Клири Т., Азиз С. — Богиня сумерек (полный текст)

Клири Т., Азиз С. — Богиня сумерек

Immutable source

Сирий OCR-матеріал (sources/) — не редагувати. Синтез — у wiki/.

Бібліографія: Cleary Thomas, Aziz Sartaz. Twilight Goddess: Spiritual Feminism and Feminine Spirituality. — Boston & London: Shambhala, 2000. Рос. пер.: Клири Т., Азиз С. Богиня сумерек / пер. з англ. Е. Б. Акімова. — Нижний Новгород: ДЕКОМ, 2003. — 280 с. — (Серія «Эра Водолея»). ISBN 5-89533-078-9.

Про авторів: Томас Клірі (1949–2021) — американський перекладач-сходознавець, PhD Гарвард (східноазійські мови), перекладач «Дао-де-цзін», «Аватамсака-сутри», «Мистецтва війни», понад 80 томів. Сартаз Азіз — співавторка, суфійська частина. Книга не академічна монографія, а есеїстична компаративістика перекладача — див. критичний фільтр у wiki-нотах.

Про файл: OCR (ABBYY FineReader 12), 282 сторінки PDF, є артефакти розпізнавання (плутанина «тугов/тутов», «Инь/Ннь», зламані діакритики). Розділювач сторінок — ## с. N (нумерація сторінок PDF, друкована пагінація на 1–2 менша).

Зміст (16 розділів):

#	Розділ	с. PDF
—	Введение	7
1	Божественная матрица. Мать-богиня	10
2	Тантрический культ Богини	29
3	Богиня мятежа (Кали, 10 махавидий, криминальный культ)	49
4	Категория «инь»	68
5	Узурпация «инь»	88
6	Женщины дао	108
7	Культ энергии оргазма	130
8	Подпольный путь	141
9	Богиня Мудрости (Праджняпарамита, Мать Майя)	147
10	Пробуждение женщины (Тхеригатха)	169
11	Лотос и молния (буддійська тантра)	206
12	Поцелуй богини Милосердия (Гуань-инь / Каннон)	233
13	Души-близнецы (суфізм, nafs)	238
14	Почитание материнского лона (rahim / umm)	243
15	Святые женщины (Фатіма, Хадіджа)	247
16	Брак, наполняющий все творения (Ібн аль-Арабі)	267

---

с. 1

TWILIGHT GODDESS Томас Клири, Сартаз Азиз Богиня Сумерек

с. 2

с. 3

Thomas CLEARY Sartaz AZIZ TWILIGHT GODDESS Shambhala Boston and London 2000

с. 4

Томас КЛИРИ Сартаз АЗИЗ БОГИНЯ СУМЕРЕК л е к о л л Нижний Новгород 2003

с. 5

ББК 86.33-3 К 49 Серия «Эра Водолея». Основана в 2003 году. Редакционная коллегия серии - В. Я . Гройсман, А. Г. Ермошина, Н. В. Резанова. Художник - В. В Петрухин. К 4 9 КЛИРИ Томас, АЗИЗ Сартаз. Богиня сумерек. Перевод с английского Э. Б. Акимова.
Нижний Новгород: ДЕКОМ, 2003. - 280 с. - (Серия «Эра Водолея») ISBN 5-89533-078-9 Эта книга - путеводитель по лабиринту женских символов и мифических образов древних религий Востока: индуизма, буддизма, даосизма и суфийской традиции ислама. Великая Богиня, воплощение зари утренней и зари вечерней, созидательного и разрушительного начал, - самое древнее представление человека о Божестве. Авторы книги показывают, что это представление никогда не исчезало из религии, несмотря на давление патриархальной культуры. Осознание этого, считают они, поможет разрешить многие современные проблемы. Томас Клири, исследователь древней восточной литературы, известен в нашей стране как автор книг «Японское искусство войны» и «Китайское искусство войны». Сартаз Азиз, уроженка Пакистана, является преподавателем университетов штата Калифорния (США). ISBN 5-89533-078-9 ББК 86.33-3 Публикуется по соглашению с Shambhala Publications, Inc. (Р. 0. Box 308, Boston, MA 02115, USA) и Агентством Александра Корженевского (Россия) © Thomas Cleary and Sartaz Aziz, 2000 © Издательство ДЕКОМ, перевод, подготовка текста, комментарии, дизайн серии, 2003

с. 6

Содержание ВВЕДЕНИЕ .6

1. БОЖЕСТВЕННАЯ МАТРИЦА. МАТЬ-БОГИНЯ … .9 Божественная мать 11 Бхавани .. .13 Рри …14 Дэви 16 Майя…19 Богиня искусств … /. …20 Богиня любви…22 Богиня просветления …26
2. ТАНТРИЧЕСКИЙ КУЛЬТ БОГИНИ…28
3. БОГИНЯ МЯТЕЖА…48 Десять великих знаний…49 Криминальный культ Кали …60
4. КАТЕГОРИЯ «ИНЬ»…67 Таинственная женщина …74 «Таинственная женщина» во времена династии Чжоу …82
5. УЗУРПАЦИЯ «ИНЬ»…87
6. ЖЕНЩИНЫ ДАО…107
7. КУЛЬТ ЭНЕРГИИ ОРГАЗМА…129
8. ПОДПОЛЬНЫЙ ПУТЬ 140
9. БОГИНЯ МУДРОСТИ …146 Мать Майя…151 Духи Просветления …153
10. ПРОБУЖДЕНИЕ ЖЕНЩИНЫ…168
11. ЛОТОС И МОЛНИЯ …205
12. ПОЦЕЛУЙ БОГИНИ МИЛОСЕРДИЯ 232
13. ДУШИ-БЛИЗНЕЦЫ 237
14. ПОЧИТАНИЕ МАТЕРИНСКОГО ЛОНА…242
15. СВЯТЫЕ ЖЕНЩИНЫ …246
16. БРАК, НАПОЛНЯЮЩИЙ ВСЕ ТВОРЕНИЯ …266

с. 7

Введение Среди самых ярких и увлекательных явлений в современной за- падной религиозной мысли - возрождение интереса к традиции духовной женственности, включая культ почитания Богини - од­ ну из древнейших форм верованний. Религиозные представления человечества эпохи расцвета ан­ тичности создали представления о богах и богинях, действую­ щих индивидуально и в парах. Очень часто в людском представле­ нии боги и богини в своем отношении к человеческому обществу напоминают людей или природные явления. Возможно, это было естественным отражением примитивной человеческой психоло­ гии, но и мы не вполне переросли эти представления. Даже в современных культурах, исповедующих единобожие (монотеизм), образы божеств могут по-прежнему отражать челове­ ческие качества или природные явления, и, напротив, в известных нам древнейших религиозных текстах, описывающих многобожие (политеизм), дается все-таки образ основного и всемогущего боже­ ственного единства. Идея единобожия не отрицает идеи божест- венной множественности, так же как и идея многобожия не умаля­ ет идеи единого Бога. В результате образ божественного единства может называться то одним именем, то другим, то третьим. Иногда боги и богини представляются как родители и дети, иногда как супруги. Бог или богиня могут соответствовать какому- нибудь стихийному явлению или рассматриваться как абсолют­ ная реальность. Данное явление отражает социальное, культурное и интеллек­ туальное разнообразие определенной среды, независимо от того, содержатся ли в нем глубочайшие и высшие откровения, касаю­ щиеся человеческой природы и объективной реальности. В глазах тех, кто добивается того, чтобы общество было устро­ ено и упорядочено в соответствии с нормативными моделями (что предполагает жесткую религиозную и политическую иерар­ хию), это многообразие представляло угрозу. Но даже там, где па­

