был ограничен исключительно коммерческими вопросами. Так, например, в противостоянии с Францией Англия не могла рассчитывать на Ганзу в во- енно-политическом плане, как она рассчиты- вала на графа Фландрии и князей Рейнских (а затем на герцога Бургундского или импера- тора). Чисто политический союз между Англи- ей и Ганзейским Любеком мы видим лишь во времена правления Генриха VIII. Да и то, Лю- бек выступил тогда самостоятельно, а не как лидер или член Ганзы. Также Англия пыталась позже заручиться сотрудничеством, хотя и не активной военной поддержкой, от Гамбурга в отношении кампаний в Шотландии и Ирлан- дии. Но, опять же, это были частные случаи, Эволюция ганзейско-английских связей 31
их нельзя назвать чем-то, что вовлекало Ганзу в целом. Однако, подчеркивая, что отношения между Англией и Ганзой носили чисто ком- мерческий характер, нельзя не учитывать тот факт, что это подразумевало гораздо больше, чем простой обмен товарами. Все споры от- носительно торговли, перечня товаров или их налогообложения всегда поддерживались переговорами дипломатического характера; редко нарушение торговых норм приводило к вооруженным конфликтам. И только один конфликт (1468–1474) принято считать вой- ной. Поскольку все конфликты были коммер- чески мотивированы, они не относятся к той же категории, что и борьба за власть между Англией и Францией, которая в основном была связана с контролем над территорией. Их также не следует приравнивать к англо- голландским войнам XVII века, так как, не- смотря на их экономические предпосылки и конкурентное противостояние, войны эти явились результатом противоречивой нацио- нальной политики, поддерживаемой пра- вительствами. Англо-ганзейские войны яви- лись лишь побочным продуктом локальных пиратских актов, никак не государственной политикой Англии, хотя и степень соперни- чества между ганзейцами и английскими купцами в Средние века сложно отрицать. Ганзейские конференции (Hansetag) носили чисто экономический характер, где шла речь 32 Ганза в Англии
о торговле, пошлинах и торговых привиле- гиях, тогда как английскому правительству представлялось решать более широкий круг задач, где экономические вопросы не всегда имели первостепенное значение. Эдвард Миллер, противопоставляя Ан- глию и Францию, писал, что в случае с Ан- глией «торговля шерстью и тканями с Ган- зой обязательно приведет в конечном итоге к чему-то вроде национальной экономиче- ской политики» (Miller, 1963, 291). Но черты ее формирования становятся видны только после правления Эдуарда IV. Да и то, только прагматичный расчет в отношениях, враж- дебность же к Ганзе мы можем наблюдать позже, когда в 1517 году кардинал Вулси (Cardinal Wolsey) явно указывает на Ганзу как на силу, не способствующую экономическому благосостоянию его страны. Однако взаимо- действие между английским правительством и Ганзой закономерно эволюционировало до того, что можно было назвать экономической политикой. Ведь контакты между немецки- ми купцами и короной начались сразу же, как только первые купцы начали посещать Англию, и постепенно усложнялись. Позже, когда английские купцы начали бывать в зем- лях, подконтрольных Ганзе, они запросили торговых привилегий, подобных тем, кото- рыми пользовались все это время ганзейцы на английской земле. Когда же им было от- Эволюция ганзейско-английских связей 33
казано, они обратились к своему правитель- ству с просьбой поддержать требование. Процедура переговоров английских купцов с Ганзой подразумевала участие и англий- ского правительства, но не от имени купцов, а скорее, во вспомогательной роли. Ведь только власти могли накладывать санкции на заморских купцов. И хотя интересы частных купеческих предприятий не нужно было под- чинять внешней политике, зачастую корона вставала на сторону своих подданных, хотя это еще и не было частью национальной эко- номической политики. Также имело место участие странствующего купечества в раз- ведке в пользу своего правительства, благо ресурсов у властей было достаточно для под- купа и добычи нужной им информации. Окончательное формирование Ганзы Го- родов подводило черту под прагматичными отношениями купец-купец, на смену которым пришли достаточно агрессивные отношения английского правительства и Ганзейского со- брания (Hanse diet). В результате постоянного нажима на власти и лоббирования англий- скими купцами-авантюристами, соперничав- шими с Ганзой в международной торговле, привилегии ганзейских торговцев того или иного города-члена часто ставились под со- мнение, пересматривались или вовсе от- менялись. А в ответ на изгнание английских купцов-авантюристов из немецких портов 34 Ганза в Англии
Лондон вовсе закрыл в 1598 г. столичный ганзейский контор. Это был не только очевид- ный удар по престижу Лиги, но и примеча- тельный факт того, что Англия больше не вос- принимала отдельных купцов за решающих что-либо субъектов, а все договоренности отныне заключались с Ганзейским сеймом, как централизованным органом управления некоего государства. Представляется важным пояснить тезис, что Ганза купеческая очень постепенно эво- люционировала и выросла в Ганзу городскую. Ганза купеческая раннего периода и все ее коллективные привилегии, по-видимому, ис- пользовались всеми германскими купцами, кто торговал за рубежом. На более позднем этапе членство было ограничено опреде- ленными городами; в действительности это были сами города, а не отдельные торговцы, которые теперь стали членами Ганзы и пред- ставителями своих городов. Перемены хо- рошо заметны на примере изменения эконо- мического климата позднего средневековья. С одной стороны, странствующие торговцы были вытеснены или, по крайней мере, силь- но разбавлены теми, кто управлял своим биз- несом по доверенности, оставаясь при этом в собственном городе. С другой же стороны, потребовались гораздо большие коллектив- ные усилия и затраты для защиты торговых и коммерческих привилегий, которые были Эволюция ганзейско-английских связей 35
установлены ранее по всей Европе. А к се- редине XIII века мы видим попытку местных купцов Готланда забрать у купеческого сооб- щества прибывших ганзейцев существовав- шие торговые льготы. Основанием «Ганзы городов» Ф. Дол- линджер предлагает считать самый первый Hansetag (конгресс городов Ганзы), который состоялся в 1358 г. в Любеке, где и произо- шло рождение союза как политической силы (Dollinger, 1970, 45–82, 86, 89). Ахасвер фон Брандт (Ahasver von Brandt), признавая явные изменения в конце XIII века, настаивает на медлительности перемен. По его мнению, «даже во второй половине XIV века „торговец Ганзы“ не обязательно является гражданином города — члена союза, а ганзейским городом может называться тот город, чьи граждане занимаются внешней торговлей и свободно пользуются торговыми привилегиями. Персо- нификация Ганзы Городов начинается позже» (Ahasver von Brandt, 1963, 9–38). Также он делает важное замечание о том, что горо- да, впервые отождествив себя с ганзейским союзом в 1358 году на первом Hansetag, ис- пользовали не термин «ганзейские города», а «городки немецкой Ганзы» (Stede van der dudeschen hense). Название же «города Ганзы» (hense stede) окончательно устанавливается лишь на рубеже веков, свидетельствуя о за- вершении перехода. 36 Ганза в Англии
Здесь уместно привести краткое изложе- ние взглядов еще одного крупного иссле- дователя Ганзы фон Брандта. Он предлагает достаточно адекватную периодизацию воз- никновения «Ганзы купцов» в четыре услов- ных этапа. Этот анализ помогает прояснить загадочное утверждение еще одного иссле- дователя Фритца Рёрига о том, что «вначале было целое [Ганзы], затем части». Первый этап развития и преобразования Немецкой Ганзы фон Брандт ассоциирует с укоренением Лиги на побережье Балтий- ского моря. На протяжении нескольких ве- ков в раннем Средневековье именно Балтика была главным торговым путем между Восточ- ной и Западной Европой. С запада пришли сначала фризы, а затем люди из других ча- стей Нидерландов и Рейнской области. Сами они редко заплывали далеко по Балтике, так как товары им привозили скандинавские и славянские купцы. Ситуация изменилась в 1159 году, когда в устье реки Траве в са- мом юго-западном углу Балтики был основан город Любек. Город был заселен главным об- разом западногерманскими купцами, кото- рые получили возможность выхода в море на своих совсем недавно разработанных коггах, судах, которые оказались превосходящими скандинавские и славянские корабли по грузо- подъемности и степени защиты от нападений морских пиратов. Эволюция ганзейско-английских связей 37
Немецкие историки давно подчеркивают значение готландской купеческой общины, но для фон Брандта неотъемлемой частью второго этапа в его системе является начало германского соприкосновения со Сконе (Ска- ния; Сконеланд; швед. Skåneland), историчес- ким регионом на юго-западной оконечности современной Швеции. Каждую осень этот регион обеспечивал самый урожайный про- мысел сельди в Европе, а дальнейшая реали- зация завяленной рыбы служила основой для поиска более крупных ярмарок, на которых со временем стали доминировать ганзейские купцы. Указание фон Брандтом на особую роль Сконе в развитии Ганзейского союза является важным напоминанием исследова- телям, поскольку часто упускается из виду тот факт, что, когда два столетия спустя уже английские купцы стекались в Прибалтику, именно Сконе поначалу привлекла их внима- ние, задолго до Пруссии. И на первых этапах именно англо-ганзейские связи делали такую торговлю возможной. Третий этап в условной периодизации фон Брандта эволюции Ганзы начинается около 1200 года и длится до 1250–1270 годов, пре- дусматривая создание зарубежных форпостов Ганзы (контор). Важность этапа частично за- ключалась в основании новых городов, таких как Рига (1201), Ревель (1219) и Дерпт (1224), которое сопровождалось культурной экспан- 38 Ганза в Англии
сией в сторону языческих племен северо- восточной Балтии. Другим важным элемен- том было наращивание объемов торговли и приобретение торговых привилегий в ре- гионах, где не могло быть речи о завоевании или массовом заселении: в Новгороде в Рос- сии, в Бергене в Норвегии, в Швеции, Флан- дрии и, конечно, в Англии. Заключительным четвертым этапом раз- вития было основание городов на южном берегу Балтики, от Висмара до Кёнигсбер- га в провинциях Мекленбург, Померания и Пруссия. Хронологически этот этап был параллелен третьему, но концептуально он обособлен фон Брандтом. Исследователь признает, что готланд- ская община была важным ядром в фор- мировании Ганзы, но утверждает, что идея купеческой Лиги зачата не в Готланде через некоторое время после 1161 года (второй этап фон Брандта), а при основании города Любека. Основание своего столичного го- рода для объединения сил купечества было важной вехой в становлении лиги. Община образовалась между двумя группами посе- ленцев-выходцев из крупных вестфальских городов, таких как Зоест и Дортмунд, кото- рые до сих пор торговали только лишь на суше с моряками, прибывшими из Шлезви- га. Теперь же они объединили силы для тор- говли на Балтике. Эволюция ганзейско-английских связей 39
Города Ганзейского союза находились в условных четырех зонах: западный Балтий- ский район, возглавляемый Любеком; район Рейнской области, возглавляемый Кёльном; Саксонский район, возглавляемый Брюнсви- ком; район восточной Балтики, возглавляе- мый Данцигом (Гданьском). Нечастые встречи проходили между представителями городов для обсуждения общей политики и страте- гии гильдии. Эти конференции, известные как Hansetags, обычно проходили в Любеке, который стал по сути негласной «столицей» негласной Ганзейской «империи».
Судоходство Ганзы
Морские предприятия лежат в самом серд- це Ганзейского союза, недаром судовладель- цы являлись одними из самых влиятельных людей того времени. Однако право собствен- ности на судно могло делиться на несколько человек, вложившихся в его постройку (из- вестно, что одно судно могло иметь 64 совла- дельца). Люди были вовлечены практически из всех классов, следовательно, все населе- ние морского города имело непосредствен- ный интерес в содержании и обслуживании значительного флота, успешности торговых морских походов. Также у северной Германии было преимущество в обладании огромным рыболовным флотом, из экипажей которого 40 Ганза в Англии
моряки могли быть завербованы на торговые суда союза. Учитывая такую обширную и интенсивную морскую торговлю, вряд ли удивительно, что несложные по конституции маяки нача- ли строиться как минимум в начале 13 века по всему морскому побережью. А каналы между побережьями и основными гаванями были также отмечены буями, в то время как опытные морские лоцманы предлагали свои услуги для прохода через трудные воды. В 1447 году Лига сделала использование аккредитованных лоцманов обязательным; эта мера была введена не только для непо- средственной безопасности вовлеченных судов, но также и для гарантий проходимо- сти важных каналов — чтобы они не были заблокированы обломками. Такой же по зна- чимости акцент был сделан на укреплениях, в северной Германии обычно их возводили из кирпича по той же строительной тради- ции, что и знаменитые бэкстейнготические (Backsteingotik) соборы и сооружения юга Прибалтики. Однако, несмотря на значительные усилия и расходы на защиту своих торговых путей и инфраструктуры, Ганзейский союз никогда не имел своей собственной армии или флота; каждый отдельный торговый город обладал собственными военными силами. Лига все- гда предпочитала использовать дипломатию, Эволюция ганзейско-английских связей 41
альянсы и экономическое давление против своих соперников. Эта глубоко укоренившаяся ганзейская политика была обобщена уроженцем Дорт- муда и мэром Любека Генрихом Касторпом, который в 1447 году сказал: «Давайте вести переговоры! Ибо легко привязать вымпел к столбу (то есть поднять знамя войны), одна- ко очень тяжело его снова спустить с честью» (Neumann, 1957, 54). Когг (от древне-германского Kugg, der Kog- gen — выпуклый) — средневековое, перво- начально одно-, в XV в. двух- и трехмачто- вое палубное мореходное судно с высокими бортами, оснащенное прямым парусом пло- щадью 150–200 метров. Согласно реконструкции поздних об- разцов коггов XIV века, экипаж, вероятно, состоял из не менее одиннадцати человек на борту. В состав экипажа входили шки- пер, штурман, повар и матросы. Хозяин когга, зачастую сам некрупный купец, вы- полнял роль шкипера. Кормовым румпелем управлял штурман. Паруса, такелаж, сброс и подъем якоря были на ответственности матросов. Попутный ветер подразумевал беспре- рывную работу всего экипажа, безветрие же сулило простой и ожидание. Когги ранней конструкции не позволяли ходить против ветра — при сильных порывах ветра с моря 42 Ганза в Англии
существовала опасность быть прижатым к бе- регу, поэтому при планировании и расчетах маршрута было обязательным продумать на- дежные места стоянки на случай неблагопри- ятного ветра. Но когг был хорош не всюду. Водный тор- говый путь на восток пролегал через все Бал- тийское море, оканчиваясь Финским заливом и рекой Невой, далее по южной части Ладож- ского озера и реке Волхов. Крупные и мало- маневренные когги никак не годились для прохождения скалистых рифов озера и опас- ных порогов реки. Поэтому товары перегру- жались в русские речные ладьи еще на Неве, за что купцы платили по заранее установлен- ному тарифу. Из-за того, что балтийские порты имели тенденцию быть мелкими и часто заиленны- ми, другое правило регулировало максималь- ный размер кораблей, входящих в гавань; ганзейское морское право было очень кон- кретным там, где это касалось судостроения. Существовал ряд правил берегового права, касающихся грузов потерпевших крушение кораблей, регламентирующих перегрузку с судна на судно и направленных на борьбу с пиратством. Позже особые правила были выпущены отдельными городами, как, напри- мер, в 1440 году, когда Гамбург ввел обяза- тельное наличие военной техники на бор- ту его судов. Дисциплина регулировалась Эволюция ганзейско-английских связей 43
должностными лицами на борту аналогично по правилам, разработанным «адмиралтей- ством» Гамбурга и другими ганзейскими го- родами для своего внутреннего пользования. Тот факт, что все суда, кроме самых малень- ких, были способны защитить себя от пира- тов, означал, что при надобности их модифи- кация для военных действий была простой, в то время как наличие строгих регулирую- щих правил было полезно и во время торго- вых морских походов. Хотя Ганзейский союз и был доминирую- щим игроком на море, он сохранял тенден- цию к консерватизму, перенимая новые мор- ские идеи и технологии лишь после того, как они хорошо зарекомендовали себя в другом месте. Хотя морские карты и не использова- лись в Северной Европе до конца средневе- ковья, ганзейские моряки уже применяли так называемые морские записи (Seebuch) с XIV века и далее; они содержали информацию о при- ливах, каналах, портах, местонахождении маяков и других важных прибрежных ориен- тирах, на протяжении всего пути от Руси до берегов Испании. Сборы и командование Организация и дисциплина, которые под- держивали ганзейскую торговлю, также мог- ли влиять на ганзейскую военно-морскую мощь. Лига могла собрать существенные 44 Ганза в Англии
флотилии в согласованное время и ме- сто, набирая стратегическое преимуще- ство и так добиваясь победы в морских столкновениях. Однако у военно-морских возможностей Ганзы имелись недостатки. Ганза имела шансы на победу только при столкновении с равными по силе против- никами, испытывавшими недостаток в ко- личестве кораблей или организованности. Пираты, мобильные за счет того, что об- ладали малым числом судов, оставались основной проблемой для северогерман- ских морских городов, особенно в течение XIV века. Морские сражения Во многом эта военная система удиви- тельно похожа на современную, однако сред- невековые морские сражения, как правило, были исключительно безжалостными и жес- токими. Поражение в бою с пиратами почти всегда означало верную смерть, так как они редко брали пленников. Поэтому на борту корабля боролись все, включая пассажиров и торговцев, а проявленная решимость в от- поре могла заставить пиратов отступить. С другой же стороны, и пираты не могли ожи- дать пощады в этой борьбе. Каждый ганзейский корабль был хорошо снабжен достаточным количеством боепри- пасов как из-за постоянной угрозы пиратства, Эволюция ганзейско-английских связей 45
так и из-за ведущихся войн, когда прави- ла о неношении оружия гражданскими ли- цами игнорировались. Например, во время финальной фазы Ганзейско-Датской войны, с июля 1368 года, немецкие морские города продолжали торговать как обычно, но был дан приказ гражданам путешествовать в пол- ном вооружении. До внедрения огнестрель- ного оружия вооружение на борту кораблей было по существу таким же, как и в войсках на земле. Арбалеты были повсеместно; они уже были распространены в Прибалтике в 1217 году, когда, по сообщениям, немецкий священник из Латвии пользовался арбале- том во время морского сражения у шведского острова Эланд. Речные операции Зачастую мало внимания уделяется осо- бенностям ганзейской речной коммерческой и военной истории. Но упускать из виду тор- говлю по рекам невозможно из-за их стра- тегического значения, так как безопасность основных речных маршрутов, связывающих города — члены союза, была насущной проб- лемой ганзейского общества. Многие распо- ложенные на реках города, входящие в Ганзу, возле устий рек или дальше внутри страны выработали вполне обоснованные даже по современным меркам правила. Так как реч- ное судоходство было почти так же важно, как 46 Ганза в Англии
свободное передвижение по морям, города стремились запретить выбрасывание кора- бельного балласта или мусора за борт; осо- бенно это касалось узких каналов и устий рек. Эти материковые водные магистрали так- же использовались и в военное время для перевозки войск. Так, в 1474 году один из главных ганзейских городов Кёльн послал 4000 солдат на помощь небольшому городу Нойс (Neuss) для противостояния нападению мощной армии Герцога Бургундского. Резюмируя, можно сказать, что ганзейская торговля потребовала появления концеп- туально новых транспортных средств, вы- полнявших универсальную торгово-боевую функцию. Новый тип корабля как обладал высокой грузоподъемностью, так и спосо- бен был выполнять сугубо военные функ- ции и был отлично приспособлен к самообо- роне. Этот тип транспортно-боевого судна в дальнейшем с успехом использовался для торгово-экономических, боевых, блокадных операций ганзейцев, касавшихся Британских островов.
Налоги и привилегии в Англии
для Ганзы
Податной сборник Биллингсгейта (Billings- gate tolls) указывает на то, что германцы или же «подданные императора» (homines im- Эволюция ганзейско-английских связей 47
peratoris) торговали в Англии еще примерно в 1000 г. н. э. (Robertson, 1925, 70–73). В до- полнение к обычным городским податям они платили королю определенные рождествен- ские сборы на Рождество и Пасху, за которые он гарантировал им защиту их имущества на- равне с местными жителями. В то время пла- тился единый налог (eschawinge — приблизи- тельно переводится как «приезжий») на все разновидности товаров, который вносился в податной сборник Биллингсгейт. Несмотря на отсутствие явных письмен- ных доказательств вплоть до царствования Генриха II, преобладание немецкого вина в регионе в XI — начале XII века явно ука- зывает на преуспевание немецких купцов из Кёльна. Дошедший до нас приказ Генри- ха II разрешает купцам из Кёльна продавать вино на тех же условиях, что и французам, а шерифам и судебным приставам Лондо- на запрещает предъявлять претензии к не- мецким купцам. Еще более важным доку- ментом является выданный около 1157 года грант, который предоставлял бессрочную защиту купцам Кёльна (homines et cives Colo- nienses). Пока они платили установленные взносы, с ними должны были обращаться равно, как с поддаными короля, и без их со- гласия с них не взималось никаких допол- нительных пошлин. К этому времени у не- мецких купцов была своя штаб-квартира 48 Ганза в Англии
в Лондоне (domo sua Londonensi), защита ко- роля была распространена и на это место, которое в последующем обозначалось как холл гильдии (gildhalla sua). А в 1194 году Ри- чард I в обмен на помощь, оказанную ему ар- хиепископом Кёльна, предоставил торговцам этого города самые широкие привилегии, которые когда-либо давались немецким куп- цам в Англии. Лондонский Гилдхолл был освобожден от ежегодной дани в 2 шиллинга, а все его члены были освобождены от уплаты всех местных сборов в Лондоне и по всему королевству; они также могли посещать яр- марки, покупать и продавать где угодно, не считая Лондона; наконец, они могли свобод- но исполнять свои обычаи и обряды в Ан- глии. В первые годы своего правления король Джон несколько раз предоставлял простые защитные письма кёльнским торговцам. Все же он не подтверждал хартию Ричарда до 1210 года, исключая, однако, смягчение лон- донских пошлин. В 1213 году ему все-таки пришлось подтвердить и эту хартию за фи- нансовую поддержку Кёльна, выказанную его племяннику Отто в борьбе с Гогенштау- фенами (HUB, 13–14, 40, 84, 89). Генрих взимал плату 2 шиллинга за Гилд- холл Лондона до 1235 года, и поэтому оче- видно, что он не принимал во внимание установленные с ганзейцами связи своих предшественников. И дело тут не в выпла- Эволюция ганзейско-английских связей 49
те или неуплате пустяковой суммы арен- ды — ее сбор действительно предполагал нежелание короля признавать привилегии, которыми пользовались немецкие торгов- цы в более ранние времена. Возобновление Кёльнской хартии в 1235 году указывало на отсутствие какой-либо враждебности Генри- ха III к ганзейцам. Сразу после возобновле- ния хартии он приказал судебным приставам в Ярмуте выплатить обратно 53 шиллинга и 4 пенни, которые они незаконно взыска- ли с купцов Кёльна, а годом ранее король давал указание властям Лондона не требо- вать от какого-либо немца местных сборов на содержание и ремонт городских стен, во всяком случае до консультации с ним. Куп- цы действительно временно утратили свой Лондонский гилдхолл в начале правления Генриха III, но в результате судебного раз- бирательства по «правомерности претен- зий» (quo warranto) им удалось вернуть его себе в 1220 году за плату в 30 марок (CCR, архив за 1231–1234, 453; архив за 1234– 1237, 216). К этому времени и английские власти, и кёльнские купцы, возможно, не хотели бы распространения своих привилегий на все различные группы немцев, торгующих в Ан- глии, и признания их общими. Кёльнцы, ве- роятно, захотели бы поделиться своими при- вилегиями с соседними немецкими городами 50 Ганза в Англии
Рейнской области, так как те признавали ав- торитет Кёльна, но северные немцы — это другое дело. Нет никаких свидетельств дея- тельности северогерманских купцов в Ан- глии в конце XII века, за исключением пре- доставления винного погреба в приходе Святого Петра Лесского (St.Peter the Less) Ричардом I Роберту ле Эрре (Robert le Herre) из земель Саксонии. Тем не менее вполне вероятно, что северные немцы все чаще тор- говали в Англии в рамках общей экспансии в регионе Северного моря. Известно о полу- чении в 1213 году группой бременских куп- цов разрешительного (на торговлю в Англии) письма по соизволению короля, также о до- полнительных разрешительных письмах для нескольких северогерманских кораблей. По- сле этого английские источники снова не упоминают о них вплоть до кризиса, который последовал за смертью короля Франции Фи- липпа II Августа в июле 1223 года. На время этой чрезвычайной ситуации все английские и иноземные суда были задержаны на случай, если они понадобятся для отражения фран- цузского вторжения. Постепенно были вы- даны приказы об освобождении всех судов дружественных держав и всех задержанных купцов. По этим приказам, а также по раз- нообразным приказным документам, дати- руемым 1223 и 1224 годами, подтверждается присутствие в Англии кораблей из Бремена, Эволюция ганзейско-английских связей 51
Эмдена, Гамбурга, Ставерена и Гронингена, а также подданных императора и различ- ных немецких герцогов из неустановленных городов. Есть и единственное конкретное упоминание прибалтийских торговцев в эти годы — это разрешительное письмо, данное в июле 1223 года купцу Гилберту из Шлезви- га, подданному герцога Люнеберга (CPR, ар- хив за 1216–1225, 376). В 1237 году Генрих III издал хартию, в ко- торой освобождал всех купцов Готланда от таможенных пошлин по всей Англии на весь их импорт и экспорт. Этот документ рас- сматривается историками как первоначаль- ный грант, но, вероятно, это было продле- ние уже существующей ранее привилегии. Свидетельство о том, что любекские купцы уже торговали в Англии и до 1226 года, со- держится в имперской хартии, выданной городу в этом году. В хартии 1226 года так- же говорится о том, что Кёльн должен пре- кратить требовать уплаты незаконных пош- лин с любекских купцов в Англии. Это не просто дает нам подтверждение того, что между двумя группами немецких купцов уже была какая-то связь, но и указывает на явную конкуренцию между ними. Пото- му как зачем иначе первым пытаться обло- жить налогом последних в стране, которая была чужда обеим группам? Естественно, что Любек всячески сопротивлялся попытке 52 Ганза в Англии
налогообложения не только по финансовым соображениям, но и потому, что оплата при- знавала бы лидерство кёльнцев в немец- кой общине в Англии. В течение нескольких десятилетий обе группы немецких купцов в Англии продолжали идти каждый своим путем, конкурируя друг с другом, однако прямых доказательств того, что Любек фор- мально возглавлял северогерманскую об- щину, нет. Тем не менее, рост присутствия и влияния на внешнюю торговлю Англии северогерманцев подвиг в конечном итоге правительство рассмотреть их претензии на равные с кёльнскими купцами приви- легии. В 1230 году Генрих III распростра- нил протекцию на всех подданых герцога Брауншвейг-Люнебурга Отто I, в том числе и любекские купцы получили привилегию, хотя и пришлось уплатить все установлен- ные на тот момент обязательные налоги. Когда в 1234 году лондонские власти уста- новили сбор податей на содержание го- родской стены, мэру и шерифам было дано строгое указание не собирать их у купцов короля Германии или архиепископа Кёль- на. В 1238 году определенные привилегии на торговлю в Англии были предоставлены именно купцам из Любека, но они все равно были не такими выгодными, как те, которы- ми пользовался Кёльн. Фактически это были лишь страховые гарантии, так необходимые Эволюция ганзейско-английских связей 53
любому купцу, регулярно выходящему за границу навстречу рискам, такие, например, как страховка от порчи в случае корабле- крушения. В 1252 году Англия дает торговую протекцию купцам Гамбурга сроком на три года, а в 1257 году гости из Любека получа- ют такую же, но сроком на семь лет, при том условии, что они останутся верны брату Ген- риха Илла, Ричарду, ставшему теперь коро- лем Германии (CPR, архив за 1225–1232, 415; архив за 1247–1258, 155, 553). Купцам также гарантировалось избавление от всех налогов короны на любые товары в этом году. Однако еще более значимым представляется высо- чайшее позволение всем купцам Гамбурга пользоваться всеми привилегиями Ганзы в Англии, в то время как на Рождество люди из Любека были наделены привилегиями более широкими, чем те, которыми они еще пользовались, в том числе весьма желанным иммунитетом от продажи товаров за любое преступление или долг. В отчете о последнем гранте ничего не упоминалось о Ганзе, хотя это, возможно, было попросту упущением, поскольку несколько дней спустя купцы Лю- бека получили хартию, которая не только подтвердила вновь приобретенные приви- легии, но и вдобавок позволяла иметь свою собственную Ганзу наподобие той, что была у купцов из Кёльна. Неслучайно в конце 1266 года эти два крупных города получили 54 Ганза в Англии
от Англии положенные Ганзе привилегии с разницей в несколько недель. Хотя нет никаких записей о каких-либо взаимных до- говоренностях или компромиссах (quid pro quo), невозможно сомневаться в том, что такие послабления были допущены в по- пытке смягчить сопротивление купцов сбо- ру «вспомогательных налогов» (new aid), английских таможенных пошлин, которые недавно были наложены короной как на местных, так и на всех иностранных купцов (CPR, архив за 1266–1272, 5, 20, 23). Во второй половине XIII века различные группы немецких купцов были объединены в единую общину, претендовавшую на об- щие торговые привилегии и некие гарантии сохранности их товаров. Сюда входили и гот- ландцы, чья хартия 1237 года все еще на- ходилась во владении Лондонского контора в середине XV века. Процесс ассимиляции нелегко реконструировать. Некоторые исто- рики утверждают, что решительный шаг был сделан к 1260 году, когда Генрих III по просьбе своего брата Ричарда подтвердил действие уже существовавших ранее при- вилегий для купцов «gildhalla teutonicorum vulgariter nuncupatur» (HUB, 552). Это описание данной привилегии было воспринято как доказательство того, что купцы со всей Германии теперь были допу- щены в Кёльнскую торговую организацию. Эволюция ганзейско-английских связей 55
В уставе нет ничего, что оправдывало бы такое толкование, хотя официальная запись и является весьма поверхностной. Упомянут был общий немецкий язык; вероятно, когда говорили о гильдии немцев, имели в виду Кёльнскую гильдию, ибо тогда, как и сейчас, человек на улице, услышав говорящего по- немецки, не смог бы заметить разницы меж- ду одним купцом из Кёльна и другим из Гам- бурга. Однако в сохранившемся документе, датируемом также 1260 годом, лидер гиль- дии купцов упоминается как «глава гильдии Немцев» (aldermanno mercatorum Alemannie), что подтверждает теорию единой немец- кой общины в Англии (Lappenberg, 1851, 28). Можно, конечно, возразить, что предоставле- ние в 1266 году отдельных привилегий куп- цам разных Ганзейских городов, например из Гамбурга и Любека, доказывает, что они все еще не были частью единого сообще- ства, ведь иначе зачем были необходимы та- кие независимые грамоты? Но этот факт не является бесспорным, поскольку оба города действовали в одностороннем порядке даже на Балтике, где меньше сомнений в суще- ствовании единой Ганзы. До 1261 г. Любек получил торговые привилегии для своих граждан в Швеции. В этом же году они были подтверждены и распространены на жите- лей Гамбурга, но, что интересно, не на жите- лей других немецких городов, несмотря на 56 Ганза в Англии
то, что ранее шведские правители уже пре- доставляли разные привилегии и свободы торговли без каких-либо оговорок прочим немецким купцам. Так К. Кумлиен интер- претирует это как значительный шаг в ме- таморфозе Ганзы купцов в Ганзу городов, сродни тому, что параллельно происходило с Ганзой в Англии (Kumlien, 1943, 88–89). С течением времени становилось все труднее и труднее доказать, что привиле- гиями, упомянутыми в 1260 году, должны пользоваться только кёльнцы, если это, ко- нечно, действительно так, а не все те, кто присоединился к ним позднее. Первое под- тверждение хартии 1260 года было получе- но в ноябре 1281 года, за несколько меся- цев до первых неоспоримых доказательств существования объединенной Ганзы. Не- обходимость, вероятно, возникла в связи с возобновлением притязаний рода Де Хо- вилл на права на некоторые торговые грузы в основных портах Восточной Англии. Томас де Ховилл, потомственный сокольничий ко- роля Англии, сдал в аренду участок торго- вого порта Бостона двум флорентийским купцам на два года с 30 ноября 1281 года за 100 марок, и был также некий спор о его правах на товары в Линне. Во всяком случае позже утверждалось, что немцы переста- ли платить ему взносы 2 ноября 1281 года, когда он снова безуспешно попытался уста- Эволюция ганзейско-английских связей 57
новить право на собственность, занимае- мую немцами в Линне. Кёльнцы, по-види- мому, не возражали против использова- ния хартии 1260 года объединенной Ган- зой, а в 1290 году и снова в 1321 году они предпринимали меры предосторожности, возобновляя у Английской короны и защи- щая все свои полученные хартии, датируе- мые XIII веком (CPR, архив за 1272–1281, 465). Они защищали свои права, даже если хартия 1260 года по истечению века могла быть в любой момент признана устаревшей и недействительной. Нет никаких свиде- тельств того, что гамбургские и любекские купцы когда-либо искали отдельного под- тверждения своих хартий 1266 года, ве- роятно, потому что права, определенные в них, были более узкими, чем те, которыми они уже пользовались на практике к концу XIII века. Как уже упоминалось выше, самое раннее четкое упоминание о единой Ганзе встреча- ется в 1281 году, и вполне возможно, что то- гда или незадолго до этого немецкие купцы выступили общим фронтом против англичан, особенно лондонских торговцев, которые стремились ограничить торговые привилегии купечества Ганзы в Англии. В начале того же года городские власти попытались заставить немцев взять на себя финансовую ответствен- ность за ремонт городских стен Бишопгей- 58 Ганза в Англии
та (murage), а также уплатить местный налог, взимаемый с товаров, въезжающих и выез- жающих из города. Первый иск был подан во время дознания 1275 года; тогда присяжные пришли к выводу, что немцы (Teutonich) несут ответственность за содержание Бишопгейта, который пришел в негодность. Суд признал, что взамен купцы должны пользоваться все- ми свободами граждан города. Когда купцы оказали сопротивление, город обратился к королю, который вызвал обе стороны в каз- начейство, где 4 июля 1282 года был выне- сен вердикт (Rot. Hund., (London, 1812–1818), 416, 428). Верховное постановление гласило, что немцы должны будут оплатить 240 марок за ремонт ворот, а также что они должны нес- ти затраты на содержание их в надлежа- щем виде и что отныне они будут нести одну треть расходов на содержание вахты у ворот, остальное оплачивает городская казна. Вза- мен Ганза должна быть освобождена от упла- ты местного налога, взимаемого с импорта и экспорта товаров на вечные времена. Так- же зерно, привезенное в город ганзейскими купцами, может быть продано из их амбаров в течение сорока дней, если только не после- дует особого распоряжения от короля или го- родских властей из-за нехватки продоволь- ствия. Третья уступка Англии заключалась в том, что отныне купцам позволялось иметь Эволюция ганзейско-английских связей 59
свой совет и главу контора. Он должен был быть избран ими и затем представлен город- ским властям, перед которыми он должен принести клятву, что будет справедлив в ре- шениях собственного суда Ганзы. Такой внут- риганзейский механизм существовал и до этого, тому есть свидетельства. Но настоящее соглашение закрепляло и меняло статус того, что до сих пор существовало без санкции короны, официально признавая Ганзейскую систему. Независимо от того, кто получил большее удовлетворение от соглашения 1282 года — Лондон или Ганза, теперь уже горожане не могли серьезно посягать на свободу тор- говли купцов Лиги. Любое движение мест- ных властей в этом направлении, безуслов- но, было бы заблокировано Эдуардом I, чья твердая политика по защите иностранных купцов достигла апогея приостановкой дей- ствия Лондонской хартии в 1285 году. Оп- позиция благосклонному отношению к ино- странным купцам видна, по крайней мере, с 1290 года, но король ослабил свою хватку в городе лишь после конституционного кри- зиса осенью 1297 года. В апреле 1298 года он отозвал королевского регента и восста- новил в Лондоне должность губернатора. Го- рожане немедленно ополчились на чужезем- цев, которые явно пользовались слабостью местных купцов, широко распространенной 60 Ганза в Англии
в период прямого королевского правления. В июне 1298 года многие иностранцы, в том числе восемь немцев, были обвинены в том, что имеют в собственности жилые дома (в Лондоне это было запрещено). Так, во время приостановления действия хартии постра- дали от этого как купцы, так и другие ино- странцы, не занятые в торговле. Штрафы и предупреждения, вынесенные тем, кто был признан виновным, а также другим обвиняе- мым, не смогли обуздать желание иностран- цев жить в своих собственных помещениях или жить в соседстве с соотечественниками. В апреле 1300 года десять немцев и восемь южан снова получили приказ покинуть свои дома и арендовать себе помещения у мест- ных жителей Лондона. Попытка горожан восстановить старые обычаи не ограничи- валась правилами на поселение, они также пытались добиться соблюдения других пра- вил, в том числе сорокадневного ограниче- ния на проживание иностранца в Лондоне. В мае 1301 года ряд горожан был избран для поездки с мэром в Кенилворт, чтобы обсудить с королем этот и другие вопросы. Однако дело неоднократно приостанавлива- лось и оставалось неразрешенным вплоть до выдачи «Хартии иностранным купцам» («The Carta Mercatoria») в 1303 году. Пока же городу было приказано не досаждать иностранцам (CFR, 439–440). Эволюция ганзейско-английских связей 61