с. 8

«ВЕДЕНИЕ 7 триархальные законы лишали женщину политических и юриди­ ческих прав, а религиозные институты не допускали к церковной службе и церковным привилегиям женщин, рабов, беженцев, всё равно женские и мистические духовные традиции не пресеклись. Они продолжали существовать как альтернативные или тайные, подпольные. Открыто или тайно, эти движения сумели оказать влияние на многие старые и молодые культуры - от Дальнего Вос­ тока до Западной Европы и Америки. Поэтому представляется со­ вершенно естественным то, что западное возрождение интереса к культу Богини совпало с тотальным увлечением мировыми мис­ тическими учениями. Как в монотеизме, так и в политеизме божество представляет­ ся в двух аспектах - доброжелательном и устрашающем. Это не так уж трудно понять - ведь и наша жизнь состоит из радостей и печалей и каждое рождение предполагает грядущую смерть. Восприятие божественного, как дающего жизнь, так и прино­ сящего смерть, является характерной чертой религий и Бога, и Богини. «Сумеречное»1 изображение Богини как воплощение образа божества, объединяющего свет и тьму, может служить зеркалом, человеческого разума, который находит противоречия в своем восприятии мира и переносит их на Вселенную в целом. Если мы подсмотрим работу этой невидимой пряхи, скрываю­ щейся за тканью религиозной культуры, мы сможем нащупать тайные швы образов и теней сумеречной Богини света и тьмы. На протяжении всемирной истории различные религии Боги­ ни, доктрины духовной женственности, и божественная матрица самого бытия проявляли себя то в светлом, то в мрачном аспекте, то обнаруживались, то сокрывались. Виноваты в этом не только политические и социальные условия или требования момента. Существуют времена господства духа и времена господства зем­ ного начала. Откровение и сокрытие - это не только тактические уловки Земли, но и потребность духа, ибо Богиня отражает как наши са­ мые светлые надежды, так и самые темные страхи. Она помогает нам встречать их то с благодушной улыбкой, то со стиснутыми зу­ бами. Книга «Богиня Сумерек» призвана стать зеркалом человеческих 1 Английское слово tw ilig h t (сумерки) означает как утреннюю, так и вечернюю зарю, что в контексте книги отражает двойственную природу женского божества (р е д .).

с. 9

8 БОГИНЯ СУМЕРЕК страхов и надежд. Это книга медитаций, размышлений, духовных видений Богини света и тьмы, жизни и смерти, и многих других выражений женственной духовности и духовной женственности, пронесенных сквозь века.

с. 10

1 Божественная матрица. Мать-богиня Сегодня культ Богини как официальная религиозная практика существует главным образом в Индии, но современные его фор­ мы представляют собой плод многих веков эволюции. Культ Бо­ гини известен в Индии с незапамятных времен, о чем свидетель­ ствуют древнейшие сборники священных гимнов. В дальнейшем он был пресечен индуистской жреческой элитой, стремившейся к патриархальным формам правления, и в частности к сохране­ нию касты по мужской линии. Некоторые исследователи считают, что коренные племена, на­ селявшие Индию, жили при матриархате, женщины стояли у вла­ сти в племени, семья продолжалась по материнской линии, мужья строили свои жилища рядом с семьями жен. Противоположными были традиции завоевателей-ариев, ко­ торые подчинили себе аборигенов и в соответствии со своими законами заставили коренное индийское население выполнять самую грязную (в буквальном смысле слова) работу. Кардиналь­ ное различие традиций могло бы оказаться существенным пово­ дом для уничтожения культа Богини, если предположить, что патриархальные арийцы объявили культурную войну матриар­ хальным аборигенам. Но арийцы имели тенденцию включать в свою религию божества других племен, как мужские, так и женские. Ситуация, таким образом, оказывается более слож­ ной, чем просто противостояние арийского патриархата и не­ арийского матриархата. Некоторые племена кельтов (арийского происхождения, но культурно связанные с древними индийцами) имели матри­ архальную ориентацию. Неизвестно, была ли такая ориента­ ция всеарийской, но то, что матриархальные традиции суще­ ствовали среди древних арийских племен, не вызывает сомнений. Сейчас известно, что право кастового наследования установи­ лось у арийцев достаточно поздно и не существовало во времена

с. 11

10 БОГИНЯ СУМЕРЕК «Ригведы». Можно предположить, что и патриархальные тради­ ции не были изначально и постоянно присущи арийской культуре. Со временем культ Богини возродился и вновь распространился в Индии с такой силой, что сами индийские священнослужители бы­ ли вынуждены узаконить его, хотя и в индуистской модификации. Индуизм не единственная религия, в основу которой положе­ ны феминистические элементы. Схожие традиции религиозной культуры и духовного развития отличают эзотерические учения даосизма, буддизма и суфизма. Представляется, что культ Богини существовал с незапамятных времен, хотя и в самых различных формах. Древние имена Богини, например «Бесконечность» (которое является одним из древней­ ших), зафиксированы в «Ригведе». Индийское писание было создано более четырех тысяч лет назад, надо принять во внимание, что свя­ щенный текст тысячелетиями воспроизводился устно. Одно время индийским женщинам жрецами было запрещено слушать писание и участвовать в священных обрядах. Отчасти благодаря этому отлучению, как, впрочем, и другим не­ сообразностям, нарушившим равновесие традиции, в 1000-500 гг. до Р. X. теократический кастовый индуизм дал трещину, что при­ вело к возникновению сект протестантского и реформистского духа, уставы которых позволяли женщинам участвовать в священ­ ном чтении, религиозных обрядах и церемониях. Наиболее популярным и влиятельным религиозным движени­ ем был буддизм, который активно подавлялся индуистским свя­ щенством, добившимся в конце концов доминирования и поли­ тической власти. Возможно, именно это противоборство агрессивно-патриар­ хального индуизма и более либерального буддизма привело в 500 году после Р. X. к возникновению культа Богини как особо­ го течения религиозной системы Индии. Самым плодотворным этапом истории культа был период между 600 и 1600 гг. нашей эры. Именно в это тысячелетие тант­ ризм достиг своего расцвета как в индуизме, так и буддизме, поро­ див религиозные движения колоссальной энергии и силы. Этот мощный заряд не иссяк в тантризме и до наших дней, вызывая по­ стоянный интерес в людях разных происхождений и миросозер- цаний. 1 1 «Ригведа» (книга гимнов) - древнейший памятник индийской литературы, отражающий мифологию и культы арийских племен в конце II тысячелетия до нашей эры (р е д .).