Наиболее ярко выделялись в этой борь- бе между купцами Лондона и чужеземным торговым сообществом две группы: купцы немецкой Ганзы и гасконские импортеры вина. Город, по-видимому, организовал со- гласованную кампанию против притязаний немцев на рост их торговли в Англии. В июне 1298 года Ганзе было предъявлено обвине- ние в незаконном уклонении от уплаты пош- лин на товары, ввозимые в Лондон и вы- возимые из него. Горожане утверждали, что привилегии купцов обеспечивали непри- косновенность только для товаров, которые они привозили непосредственно с родины, и что привилегии не распространялись на реимпорт тканей и шерсти, в оборот кото- рых начали вмешиваться немцы. Ганзе дали один день, чтобы доказать и подтвердить расширенный иммунитет от пошлин. Чуть позже еще двум ганзейцам было предъяв- лено обвинение в выгрузке воска с корабля в Гринвиче — нарушении закона, согласно которому импортные товары должны были выгружаться только в пределах города. Об- винения, выдвинутые лондонцами, в опре- деленной степени были услышаны королем. Так, в мае 1298 года шерифам города было направлено предписание обратить особое внимание на деятельность немцев и искоре- нить некоторые правонарушения, которые они совершают. Король слышал, что они зло- 62 Ганза в Англии
употребляют своими свободами, выдавая чу- жие товары за свои собственные, а также что они занимаются контрабандой фальшивых денег. Вероятно, конечно, что эти слухи ис- ходили от самих лондонцев. Ганзейский союз, как одна из ведущих и наиболее сплоченных групп иностранцев в Англии, играл важную роль в дискуссиях о необходимости регулирующих торговлю законов, которые породили «Хартию ино- странным купцам» («The Carta Mercatoria»), Лига была наиболее активна в борьбе за принятие хартии в Лондоне. Например, когда в 1309 году город пошел на уступки в важном вопросе, касающемся взвешива- ния товаров, Ганза предоставила одиннад- цать из двадцати одного иностранца-пере- говорщика (CPR, архив за 1292–1301, 450, 479, 622). Поскольку Эдуард II утвердил «Хартию иностранным купцам» вскоре после своего вступления на престол и так как она обеспе- чивала их привилегиями столь же значимы- ми, что и хартия 1260 года, ганзейцы не пред- приняли никаких немедленных шагов, чтобы получить подтверждение более древнего до- кумента. Но к лету 1311 года ситуация стала совсем иной, поскольку привилегии, кото- рыми пользовались все иностранные купцы в Англии, подверглись нападкам и пересмо- тру, а вскоре «Хартия иностранным купцам» Эволюция ганзейско-английских связей 63
была вовсе отменена (на долгие одиннадцать лет) одним из знаменитых постановлений, опубликованных той осенью. Это застави- ло Ганзу тщательно изучить свои собствен- ные хартии. Обнаружив, что подтверждение в 1281 году гранта 1260 года не имело ни- какого отношения к наследникам торговцев, было принято решение заплатить 100 фунтов стерлингов за подтверждение хартии Эду- ардом II, которое исправило ситуацию (CPR, архив за 1307–1314, 354). Это было сделано еще в июне 1311 года, до отмены «Хартии иностранным купцам», так что после этого ганзейские купцы легально вернулись туда, где они были до 1303 года. Не успела Ганза получить подтверждение хартии 1260 года, как обнаружились другие бреши в ее привилегиях, хотя события, ко- торые продемонстрировали это, в конечном итоге привели к устранению недостатков. Причиной неприятностей тогда стала серия пиратских нападений на суда английских купцов, в которых якобы участвовали не- мецкие корабли. Самым серьезным случа- ем стал захват у берегов Норфолка корабля с шерстью и другими товарами, принадлежа- щими группе линкольнширских купцов. Пре- ступники, как говорилось, были родом из Любека, Гамбурга, Кампена, Кёльна и дру- гих городов с Востока. В отместку англи- чане получили приказы, предписывающие 64 Ганза в Англии
шерифам Норфолка и Саффолка, Йоркшира, Линкольншира и Ноттингемшира арестовать всю немецкую собственность на их складах. Это спровоцировало ганзейцев направить протест королю. В итоге 1 июля 1311 года шерифам было поручено освободить ган- зейские товары, так как король желал про- явить особую благосклонность к купцам Гер- мании (Almain). Однако они должны были предоставить доказательства, чтобы отве- тить на обвинения в пиратстве в суде лорд- канцлера 9 сентября. В результате этого слушания шерифам было приказано осво- бодить грузы основных подозреваемых на том основании, что первоначальный арест товаров был незаконным. Ясно, что лин- кольнширские торговцы проиграли первый раунд по своему иску о возмещении убыт- ков, потому что они действовали поспешно и наложение ареста на имущество немцев сыграло не в их пользу. Изъятие товаров по решению суда было общепринятой закон- ной практикой среди купечества, но такие наложения ареста на имущество не должны были происходить хотя бы до тех пор, пока потерпевшие стороны не попробуют до- биться справедливости у местных лордов или властей, пожаловавшись на предпола- гаемые грабительские действия или взы- скания с должников. Однако в случае отказа в правосудии или нежелательного решения Эволюция ганзейско-английских связей 65
истцы могут прибегнуть к прямым действи- ям в своей собственной стране, с тем чтобы попытаться повлиять на судебный процесс. Тот факт, что владельцы арестованных то- варов непосредственно не были причастны к ограблению англичан, для правосудия не являлся помехой, поскольку при условии соблюдения надлежащих судебных проце- дур они могли быть привлечены к финан- совой ответственности за действия своих соотечественников. Хотя линкольнширцы ни- чего не добились в этом случае, они про- должили свои действия в судах; так в марте 1312 года они получили королевские пись- ма, адресованные городским властям Гам- бурга, Любека и Кампена с просьбой при- влечь пиратов к ответственности. Гамбург и Любек ответили в схожей манере, просто отрицая какое-либо участие своих граждан в пиратстве. Кампен не признал и не отри- цал причастности к пиратству, но выдвинул встречные обвинения против пиратствую- щих английских граждан. Эдуард II в кон- це концов дал согласие в ответ на просьбу выдать охранное письмо для германских послов в Англии, чтобы обсудить все жало- бы; два консула попали под защиту письма, охватывающую период с 1 мая по 1 ноября 1313 года. Согласно английской версии со- бытий, эти двое просто стремились от- срочить урегулирование иска о пиратстве, 66 Ганза в Англии
а затем разорвали все переговоры без ка- ких-либо оснований. После провала пере- говоров 16 ноября 1313 года были изданы приказы об аресте всех товаров, принадле- жащих Гамбургу, Любеку и Кампену, чтобы удовлетворить требования линкольнширских купцов (CCR, архив за 1307–1313, 111, 364, 378, 541, 543, 578). Хотя упомянутые выше аресты купечес- кого имущества затронули только выходцев из Любека, Гамбурга и Кампена, нет сомне- ния, что они были причиной растущего бес- покойства всей Ганзы; была даже составлена и направлена просьба к королю о поддерж- ке Ганзы в ее законных свободах. На са- мом деле торговые вольности не защищали ганзейцев от репрессий, которые основыва- лись на общих законах купечества. Правда, король мог даровать иммунитет от ареста отдельным лицам или группам торговцев, если они сами не были должниками или на- рушителями закона, но это было ревностно охраняемое торговое послабление. Среди Ганзейских городов оно было только у Лю- бека, хотя в надвигающихся смутах его, по-видимому, оставили без внимания. Те- перь ганзейцы предприняли решительные усилия, чтобы добавить эту лакомую приви- легию к имеющимся вольностям, и в апреле 1314 года она была дарована всем купцам Германии (CChW, 394). Эволюция ганзейско-английских связей 67
Получив чрезвычайно ценный иммуни- тет от внезапных арестов имущества, Ган- за должна была отстаивать свои интересы всеми силами, имея в противниках могу- щественные лондонские городские власти, местное купечество и прочие сторонние субъекты. Эдуард II в начале своего правления не только подтвердил выдачу привиле- гий своими предшественниками, призна- вая и льготы в виде иммунитета от арестов, но и впервые указал, что ни он, ни его на- следники не станут налагать на Ганзу но- вые пошлины без ее на то согласия (CChW, 447). Новая Ганзейская хартия об имуществен- ном иммунитете вынуждала конкурентов еще более рьяно выдвигать свои претензии в парламенте, и немцы, чьи товары были выпущены из-под ареста в Лондоне в мар- те 1317 года, были вызваны на общую ас- самблею в Йорке 29 сентября 1318 года. Ни по одному вопросу сторонам не уда- лось достичь согласия, потому все решения были отложены до следующего заседания парламента. На самом деле, только в июле 1320 года, после еще нескольких неудач, английское купечество смогло наконец до- биться успешного исполнения приказа о на- ложении ареста на имущество группы не- мецких купцов в обеспечение долга. К этому 68 Ганза в Англии
времени влияние Ганзы на английский двор ослабело. Приобретение Ганзой очередной хартии в марте 1317 года, должно быть, убедило английских купцов в том, что они не смогут добиться полной отмены ганзейских торго- вых вольностей, и поэтому их единственной целью на данном этапе было ограничение числа тех, кто имел право ими пользоваться. Это было нелегко. Лишь часть из получен- ных привилегий приписывалась отдельным купцам Германии; все чаще хартии, выдавав- шиеся купцам в зоне ответственности лон- донского контора, позволяли немцам самим определять свое членство в Лиге. В парла- менте Йорка в 1318 году было установлено, что некий немец, чьи товары были аресто- ваны из-за задолженности и который не был членом Гильдхолла, впоследствии уже зна- чится ганзейцем. Почти всегда, когда немецкие товары в Англии арестовывались, ганзейские куп- цы клялись, что владельцы были членами гильдии и товары согласно хартии долж- ны быть освобождены. Естественно, англи- чане не были готовы бесконечно мириться с таким положением дел и в конце 1319 го- да оспорили свидетельство о том, что не- которые купцы из Зоеста и Грейфсвальда были членами Ганзейского гильдхолла. При- сяжные, состоявшие из лондонцев и ино- Эволюция ганзейско-английских связей 69
странцев, не являющихся немцами, затем установили, что указанные торговцы не были членами в момент ареста их товаров. В 1320 году вследствие противоречивых по- казаний ганзейских и лондонских присяж- ных английская знать переместила тяжбу против купцов в Суд королевской скамьи. Ганзейский контор был призван удостове- рить имена всех своих членов, города, из которых они прибыли, и время, когда куп- цов приняли в члены. Прежде чем это де- ло получило ход, его настигло встречное расследование правомерности претензий (quo warranto), открытое купцами в Лон- доне в 1321 году. Данный процесс был весьма серьезным, так как он не огра- ничивался вопросом членства отдельных купцов; тут подверглась нападкам вся систе- ма ганзейских торговых привилегий. Слу- шания начались в суде лорд-канцлера, но вскоре были перенесены на Королевскую скамью, где они неоднократно прерыва- лись и затягивались. На январскую судеб- ную сессию (Hilary term) 1324 года купцы не явились, потому было решено забрать выданные им вольности от имени короля. В следующем году купцы заплатили штраф в размере 20 фунтов стерлингов, чтобы вернуть свои торговые свободы, но реше- ние суда постоянно откладывалось до тех пор, пока дело не было закрыто вступле 70 Ганза в Англии
нием Эдуарда III на престол и новым под- тверждением хартии 1317 года и всех прежних привилегий (CCR, архив за 1318– 1323, 45). Шаткость коллективных свобод Ганзы в последние годы правления Эдуарда II за- ставляла отдельно взятых купцов все чаще защищать лишь свои личные интересы. Кёльнские купцы поступили так на процес- се в 1321 году, напомнив суду о правомер- ности претензий (quo warranto) согласно их собственной хартии еще 1194 года. Так как льготы, которые эта хартия закрепляла за ними, были менее широки, чем те, которыми пользовалась сейчас вся Ганза целиком, хар- тия была соответственно подзабыта в по- следние годы и никогда не подтверждалась при правлении Эдуарда II. Но если более ши- рокие торговые привилегии были бы свер- нуты и Ганза распалась бы, кёльнская хартия могла бы установить особенное положение для всех купцов Вестфалии. Кроме того, по крайней мере с весны 1323 года некоторые немецкие купцы получали личные охран- ные грамоты от властей в Англии. Сначала это были простые охранные грамоты, га- рантировавшие лишь неприкосновенность их товаров, но в более поздних докумен- тах описывались все основные свободы, на которые претендовала тогда Ганза, и ого- варивалось, что ими должен пользоваться Эволюция ганзейско-английских связей 71
держатель грамоты. Некоторые немецкие купцы получали неоспоримые преимуще- ства в торговле на территории Англии. Их личные привилегии, дарованные сначала по воле короны, затем продлевались на всю жизнь с окончательным признанием за этим купцом статуса местного жителя (CPR, ар- хив за 1321–1324, 280, 434; архив за 1324– 1327, 194). Эдуард III не издал общего подтвержде- ния торговых привилегий для иностранных купцов после своего вступления на престол. Вместо этого отдельным группам иностран- цев были продлены их собственные копии хартий. Этот факт стал существенен в нача- ле 1330-х годов, когда Лондон взимал пош- лину с ввозимых в Англию товаров. Городу тогда было не просто приказано отменить поборы; королевская канцелярия издала от- дельные поправки в пользу любых торговцев, которые обладали личными привилегиями, что гарантировало их свободы и конкуренто- способность. Немецкая Ганза не была тогда в числе тех, кто считал целесообразным обновлять свои персональные копии «Хартии ино- странным купцам», вероятно, потому, что она чувствовала себя достаточно защищенной другими своими хартиями, которые были подтверждены новым королем еще в мар- те 1327 года. Вольности, дарованные Ганзе 72 Ганза в Англии
Эдуардом II, были в некоторых отношениях более ценными, чем те, которые предостав- ляла «Хартия иностранным купцам». Кроме того, факт ее временной отмены по усло- виям постановлений 1311 года, длившейся по 1322 год, показал, что хартия уязвима ввиду политических нападок. Собственные же торговые свободы немцев, напротив, вы- зывали меньше негодования у местных куп- цов и городских властей, и, следовательно, их было легче защищать. Немцы, несомнен- но, пытались извлечь выгоду из сложившей- ся ситуации и своего особого положения. В 1330 году они подали прошение о том, что с них незаконно снимается пошлина в раз- мере 3 шиллингов с каждого заработанного фунта стерлингов, поскольку благодаря их особому положению по закону они не под- падают под таможенные пошлины, установ- ленные в 1303 году. Но тогда корона откло- нила прошение ганзейских купцов. В апреле 1332 года Эдуард III сделал свое первое об- щее для всех иностранных торговцев, в том числе и ганзейских, подтверждение «Хартии иностранным купцам» (CPR, архив за 1330– 1334, 270). В 1335 году положение всех без исклю- чений иностранных купцов в Англии значи- тельно укрепилось благодаря законодатель- ному акту парламента, заседавшего в Йорке. До сих пор статус иностранного купца почти Эволюция ганзейско-английских связей 73
полностью зависел от королевских прерога- тив, но многие привилегии, дарованные ему королем, вступали в противоречие с пред- писаниями и закрепленными в уставе пра- вами английских общин. Конфликт, конечно, присущ любой попытке местных властей оказать поддержку иностранцам, но до сих пор многие притязания иностранных куп- цов могли трактоваться в силу Великой хар- тии вольностей (Magna Carta), принятой еще в 1215 году. Глава 41 этого документа была прямо недружелюбна по отношению к при- езжим торговцам, но она была значительно ниже главы 13, в которой говорилось, что Лондон и все другие города должны придер- живаться всех древних свобод и обычаев отдельных народов. Статут (устав) 1335 года преодолел эту трудность, объявив, что все перечисленные привилегии и обычаи, ко- торые были помехой для местных жителей, теперь являются недействительными. Пар- ламент, однако, не упоминал «Хартию ино- странным купцам», и в кратком уставе не было подробно сказано о спорных момен- тах между англичанами и иностранцами. В нем просто говорилось, что иностранцы могут торговать всеми товарами, хотя вино может экспортироваться только по королев- ской лицензии, которая распространяется как на местных купцов, так и на приезжих. Тем не менее, было ясно намерение парламента 74 Ганза в Англии
установить широкую меру свободной тор- говли, и, когда статут был окончательно ут- вержден в 1351 году, в нем было дополнено, что все правила распространяются как на розничную, так и оптовую торговлю (Stats, 270, 315). В военное время все права на торговлю, установленные королевской хартией или парламентским статутом, были подчинены другим соображениям. В начале Столетней войны к таким соображениям относились дипломатические и финансовые стратегии короля. Так был наложен полный запрет на экспорт шерсти, которая была главным ан- глийским товаром, экспортируемым как са- мими англичанами, так и иностранцами. Но Эдуард III не стремился разрывать отноше- ния с зарубежными купцами и потому под- держивал их остальную внешнюю торговлю с помощью писем-гарантий. В первые годы войны было выдано большое количество та- ких документов, часть из которых распрос- транялась на всех торгующих иностранцев, а часть касалась только отдельных групп. Как правило, они выдавались на определенный период времени, обычно от одного года до трех лет. Данные письма зачастую гаранти- ровали соблюдение «Хартии иностранным купцам» в течение этого периода, и не было никаких упоминаний о том, что впослед- ствии получатель мог быть автоматически Эволюция ганзейско-английских связей 75
выведен за пределы хартии. С другой сто- роны, нельзя и предполагать, что король безоговорочно продолжал бы свое покро- вительство до конца выданной привилегии в случае возникновения серьезных вопро- сов в адрес иностранного купца. С юриди- ческой точки зрения, в случае преждевре- менного прекращения действия охранных писем уведомление должно направляться купцам, с тем чтобы иностранцы имели вре- мя уладить свои дела в Англии и спокойно отбыть. Естественно, что такая милость не распространялась на подданных тех держав, чьи власти вели себя несправедливо по отно- шению к английским купцам за границей. По крайней мере два раза в первые годы вой- ны ганзейские привилегии подвергались некоей опасности. Первая угроза возникла из-за ареста английского купца на террито- рии Кёльнского архиепископа. Данный ку- пец, Джон Пирс, был освобожден только после уплаты крупного штрафа (HUB, 39, 42, 65, 77–78). С 1344 по 1346 год его ду- шеприказчики на родине стремились взы- скать убытки путем отчуждения имущества немецких купцов в Англии. Но аресты эти были ограничены по масштабам и в конеч- ном счете безуспешны, поскольку против них закономерно возражали как против на- рушения ганзейских привилегий. Второй инцидент был потенциально гораздо более 76 Ганза в Англии
серьезным, поскольку сначала корона ре- шила рассматривать его как оскорбление всей английской нации. Инцидент разра- зился вокруг казни в Слюисе Ричарда Кёр- тиса из Бристоля по обвинению в пиратстве, предъявленному немецким купцом. Англий- ские же купцы из ярмарочного городка представляли это своему правительству как судебное убийство, добытое лжесвидетель- ством и клеветой. Так в июле 1351 года были приостановлены все вольности Ганзы и про- изведен оптовый арест товаров и долгов по всей стране. Отдельные купцы постепенно возвращали свою утраченную собствен- ность, клянясь, что они не имеют никакого отношения к германской Ганзе во Фландрии, но все равно тень подозрений лежала на них еще долгое время. Торговые привиле- гии были официально восстановлены самое позднее к июню 1354 года, когда из тща- тельно продуманного именного охранного письма следует, что уже тогда все члены Ган- зы пользовались ими на территории Англии (HUB, 207–211, 214–215, 222, 233, 235, 238, 258, 298). Запрет же, наложенный на экспорт шер- сти в 1336 году, был снят для членов Ганзы в марте 1338 года, но торговля оставалась под строгим контролем и была также обре- менена дополнительными взносами к на- логообложению 1275 года и новому налогу Эволюция ганзейско-английских связей 77
1303 года. Сначала ставка составляла 20 шил- лингов за мешок для местных и иностранных купцов, в то время как последние также должны были платить еще сбор в 20 шиллин- гов. Позже сумма была еще увеличена для иностранцев по различным политическим соображениям. Все налоговые платежи вы- плачивались стабильно как англичанами, так и ганзейцами. Ведь без уплаты даже очевид- но завышенных сборов любому торговцу по- просту не разрешили бы экспортировать ан- глийскую шерсть. Хотя нет никаких доказательств того, что иностранцы ставили под сомнение адек- ватность налогообложения на шерсть, они не так легко соглашались на новые налоги на другие товары, которые были введены в 1347 году. Наиболее спорной была пош- лина на английские шерстяные и камволь- ные ткани, установленная «единодушно» на большом заседании совета, состоявшем- ся в марте. Так ганзейские купцы должны были платить отчисления в казну в размере 1 шиллинга и 9 пенни за мешок шерстяных тканей, а для мешка с пряжей был установ- лен сбор в полтора шиллинга. Тот факт, что они должны были платить это в дополнение к пошлинам на экспорт тканей, установлен- ным в 1303 году, вызвал протесты немецких купцов. В результате уже в октябре 1347 года были даны указания, чтобы новая пошлина 78 Ганза в Англии
в настоящее время не взималась с членов германской Ганзы. А к 20 января 1348 года было принято окончательное решение в пользу ганзейских купцов, устанавлива- ющее, что они должны выплачивать только пошлину 1303 года, и освобождающее от нового налога. Неясно только, было ли это решение основано на «Хартии иностранным купцам» или на привилегии Ганзы 1317 года. Однако равного отношения английских вла- стей к немцам и к другим иностранцам не было; прочие иностранные купцы продолжа- ли платить двойной налог на экспортируемые английские ткани. Помимо отказа платить новый постоян- ный налог на ткани, ганзейцы сопротивля- лись попыткам введения временных сборов и на другие товары, якобы взимаемых для оплаты защиты морской торговли. Первый из подобных платежей был инициирован великим советом в марте 1347 года, и его объем составлял 2 шиллинга за бочку вина или мешок шерсти и 6 пенни за каждый вы- рученный купцом фунт. Временный налог должен был взиматься со всех купцов без исключений с 18 марта по конец сентяб- ря, но на практике он собирался до 25 нояб- ря 1347 года, а на шерсть — до следующей Пасхи. Из вышесказанного следует, что торговые взаимодействия Ганзы с Англией вызвали Эволюция ганзейско-английских связей 79
к жизни целый сегмент законодательных ак- тов в последней, которые были адресно ори- ентированы на отношения с ганзейским ку- печеством. Это подчеркивает специфический характер этих связей. Глава 2 Механизмы торговых отношений Ганзы и Англии
Деятельность Ганзейского союза
в английских портовых городах
Торговля Ганзы в Лондоне
Отличительной чертой рассматриваемого данной работой этапа развитых англо-ган- зейских торговых связей является переход немецких купцов от торговли в нескольких портах к торговле в одном. Конечно, помимо лондонского рынка купцы бывали и в других землях Англии, но это было, скорее, исклю- чением. Главным фактором для такой тен- денции послужило прекращение торговли пряжей, что актуально для раннего средне- вековья. Еще одной немаловажной причи- ной стал тот факт, что местные власти не- больших городов часто придумывали новые налоги и зачастую рынком могли владеть купцы какого-либо конкретного ганзейско- го города, тогда как в Лондоне все приез- жие были на равных. Северогерманские го- Механизмы торговых отношений… 81
рода были представлены в изобилии. За ру- бежом, вдали от своих городов, ганзейцы объединялись для дальнейшей координации в общий зал гильдии (контор). Например, нам известно о коллективном иске лондон- ского контора «Стального двора» (Stalhof) к властям Лондона в 1388 году, где упоми- нается десять торговцев из Кёльна, семеро из Дортмунда и еще один из Венгрии (HUB, 934, 945). Точное число именно германских куп- цов в Лондоне сейчас сложно установить, но Стальной двор насчитывал в 1381 году два- дцать восемь немцев (Almain), которые были освобождены от годового городского взноса из-за имеющейся у них привилегии. К концу XIV века лондонский контор уже превосходил количеством бостонский. Но объем торговли рос небыстро, Лондон оставался на втором месте среди портов Ан- глии по объемам ганзейской торговли тка- нями. Точно отследить этот рост не пред- ставляется возможным из-за неизвестно- го нам объема экспорта ганзейцами тканей из Лондона. Установлено по сохранившим- ся документам только, что экспорт пряжи, шерстяной одежды и мотков шерсти возрос вдвое. В середине четырнадцатого века ганзей- ский купец платил в казну Лондона 1 шил- линг 9 пенни за каждый 281 отрезок ткани; 82 Ганза в Англии
Таблица 1. Объемы торговли
в лондонском экспорте английской ткани за 1399–1436 гг. (в фунтах стерлингов £)
Английские Ганзейские
купцы купцы
1399–1402 гг. 22800 7400 1402–1422 гг. 13900 5900 1422–1425 гг. 24843 6949 1425–1428 гг. 17480 5778 1428–1435 гг. 25228 4214 1435–1436 гг. 10929 2353
Источник: Wilson and Coleman, 1963, 122–134.
ткань из гребенной шерсти облагалась 3 шиллингами с фунта выручки, столько же уплачивали за сукно (Wilson and Coleman, 1963, 128). Объемы торгового оборота экспортируе- мого сукна в фунтах стерлингов как англий- скими купцами, так и ганзейскими, а так- же изменения из года в год, согласно нало- говым записям, собраны в представленной таблице 1. Война во Фландрии в 1380-е годы свела на нет импорт сукна в Англию и явно по- влияла на рост экспорта из Англии при по- средстве ганзейских купцов. Также многие Механизмы торговых отношений… 83
экспортеры переключились на вывоз гру- бой шерстяной материи, налог на которую был наименьшим. Например, с июля по сентябрь 1384 года было зафиксировано минимальное значение в экспорте на конти- нент, а именно 519 единиц материи из гру- бой шерсти и 128 единиц сукна, тогда как сами англичане вывезли за этот период 254 и 24 соответственно (Perkmann, 2003, 71). Все это закономерно привело к недополу- ченной выгоде Лондона, поэтому Главное казначейство впервые ввело дополнитель- ный налог для зарубежных купцов. К обло- жению в 3 шиллинга за каждый выручен- ный фунт на английской земле (poundage tax) собирался налог на добавленную стои- мость (ad valorem tax), плюс таможенной пошлиной облагалась грубая шерстяная материя. Это, несомненно, сильно удари- ло по купцам, те в свою очередь пытались всячески уклониться от нововведений. А в 1390 году лондонские ганзейцы и во- все вынужденно объявили бойкот рынку грубой шерсти, сохранив и немного увели- чив при этом экспорт сукна. Так, к концу XIV века экспорт всех видов тканей ган- зейскими судами насчитывал 2321 единицу в год, что составляло 60 процентов от всех сделок, заключаемых ганзейцами, а так- же 45 процентов всего экспорта тканей в Англии. 84 Ганза в Англии
Несмотря на рост лондонских налогов для Ганзы, экспорт тканей был важнейшей сферой рынка. На внутреннем рынке в Ан- глии в основном пользовалась спросом лишь ткань с саржевым плетением (может выраба- тываться из пряжи любого состава), реже — ткань из крученой шерсти. Купцы также все больше экспортировали готовые текстильные изделия, чтобы не платить налог на грубую шерстяную ткань: накидки, колпаки, перчат- ки, юбки, а также так называемые «ирланд- ские мантии». Известно о попытках купцов вывезти ткани под надуманными названиями, которые, естественно, не числились у казна- чейства в списке налогооблагаемых. Ганзей- цы очень редко имели дело с кроличьими и бараньими шкурами, в основном это была сфера интересов итальянских купцов в Ан- глии (Hatcher, 1973, 103–105). Более разнообразным, чем экспорт, был ганзейский импорт в Англию, он включал в себя всевозможные товары с материко- вой Европы, такие как стекло, замки и клю- чи, зеркала, разнообразные мешочки, чет- ки, игрушки и статуэтки, посуду, украшения, ручные мельницы для зерна и многое дру- гое. Безусловно, наибольшая выгода шла от традиционных бытовых товаров, торговля которыми обеспечивала немалый оборот ка- питала и создание которых требовало специ- альных знаний от мастеров со всей Европы. Механизмы торговых отношений… 85
Львиную долю импорта составляла пуш- нина. Мех ввозился как купцами Ганзы, так и самими англичанами. Его суммарный го- довой оборот в конце XIV века состав- лял более 3300 фунтов стерлингов. В со- хранившихся торговых записях того периода самым крупным поставщиком пушнины чис- лится купец из Дортмунда Кристиан Кельмер, член совета Лондонской гильдии, с годовым импортом меха на сумму 1045 фунтов стер- лингов. Он и еще одиннадцать ганзейских купцов из Дортмунда и Кёльна довели свою совокупную долю импорта меха в Англию до почти 80 процентов. Полной монополии им добиться не удалось, поскольку помимо еще двух прибалтийских торговцев конкуренцию составляли несколько видных лондонских купцов, импортировавших ценные меха с юга Европы. Оборот пушнины был настолько ве- лик, что Кельмер даже занялся реэкспор- том меха горностая, что в конечном итоге лишило его расположения при Английском дворе (Martin, 1986, 54). Однако подавляю- щее большинство импорта меха состояло из относительно недорогих шкур белок, кото- рые в основном экспортировались из России (Veale, 1966, 129). В то же время немецкие купцы Вестфалии не всегда перекупали то- вары с востока, иногда они действовали без посредников, перевозя грузы самостоятель- но. Так, из записей 1405 года нам известно 86 Ганза в Англии
о купце из Кёльна Бернарде Мечингхаузе, одном из крупнейших импортеров меха в Лондон, который подвергся пиратскому на- падению и лишился перевозимого меха на пути в Брюгге. Кроме того, из Вестфальско-Маасского ре- гиона немецкие купцы регулярно импортиро- вали в Англию медь, сталь, железо и латунь в виде брусков, слитков и проволоки, а так- же в форме разнообразной металлической посуды, раковин, мечей, ножей и различных доспехов. Солидный вклад в общий объем импорта, хотя и не такой существенный, если сравнивать с пушниной, был внесен торговлей воском и прочими несложными изделиями. Английское же купечество делало ставку на торговлю шерстяным текстилем и даже больше — льняным полотном. Также импор- тировалась нить, канаты и прочие производ- ные. Из Кёльна привозили так называемую «кёльнскую нить», ее предпочитали для сши- вания тюков, а не для плетения или вязания. Даже в обороте этого товара все чаще были задействованы англичане наравне с ганзей- цами. Также обе группы завозили необрабо- танный лен, фланель, шелк. Несмотря на то что до нас дошла лишь об- рывочная информация о перемещениях гру- зов, мы можем приблизительно установить, где загружалось судно, изучив список товара, перевозимого на нем, а также узнав фами- Механизмы торговых отношений… 87
лии купцов, вовлеченных в долевое сотруд- ничество. Так, например, за период с июля по сентябрь 1384 года в лондонский порт вошло девяносто восемь судов, только восемь из ко- торых были как-то задействованы в торговле на Балтике, в том числе с северогерманскими городами. Общая сумма перевозимых товаров на этих судах составляла 1336 фунтов стер- лингов (включая приблизительно 100 фунтов за товары не из Балтийского региона). Ни один из перечисленных кораблей не управлялся английскими шкиперами, однако доля пере- возимого товара, принадлежавшего англий- ским купцам, составляла свыше шестидесяти двух процентов. Помимо воска, небольшого количества меди и нескольких видов меха, грузы представляли собой традиционные до- рогостоящие товары, такие как древесина, уголь, деготь, смола, лен и немного вяленой рыбы. Что касается импорта рыбы, в основном из Норвегии, то с 1382 года Лондон увели- чил налог на ее ввоз с 1 фунта стерлингов до 1 фунта и 3 пенни (HUB, 759). Но и ганзейские купцы не растерялись, повысив цену вяленой рыбы для конечного потребителя с 4 фунтов до 5 за колодку. Но длилось это недолго: из-за холодных весны и зимы того года слу- чился неурожай, и поэтому англичане сделали импорт всех продуктовых товаров беспош- линным. Однако когда нехватка продуктов за- кончилась, Лондон вернул налоги без всяких 88 Ганза в Англии
предупреждений, заставив купцов перена- править импорт продуктовых товаров в порты Бордо, Байонна и Дордрехт (CCR, 388, 390). Большинство известных по источникам купцов-авантюристов импортировали в Ан- глию товары балтийского или вестфальского происхождения через Фландрию или Брабант, однако единицы торговали с Балтикой на- прямую без посредников. На таких предпри- нимателей нам указывают лондонские тор- говые записи за 1385 год, когда одиннадцать английских купцов потеряли груз в Пруссии на сумму 353 фунтов стерлингов (HR, 404). Торговля Ганзы в Бостоне В конце XIV века Бостонский контор был все еще важным провинциальным центром ганзейской деятельности, но экономико-гео- графический базис международной торгов- ли был уже не тем, чем прежде. Здесь, как и в других торговых городах Англии, экспорт шерсти был заменен тканью, направляемой ганзейцами преимущественно в Северную Европу. Что касается импорта, то торговля с Норвегией была еще более доминирующей, чем раньше. В период между концом сентября 1390 г. и ровно через год в 1391 г. объем импор- та Ганзы в Берген составил 3779 фунтов стер- лингов, что представляло собой 74 % от обще- го объема импорта всех иностранных купцов города, в то время как в период с октября Механизмы торговых отношений… 89
1391 г. по 8 декабря он составил 2679 фунтов стерлингов, что являлось лишь 64 % от обще- го объема импорта, но тут как иностранцами, так и местным купечеством (Бережков 1879, 78). Самым же высоким когда-либо зарегис- трированным годовым показателем торгово- го оборота в Бостоне при участии ганзейских купцов можно назвать промежуток в двена- дцать месяцев, начиная с 28 ноября 1386 года. Тогда совместный экспорт Ганзы и англичан оценивается в 20804 фунта стерлингов, им- порт же составил 8844 фунта стерлингов, 43 % от общего объема торговли в Англии и 61 % от всего импорта (Кённингэм, 1909, 79–81). Сведения разных источников подтверждают важнейшую роль торговли в Бергене, которая состояла почти полностью из импорта вяле- ной рыбы и китового жира. Лишь небольшое количество других товаров, таких как древе- сина, необработанная кожа и шкуры, могло поступать из Норвегии; периодически бывали поставки пива из северонемецких городов. Ганзейский экспорт почти полностью состоял из сукна, и Бостонский контор был, вероятно, первым, кто в период тор- говой экспансии, начавшейся в середи- не XIV века, начал выпускать английские сукна в больших масштабах. В период меж- ду 1353 и 1372 годами бостонский экспорт тканей был тесно связан с экспортом горо- да Линна, но основная доля ганзейской тор- 90 Ганза в Англии
говли все же приходилась на главный порт (Bridbury, 1982, 118). Бостонский контор постепенно увеличивал свои инвестиции в оборот тканями, в том числе реэкспорт материковых. Таким образом среднегодо- вой экспорт за 1365–1372 годы был равен 1493 единицам, а уже в период с августа 1377 года по октябрь 1399 года экспорт ган- зейской ткани только из Бостона составлял в среднем чуть менее 2000 единиц в год, что на треть больше, чем ранее экспортиро- вали вместе Бостон и Линн. Несколько бо- лее высокий средний показатель свойстве- нен только для 1390-х годов, но эти цифры лишь отражают фактор ранее необлагаемых налогом проливов, который не должен ис- кажать общей ситуации с ганзейской тор- говлей в Бостоне. Еще нужно учитывать, что некоторые ганзейцы по-прежнему пере- возили пряжу, которая не входила в списки налогооблагаемых тканей. Вообще трудно установить точные объемы экспорта, но со- вершенно ясно, что в конце XIV века Бостон- ский контор имел значительное превышение импорта над экспортом. Также практически невозможно отнести конкретные фамилии купцов к какому-либо одному портовому городу, а порт отправления судов можно вычислить только приблизительно по пере- возимым товарам, пользуясь способом, опи- санным ранее. По ряду источников известно Механизмы торговых отношений… 91
лишь, что в это время в бергенской торговле по-прежнему доминировали купцы из Лю- бека, потому логично, что эта купеческая группа занимала крупнейшее место и сре- ди бостонских импортеров. Так, в 1383 году члены городского управления Бостонского контора и ганзейцы Бергена (Bergenfahrer) встретились с представителями Ганзы Лон- дона, городов Халла и Ярмута, где все сто- роны согласились заплатить вмененную иском пошлину в пользу лондонской канце- лярии (Lappenberg, 1851, 41). В долгосрочной перспективе, безуслов- но, видна существовавшая корреляция меж- ду импортерами и экспортерами тканей, но эти детали редки, изменчивы, а потому не сразу заметны. То же самое относится и к судам, задействованным в этих сдел- ках — ни один маршрут и последователь- ность портов, в которых побывало судно, не раскрывает полностью типичной карти- ны взаимодействий. Так, например, меж- ду 6 декабря 1383 г. и 29 сентября 1384 г. пятнадцать членов Бостонского контора (ни один из них не был членом экипажа кораблей, все они торговали удаленно) им- портировали товары на сумму 1620 фунтов стерлингов, но только четверо из них были задействованы в экспорте английской тка- ни на сумму 2253 фунта за тот же период (Штокмар, 1973, 122). Еще один пример 92 Ганза в Англии