с. 12

I. БОЖЕСТВЕННАЯ МАТРИЦА. МАТЬ-БОГИНЯ 11 БОЖЕСТВЕННАЯ МАТЬ Человек рождается гораздо более беспомощным, чем любое дру­ гое животное, и требует соответственно гораздо больше роди­ тельского ухода и внимания. Известно, что животные имеют свои особые формы благоговения и ощущения божественного, но толь­ ко человек, который так долго зависит от старших, способен раз­ вить до самой высокой степени религиозное чувство почитания родителей, мифологизировать родительски-детские отношения. В смысле психологического развития мать играет гораздо бо­ лее важную и сложную роль в воспитании человека, чем мать жи­ вотного, хотя и для последнего мать не менее необходима. Мать - первый учитель человеческого существа, она руководит воспита­ нием чувств, интуиции, не говоря уже об эмоциональном, интел­ лектуальном и языковом мышлении. Эти материнские функции могли вызвать стихийное появле­ ние образов богинь и привести к созданию культа Богини с прак­ тикой ее почитания. Образ Земной Матери, или Матери-Земли, подательницы фи­ зическую жизнь, представляется совершенно естественным. По­ этому столь естественны ассоциации Богини с водой и водными источниками - реками, озерами, колодцами, ибо без воды тоже нет жизни. Воспитывающий момент материнства - неотъемлемый момент женской мифологии, обратная сторона жизнеутверждающей функции. Землю может трясти, реки могут выйти из берегов, ко­ лодцы могут иссохнуть. Люди ощущают необходимость принимать эти факты как должное, соотнося их с собой, на индивидуальном и социальном уровнях. Не случайно многие образы женских бо­ жеств и сам культ Богини порождены союзом природы и культуры. Так как психологические реалии неразрывно связаны с мате­ риальными, женские божества представляются не только в обра­ зах жизни и смерти порождающей природы, но и как хранитель­ ницы, защитницы культуры. Женские богини очень часто патронируют селения и города. Эта функция материнства являет­ ся выражением культурных и созидательных тенденций Богини. Женские божества поощряют и охраняют человеческую креатив­ ность - цивилизацию, образование, границы. Функциональная важность матери и материнства была, таким образом, признана с философской точки зрения, соединяя опре­ деленным образом эмоции отдельной личности со всеобщими

с. 13

12 БОГИНЯ СУМЕРЕК нуждами человечества. Известный индийский стратег Каутилья, никогда не замеченный в сентиментальных высказываниях, гово­ рил (причем в абсолютно безрелигиозном контексте): «Мать - са­ мый важный из всех учителей. Мать должно поддерживать во вся­ ком возрасте». Такое понимание материнства на самом деле связано с проблемами эволюции и сохранения общества в целом и с более частным вопросом границ жизнедеятельности конкрет­ ного человека. Каутилья намеренно расширяет значение слова «мать», чтобы подчеркнуть меру персональной и социальной зна­ чимости императива «уважения к матери»: «Жена вождя, жена учителя, жена друга, мать твоей жены и твоя собственная мать - этих пятерых почитай как своих матерей». Образ Богини-Матери, содержащий в себе не только инстинк­ тивные и социальные переживания, но также и религиозные и духовные настроения, очень сильно повлиял на сознание мно­ гих индусов и был наиболее значим для них в состоянии нужды, подавленности, растерянности, беспомощности, нижения. Люди или всецело уповали на ее милость, или просили у нее сил для то­ го, чтобы пережить, казалось бы, непереносимое горе. Богиня- Мать почиталась с особым трепетом теми, кто был систематиче­ ски отлучен от благ и ценностей официальной культуры. В течение столетий были выработаны многие формы воззва­ ния к Богине в поисках милосердия или знания. Для нас сегодня наиболее доступным может оказаться метод произношения име­ ни Богини, который предназначен для концентрации нашего ума определенным способом. Эти особые пути концентрации сознания были созданы, что­ бы помочь человеку вызволить из глубин своей души первона­ чальные интуиции и понятия божественного Церемонии обращения к Богине могли состоять из произнесения сотен и тысяч имен Матери-богини, которые выстраивали ощущение ее реального присутствия в сознании медитирующего. У Богини существует много имен, которые до сих пор сохране­ ны в индийских традициях почитания Богини. Поскольку эти име­ на звучат на языке, постоянно употребляемом на протяжении бо­ лее четырех тысяч лет, их глубинные значения могут быть восстановлены с большей точностью, чем значение эзотерических мантр, происхождение которых было утеряно. Основные санскрит­ ские имена Богини происходят от древних корней с двойным зна­ чением жизни и смерти, что дает непосредственную возможность приблизиться к самой сущности индийской религии Богини.

с. 14

1. БОЖЕСТВЕННАЯ МАТРИЦА. МАТЬ-БОГИНЯ 13 Скрытые смыслы имен Богини, оживающие в процессе освое­ ния традиции, структурируют пространство сознания, которое наполняется образами и видениями божественных свойств и дей­ ствий. Мы начинаем с имен матери-богини - Бхавани, Рри, Дэви, Майя, Кали, затем переходим к различным эманациям Богини и ее многочисленным ликам. БХАВАНИ Это имя, может быть, наиболее доступно выражает идею материн­ ства Богини. В богатых индийских религиозных традициях имя Богини выступает синонимом «дэви», что переводится как «госпо­ жа, богиня». Поскольку призывание имен представляет собой важнейшую священную практику культа, не стоит удивляться тому, что значение имени помогает созерцанию природы самой Боги­ ни, которая этим именем призывается. Имя «Бхавани» (или в более архаичном написании - «Бховани», или «Бховане») происходит от древнего санскритского корня «бху», что значит «бытие, становление, проживание, явление». Все эти значения подчеркивают жизнепорождающий статус Богини. Боги­ ня есть Бытие и Становление, Богиня отождествляется с творени­ ем, творческой силой и первостихиями Вселенной одновременно. Глагольные значения корня «бху» имеют причинный характер

• оживлять, призывать к жизни, одушевлять, производить, созда­ вать, служить причиной, заботливо относиться, воодушевлять, возрождать, поддерживать. Эти имена связаны с основными функциями, выполняемые матерями по отношению к детям, а так­ же Землей и Вселенной по отношению ко всем существам, - да­ вать жизнь и воспитывать, вскармливать, лелеять. Существитель­ ное «бхуу» (с долгим «у») значит «пространство, место жизни, мир, Вселенная, Земля». В этом смысле оно также используется симво­ лически для цифры один, что означает идею целостности и уни­ кальности. Это то, чем является мать для новорожденного младен­ ца, то, чем является Земля, мир, Вселенная для первозданного сознания человечества, ощущающего себя в лоне существования. Богиня Бхавани воплощает все аспекты жизненности, она и творческий принцип, и само существование, она дарует жизнь и приносит благо. Согласно традиционной мифологии она отда­ ет себя, ибо она есть сама жизнь и само Бытие.