показывает, что за год с 28 ноября 1386 г. по 28 ноября 1387 г. года было импортировано в Берген товаров на сумму 8844 фунта стер- лингов, из которых 894 фунта относились к капитанам и морякам судов, а остальная доля принадлежала сорока девяти или пя- тидесяти купцам Ганзы, не принимавшим личного участия в плавании. И только де- вять предпринимателей из пятидесяти были в дальнейшем замечены в экспортирова- нии английских тканей на общую сумму 4407 фунтов (Штокмар, 1973, 128). Опять же, из пятнадцати судов, занятых в торговле импортом, только два были снабжены гру- зом перед отправкой из Англии. Одно судно зашло в порт Бостона 4 февраля и вышло 20 февраля 1386 г., груженное ганзейским сукном на сумму 2499 фунтов стерлингов, другое судно прибыло 16 февраля и ушло 1 апреля с тем же грузом на 247 фунтов и 220 фунтами местного сукна. 30 апреля первое из них снова ушло из порта с еще одним судном, их общий экспорт ганзей- ского сукна по стоимости приравнивался к 1828 фунтам стерлингов, однако в даль- нейшем не было зарегистрировано обрат- ных рейсов ни для одного из них. В качестве финального примера этой тенденции мож- но привести календарный год, начавшийся в сентябре 1390 г., за который Ганза через Берген импортировала товара на общую Механизмы торговых отношений… 93
стоимость 3779 фунтов стерлингов, принад- лежавшего восьмидесяти двум купцам, за исключением всего 2 фунтов, приписанных капитану корабля (Кириллова, 1979, 54). Экспортеров ткани насчитывалось семьде- сят два, практически все из которых фигу- рируют также в списке импортеров тканей. Например, есть запись о пяти судах, вы- шедших из порта Бергена 13 ноября с разно- образным импортом в Бостон, в обратном же направлении вышли 4 января лишь три из них, груженные английским экспортом, а четвертый — 18 февраля, неся в общей сложности 1004 единицы ганзейских тканей, 312 единиц пряжи, и 35 тканых изделий английского производства. 4 апреля два из этих ганзейских судов снова появились в порту Бергена с импортом для Англии и вышли из Бостона 8 и 18 мая с экспорти- руемыми 629 единицами ганзейских тканей, 135 единицами пряжи и 133 ткаными изде- лиями английского производства. Несмотря на большое количество дошед- ших до нас купеческих имен, которые скру- пулезно отражены канцелярией Бостона, ве- роятно, что многие из этих купцов никогда и не ступали на берега этого порта, так как для их бизнеса было достаточно управле- ния их комиссионными агентами, которые, являясь их акторами, действовали на зем- ле от их имени, пользуясь их привилегиями. 94 Ганза в Англии
Так, нет ничего удивительного в примере, что когда в 1407 году судебный исполнитель Линкольншира разослал приказы о созыве присяжных (venire facia), из числа пятидесяти четырех приглашенных ганзейских купцов только семеро явились лично в Королевскую канцелярию. Но тогда Бергенский контор, по-видимому, не желая портить отношения с группами ганзейцев в лондонской штаб- квартире и других городах Англии, согласил- ся внести свой вклад в судебные издержки Лондонского контора. Зависимость местных бостонских экспор- теров английской ткани от рынка на Балтике была причиной потенциального соперни- чества между ними и ганзейскими купцами, хотя на практике это, возможно, не было чем- то серьезным. Вполне вероятно, что большая часть ганзейского сукна предназначалась для рынков в западной части Балтийского регио- на, и хотя, несомненно, бостонцы направля- ли товар и туда, они концентрировали свое внимание на прусском рынке. Об этом нам известно благодаря сохранившимся годовым отчетам Бостонской канцелярии (HR, 388). Торговля Ганзы в Халле Северный контор Ганзы находился в го- роде Халле (ныне Kingston upon Hull), но, как обычно, заморские купцы уже бывали там задолго до его образования. Удачное рас- Механизмы торговых отношений… 95
положение города, основанного в XII веке, в прибрежной области северо-востока Ан- глии определяло его суть. В четырнадцатом веке в Халле торговля уже кипела. Из анна- лов этого города до нас дошло очень яркое имя ганзейского купца Генри Ваймана, чья торговля зарегистрирована во многих тамо- женных записях казначейства Халла в пери- од между 1378 и 1399 гг. Он женился на до- чери мэра Йорка, стал свободным человеком города в 1387 г., получил статус городского жителя на следующий год и позже, в начале XV века, становился трижды мэром города. Карьера Ваймана была далеко не типичной и, несомненно, привела в конечном итоге к тому, что он был вынужден отказаться от членства в Ганзе (Bartlett, 1958, 132–133). Масштабы ганзейской деятельности в зем- лях графства Йоркшир следует выводить главным образом из общего объема экспор- та тканей. Этот товар является наиболее детально изученным по дошедшим до нас немногочисленным письменным источни- кам. Так, первая регистрация казначейства в 1350–1360 годах сообщает о 35 единицах экспортируемой ткани, которые увеличи- ваются до 62, 107 и 169 в последующие три года; в течение следующих двух лет экспорт вырастает в среднем до 327 единиц, но за- тем наблюдается спад до 139 единиц в пе- риод с 1366 по 1372 год. Позже, между 1379 96 Ганза в Англии
и 1391 годами, числа колеблются, составляя в среднем 319 единиц в год. Из-за включе- ния Англией проливов в облагаемые на- логом области в течение следующих вось- ми лет число единиц ткани сократилось до 272. Фрагментарные отчеты об отчис- лениях ганзейцев с каждого вырученно- го фунта стерлингов и тоннаже грузов по- казывают, что большая часть перевозимой ткани состояла из обычного сукна, которое оценивалось менее чем в 30 шиллингов за единицу. Так как Ганза экспортировала из Халла в основном только ткани, а остальные сферы были подвластны местным купцам, то ценность англо-ганзейской экспортной тор- говли здесь может быть четко определена. С импортом же ситуация сложнее из-за прак- тически не сохранившихся записей о про- исхождении купцов и списков ввозимых то- варов. Также идентификация затрудняется очень плохим состоянием большинства из сохранившихся документов. Однако самый ранний из них, 1378–1379 гг., показывает, что торговля с Ганзой в Халле продолжалась на протяжении всего длившегося кризиса англо- ганзейских отношений (Стам, 1974, 25–32). Ткань продолжала экспортироваться, несмо- тря на недружелюбный налог того времени «для иноземцев» (alien rate). С тех пор дошли сведения лишь об одиннадцати ганзейских кораблях, которые импортировали принад- Механизмы торговых отношений… 97
лежащую иностранцам сельдь стоимостью 200 фунтов стерлингов, разнообразные това- ры и изделия с Балтийского побережья стои- мостью 193 фунта стерлингов и 16 центне- ров воска. Еще по меньшей мере два других ганзейских судна фигурируют в сильно по- врежденном документе, объемы и тип грузов не известны. Четыре из этих кораблей при- надлежали Любеку, один — Кампену, пять из Данцига и по одному из Эльбинга, Кёниг- сберга и Браунсберга. Большая часть ганзейской торговли в Хал- ле была ориентирована на Балтику, и преоб- ладание среди ганзейцев прусских кораблей тоже неудивительно ввиду привлекатель- ности рынка и политической ситуации того времени. Тем не менее большая часть при- балтийской торговли восточной Англии проч- но находилась в руках местных жителей, иностранные купцы тут растворялись в массе рыболовецких, китобойных и торговых судов англичан. Йоркширцы были самой много- численной группой среди англичан, чьи суда числились в порту Халла. Но и ганзейские, и английские купцы не всецело зависели от прибалтийских рынков при экспорте из Хал- ла. Ганзейские купцы очень широко распрос- траняли свой капитал, в том числе отправ- ляя товары на юго-запад Франции в Гасконь. В этом отношении Халл заметно отличается от портовых городов Бостона и Линна. 98 Ганза в Англии
Хотя крупная часть импорта в Халл и по-
ступала реэкспортом из Нидерландов, зна- чение Балтийского побережья сложно пере- оценить, так как львиная доля импорта в Халл состояла из сельди, привезенной из Норве- гии, а прусские суда стабильно обеспечивали город различными товарами. В 1398–1399 го- дах общая стоимость импорта Халла, кроме вина, составляла 3550 фунтов стерлингов, из которых из Прибалтики поступало товара на 1715 фунтов стерлингов. И очень красноречи- вы записи об импорте сельди; так, англичане ввезли ее на общую стоимость в 1153 фунта стерлингов, а ганзейские купцы — на 84 фун- та. Известна общая сумма всех прочих това- ров за тот год, их оборот составил 478 фунтов стерлингов, однако точного распределения между группами купцов не сохранилось, хотя вполне очевидно, что англичане владели большей ее частью. На основании немногих уцелевших документов можно сделать вывод, что зачастую английские шкиперы отправля- лись практически совершенно пустыми, буду- чи уверенными в загрузке кораблей сельдью на обратном пути. Потому и не было сильной конкуренции между ганзейским и английским купечеством из-за ввоза сельди. Однако до сих пор неизвестно о характере финансовых отношений между экспортерами тканей и го- раздо большим числом импортеров сельди; ясно лишь то, что колоссальный импорт сель- Механизмы торговых отношений… 99
ди подразумевал ее реэкспорт, главным об- разом в Гасконь, обеспечивая тем самым ос- новной экспорт Халла после шерсти и ткани. И задействованы в этом были все купеческие группы без исключения. Торговля Ганзы в Ярмуте Третий по размеру провинциальный ган- зейский контор располагался в городе Ярму- те. Он был в значительной степени монопо- лизирован гамбургскими купцами, которые ушли отсюда в начале XV века, что было позднее признано серьезной потерей для города. Это фактически положило конец ган- зейской торговле в регионе. Сохранившиеся записи казначейства Ярмута лучше всего ил- люстрируют доминирующую роль Гамбурга, а именно налоговые отчисления с марта по 26 декабря 1388 года (HUB, 231). Так, 15 мая три гамбургских судна вошли, груженные типично северными товарами общей стои- мостью 1218 фунтов стерлингов, и все вышли из порта 20 июня с грузом английской ткани и сыра на общую стоимость в 1344 фунта. Четвертый корабль вошел 16 сентября с ана- логичными товарами стоимостью 276 фунтов и ушел 18 октября с экспортом английской ткани на сумму 288 фунтов. Еще извест- но о трех других гамбургских судах, по- видимому, принадлежащих частично ганзей- цам и частично уроженцам Ярмута. В Ярмуте 100 Ганза в Англии
торговали ганзейцы и из многих других го- родов, но, в отличие от гамбургских, которые были связаны с регулярной торговлей конто- ра, первые, как правило, не могли похвастать схожим объемом и постоянством торговли. К сожалению, с июля 1362 года до конца XIV века в Ярмуте действовал удушающий торговлю королевский налоговый сбор, до появления которого ганзейские купцы дава- ли процветать и местным английским ремес- ленникам, торговцам пряжей и выделанной кожей, экспортируя их продукцию. Цифры, однако, до нас не дошли. Импортировать в Ярмут, богатый соб- ственными рыболовецкими экипажами, сельдь с Балтики ганзейцам не имело особого смыс- ла, зато различные ввозимые ткани пользо- вались спросом. Ярмут, должно быть, счи- тал балтийскую рыбу отвратительным со- перником. Торговля Ганзы в Линне Еще один портовый город, Линн, был важ- ной узловой точкой в бурно развивающейся англо-балтийской торговле, но здесь даже в конце XIV века так и не был сформирован ганзейский контор. Объяснение заключается в том, что граждане Линна сами стремились торговать и не сильно приветствовали ганзей- ских купцов. Также именно горожане Линна выступали за препятствия Ганзе в торговой Механизмы торговых отношений… 101
монополии на рынке Бергена. В 1303 году ганзейцы даже ввели бойкот порта Линн, который, хотя и не был полностью эффек- тивным, продолжался до 1310 года, когда городские власти согласились на восстановле- ние прежних привилегий купцов. После этого он снова стал центром ганзейской деятель- ности. Единственным исключением, пожалуй, можно считать купцов из Бремена, чей город лишался ганзейского статуса с 1275 года до 1358 года; к ним отношение было более дру- желюбным, с ними, по крайней мере, шла ре- гулярная торговля, пусть и скромная по объе- мам. Подтверждением тому явился случай с бременским купеческим судном, направляв- шимся в Линн, но сделавшим вынужденную остановку у берега близ Гримсби. Судно, не- известное местным жителям, было арестовано. Его выпустили из порта лишь после того, как бременские ганзейцы вернулись из Линна с письменным разъяснением их принадлеж- ности. Линнские власти ручались в письме за ганзейских купцов, перечисляя их поименно, и заявляли, что хозяин судна и купцы регу- лярно приезжали в город в течение пяти лет и, более того, считались в Линне «добрыми друзьями и доброжелателями короля» (CCR, 600). Линн также известен своим крупнейшим в истории отношений Ганзы и Англии иском о возмещении ущерба, поданный девятна- дцатью крупными торговцами Линна после 102 Ганза в Англии
арестов их судов с грузами в Пруссии в 1385 году. Общая сумма иска составила 1913 фунтов стерлингов 3 шиллинга 4 пен- ни, хотя позднее сумма была сокращена до 1027 фунтов стерлингов 13 шиллингов 3 пен- ни (HR, 432). Несмотря на этот случай, многие из числа этих купцов продолжали торговать в Пруссии и заняли видное место в сохранив- шихся таможенных документах 1390-х годов. Это доказывает, что город ставил свое эконо- мическое процветание на балтийском и нор- вежском рынках превыше политических задач. Про товарооборот самого Линна мы можем узнать благодаря ряду уцелевших записей городского казначейства. Так, между 1 апре- ля 1390 года и 29 сентября 1391 года в порт Линна вошли сорок три ганзейских судна, гру- женных импортными товарами из материко- вой Европы. Восемь из них привезли вина из Гаскони, пять кораблей везли соль (вероятно, из Бискайского залива), два судна везли ос- новным грузом миногу. Еще два судна при- шли из Норвегии с рыбой (653 фунта стерлин- гов), четыре из Прибалтики с вяленой сельдью (1355 фунтов стерлингов), остальные двадцать два корабля импортировали разнообраз- ные прибалтийские товары на общую сумму в 1503 фунта стерлингов. Собственных судов Линна явно не хватало для перевозки всех то- варов, попадавших в порт города, очевидно, им приходилось нанимать еще большее число Механизмы торговых отношений… 103
иностранных судов как для своего собствен- ного пользования, так и вступать в совмест- ные предприятия с ганзейскими корабелами. Так, для перевозки небольшого (по стоимости) количества прибалтийских товаров требова- лось множество иностранных судов. Напри- мер, известно, что для импорта товаров всего на сумму 2313 фунтов стерлингов потребова- лось задействовать сорок одно судно. Доку- мент дошел до нас частично, и уже невозмож- но сказать, как точно разделялись эти грузы на английскую и ганзейскую части, но допод- линно известно, что торговцам Линна припи- сывается 90 процентов от общей суммы. А вот суда, перевозившие этот объемный груз, были в основном ганзейские. Большинство из них принадлежало прусским ганзейцам (Данциг — двадцать пять, Эльбинг — один корабль), два судна из Бремена, три — из Гамбурга, четы- ре — из Висмара, два штральзундских, одно — из Кампена и три — из Веере. Хорошо вид- но, что специфика линнской торговли редко оставляла место исключительно ганзейским торговым предприятиям, они были крайне не- многочисленны. Единственные действительно существенные поставки чисто ганзейских ку- печеских групп сделали два судна, принад- лежавшие бременской группе (общая сумма импорта — 414 фунтов стерлингов), одно из которых было из Любека с грузом на 136 фун- тов стерлингов. Другие пришедшие в Линн 104 Ганза в Англии
четыре судна (Гамбург — два, Висмар — одно, Щецин — одно) имели груз общей стоимостью всего лишь 25 фунтов стерлингов (Гуревич, 1990, 97–131). Может сложиться представление о Линне как о городе, сильно зависящем от балтийской торговли, оно в полной мере подтверждается сохранившимися данными по экспорту. Так, в период между 30 ноября 1390 года и 29 сен- тября 1391 года только пять ганзейских судов покинули порт с отличающимися от тканей товарами, хотя даже на этих судах ткань при- сутствовала как не основной товар (общая стоимость ткани — 190 фунтов стерлингов, все прочие товары — на сумму 145 фунтов) (Кён- нингэм, 1909, 57). За тот же период семнад- цать кораблей отплыли из Линна, гружен- ные одной только тканью на общую сумму 3265 фунтов стерлингов. И хотя мы не можем быть уверены, что абсолютно все эти суда на- правлялись в Балтику, нет никаких сомнений в том, что большинство из них держали путь туда, так как мы видим их в списках вернув- шихся в Линн, груженными балтийской сельдью (Кённингэм, 1909, 59–60). Доля Линна в торговле с городами Гаскони и портом Кале также значительно выросла за XIV век, главным образом за счет экспор- та зерна, средний объем которого составлял около 900 фунтов стерлингов. Английские ткани также экспортировались туда, но их Механизмы торговых отношений… 105
предельная стоимость не превышала об- щую сумму в 300 фунтов стерлингов. К этому обычно добавлялось небольшое количество реэкспортируемой сельди, предметы галан- тереи, рис и другие товары в незначитель- ном объеме. Наконец, до нас дошло свиде- тельство ряда экспортных сделок ганзейцев совместно с гражданами Линна, имевших место с 12 февраля 1396 года по 17 февраля 1397 года. Документ примечателен тем, что экспорт английской ткани здесь регистри- руется по количеству экземпляров (153 шту- ки), а не по ее общей стоимости (Кённингэм, 1909, 84). Вместе с тканью Линн отправил за эти месяцы лишь 17 единиц пряжи (которые вместе не могли стоить больше 300 фунтов стерлингов) на девяти кораблях собствен- ного порта и еще одном ганзейском из Нью- касла (Petri, 1961, 34–57). Конец XIV века был, конечно, сложным пе- риодом в заморской торговле Линна, и нет ни- каких сомнений, что это объясняется в пер- вую очередь массовым арестом английских судов в Данциге в период между февралем и августом 1396 года (Кённингэм, 1909, 44, 86). Можно предположить, что торговля Лин- на в подавляющем большинстве концентри- ровалась на прибалтийских рынках, главным образом в Пруссии, поэтому когда случился упомянутый выше политический кризис, го- рожане Линна и задействованные в Данциге 106 Ганза в Англии
Таблица 2. Объемы экспорта ганзейцами английских тканей в портовых городах Халл, Бостон, Линн в конце XV в. (в фунтах стерлингов £)
Халл Бостон Линн
1474–1475 гг. 444 31 270 1475–1476 гг. 438 283 307 1476–1477 гг. 435 – 84 1477–1478 гг. 208 548 129 1478–1479 гг. 232 185 187 1479–1480 гг. 791 265 183 1480–1481 гг. 915 242 184 1481–1482 гг. 690 62 181 1482–1483 гг. 387 214 79 1483–1484 гг. 334 152 89 1484–1485 гг. 29 283 145 1485–1486 гг. 337 — 46 1486–1487 гг. 68 — 192 1487–1488 гг. 116 67 280 1488–1489 гг. 43 32 777 1489–1490 гг. 105 31 32 1490–1491 гг. — — 30 Механизмы торговых отношений… 107
Таблица 2 (продолжение)
Халл Бостон Линн
1491–1492 гг. 148 146 338 1492–1493 гг. 619 — 480 1493–1494 гг. 444 — 17
Источник: Ewert und Selzer, 2016, 24–58, 60–81.
купцы Ганзы неизбежно понесли убытки, что видно из экспортного оборота. Из-за быто- вавшей в эти годы широкой практики отку- пов от налогов (tax-farming) записям казна- чейства об экспорте, шедшем из Линна до сентября 1394 года, стоит доверять с огляд- кой. Тем не менее, с тех пор и до 1399 года средний экспорт города составлял 1602 фун- та стерлингов в год. Гораздо более детальные данные по некоторым вышеперечисленным торговым городам, дошедшие до нас, можно увидеть в таблице 2 на примере записей кон- ца XV века.
Ганза в других портовых
городах Англии
Из прочих английских портов, в которых торговали ганзейские купцы, не все стоят упоминания. Например, в Ньюкасле ганзей- ский экспорт сукна был настолько неболь- 108 Ганза в Англии
шим, что в 1390-е годы его объем составлял в среднем 20 фунтов стерлингов в год. С дру- гой стороны, изрядное число сохранивших- ся подробностей доказывает, что данные по вывозу сукна не являются здесь надежным ориентиром для общей ганзейской торговли, поскольку в исключительных случаях стои- мость других видов экспорта часто превыша- ла стоимость сукна. В отличие от Линна, Нью- касл не стремился торговать на Балтике сам, тут в основном действовали немногочислен- ные ганзейские купцы (Postan, 1987, 193). Город же Ипсвич вовсе является чем-то вроде загадки этого периода, так как все его финансовые операции срастаются с Ярмутом и теряются. Одним из важных суконных горо- дов Англии был Колчестер, из которого три купца подавали иски на возмещение ущерба на общую сумму 104 фунта за потери в Прус- сии в 1385 году; лишь 43 фунта удалось ком- пенсировать (Britnell, 1986, 54–71). Сохранившиеся таможенные записи каз- начейства города Сэндвича регистрируют нечастые и очень небольшие поставки ткани, экспортируемой отсюда ганзейскими куп- цами; торговля остальными видами товаров и вовсе незначительна (HR, 362). Только в Саутгемптоне ганзейские купцы, по-видимому, приложили серьезные усилия для основания здесь своего форпоста — кон- тора. Первый экспорт ткани был зарегистри- Механизмы торговых отношений… 109
рован в 1382 году и с тех пор до 1399 года в среднем составлял около 20 единиц в год, хотя были и длительные периоды простоя. По счастливой случайности до нас дошел документ казначейства, составленный в те- чение года с самым большим показателем экспорта для этого города (1390–1391) (Allen, 2016, 38). Из общего количества в 114 единиц сукна за этот год 12 экспортировали на суд- не Саутгемптона, 89 ушло с купцами на судне Эльбинга и 13 — на судне Любека. Вероятно, Ганза была не так заинтересована в Саутгем- птоне для торговли тканью, ее купцов город привлекал в качестве потенциального рынка для сельди. Так, корабли из Кампена при- везли сюда значительное количество сель- ди еще в 1371–1372 годах, и эти купцы пы- тались поддерживать торговлю вплоть до XV века, несмотря на бремя местных тамо- женных пошлин, которые, как они жалова- лись, незаконно взимались с них. Однако единственной документальной нитью, свя- зывающей торговые интересы Саутгемптона с Балтикой, является коллективный иск полу- дюжины торговцев из Солсбери и винчестер- ского купца о компенсации потерь в Пруссии в 1385 году на общую сумму 134 фунта стер- лингов и 43 фунта соответственно (HR, 112). В деталях к этому делу содержится информа- ция, что товар потерпевших проходил в том числе через порт Саутгемптона. 110 Ганза в Англии
В портах между Сэндвичем и Саутгемпто- ном не было никакой регулярной торговли, как и в любом другом порту на западе страны — для ганзейцев они не представляли интереса. Очень редко, когда ганзейский судовладелец доставлял груз соли в Бристоль, и хотя доку- ментов о подобном импорте до нас не дошло, можно судить о незначительности подобных сделок по непрямым источникам. Ассортимент товаров, отправлявшихся из провинциальных портов Англии на север Бал- тики, был гораздо уже, чем товаров, постав- лявшихся сюда. Однако, в отличие от англий- ских, ганзейские купцы по крайней мере имели тут долю в экспорте не только шерсти. Единственное, что их действительно интере- совало на этом направлении, — это соль и сук- но. Соль, экспортируемая из Халла, Бостона и Линна, была очень кстати для ганзейских судов, которым в противном случае пришлось бы возвращаться домой с бесполезным балла- стом, а также она легко продавалась на рыб- ных промысловых рынках Сконе. Это отлично объясняет преобладание торговых кораблей из Штральзунда, груженных солью. Итоги торговых отношений Ганзы и английских портовых городов В конце XIII века провинциальными го- родами, занимавшими наиболее заметное место в ганзейской торговле, были Бостон, Механизмы торговых отношений… 111
Линн и Халл, хотя ганзейским интересом пользовались и другие порты восточного побережья Англии. Самые старые и крепкие торговые связи были установлены с первы- ми двумя городами. Шерсть экспортирова- лась немцами из Халла по крайней мере еще в 1270-х годах, а в 1294 году общий арест иностранных судов в портах Англии забло- кировал гораздо больше ганзейских судов в портах Йоркшира, чем где-либо еще в Ан- глии. Халл и еще один портовый город Рей- венсер, ушедший под воду к 1362 году, были главными конкурентами Бостона и Линна в ганзейской торговле на рубеже тринад- цатого и четырнадцатого веков. Общий со- став ганзейской торговли варьировался от одного провинциального порта к другому, но во всех них разнообразие товаров, как для экспорта, так и импорта, было шире, чем в Лондоне. Резюмируя, можно сказать, что интересы Ганзы к рынку Англии были в подавляющем большинстве направлены на Лондон и лишь несколько крупных портов восточного по- бережья. Поэтому для дальнейшего углубле- ния исследований англо-ганзейских связей поиски в другом месте нерелевантны. Пусть суммарный объем торговли Ганзы все же выше во второстепенных портах Англии, но выстраивается предположение, что деловой акцент деятельности Лиги был сосредоточен 112 Ганза в Англии
на Лондоне из-за его масштаба и размеще- ния там всех органов власти; географическое же расположение столицы в глубь материка по течению Темзы было не лучшим для транс- портировки и хранения товаров.
Англо-ганзейские связи как фактор
политизации Ганзы
В англо-германских связях внутри Ган- зейского союза примечателен сам факт того, что торговые привилегии, которыми поль- зовались ганзейские купцы, уменьшали как собственные доходы короля, так и доходы его подданных. Удивительно, что вопрос об обладании такими правами не занимал более заметного места, чем это делалось на протяжении большей части средневе- ковья. Так, поначалу английская корона до- вольствовалась предоставлением торговых льгот просто «купцам Германии» (mercantora Almain), не стремясь более точно определить тех, кто подпадал под эту категорию. Даже когда проблемы, вызванные осуществлени- ем этих свобод, стали напрямую затраги- вать местное купечество, король не спешил с четким решением о том, кто именно дол- жен пользоваться торговыми привилегиями. Вместо этого была принята прагматическая политика о запросе к должностным лицам Ганзейского Гильдхолла в Лондоне, чтобы Механизмы торговых отношений… 113
те сообщали, кто являлся членом Лиги, а кто нет. Те, в свою очередь, были склонны при- знавать почти каждого немецкого купца, оказавшегося в затруднительном положе- нии, членом торговой организации. Право на членство в Ганзе как бы вытекало из граж- данства жителей некоторых немецких горо- дов. Так, позднее английские власти заяви- ли, что рождение в торговых городах Ганзы является обязательным условием для член- ства в Лиге. В источниках начала XIV века к ним относятся города Кёльн, Дортмунд, Мюнстер, Зоест, Оснабрюк, Реклингхаузен, Любек, Гамбург, Грейфсвальд, Готланд и Ди- нант. Все они упоминаются как места, из ко- торых купцы успешно запрашивали корону о защите своих льгот, когда их товары под- вергались изъятию. В этот список могут не входить все города, из которых членство в Лиге было почти автоматическим, но было бы ошибочно пытаться этот список слиш- ком расширять, так как членство в то время было открыто не для всех немецких купцов. С другой стороны, важнее подчеркнуть, что деятельность самой Ганзы не была тогда ограничена никакими действиями англий- ской короны (Britnell, 1986, 54–71). При условии, что граждане определенно- го числа городов имели право на членство в Ганзе, возникает вопрос о том, автоматиче- ски ли они становились членами, когда при- 114 Ганза в Англии
езжали в Англию, или же они должны были официально быть приняты в организацию. Если последнее, то являлось ли членство добровольным или обязательным? Очевид- но, что членство не было полностью авто- матическим, поскольку известно, что су- ществовали исключения или высылки из страны, которые, безусловно, имели место. Так, когда несколько северогерманских ко- раблей посетили Линн в 1303 году в на- рушение ганзейского бойкота города, ка- питаны и торговцы были вызваны, чтобы предстать перед старшими членами Ган- зы на бостонской ярмарке, и получили вы- бор между крупным штрафом за свое пре- ступление либо изгнанием из организации («extra judicium ac libertatem Teutonicorum ponerentur»). Они выбрали первое (Смирнова, 2010, 41). К 1300 году немецкая торговая община, обосновавшаяся в Лондоне, насчитывала уже более ста лет. Некоторые из ее членов получили статус граждан города, и эта груп- па, вероятно, несла основное бремя управ- ления коллективными интересами Ганзы. Ее лидерство основывалось не на численности и не на экономической мощи, а на истори- ческой роли общины и, что более важно, на приближенности к английскому правитель- ству. Во второй половине XIII века доля Гер- мании в провинциальной торговле Англии Механизмы торговых отношений… 115
значительно возросла. Те немецкие купцы, которые, вероятно, бывали реже в про- винциальной Англии, зачастую отправляли в провинциальные порты товары под ох- раной других соплеменников и партнеров; число таких купцов было гораздо больше тех, кто торговал исключительно в Лондоне. При этом участие в лондонской торговле явно не поспевало за общим ростом, а в неко- торых секторах наблюдался даже абсолют- ный спад. В результате торговля лондонских немцев сократилась по сравнению с торгов- лей в провинциях, а также с торговлей дру- гих иностранцев, действовавших в столице. Трудно определить точно, когда эти тен- денции были обращены вспять. Ганзейская торговля в Лондоне не увеличивалась до середины четырнадцатого века, хотя общая доля Ганзы в английской торговле, вероят- но, получила серьезный импульс на ранних этапах Столетней войны. Помимо очевид- ного факта, что некоторые национально- сти купечества были тогда в невыгодном положении, будучи классифицированными как враги, многие немецкие купцы вне- запно проявили непривычную готовность одалживать деньги королю, что, естествен- но, сопровождалось увеличением их торго- вой прибыли. В то время как ганзейская доля в тор- говле английской шерстью начинала свой 116 Ганза в Англии
рост вследствие англо-фламандских тор- говых споров 1270-х годов, Лига еще боль- ше выиграла от англо-французской вой- ны 1294–1297 гг. и ее последствий. Наряду с уменьшением прямого участия фламанд- цев в английской торговле, ганзейская тор- говая экспансия серьезно ослабила крупные итальянские группы купцов, которые доми- нировали в Англии до этого. Сохранившие- ся таможенные отчеты начала XIV века ясно показывают, что по крайней мере в течение короткого периода немцы были самой эко- номически влиятельной группой иностран- ных экспортеров в Англии, в частности, об этом говорит рост доли их участия в тор- говле английской шерстью. Что еще важнее, благодаря англо-французской войне и вы- даваемым Ганзой английской короне ссудам на ее ведение, кроме чисто экономических выгод, политический вес Лиги в Англии до- стиг апогея. Погашение займов короля принимало фор- му упразднения для купцов местных надбавок к пошлинам и даров из ввозимых в Англию товаров для местной знати. Ганзейцы, конеч- но, не получали всего, что им было обещано короной; большинство их жалоб и просьб на тему смягчения местных поборов так и оста- лись не услышаны. Но в конце концов суммы их кредитов короне стали настолько вели- ки, что выплаты долгов дополнялись общим Механизмы торговых отношений… 117
смягчением на таможенный взнос за ввози- мые товары и прочими законодательными поблажками, то есть прямо влияли на ис- точники королевских доходов. Хотя ранние ссуды, несомненно, были инициированы как средство получения экспортных лицензий для Ганзы, более поздние суммы займов сви- детельствуют о том, что они давались в ка- честве коммерчески обоснованного вклада в дальнейшее экономическое и политическое усиление Лиги. Это единственный, весьма значимый период в истории англо-ганзей- ских связей, когда купцы вступали в такие отношения с короной. Серия займов королю Англии продолжалась до 1350 года. Более ранние небольшие ссуды были объединены рядом отдельных ганзейских групп, каждая из которых хотя и не была корпоративным образованием, как итальянские общества, но представляла собой объединение отдельных лиц, группу, которые торговали независимо, но имели деловые связи друг с другом. Так, один из более поздних займов был выдан от имени купца Тидемана Лимберга, сравни- тельно недавно прибывшего из Дортмунда. Но вряд ли он просто использовал свой соб- ственный капитал — можно с уверенностью предположить, что он пользовался коллек- тивными ресурсами ганзейских купцов и вы- ступал от имени какой-то их группы (Petri, 1961, 84–92). 118 Ганза в Англии
Все торговые привилегии, которыми поль- зовались немцы Ганзы в Англии в позднем Средневековье, были полностью юридиче- ски обоснованы в 1317 году. Последующие переговоры по этой теме касались толкова- ния существующих уставов в свете меняю- щихся политических и коммерческих обстоя- тельств. Для защиты прежних непростых за- воеваний купцам требовалась постоянная бдительность. Льготы были плодом прямых переговоров между короной и местным ган- зейским сообществом, причем значитель- ные суммы денег переходили из рук в руки в критические моменты. Купеческая община была автономна и в этих вопросах, возмож- но, действовала совершенно независимо от родных городов своих членов, хотя нет ника- ких достоверных доказательств этого. Более вероятно, что корона не вела прямых перего- воров с городами. Время от времени король писал в отдельные ганзейские города, требуя возмещения ущерба для своих подданных, интересы которых якобы были ущемлены местными торговцами. Используемые фор- мулы не отличаются от тех, что встречаются в письмах, адресованных фламандским горо- дам по аналогичным вопросам. Они не дают никаких указаний на то, что английское пра- вительство в то время знало о том, что не- мецкие города были частью какой-либо тор- говой ассоциации. До относительно позднего Механизмы торговых отношений… 119
времени ганзейские купцы в Англии продол- жали вести переговоры без внешней помощи или вмешательства, возможно, потому что они предпочитали именно такой подход. Уже в 1360-х годах они смогли без посторонней помощи добиться выполнения требований об иммунитете от экспортной пошлины на английские ткани, введенной в 1347 году. Десять лет спустя купцы обратились за по- мощью к Ганзейскому сейму в другом споре о налогообложении. Примечательно, что это последовало сразу за Штральзундским дого- вором 1370 года, который успешно завершил открытый военный конфликт Ганзы с Дани- ей и который некоторые ганзейские истори- ки называют одним из важнейших событий в переходном периоде Ганзы (Walford, 1881, 447–476). Однако первое же вмешательство Ганзейского сейма создало политический прецедент, пути назад уже не было. Так, Лон- донский контор ганзейцев больше не считал- ся полностью компетентным для сношений с короной. Смерть Эдуарда III в июне 1377 года при- вела к коренным изменениям торговых сво- бод Ганзы и всех других иностранцев в Ан- глии. По меньшей мере было обязательно, чтобы все те, кто желает продолжать пользо- ваться установленными для них привилегия- ми, как можно скорее получили бы их под- тверждение от нового короля. Так, заседание 120 Ганза в Англии
английского парламента в октябре-ноябре 1377 года дало возможность заинтересован- ным и близким к короне сторонам лобби- ровать подтверждение своих собственных привилегий и отмену льгот своих конкурен- тов. Эта ситуация, естественно, порождала недовольство среди всей английской торго- вой элиты и поднимала вопрос о ганзейских монополиях и завышении цен на английском рынке. Задержка по подтверждению имеющихся привилегий у большинства ганзейцев в Ан- глии произвела на Лондонский контор дво- який эффект. С одной стороны, он не мог ссылаться на иммунитет от новых антиино- странных налоговых мер в Лондоне, которые выходили за рамки санкционированных пар- ламентом прошлой осенью. Каждому из глав- ных городских управлений было приказано назначить специальных наблюдателей, чтобы чужестранцы не занимались розничной тор- говлей и не торговали между собой и чтобы они избавлялись от импортируемого товара в течение положенных сорока дней после прибытия судна в порт. С другой стороны, королевские таможенники либо по собствен- ной инициативе, либо по указанию казначей- ства, стали требовать уплаты обеих пошлин на экспортируемую ткань — как установлен- ную в 1303 году, так и вдобавок пошлину 1347 года. Любекские купцы были вынуж- Механизмы торговых отношений… 121