с. 15

14 БОГИНЯ СУМЕРЕК Такой образ Богини духовно возвеличивает отношение верую­ щего к самому себе и обществу, миру и космосу. Причем Богиня не только возвышает сознание человека, но и накладывает на него со­ ответствующие обязанности и ограничения. Процесс исполнения духовных обязанностей символически представлен, с одной сторо­ ны, определенным ритуальным жертвоприношением, а с другой - приобретением эзотерического знания тайн Бытия и Становления, существования и эволюции. Эти два проявления высшего сознания, возможно, были изначальными импульсами того, что мы сегодня на­ зываем религией и наукой. В этом смысле религия и наука, как дух и материя, явились от единой матери. Конфликт между религией и наукой, духом и мате­ рией, увиденный в нашей перспективе, должен разрешиться не ре­ волюцией, а восстановлением - возвращением к внутренней цело­ стности сознания, которое поможет нам понять единство Бытия. РРИ Мать-Богиня Рри - древнейшее имя Богини, образ, возникший в рам­ ках богатой индийской традиции. Богиня Рри - мать Богов, возвы­ шенная ипостась как в духовном, так и в иерархическом смысле. Рри - мать не только богов, но и демонов, она негодует и нака­ зывает, она - воплощение воспитательно-карающей функции ма­ теринства. Она не просто мать, она - «бхайрава» (bhairava) - устрашающее существо, она - «данава» (danava) - демон. Индийская мифология не случайно называет «бхайрава» и «данава» именем Рри, подчер­ кивая важность этих страшных моментов для человеческого по­ нимания сущности природы, творения, бытия как такового. Корнем имени является «ри», который имеет множество значе­ ний. Среди них «движение, подъем, достижение», подчеркиваю­ щие жизнедеятельные и вдохновляющие свойства Богини. «Атако­ вать, наступать на врага, наносить вред» - другая группа значений корня «ри», в которой явлен защищающе-карающий лик Богини. Корень, лежащий в основе имени Рри - матери богов, лежит в основе термина «ариа», относящегося к сфере культуры. Связь корней не случайна, она выступила побудительной причиной того, что наиболее аристократическая группа индийского общества бы­ ла названа «арии», или «арийцы». Позднейшая деформация терми­ на, превратившее древнее слово в расистский ярлык, связана с из­

с. 16

1. БОЖЕСТВЕННАЯ МАТРИЦА. МАТЬ-БОГИНЯ 15 вращением смысла корня, незнанием первоначального значения слова и ассоциативного ряда. Изначально арии считались потомками Матери Богов Рри и ее жрецами. Арийская культура была призвана воплотить значение божественного корня «ри», построить особый тип цивилизации. Прототипом арийской цивилизации, культивирующей разные виды духовной и эмоциональной экзальтации - ритуального экста­ тического подъема, был культ войны и институтов власти, торговли и земледелия. Каждая специализация культа являлась вариантом ос­ новной линии традиции, ориентированной на достижение успеха и защиту безопасности. Каждый вид деятельности восходил к риту­ альным формам почитания Богини в том или ином ее аспекте. При­ бегая к языку мантр (которые можно представить конденсаторами энергии и информации на уровне звука и слова), можно сказать, что важность Рри как матери богов усиливается еще и особеннос­ тью социальной структуры ариев - три уровня арийской культуры связаны с тремя значениями корня божественного имени. Великая богиня Рри индийской традиции соответствует кельтско-ирландскому божеству Дана. Древнеирландское языче­ ство определенно имело древнеиндийские истоки, и сохранив­ шиеся кельтские мифы содержат много узнаваемых арийских об­ разов и понятий. Дана - это Де Ана - богиня Ана; именно она считается богиней-матерью кельтских богов, называемых «туата Де Дананн», то есть «людьми богини Даны», точно так же как арии - это «люди богини Рри». Согласно ирландской мифологии «люди богини Даны» явля­ ются предками ирландцев и соответственно божественными хра­ нителями ирландской культуры. В мифологии они представлены как люди, волшебники, боги и богини. Такую же ситуацию мы ви­ дим у арийцев. Арийцы - это люди, которые считали себя носите­ лями не только магической традиции, но и метафизической и ми­ фологической памяти, предполагающей знание путей взаимодействия человеческого и божественного миров. Кельтское имя богини Дана восходит к санскритскому «дану», корню, обозначающему «влагу», «влажность». От этого корня пред­ положительно возникло название великой реки, которую древние кельты именовали Данубе1. В санскрите Дану - одно из имен мате­ ри богов, причем корень иллюстрирует дарующую природу боги­ ни, естественно ассоциирующуюся с водой и плодородием. Дунай (р е д .).

с. 17

16 БОГИНЯ СУМЕРЕК Если отождествить Дану с Де Аной, или божественной мате­ рью, вполне логично считать это божество матерью ирландских богов. Творчески порождающая функция Богини вдохновила кельтское мифотворчество и сообщила новые штрихи древнему образу. В зоне притяжения имени Ана оказывается древнеирланд­ ское существительное «ана» со значением нападения, нанесения ущерба как материального, так и духовного. Это производное су­ ществительное отражает смертоносный, карающий аспект Боги­ ни, взятый не изолированно, а в смысле неумолимой полноты бы­ тия, непререкаемости космической воли, которую не может контролировать цивилизация. Образ богини сумерек, жизнедеятельной и смертоносной одно­ временно, коренится в допотопной праистории. Соответствие кельтской и индуистской традиции со всей очевидностью свидетель­ ствует о том, что мифология Богини возникла еще в праиндоевро- пейской среде, до того, как предки так называемых индоевропейцев осели в Индии и Европе. Поэтому некорректно считать, что индо- арийцы заимствовали религию Богини у индийских аборигенов. Словно подчиняясь динамическому завету имени Рри, арийцы изначально стремились к миграциям и территориальным про­ движениям. Бесчисленные племенные подразделения и перехо­ ды в самые далекие страны сами по себе были формами почита­ ния Богини. Распространяя свой культ на всех завоеванных территориях, арийцы по мере продвижения включали в свою ми­ фологию местные божества. С учетом всего сказанного представляется необязательным объ­ яснять распространение культа Богини исключительно историчес­ кими контактами, которые действительно имели место. Есть смысл предположить, что мифология Богини и материнства, то есть пло­ дородия и воспитания, имеет естественные корни, которые могут быть обнаружены в любой культуре. ДЭВИ Имя Дэви - одно из самых распространенных имен Богини, ибо этим именем обозначается идея женской божественности или че- гоч’о связанного с божественным. Имя может быть расшифровано как «божественное в аспекте своей женственности» и переводится просто «богиня». Широкие возможности интерпретации имени, может быть, сделали культ Дэви столь популярным в Индии.

с. 18

1. БОЖЕСТВЕННАЯ МАТРИЦА. МАТЬ-БОГИНЯ 17 Имя восходит к корню «див» - небо, небеса, с которым непосред­ ственно связано английское divine- божественный. Глагольное зна­ чение корня «див» - сиять, быть ярким, а санскритское «дива» обо­ значает не только «небеса, небо», но и «день». Дэви напоминает японскую богиню Аматэрасу, что значит «священная богиня, осве­ щающая небо», то есть «солнце» или «солнечная богиня». Сан­ скритская «Дэви» точно так же ассоциируется с небом и светом. Более пристальное изучение корня «див» открывает новые уровни божественности Дэви. Корень имеет значение бросания жребия, игры в кости, спора, шутливой перебранки. Также «див» значит «распространение», «увеличение», «преодоление гра­ ниц». Слово может означать похвалу, радость, безумие, пьяную вакханалию, сон и желание. Все эти значения и формируют пер­ сонифицированный образ Дэви в индуистской мифологии. Важнейшая идея, заложенная в имени Богини, - идея безгра­ ничных возможностей. То, что случилось на самом деле, пред­ ставляет собой одну из бесчисленных возможностей. В этой пер­ спективе жизнь или судьба оказываются игрой, исход которой решает случай, игрой, в которой жребий взвешивается на косми­ ческих весах. С точки зрения энтузиазма и удовольствия жизнь можно представить как божественный танец или эпическое при­ ключение, а с точки зрения разочарования и несчастья сила, уп­ равляющая Вселенной, может рассматриваться как нечто играю­ щее чувствами людей. Круг рассмотренных понятий позволяет лучше постигнуть об­ раз Богини, содержащий в себе черты поощрения и наказания, де­ монстрируя мощь имени Дэви в молитвах и медитациях. Несмотря на то что корень «див» связан с внешним распрост­ ранением, увеличением, расширением границ и, следовательно, с поощряющей, жизнеутверждающей функцией Богини, нельзя забывать, что оборотная сторона этой функции предполагает ка­ рающий, подавляющий аспект. «Распространение», «увеличение», «свобода» - все это связано с материнским опытом рождения и вскармливания, опытом, кото­ рый требует осознания всех этапов жизненной эволюции. Все эти значения возникают из смысла даров Богини человечеству и миру. Оборотной стороной этого «источника» является мощь без­ граничного роста самой Богини, способность заполнять собой весь мир и «поглощать» Вселенную, демонстрируя непостоянство всех вещей. Карающий аспект Богини проявляется не только в несчастьях, болезнях, смертях, неизбежном конце света, но

с. 19

18 БОГИНЯ СУМЕРЕК и в сознании верующего. Именно этот аспект освобождает чело­ века от ловушки самонадеянности и самодовольства, которые уводят в сторону от благосклонности Богини к горечи и боли. Смысловые значения «восхваления» и «радости», сокрытые в корне имени Дэви, содержат указания на поклонение и знание Богини. Восхваление состоит из практики перечисления в уме свойств Богини, для того чтобы обучить свой ум воспринимать мироздание в терминах божественной воли и действия. «Ра­ дость» возникает в результате практики восхваления Богини - ра­ дость признания и приятия божественной воли и действия, на­ полняющая миром и покоем ум верующего. Лежащее в основе психологическое «непротивление» и «смирение» считаются ми­ лостью, дарованной Богиней. Эта милость как результат расслаб­ ления прочно укоренившихся ментальных и физических «зажи­ мов» наполняет верующего энергией и дает силу. «Опьянение» и «безумие» - периферийные значения божеств венного корня «див», предполагающие следующие ступени психоло­ гического и духовного развития. Термин «опьянение», употребляе­ мый во многих традициях, символизирует изменение состояния сознания, достигнутое с помощью медитативной концентрации, которая позволяет отвлечь сознание от явлений внешнего бытия и сосредоточиться в предощущении внутреннего блаженства. «Бе­ зумие» - шаг, следующий за «опьянением», хотя оба термина актив­ но предполагают друг друга. Если воспользоваться бытовой аналогией, «безумие» (в перенос­ ном смысле) может быть описано как постоянное психическое расст­ ройство, возникающее в результате ежедневного винопития. В ду­ ховных традициях «безумие» символизирует состояние сознания, вышедшего за границы концептуального ума. Явление освобожденного сознания не определяется в терми­ нах концептуального ума и потому называется «безумием» как те­ ми, кто не ведает подобного состояния, так и самими субъектами «безумия». В контексте культа Дэви термины «опьянение» и «безумие» ха­ рактеризуют состояния, полученные практиком благодаря силе своей веры, но они могут также относиться к случайным образам сущности Дэви - ее ужасающе-безрассудной ипостаси, повергаю­ щей мир в состояние хаоса. Последним скрытым значением корня «див» является «сон» и «мечтание»; оно также является сильной составляющей боже­ ственного образа в индийской религии Богини. Восприятие жиз­

с. 20

1. БОЖЕСТВЕННАЯ МАТРИЦА. МАТЬ-БОГИНЯ 19 ни и мироздания как «сна», «грезы», «иллюзии» характерно для индуизма и буддизма. Эти метафоры обобщены в образе спящего и грезящего субъекта, то есть пребывающего в экстатическом трансе, необходимом для появления богини Дэви. Именно в та­ ком состоянии верующий может рассчитывать на помощь Боги­ ни, посылающей ему счастье, знание и осуществление желаний. МАЙЯ Именем «Майя» в индийской традиции называют Парашакти, или высшую силу. На санскрите слово «майя» означает «сверхъестест­ венную силу», «мудрость» и «иллюзию». Последнее ярко выража­ ет метафизическую идею того, что наш мир не является абстракт- ной объективной реальностью, а представляет собой иллюзию, порождение нашего сознания. Речь идет о свойстве самовнуше­ ния, присущем нашей психике. Воображение способно внушить нашему сознанию или душе, что картина мира, которая сложилась у нас в результате социального общения, соответствует реальному миру. Поскольку мы воспринимаем реальность через наши иллю­ зии, то Богиню (высшую силу) и всю Вселенную также правомер­ но назвать иллюзией, так как для нас иллюзия есть единственная реальность. Майя, персонифицированная иллюзия, иногда имену­ ется Дурга (недостижимое), что подчеркивает недоступность объ­ ективной реальности для ограниченного разума субъекта. Майя также означает «колдовство» и «магия». Оба значения соотносят с концепцией иллюзии и нереальности. Два этих поня­ тия передают основные аспекты видения Богини. Колдовство де­ монстрирует (в конкретных практиках) и символизирует (в его буквальном представлении) смертельную, разрушительную силу иллюзии; магия демонстрирует или символизирует созидатель­ ную, творящую силу иллюзии. В то время как колдовство основа­ но на вмешательство в естественный миропорядок, ища разруше­ ния или властвования, магия связана с творчеством и чудом, распределением даров, щедрот и магического мастерства. Симво­ лизм в индийской мифологии редко бывает жестко ограничен­ ным, но в любом случае можно утверждать, что творческое вооб­ ражение является, пожалуй, наиболее существенным элементом религиозных практик культа Богини. Всемогущая Богиня (божество высшей силы) именуется также «Ма-Майя», или «Мать Майя», - Мать Иллюзии или Мать Магии.