дены передать жалобу Лондонского контора прусским городам и Ганзейскому сейму, соби- равшемуся тогда в Штральзунде. Изучением вопроса торговых преферен- ций для иностранных купцов занимался парламент, заседавший в Глостере в октяб- ре и ноябре 1378 года. Тогда было реше- но, что ввозимые в Англию продовольствие и товары, отнесенные к категории мелких товаров, могут продаваться как в розницу, так и в валовом выражении как в преде- лах, так и за пределами наделенных изби- рательными правами районов. Но в городах вино и другие более крупные товары можно было продавать только оптом, и то только местным жителям, а не кому-то другому. Это законодательное определение прав ино- странных купцов ставило их в значитель- но худшее положение, чем в царствование Эдуарда III. Однако куда более важным стоит считать политическое решение этого съезда парла- мента, которое он вынес в ответ на ганзей- скую петицию с просьбой о восстановлении привилегий (Rot. Parl., 52). Ганзейцам было поставлено условие, что им будет разрешено беспрепятственно торговать в Англии лишь в том случае, если они позволят английским купцам свободно торговать в своих странах. Кроме того, они не должны были противо- действовать английским торговым интересам 122 Ганза в Англии
в других местах, таких как Дания и Норве- гия. Это было первое выражение английской короной через парламент принципа, что от- ныне ганзейские привилегии на Британских островах должны зависеть от пользования подобными же правами английским купече- ством в Северной и Восточной Европе. В это время англичане были более едины в своей решимости, чем ганзейцы. Торговые споры с лондонцами осложня- лись язвительной напористостью последних; они пытались поднять вопросы, лежащие вне компетенции послов Ганзы, дальнейшие переговоры продолжились с членами англий- ского совета наедине (Rot. Parl., 210–211). Однако переговоры даже в таком формате были на грани возможного, поскольку пред- ставители купечества Лиги были уполно- мочены дать ответы совету лишь на опре- деленные требования английских властей, которые были рассмотрены Ганзейским сей- мом в июне (Rot. Parl., 212–213). Первое требование англичан заключалось в том, что английские купцы должны были свободно торговать в Ревеле, Пернове и Ли- вонии и во всех других областях, находив- шихся под юрисдикцией ганзейских городов или «всех тех, кто вообще принадлежал к их обществу». Второе состояло в том, чтобы англича- не имели права покупать, самостоятель- Механизмы торговых отношений… 123
но засаливать и закатывать в бочки сельдь в Сконе, после доставляя ее туда, куда они пожелают, без дискриминационного налого- обложения. В-третьих, требовалось, чтобы англий- ские купцы и их имущество не арестовыва- лись на ганзейских землях, что ограждало их тем самым от личных долгов и посягательств ганзейцев. Последнее требование заключалось в том, чтобы все рынки и предприятия, принадле- жавшие Ганзе в Англии, были в обязатель- ном порядке сертифицированы английскими властями. Таким образом, представителям Ганзей- ского союза было предложено восстановить бытовавшую ранее торговую хартию, но с необходимыми дополнениями, признаю- щими отныне права англичан на торговлю в Норвегии, Сконе и районах, управляемых Ганзой. Это предложение они отвергли, как и приглашение задержаться в Англии, что- бы дождаться заседания парламента, ко- торое должно было состояться в январе 1380 года. К Рождеству они вернулись в Брюг- ге, и спор все еще не был разрешен, хотя каждая сторона, возможно, лучше теперь по- нимала экономико-политические устремле- ния другой. Когда же парламент собрался в 1380 году, Лондонский контор подал две петиции: одна 124 Ганза в Англии
просила принять решение о восстановле- нии ганзейских торговых привилегий, дру- гая же была с жалобой на повторное нало- жение налогов с оборота их товарами (HUB, 671–672). Когда Ганзейский сейм вновь собрался в июне 1380 года, было решено пойти на- встречу англичанам, в результате чего после 23 сентября 1380 года торговые и налого- вые послабления были условно возвращены представителям контора в Лондоне. Сейм не уступил ни в одном из четырех пунктов, которые были выдвинуты годом ранее Ан- глией, ни даже той смягченной версии до- кумента, которая была сформирована впоследствии. Все, что теперь получили ан- гличане, — это официальное заявление Ган- зы, что английские купцы несомненно дол- жны торговать так же свободно, как это де- лали немцы в Англии. Но никаких конкрет- ных привилегий не было выписано, ни об- щих, ни именных, а все ссылки на Норвегию, Сконе и другие места были вовсе исключены из заявления. Этот конфликт интересов, казалось бы, раз- решился в феврале 1381 года, когда король официально ратифицировал концессию Эду- арда III от 8 февраля 1361 года, вернув тем самым ганзейцам торговые привилегии в Ан- глии. Однако в мае 1382 года парламент снова присудил сбор платежей с общего оборота то- Механизмы торговых отношений… 125
варов иностранных купцов, и ганзейцы снова подали иск о неприкосновенности ввиду при- вилегий, но в ноябре королевский совет при- нял решение против них, и налог с купцов был взят ретроспективно (CCR, 401, 407). Торговля между Англией и Германией была в то время крайне нестабильна, ганзей- ским импортерам приходилось откладывать имеющиеся у них капиталы из-за невозмож- ности их репатриации. Английская корона запрещала иностранным купцам вывозить золотые и серебряные монеты из-за разго- ревшегося в тот момент кризиса нехватки драгметаллов в Англии. Выходом для ганзей- ских купцов было перенаправление торговых приоритетов в сторону Нидерландов, в част- ности во Фландрию. Продолжающийся рост недовольства со стороны английских купеческих общин делал опасным для Ганзы слишком энергичное по- литическое сопротивление короне и новым поборам. Можно предположить, что к этому момен- ту угроза пиратства и разбоя на море, как консолидирующая все купеческое сообще- ство сила, по-видимому, уже не была осо- бенно серьезной проблемой. Так в 1380 го ду из 22 морских инцидентов лишь 6 были связаны с пиратством, 3 — с грабежом то- варов после кораблекрушения, 2 — с дру- гими грабежами на суше, 6 — с хищениями, 126 Ганза в Англии
вымогательством и т. п., 1 — с коммерческой халатностью, а остальные 4 — с претензиями к самой короне за захват вина и принуди- тельное обслуживание судов. 12 мая 1385 года английский королевский флот атаковал и ограбил шесть прусских ко- раблей, стоявших на якоре в устье реки Звин, за что впоследствии требовалась компенса- ция ущерба с участвовавших в рейде англий- ских купцов, по различным источникам она колеблется в размере от 2188 до 2933 фунтов стерлингов (HUB, 200, 203). Поскольку Англия в то время была в состоянии войны с Флан- дрией, то подобное нападение представля- лось законной акцией против тех, кто тор- говал с их врагами. Для прусских же купцов Ганзы, конечно, это был непростительный акт пиратства. Среди англичан, конечно, были и более сдержанные представители, они стремились не превращать спор с Пруссией в конфликт с Ганзой в целом, а разрешить его между со- бой как можно скорее. Тем не менее пере- говоры об урегулировании и компенсациях затянулись. Великий магистр долго отказы- вался ратифицировать Мариенбургский мир- ный договор (CCR, 151). Необходимо еще раз подчеркнуть, что в ходе своего спора с Англией Пруссия полу- чила мало поддержки со стороны других чле- нов Ганзы. Торгово-экономические отношения Механизмы торговых отношений… 127
с Англией, которые и так были не в лучшей форме на тот момент, ценились выше внутри- ганзейских связей. Когда в феврале 1388 года состоялось очередное заседание английского парла- мента, лондонский контор пожаловался, что его торговые свободы попираются про- должающимися арестами, а также попытка- ми заставить ганзейцев выплачивать уста- новленные местными властями земельные сборы в размере десятых и пятнадцатых долей. Ответ был не очень удовлетвори- тельным. Было решено скоропортящиеся товары освободить от дополнительных на- логообложений, и все явно непрусские това- ры были также возвращены купцам из-под ареста, но везде, где было хотя бы подозре- ние на деловые партнерства с прусскими купцами, имущество должно было конфис- ковываться. В 1390-е годы наблюдалось общее ухуд- шение отношений между Англией и Ганзой в целом, вызванное главным образом изме- нением восприятия Ганзы со стороны коро- ны и английских торговых городов. Однако заседание парламента 1388 года фактиче- ски попыталось улучшить статус иностран- ных торговцев в Англии в целом, возро- див статут свободной торговли Эдуарда III и постановив, что никакие льготы или обычаи не должны использоваться против свободы 128 Ганза в Англии
английского рынка. Однако в январе 1393 го да ограничения, наложенные на иностран- цев в начале нынешнего царствования, были вновь введены, а именно условие, что ино- странцы не должны вести дела только между собой и что их розничная торговля в Англии должна быть представлена исключительно продуктами питания (Stats., 82–83). Налогообложение оставалось главным яблоком раздора между Ганзой и короной. От купцов по-прежнему требовали уплаты сбора с каждых 3 вырученных фунтов стер- лингов, и, что было еще более неприятно купцам, все указывало на то, что платеж ста- новится постоянной частью доходов короля, а не временным военным налогом на защиту путей торговли, каковым он якобы являлся изначально. Что еще более важно, при взыс- кании налогов английское казначейство от- казывалось выполнять соглашения 1361 года о суммах на налогообложение торговли тканями. С начала 1380-х годов ганзейские купцы жаловались на то, что некоторые ан- глийские торговые города стали взимать надуманные налоги на экспорт английских тканей. В этом случае палата общин вступи- лась за ганзейцев, постановив, что все новые сборы должны быть приостановлены до вы- несения решения следующего парламента (Rot. Parl., 272). 12 ноября 1390 года во вре- мя нового заседания парламента был поднят Механизмы торговых отношений… 129
и этот вопрос, и сбор податей возобновился. На осеннем парламенте 1391 года Ганза сно- ва пожаловалась на то, что ее привилегии опять не соблюдаются (HUB, 1074). Но ганзей- ские купцы не могли долго в одностороннем порядке бойкотировать торговлю английски- ми тканями, так как это попросту передало бы весь рынок англичанам. В целом, Ганзейский союз всегда предпо- читал дипломатию, а не санкции, но в 1394 году Сейм написал английскому Королевскому со- вету и пяти английским городам, угрожая, что если ганзейские торговые привилегии не бу- дут восстановлены, то английские купцы бу- дут обременены новыми налогами во владе- ниях Ганзы, в частности в Германии. Однако английское правительство проигнорировало данный ультиматум. Также Ганзейский сейм просил у короля Англии гарантий, что его подданные переста- нут атаковать ганзейские торговые корабли в отместку за ущерб, нанесенный пиратами в водах городов Ганзы. Сейм далее требовал полного возврата положенных льгот и угро- жал, что, если он не получит удовлетворения по всем этим пунктам, он не только увели- чит налогообложение английских купцов во всех торговых городах Ганзы, но и запретит импорт английской ткани — основного това- ра Англии. Однако это мнение Ганзейского сейма разделяли не все города. Еще задолго 130 Ганза в Англии
до марта 1395 года Дортмунд, опасаясь за свою собственную торговлю в Англии, на- писал Любеку, требуя выплаты компенсации англичанам за их потери в ганзейских во- дах. Утверждение некоторых немцев о том, что английские купцы тогда компенсирова- ли свои потери пиратскими нападениями на другие ганзейские корабли, может быть, и верно, но доказательств этому до нас не дошло. Представляется, уместно более подробно рассмотреть англо-ганзейские экономико- политические отношения в конце XIV века. Особенностью этого периода по сравнению с началом XIV века является усиление тен- денции ограничивать свою торговлю одним портовым городом. Если какой-то один фак- тор и был ответственен за это изменение, то им стал выход Ганзы из торговли шер- стью под давлением английского купечества и короны. Так, ранее крупные экспортеры шерсти отправляли свой товар из Халла, Бо- стона, Линна или Лондона по мере необходи- мости, а также ввозили его в любой из этих портовых городов, свободно перемещаясь между ними. Отказавшись же от торговли шерстью, купцы, как правило, ограничивали свой бизнес одним местом, все чаще ведя дела лично. Провинциальные портовые города Англии перестали пользоваться покровительством Механизмы торговых отношений… 131
широкого круга ганзейских купцов, бывав- ших тут ранее, и в каждом из них доминиро- вали купцы какого-то одного города или ре- гиона, занимавшиеся определенным видом или набором товаров, что тоже сужало тор- говое разнообразие. Лондон являлся чем-то вроде исключения, так как Вестфалия, Рейн- ская область, Пруссия, западнобалтийские и североморские города были здесь всегда широко представлены. Когда в 1388 году Лондонскому контору потребовалось най- ти поручителей для своего коллективно- го иска, среди восемнадцати выдвинутых имен были десять человек из Кёльна, семе- ро из Дортмунда и один из Венгрии (HUB, 934, 945). Стоит также отметить, что это имена купцов, которые снова и снова появляются в сохранившихся таможенных документах и записях деловых сношений с английски- ми властями в качестве ведущих импорте- ров и экспортеров. Все они были активно вовлечены в политическую жизнь Ганзы в Англии. Общее же число людей, распола- гавшихся в то время при Лондонском кон- торе или живших в других местах Лондона, остается неизвестно. Однако в 1381 году сборщики подушного налога насчитали двадцать восемь торговцев-германцев, ко- торые были освобождены от выплат из-за их льгот. 132 Ганза в Англии
В результате такой политики Англии ган- зейцев, которые в начале XIV века были самой крупной и влиятельной купеческой общиной приезжих, торговавших на Британ- ских островах, к концу XIV века полностью вытеснило английское купечество. Рост доли английских торговцев в экспорте главного товара — тканей — хорошо описан, а его при- чины объяснены в трудах Э. М. Карус-Уилсон (Wilson, 1967, 239–264). В XV веке защита ганзейцами полученных ими ранее торговых привилегий стала более важной, чем когда-либо, в свете все более жесткого парламентского законодательства, направленного против иностранных купцов в целом, а также сложившейся политической обстановки в связях Англии и Ганзы. Тамо- женные пошлины, установленные в далеком 1303 году, все еще взимались, но взаимные привилегии, предоставленные Эдуардом I практически тогда же, были забыты. Только постоянно ссылаясь на правомерность ис- пользования торговых преференций Ган- зы, предоставленных до и после этой даты, ганзейские купцы могли надеяться получить положенные им послабления от общего для иностранных купцов законодательства. Их призывы к выполнению законов не всегда были успешными. Угроза ганзейским торговцам не сразу стала очевидной при вступлении на престол Механизмы торговых отношений… 133
Генриха IV, поскольку первый парламент при нем (в октябре 1399 г.) фактически под- твердил их право продавать в Англии про- довольствие как в розницу, так и оптом. Все последующие заседания парламента приобрели одинаково враждебный к Ганзе характер. В 1401 и 1402 годах были вновь подняты налоги на вывоз английских тка- ней и король потребовал более строгого соблюдения этих законов. Еще один закон теперь обязывал ганзейцев расходовать всю выручку от продажи импортных то- варов в Англии на английские товары для последующего их экспорта, а не только по- ловину, как было чуть раньше. Позднее при Генрихе IV и его наследниках английский парламент только расширял эти акты. Дела- лось это не только для того, чтобы обеспе- чить политическое повиновение, но и для того, чтобы сковать ганзейцев, теперь уже прямых конкурентов, в других направле- ниях их экономико-политической деятель- ности. В 1404 году от иностранных импор- теров требовалось предоставлять гарантии того, что они продадут свои товары в те- чение трех месяцев после прибытия в Ан- глию, им запрещалось торговать с другими иностранцами и они должны были быть зарегистрированы в казначействе торго- вого города, который контролировал их де- ятельность. 134 Ганза в Англии
В 1406 году произошло временное смяг- чение, когда парламентом было принято по- становление, что иностранные купцы могут свободно торговать между собой в Лондо- не, как в розницу, так и оптом. Но в июне 1407 года король приостановил действие этого статута до тех пор, пока парламент не рассмотрит его более тщательно, а тем временем городские власти запретили та- кую торговлю. Когда парламент снова со- брался в октябре, он подтвердил полити- ческое решение короля и отменил данный статут. В 1411 году льготный период, разрешен- ный для продажи импорта, был сокращен с трех месяцев до сорока дней. Усиление этих правил произошло в 1425 году, когда иностранным купцам было приказано в те- чение сорока дней не только продать свой импорт в Англии, но и купить свою квоту ан- глийских товаров под страхом конфискации имущества (Stats., 118). Резюмируя вышесказанное, можно за- ключить, что Ганзейский союз, изначально задуманный как чисто экономическое объ- единение купцов, пройдя сложный путь ста- новления и эволюции, достиг наивысшей точки своего развития в раннее средневе- ковье, когда Лиге пришлось выбирать и свое политическое будущее. Торговля Ган- зы в Англии в раннем средневековье была Механизмы торговых отношений… 135
выгодна абсолютно всем участникам, но с развитием торговых сообществ внутри самой Англии появилась заинтересован- ность уже занятыми ганзейцами рынками; не последнюю роль также играл рост наци- ональной самоидентичности, вследствие которого король и парламент зачастую принимали по торговым делам ганзейцев совершенно политизированные решения. По мере усиления присутствия на подкон- трольных Ганзе рынках английских купцов, растет конкуренция, и английские купцы начинают требовать у Ганзы тех же тор- говых и налоговых привилегий, какими пользуется ганзейское сообщество в Ан- глии. Так, чисто торгово-экономические взаимодействия становятся лишь частью политических. Поначалу связи ганзейцев с английской властью носят чисто рутин- ный характер, но позже перерастают в по- стоянный экономико-политический диалог короля и парламента Англии с Лондонским контором, а позднее — с Ганзейским сей- мом. Ганзейская протекционистская поли- тика даже на этапе формального упадка Лиги прочно запирала балтийский тор- говый путь для англичан, что вынудило последних переориентировать в даль- нейшем их устремления на североевро- пейские пути, в частности с выходом к Ар- хангельску. 136 Ганза в Англии