с. 21

20 БОГИНЯ СУМЕРЕК Она также может называться «Карами» - творительница, или «Омкари», «Родительница Ома», то есть Мать божественной тро­ ицы - Брахмы, Вишну и Шивы. В своей творческой ипостаси она именуется «Крияшакти», то есть «сила действия», а в более выс­ шем аспекте - ипостасью матери Вселенной - «Парабинду», или «Высшим Началом». В качестве высшей силы Богиня обладает и устрашающим, и трансцендентальным аспектом. В своем устрашающем облике она зовется «Ади Бхэрави», или «Перво-Ужас», часто являясь пер­ сонификацией смерти. В своей трансцендентной сущности Боги­ ня именуется «Акогари» - «Недоступная», или «Антари», - «Абсо­ лютная». Она воплощает не только физический ужас, но и метафизическую невозможность этот ужас описать. Трансцен­ дентный аспект Богини предполагает смягчение физического ужаса, ибо он не имеет никаких реальных земных эквивалентов. В этом смысле Богиня называется «Янанашакти», то есть «Сила Знания», или «Паравидья», то есть «Высшее Знание». Таким образом, Богиня Майя представляет собой и сверхъес­ тественное материнское отношение к миру, создавая ощущение и восприятие мира, и духовное материнство, выводящее сознание верующего за пределы сотворенного мира. БОГИНЯ ИСКУССТВ Хотя индийская мифология богини напрямую соотносится с при­ родными явлениями, она при этом всегда несет некий культурный заряд. Цивилизация и распространение искусств ассоциируются с богиней «Сарасвати» (богиней водоемов). Сарасвати - архетипи­ ческая богиня реки. Подобно кельтской Дане, река является обра­ зом не только материального, но и культурного плодородия - река цивилизации, в которую впадают ручейки различных знаний. «Са­ расвати - это богиня речи, красноречия, учения и мудрости». Мифология богини Сарасвати заставляет вспомнить кельт­ скую Дану - Де Ану, мать богов, прародительницу магических «людей богини Даны» (Туату Де Дананн), или людей божествен­ ных искусств; кельтских божеств культуры, среди которых выде­ ляются богини поэзии, медицины, ремесел. Сходства такого порядка не могут считаться заимствованием или случайностью, они указывают на общность древнейшей пра- культуры.

с. 22

1. БОЖЕСТВЕННАЯ МАТРИЦА. МАТЬ-БОГИНЯ 21 Развитие искусств и наук в Древней Индии представляется грандиозным даже с точки зрения сегодняшних стандартов, хотя очевидно, что наши знания об индийской высокой архаике дале­ ко не полны и требуют дальнейшего изучения. Если подходить к вопросу с культурно-языковой точки зрения, то можно сказать, что культ Богини породил огромное количество литературы на классических и местных языках Индии. Эта литература богато иллюстрирована, причем рисунки носят как конкретный, так и абстрактный характер. Не менее впечатляющими оказываются многочисленные тра­ диционные (ортодоксальные и весьма экзотические) ремесла и практики, обслуживающие культ Богини. «Кама-сутра», наиболее известная книга по искусству любви и поэзии, говорит о 64 различных искусствах, другие источники на­ зывают еще более внушительную цифру. «Кама-сутра» перечисляет следующие искусства: вокальная и инструментальная музыка, танец, рисование и рисование по трафарету, украшение тела, парфюмерия, культура тела, мани­ кюр, массаж и уход за кожей и волосами, кулинария, вышивание, ткацкое искусство, плетение кружев, обработка драгоценных камней и металлов, столярное и плотницкое искусство, изготов­ ление станков, плетение корзин, лесоводство, скотоводство, обу­ чение ручных птиц разговору и переплетное дело. Интеллектуальными и литературными искусствами считают­ ся загадки, головоломки, умение ответить на вопрос классичес­ кой цитатой, комплектование цитат, искусство рассказа, стихо­ сложения, каламбур, иностранные языки, диалекты, перевод с родного на санскрит, память. Поскольку эти умения носят соци­ альный характер, в этот же список входит знание общепринятых манер. Далее следуют знание игр, развлекательных и денежных, начиная от детских игр и игрушки, кончая шахматами, игрой в кости и искусством обмана. Список заканчивается великими по­ литическими играми, военной стратегией и искусством успеха. Использование магии, наркотиков, заговоров, гипноза и прочих средств, необходимых для развлечения, мести и ведения войны, тоже входит в число шестидесяти четырех искусств. Эти шестьдесят четыре искусства отнюдь не предназначены для всех. Оговаривается, что только половина из них может быть терпима в обществе, тогда как другая половина состоит из пороч­ ных искусств, действующих разрушающим образом на личность. Все 64 вида искусства могут быть использованы куртизанками для

с. 23

22 БОГИНЯ СУМЕРЕК обольщения. Куртизанки согласно «Кама-сутре» тоже люди, и вы­ бор их профессии предопределен не только их желанием, но и обстоятельствами. Поскольку проституция обычно связана с войной, разрушением, обнищанием, люмпенством, притесне­ нием, то обман, наркотики, гипноз и другие искусства, порицае­ мые в приличном обществе, являются совершенно нормальными для маргиналов и отщепенцев. При этом существование марги­ нального мира не ставится под сомнение, ибо он активно взаимо­ действует с нормальным миром. Женщинам в ортодоксальном индийском обществе обычно за­ прещали изучать «Веды», важнейший сакральный текст индуиз­ ма, и участвовать в ведических ритуалах. Не надо думать, что ор­ тодоксальные индийские женщины были необразованны и неумелы, хотя их традиционно отлучали от участия в управле­ нии брахманическим обществом, подавляя их профессиональное и кастовое сознание. Женщинам оставалось только одно - со­ здать альтернативную культурную традицию, и они не считали для себя невозможным искусно использовать в своих целях лю­ дей, которые систематически эксплуатировали их. В этом смысле мы можем увидеть социологический и психоло­ гический элемент внутренней логики, который лежит в основе по­ верхностно парадоксального союза благожелательной миролюби­ вой богини искусств и устрашающе воинственной богини распада. Помня о цикле 64 искусств, мы не должны удивляться тому, что к Матанги (маргинальной богине парий и отщепенцев) сми­ ренно прибегали те, кто просил у нее о поэтическом таланте или божественном знании, победе над врагами и защите от королей и злых духов. БОГИНЯ ЛЮБВИ Мифология богини любви как жены Бога и прародительницы Вселенной неизбежно вызывает в человеческом сознании сексу­ альные ассоциации. О сексуализации образа Богини соответству­ ют и ее специфические имена и эпитеты. Было бы неверным ут­ верждать подобное обо всех индийских религиях Богини, но присутствие сексуальной символики или привлечение внимания к сексуальности в некоторых формах культа Богини неоспоримо. Стоит отметить, что Богиня воплощает сексуальность как та­ ковую, а не только женскую сексуальность. В ней совмещаются йо-

с. 24

1. БОЖЕСТВЕННАЯ МАТРИЦА. МАТЬ-БОГИНЯ 23 ни (женский пол), лингам (мужской пол) и сам половой акт, слия­ ние мужчины и женщины. Богиня проявляется в эросе, желании, эмоциональном волне­ нии и очаровании. Так как Богиня олицетворяет созидание и разрушение как два полюса реальности, ее сексуальность несет как созидательный, так и разрушительный потенциал. Поскольку от богини любви ждут земных и небесных милостей и радостей, не должно казать­ ся странным, что одержимость любовью может привести к разру­ шению и безумию. Скорее всего, именно противоречивость Богини постепенно сформировала чрезвычайно почтительное отношение к возмож­ ностям сексуальности, вызывающей как эмоциональное изумле­ ние, так и рациональное благоговение. Хотя сексуальность в каком-то смысле представляет собой универсальный человеческий опыт, имеются культурные и исто­ рические различия в понимании этого явления. Об этом следует помнить при изучении индийской религии Богини, ведь очень просто сформировать ложное мнение о куль­ турном феномене на основании прямого переноса понятий и ценностей одного общества в систему другого. Эта проблема встает особенно остро в контексте разговора о сакральной сексуальности. Разница между антисексуальностью христианства и эротизмом индуизма может стать причиной куль­ турного непонимания феномена. Культ Богини нельзя адекватно оценить с западной точки зрения. Современная западная тенден­ ция трактовать отношения между полами в политических терми­ нах также может помешать уяснить некоторые специфические аспекты культа. Наглядным примером западного непонимания индийской традиции из-за принципиального различия культур служит трак­ товка известного иконографического сюжета - богиня Кали, вос­ седающая на боге Шиве и вложившая его лингам в свою йони. Од­ ни исследователи видят здесь мужской страх перед женской сексуальностью, другие - доминирование женщины или женской сексуальности, подавление мужского начала. Эти догадки заслуживают рассмотрения хотя бы потому, что по­ могают понять современные западные взгляды на сексуальность и взаимоотношения полов. Предположение, что страх и борьба за власть всецело определяют отношения между мужчиной и женщи­ ной - а именно таков глубинный подтекст западных: трактовок, -

с. 25

24 БОГИНЯ СУМЕРЕК нельзя просто проигнорировать, вне зависимости от того, истинно это предположение или ложно. Чтобы найти правильную трактовку сюжета, необходимо по­ дробно исследовать мотив символического соединения Бога и Богини в контексте индийской мифологии. Образ Богини, восседающей на Боге во время соития, можно трактовать метафизически и физически. Начнем с метафизики. Кали, богиня любви и сексуальности, представлена как Шакти (Сила), или Парашакти (Высшая Сила). Эта Высшая Сила поднята над человеческим уровнем, который представлен здесь антропоморфным божеством. Шакти, или си­ ла, нисходит с высшего уровня к земному благодаря слиянию ду­ ши человека с душой Вселенной, что наглядно выражается поло­ вым актом. Абсолютная пассивность лежащего на спине мужчины символизирует временную паузу навязчивой менталь­ ной активности человека для того, чтобы стать восприимчивым к божественному воздействию высшей силы. Есть и физическое объяснение. Йони-тантра Левого Пути гла­ сит: «Шактирупа ка са деви випаригарата йада». (Она богиня в об­ лике Шакти, когда наслаждается любовью сверху.) Специфическая поза является традиционным способом продления полового акта. В такой позиции удобнее осуществить давление на точки, контро­ лирующие мужское семяизвержение. Женщина, сидя сверху, приос­ танавливает мужской напор и получает возможность способство­ вать внутренней циркуляции пробудившейся сексуальной энергии. Продление акта - традиционная техника сакрального секса не только потому, что она приводит к возрастанию энергии и удо­ вольствия, но и потому, что дает основу для преобразования фи­ зической энергии в ментальную и ощущений блаженства к более тонким состояниям сознания, ведущим к его очищению. На этом уровне образ пассивности мужчины символизирует состояние внутреннего покоя, необходимого для осуществления сакрального акта. Йони-тантра, излагающая основы сакральной любви, отрицает неистовость полового акта. Физиологическая сверхвозбужденность предполагает распыление энергии и вни­ мания, ведет к двум нежелательным, непродуктивным последст­ виям на духовном и физическом уровнях. Во-первых, внутреннее отвлечение препятствует тонкому слиянию сознаний на духов­ ном уровне во время полового акта. Во-вторых, сокращает цикл аккумуляции и очищения сексуальной энергии. В терминах сакрального секса, который является одной из

с. 26

1. БОЖЕСТВЕННАЯ МАТРИЦА. МАТЬ-БОГИНЯ 25 форм культа Богини, обычное возбуждение не позволяет адепту погрузиться в религиозное любовное созерцание божественнос­ ти своей избранницы, с которой он физически соединен самыми интимными узами. Перспектива сакрального секса не дает основания предполо­ жить, что образ Богини, восседающей на своем возлюбленном, име­ ет отношение к мужскому страху перед женской сексуальностью. Здесь, скорее, уместней говорить об определенном методе сотруд­ ничества, совместном мастерстве управления объединенной сексу­ альной энергией, чем о женском контролировании мужской сексу­ альности. Это утверждение справедливо как для практики сакрального секса, так и в практике обычных половых отношений, принятых в индийской традиции. Если рассмотреть вопрос в более широком контексте индий­ ских сексуальных обычаев и нравов, изложенных в классической «Кама-сутре», то мы увидим, что поза женщины, сидящей сверху, нисколько не вызывает у мужчины неудовольствия и страха. «Кама- сутра» описывает и гораздо более агрессивное поведение женщи­ ны, но эта роль условно-игровая. Проецировать свое конфликтно ориентированное мироощу­ щение на область традиционной индийской иконографии некор­ ректно и бессмысленно как с исторической, так и с культурной и сексуальной точек зрения. Конфликтная модель сексуальных от­ ношений говорит гораздо больше об интересах и страхах совре­ менного западного общества, чем об индийской традиции. Такая западная интерпретация искажает индийскую религию Богини и формы женского культа, отрицает духовность сексуальности. Можно привести и другие примеры неправильных трактовок клю­ чевых образов мифологии Богини. Один сюжет связан с ситуацией, когда Богиня была призвана укротить распоясавшихся демонов, с которыми не справился Бог. Другой повествует о Богине, недовольной тем, что Бог часто по­ сещает кладбища. Западные интерпретаторы, пусть небезоснова­ тельно, видят в этих мифах образы мужской импотентности и су­ пружеского разлада. Исконный мифологический контекст в первом случае тракту­ ет женщину как прародительницу жизни, а во втором указывает на аллегорию. Миф как бы прагматически предостерегает об опасности долгого мужского воздержания, так как увлечение ас­ кетизмом грозит бесплодием. Оба мифа, в которых порождение жизни происходит на гра­

с. 27

26 БОГИНЯ СУМЕРЕК нице со смертью, символизируют победу жизнеутверждающей силы над смертоносной. Мифы дают образ первозданной энер­ гии, чья победа будет повторяться до конца времен, без которой Вселенная превращается в ничто. Как далеко это от новомодной проблемы соревнования, конфликта между мужчиной и женщи­ ной. Эти прекрасные мифы, в которых восславляется возрожда­ ющая и омолаживающая сила Богини, спасительницы и соблаз­ нительницы, являются прежде всего жизнеутверждающими. БОГИНЯ ПРОСВЕТЛЕНИЯ Так как в культе Богини женственность рассматривается в трех формах - грубой, тонкой и абсолютной, - то и поклонение Богине происходит на трех соответствующих уровнях - материальном, ма­ гическом и духовном. К материальным задачам можно отнести здо­ ровье, благосостояние, охрану мирской власти, влияние и власть над людьми. Магическая сила, обретенная в результате поклоне­ ния Богине, является более высокой и более тонкой, но тем не ме­ нее ее также можно направить на достижение материальных це­ лей. Трансцендентальное знание, которое дается тем, кто почитает Богиню как абсолют, отличается от материального и ма­ гического, хотя и определенным образом объединяет их в качеств ве высшего знания. Для некоторой категории людей достижение духовного зна­ ния является главной побудительной причиной приближения к культу Богини. Один из древнейших образов индийских женских божеств именуется «Адити», мать богов. Ее характерным эпитетом явля­ ется мокша, или духовное освобождение. Мокша буквально значит «безграничный, свободный, бесконечный, целый, счастливый». Адити символизирует бесконечную радость, защищенность, пол­ ноту, неистощимость, совершенство. Слово адити мужского рода и имеет значение «поглотитель, пожиратель», то есть смерть. Такой контраст с позитивным зна­ чением Адити женского рода, характерный для многих понятий индийской религии, совмещающих жизнь и смерть, представлен в каждом образе Богини. Богиня Кали, двойственную природу которой мы уже рассмот­ рели, часто представляет высшую реальность в тантрической ре­ лигии Богини, проникающей далеко за пределы жизни и смерти.