Западно-ганзейские (в будущем) горо- да, являясь инициаторами зарождения Лиги и фактически создателями Ганзы, формиро- вали этот союз с прицелом прежде всего на Балтийскую торговлю. Однако западное (ан- глийское) направление с самого начала и до конца остается важнейшим и в чем-то само- достаточным сегментом ганзейской экономи- ческой деятельности. Заключение
Итак, мы как бы стали свидетелями ос- новных событий и процессов, приведших к формированию Ганзейского союза, обес- печивших специфические черты начального этапа «Ганзы купцов» и дальнейшую транс- формацию из сугубо торгового объединения отдельных странствующих купцов в полити- ческую по сути структуру. Вся уникальность Ганзейского союза на раннем этапе его раз- вития заключается не только в равноправии представителей всех купеческих гильдий, но и в беспрецедентном безразличии к большой политике: он существовал в рамках множе- ства феодальных государств, этносов, язы- ков и даже конфессий. Однако эта система, ядром которой были северогерманские го- рода, вступая в весьма разные по своей сути торговые отношения с соседями, неизбежно должна была претерпеть значительные изме- нения под давлением окружающей действи- тельности. Одним из таких мощных факто- ров и явились те отношения на Британских 138 Ганза в Англии
островах, что имели место между Ганзой и набиравшим постепенно вес купечеством самой Англии. Исторически сложившаяся ориентация го- родов, находившихся в междуречье Рейна и Везера, на английский рынок также созда- ла весьма специфический сектор торговой активности Ганзы, существенно повлиявший на ее трансформацию в зрелый период. Если изначально на английском рынке ганзейцы могли торговать практически любыми това- рами, от перепродажи мехов с востока и нор- вежской рыбы до поставок рейнского вина, то к середине XV века ганзейцам уже прихо- дилось делить торговый оборот с местными купцами, пользующимися протекционистски- ми законами, облагавшими Ганзу непомерны- ми налогами. Если бы не заинтересованность прирейнских городов — членов Ганзы в рын- ке Англии, в сохранении имевшихся у купе- чества привилегий, то политические реше- ния Лиги относительно торговли в Европе, на Балтике и в Прибалтике могли бы быть еще более сконцентрированы на защите внутрен- них рынков. Произведенная сравнительная оценка ан- глийского сегмента ганзейской торговли на фоне общеганзейских торговых связей и пред- ставленные объемы товарооборота по об- ширному ряду позиций на различных направ- лениях приоткрывают для читателя факти- Заключение 139
ческое положение дел. Расчеты базируются на данных, зафиксированных английскими властями при взимании налогов с ганзейско- го купечества, при переписи местного на- селения, на записях самих купцов, а также из материалов судопроизводства того вре- мени. Ведь с течением времени обстанов- ка требовала от Ганзы все больших усилий в борьбе за отстаивание своих привилегий и прав. Немаловажной в общеганзейской торго- вой политике явилась роль отдельных вну- триганзейских подгрупп городов. Наиболее ранней группой торговавших в Англии куп- цов была кёльнская, которая также стояла у истоков формирования ганзейского центра в городе Любеке. К этой, весьма влиятель- ной в общеганзейских делах, группе прим- кнул целый ряд прирейнских купеческих городов, чьи торговые интересы были также завязаны на Англию. Этот важный факт за- частую находится в тени большинства ис- следований по теме становления и разви- тия Ганзы. Сделана попытка продемонстрировать роль английского рынка в ганзейской тор- говле в целом и на балтийском направлении в частности. Согласно упоминаниям выше то- варооборота ганзейских купцов в акватории Балтики, роль рынка Англии для Ганзы ока- залась поистине значимой. Транспортировка 140 Ганза в Англии
все больших объемов товара между Англией и остальной Европой в относительно свобод- ных от пиратства водах Балтики неминуемо сказалась на изобретении нового типа судов, задействованного не только в торговле, но и в дальнейших боевых и блокадных опера- циях Ганзы. Удалось продемонстрировать влияние тор- говли с английскими портовыми городами на формирование противоречий внутри Ган- зейского союза. Попытки Ганзы разрываться сразу в несколько различных торгово-поли- тических направлениях, следуя экономичес- ким интересам небольших заинтересован- ных групп купечества или целых торговых городов, неминуемо привели к внутренним противоречиям, существенно ослабив Ганзу. Несмотря на это, ганзейцам удавалось нахо- дить компромиссы на Ганзейских сеймах или в рамках локальных конторов по месту тор- говых споров. В ходе исследования объемов торгов- ли ганзейского купечества с отдельными портовыми городами Англии выявлены не- которые закономерности и представлены данные из дошедших до нас налоговых до- кументов. Основные сведения, доступные современному исследователю, указывают на очевидное доминирование ганзейских тор- говцев в экспорте английских тканей в ран- нем средневековье, однако рост и разви- Заключение 141
тие местного купечества заставляет Ганзу не только сужать свою деятельность на Бал- тике, но и создавать со временем свои соб- ственные механизмы протекционизма в сво- их землях. Большое значение в работе придается роли англо-ганзейских связей в экономико- политической трансформации внутри самого Ганзейского союза. Изначально заинтересо- ванная в присутствии иностранных купцов на своей земле английская корона, ведя войну с Францией, брала у купцов кредиты, а вво- зимые товары на Британских островах были тогда в диковинку и, следовательно, востре- бованы. Однако позже эти отношения стали тяготить обе стороны. Так, английские власти вынуждают Ганзу платить непомерные нало- ги, а английские купцы теснят ганзейских на рынках Балтики. Позже англичане начинают требовать от городов Ганзы таких же приви- легий, какие ганзейцы уже имеют в Англии. Аресты товаров и имущества, как и судебные тяжбы также становятся обычным явлением этого периода. Король и парламент зачастую принимают на слушаниях по торговым спо- рам с ганзейскими купцами совершенно по- литизированные решения. Данное обстоятельство неминуемо при- водило к политической консолидации за- падноганзейских городов, что отражалось в итоге и на политизации Ганзы в целом. Из 142 Ганза в Англии
сугубо торгового объединения она достаточ- но быстро превращается в военно-полити- ческий союз с элементами государственной организации, осуществляющий защиту своих интересов как законодательными мерами, так и военной силой. Протекционизм обеих сторон и закрытость рынков для конкурен- тов приводят в конечном итоге к неприкры- той конфронтации Ганзы и Англии, вылив- шейся в полномасштабные торговые войны в будущем. Таким образом, мы можем проследить, как именно английское направление дея- тельности Ганзы сыграло решающую роль в превращении Ганзейского союза в полно- масштабное политическое объединение, со всеми присущими ему атрибутами, оставив тот уникальный неполитизированный сугубо экономический облик в прошлом. История Ганзы учит нас тому, что отноше- ния чисто экономические (торговые) имеют не так много шансов остаться исключительно таковыми в долгосрочной перспективе. Рано или поздно (и скорее рано) торгово-эконо- мические связи влекут за собой серьезные политические сдвиги. Основываясь на этих фактах, стоит вновь и вновь осмысливать со- временные попытки восстановления тех или иных элементов деятельности Ганзейского союза. Упование на то, что удастся остаться в рамках экономики, не углубляясь в поли- Заключение 143
тику, с исторической точки зрения выглядит спорно. Однако мы можем надеяться на то, что с оглядкой на известный нам опыт, тща- тельно изучив уроки истории, при созидании современного общества мы сможем избежать ошибок прошлого. Приложение Приложение 147
Торговые «столицы» в зоне влияния Ганзы 148 Ганза в Англии
Расположение торговых городов Англии
Приложение 149
Рейнский торговый путь СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТ УРЫ
Источники
Calendar of Chancery Warrants [1230–1326]. (CChW, Сборники частных привилегий и актов*). Lon- don, 1927. URL: https://archive.org/stream/ calendarofdocume05grea/calendarofdocume- 05grea_djvu.txt. Calendar of Close Rolls [1272–1509]. (CCR, Архивы Верховной Канцелярии Английской короны*). 47 томов; London, 1892–1963. URL: https:// www.british-history.ac.uk/cal-close-rolls/edw1/ vol1. Calendar of Fine Rolls [1272–1509]. (CFR, Сборни- ки податей, налогов и привилегий, выданных Верховной Канцелярией Англии*). 22 тома; London, 1911–1962. URL: https://www.wikitree. com/wiki/Space:Calendar_of_the_Fine_Rolls_ Preserved_in_the_Public_Record_Office. Calendar of Patent Rolls [1232–1509]. (CPR, Сбор- ники административных актов Английской ко- роны по разнообразным вопросам*). 52 тома; London, 1906–1986. URL: https://archive.org/ de t ail s/calendarofpatent16grea /page /n4/ mode/2up. Список источников и литературы 151
Die Recesse und Andere Akten der Hansetage. (HR, Сборники судебных документов (актов) с за- седаний на ежегодном собрании Ганзы*). Se- ries 1. 1256–1430. — Leipzig, 1870–1897. URL: https://archive.org/details/bub_gb_ReFSAAAAcAAJ. Hansisches Urkundenbuch. (HUB, Сборники ганзей- ских судебных документов (актов) до XVI в.). Halle; Leipzig, 1876–1907. URL: https://www. hansischergeschichtsverein.de/hansische-s- urkundenbuch. Rotuli Hundredorum. (Rot. Hund, Сборник-пере- пись имущества, долгов и земель конца XIII в., проведенная в начале правления Эдуарда II). London, 1812–1818. URL: https://www.wikitree. com/wiki/Space:Rotuli_Hundredorum. Rotuli Parliamentorum. (Rot. Parl, Сборник актов с заседаний Английского Парламента*). Lon- don, 1785–1832. URL: http://discovery.nationa- larchives.gov.uk/details/record?catid=2064& catln=3. Statutes of the Realm. (Stats, Сборник актов Ан- глийского Парламента*). London, 1810–1828. URL: https://catalog.hathitrust.org/Record/012297566.
-
— перевод автора.
Литература
Бережков М. Н. О торговле Руси с Ганзой до кон- ца XV века. СПб.: Тип. В. Безобразов и Комп., 1879. Гуревич А. Я. Средневековый купец. М.: Одиссей, 1990. Дживелегов А. К. Городская община в средние века. М.: Типография А. В. Васильева, 1901. 152 Ганза в Англии
Кённингэм У. Рост английской промышленности и торговли. Ранний период и средние века. 2-е изд. М., 1909. Кириллова А. А. Генезис капитализма в позднее средневековье в Англии и Германии. М., 1979. Смирнова Ю. О. Устав Стального Двора в Лондо- не: история, функция и организация текста // Вестник Московского государственного уни- верситета. № 1, серия 9. М., 2010. С. 69–87. Стам С. М. Средневековый город и проблема воз- никновения нефеодальных форм собственно- сти // Средневековый город. Вып. 2. Саратов, 1974. С. 25–32. Харитонович Д. Э. Город в средневековой цивили- зации Западной Европы. Т. 2. М., 1999. Штокмар В. В. История Англии в средние века. Л., 1973. Ahasver von Brandt. Die Hanse als mittelalterliche Wirtschaftsorganisation. Entstehen, Daseinsfor- men, Aufgaben // Wissenschaftliche Abhandlun- gen der Arbeitgemeinschaft fur Forschung des Landes Nordrhein-Westfalen. Cologne, Opladen, 1963. № 27. S. 9–38. Allen M. Medieval merchants and the English mints and exchanges, 973–1489 // Medieval Merchants and Money / Essays in Honour of James L. Bolton. London, 2016. P. 84–103. Bartlett J. N. Some Aspects of the Economy of York in the Later Middle Ages, 1300–1550. London: In- stitute of Historical Research, 1958. P. 132–133. Brandt P. Merchants and their use of the action of account in thirteenth- and earlyfourteenth-cen- tury England // Medieval Merchants and Money / Essays in Honour of James L. Bolton. London: In- stitute of Historical Research: 2016. P. 121–138. Список источников и литературы 153
Bridbury A. R. Medieval English Clothmaking: An Economic Survey. London, 1982. Britnell R. H. Growth and Decline in Colchester, 1300–1525. Cambridge, 1986. Brooke C., Keir G. London in 800–1216. London, 1975. Dick B. Framing ‘piracy’: Restitution at sea in the la- ter middle ages. Glasgow, 2010. Dollinger P. The German Hansa. Stanford: Stanford University Press, 1970. Edward W. M. Pirates, robbers and other malefac- tors. The role played by violence at sea in rela- tions between England and the Hanse towns, 1385–1420. Pitcaithly: The University of Exeter, 2011. Ellmers D. Die Entstehung der Hanse. Hamburg: GRIN Verlag, 1985. Ewert U. C., Selzer S. Institutions of Hanseatic Trade Studies on the Political Economy of a Medieval Network Organisation. Frankfurt am Main, 2016. Ford C. J. Piracy or Policy: The Crisis in the Channel in 1400–1403. London, 1979. Gibbs S., Bell A. R. Fighting merchants // Medieval Merchants and Money / Essays in Honour of James L. Bolton. London: Institute of Historical Research, 2016. P. 56–83. Goetz L. K. Deutsch-Russische Handelsverträge des Mittelalters. Hamburg, 1916. Hakluyt R. The Principal Navigations, Voyages, Traf- fiques und Discoveries of the English Nation. Glasgow, 1903. Hatcher J. English Tin Production and Trade before 1550. Oxford, 1973. Koppmann K. Die Recesse und Andere Akten der Hansetage, Series 1, 1256–1430. Leipzig, 1897. 154 Ганза в Англии
Kumlien K. Hansischer Handel und Hansekaufleute in Skandinavien. Oxford, 1943. Lappenberg J. M. Urkundliche Geschichte des Hansi- schen Stahlhofes zu London. Hamburg, 1851. Lonig G. A. Deutsche und Gotlander in England im 13 Jahrhundert. Hamburg, 1943. Martin J. Treasure of the Land of Darkness. Cam- bridge, 1986. Miller E. The Economic Policies of Governments: Fran ce and England / Eds. M. M. Postan and E. Mille // Economic Organisation and Policies in the Mid- dle Ages. Cambridge, 1963. № 3. P. 291–318. Neumann G. Hinrich Castorp // Neue Deutsche Biographie. Berlin: Duncker & Humblot, 1957. Band 3. Nicolle D. Forces of the Hanseatic League 13th–15th Centuries. Oxford: Men-at-Arms, 2014. № 494. Norman P. Notes on the Later History of the Stee- lyard in London. Cambridge: Cambridge Univer- sity Press, 1909. № 61. P. 389–426. Oldland J. The economic impact of clothma- king on rural society, 1300–1550 // Medieval Merchants and Money / Essays in Honour of James L. Bolton. London: Institute of Historical Research, 2016. P. 139–153. Perkmann M. Cross-Border Regions in Europe: Sig- nificance and Drivers of Regional Cross-Border Co-Operation // European Urban and Regional Studies. Warwick, 2003. Vol. 10. № 2. P. 153–171. Petri F. Die Stellung der Sudersee- und Jsselstadte im Flandrisch-Hansischen Raum. Hamburg, 1961. Postan M. The Economic and Political Relations of England and the German Hanse from 1400 to 1475. London, 1933. Список источников и литературы 155
Postan M. The Trade of Medieval Europe the North // The Cambridge Economic History of Europe from the Decline of the Roman Empire. Cambridge, 1987. P. 168–305. Robertson A. J. The Laws of the Kings of England from Edmund to Henry I. Cambridge, 1925. Sartorius G. F. Urkundliche Geschichte des Ursprun- ges der deutschen Hansa. Hamburg, 1830. Schanz G. Englische Handelspolitik gegen Ende des Mittelalters. Leipzig, 1881. Schulz F. Die Hanse und England von Eduards III bis auf Heinrichs VIII Zeit. Berlin, 1911. Sutton A. F. East coast ports and the Iceland trade, 1483–1489: protection and compensation // Me- dieval Merchants and Money / Essays in Honour of James L. Bolton. London: Institute of Histori- cal Research, 2016. P. 32–41. Veale E. M. The English Fur Trade in the Later Middle Ages. Oxford, 1966. Walford C. An Outline History of the Hanseatic League, More Particularly in Its Bearings upon English Commerce // Transactions of the Royal Histori- cal Society. Cambridge, 1881. Vol. 9. P. 82–136. Wilson C., Coleman O. England’s Export Trade, 1275– 1546. Oxford: Clarendon Press, 1963. Wilson C., Mary E., Coleman O. England’s Export Trade 1275–1547. Oxford: Clarendon Press, 1963. Wilson C., Mary E. Trends in the Export of English Woollens in the Fourteenth Century // Medieval Merchant Venturers. London, 1967. P. 239–264. Yang D. The Evolution of Craftsmen Guilds a Coor- dination Perspective // National Kaohsiung First University of Science and Technology. 2008. № 8. P. 56–62. СОДЕРЖ АНИЕ
Введение … … … … … … … … … . . 5 Глава 1. Эволюция ганзейско-английских связей … … … … … … … … … … . 11 Образование Ганзы и организация торговых отношений Западной и Центральной Европы … … … … … . 11 От «Ганзы купцов» к «Ганзе городов» … 26 Судоходство Ганзы … … … … … … … 39 Налоги и привилегии в Англии для Ганзы 46 Глава 2. Механизмы торговых отношений Ганзы и Англии … … … … … … … … 80 Деятельность Ганзейского союза в английских портовых городах … … . . 80 Англо-ганзейские связи как фактор политизации Ганзы … … … … … … . 112 Заключение … … … … … … … … . . 137 Приложение … … … … … … … … . . 145 Торговые «столицы» в зоне влияния Ганзы … … … … … … … … … … 147 Расположение торговых городов Англии … … … … … … … … … . . 148 Рейнский торговый путь … … … … . 149 Список источников и литературы … … . 150 Минимальные системные требования определяются соответствующими требованиями программ Adobe Reader версии не ниже 11-й либо Adobe Digital Editions версии не ниже 4.5 для платформ Windows, Mac OS, Android и iOS; экран 10”
Научное электронное издание
Серия «Parvus libellus»
Керт Дмитрий Борисович
ГАНЗА В АНГЛИИ
Западный вектор развития
Ганзейского Союза
Директор издательства В. В. Чубарь
Выпускающий редактор Л. А. Галаганова
Технический редактор О. В. Новикова
Подготовка издания В. Ю. Трофимов
Подписано к использованию 15.06.25
Формат 10,0×16,5 см
Гарнитура PT Sans
ООО «Издательство «Евразия»
197110, Санкт-Петербург, ул. Барочная, д. 2, лит. А, пом. 3-Н Тел.: (812) 602-08-24 Сайт: https://eurasiabooks.com/ Эл. почта: eurasiaeditors@gmail.com
Электронное издание данной книги подготовлено
Агентством электронных изданий «Интермедиатор»
Сайт: https://www.intermediator.ru
Телефон: (495) 587-74-81
Эл. почта: info@intermediator.ru