с. 28

1. БОЖЕСТВЕННАЯ МАТРИЦА. МАТЬ-БОГИНЯ 27 В связи с этим одна из тантр гласит, что Кали не имеет свойств, пола, греха, смерти. Ее называют сакхидаиандра, то есть «Бытие - Сознание - Блаженство», абсолютный уровень челове­ ческого осознания божественности. В Махапирвапа-таптра Кали выступает устойчивым эпитетом примодиальной, исконной Ш ак- ти - вселенской силы. В традиционной иконографии богини просветления меч Ка­ ли, который отсекает грехи неведения и ложных представлений, символизирует Знание. Эти грехи, представленные в виде отруб­ ленных голов, богиня носит с собой или разбрасывает. Кали, дер­ жащая кровоточащую голову, - символ освобождения от страсти, символ абсолютного очищения. Ее кожа черна, что является знаком абсолютной реальности, не имеющей форм и свойств. Представление об абсолютной реальности как об образе ду­ ховного просветления известно буддизму. Индуистская богиня Адити Бесконечная, или Кали Черная, или Кали - Мать-Время не­ посредственно соотносятся с положениями буддийской метафи­ зики. Принято считать, что буддизм вырос из индуизма, но в кон­ тексте культа Богини ситуация представляется более сложной. Буддизм внес существенный вклад в развитие индуизма, причем на достаточно позднем этапе.

с. 29

2 Тантрический культ Богини Влияние буддизма на индуизм проявляется как на абстрактном - высшем - уровне духовного или мистического видения, так и на практическом уровне сакральной - эзотерической - тантры Ле­ вой Руки. Знание этой тантры в полной мере принадлежит инду­ истскому богу Вишну, покровителю всего сущего, в его воплоще­ нии в образе Будды. В целом можно сказать, что тантрический культ использует вещества, физические объекты, ощущения органов чувств, во­ ображение и ассоциации, - например, геометрические фигу­ ры, жесты, слова, звуки, объединенные с визуализацией, ме­ дитацией и созерцанием, предназначены для того, чтобы создавать ментальные пространства, одухотворенные и на­ полненные сознанием Богини, частично проявляющиеся в изящных искусствах, , песнях, танцах, драматургии, ритуаль­ ных практиках, включая технику релаксации. Эти отдельные элементы сами по себе могут считаться интересными или цен­ ными культурными артефактами, но их изначальное исполь­ зование в структурировании священного пространства, осно­ ванного на ощущениях и восприятии, в процессе поклонения Богине зависит от их гармоничной координации. Тантрический культ обычно подразделяется на несколько категорий, в числе которых так называемые тантры Правой и Левой Руки. Между ними имеются существенные различия. В ритуальной практике тантры Левой Руки используются мя­ со, рыба, вино, зерно, сексуальные контакты. С давних пор Левая тантра подвергается осмеянию и порицанию со сторо­ ны ортодоксального брахманизма и адептов Правой тантры. Тантра Левой Руки всегда считалась эзотерической доктри­ ной, и потому распространенные ритуалы, заслужившие хулу и обвинения в профанации, быть может, никогда (или с неко­ торых пор) не соответствовали истинной традиции Левой Ру­ ки. Возможно, что самые ярые противники доктрины тайно

с. 30

2. ТАНТРИЧЕСКИЙ КУЛЬТ БОГИНИ 29 практиковали ее ритуалы, используя жанр публичного пори­ цания как защитную ширму. Индуистская легенда рассказывает о возникновении тант­ ры Левой Руки. Однажды мудрец по имени Васишшха (Va- sishtha), чье имя значит «владыка любого материального объ­ екта», провел «10 тысяч лет» в уединении, страстно молясь богине Таре. И тем не менее мудрец так ничего и не достиг. Тог­ да он обратился к Брахме, Богу-Творцу, с просьбой даровать ему в помощь мантру, или магическое заклинание. Устав от страстных молитв мудреца, Брахма воззвал к Таре, называя ее величайшей силой, благодаря которой Брахма творит, Вишну защищает, а Шива разрушает мир. По его словам, Тара - это «источник всего света», которому известен тайный смысл Вед, то есть священных книг брахманического индуизма. И тогда Брахма сообщил мудрецу мантру Тары - специальную мнемоническую формулу - для того, чтобы помочь ему умилости­ вить Богиню. С этой мантрой Васиштха направился к святилищу Тары в надежде пробудить ее своей молитвой. Тысячу лет мудрец тщетно повторял мантру. И ярость начала прорастать в нем, и тогда земля содрогнулась, и боги вострепетали. И явилась Тара ему, объясняя, что молитвы его недейственны, ибо он не постиг ее сущность и, следовательно, не знал, как поклоняться ей; она добавила, что ее проявление в качестве Тары Китайской невоз­ можно вызвать посредством йоги и аскетических практик. Она поведала Васиштхе, что лишь Вишну в образе Будды знает, как правильно почитать Богиню, добавив, что узнать об этом культе можно только в Китае. Васиштха направился в сторону тибетских гор, ибо только таким путем можно прийти в Китай из Индии. В Тибете мудре­ цу было видение Будды, окруженного прекрасными девами, пляшущими и пьющими вино. Девы пригласили мудреца присо­ единиться к их празднеству, но Васиштха отказался. В тот же миг раздался «глас с небес» и произнес, что это лучший и вер­ нейший способ поклонения Таре. И тогда припал мудрец к сто­ пам Вишну-Будды с просьбой вразумить его. И Вишну-Будда объяснил, что это и есть тот тайный, нетрадиционный путь к Богине. Следуя ему, продолжал Будда, человек может оста­ ваться в мире среди добра и зла и тем не менее отрешенным от этих крайностей. Вишну-Будда добавил, что сей тайный культ имеет ментальный, а не физический характер и не предполага­ ет общепринятых обрядов, традиционных форм самоограниче­

с. 31

30 БОГИНЯ СУМЕРЕК ния. И не существует для поклонения определенных мест и вре­ мени. «Все, что нужно, - сказал Вишну-Будца, - это развивать дружелюбное отношение к женщинам, почитая и обожая их». Легендарная связь тантры Левой Руки с Китаем весьма пока­ зательна, так как именно там, в среде китайских даосских об­ щин, практиковались различные формы ритуального секса, причем за несколько веков до того, как тантризм распростра­ нился в Индии и Тибете. Приблизительно тогда же (или чуть раньше) во время формирования тибетской нации тантризм проникает на бенгальские и индийские земли. Буддийская культура Тибета претерпела сильное воздейст­ вие индийской и бенгальской традиций. Некоторые формы тантризма явственно восходят к исконной тибетской религии бон. Вполне возможно, что бон, как и индийский тантризм, перенял некоторые даосские импульсы от древних китайцев, с которыми тибетские аборигены находились в контакте за­ долго до того, как сложилась более поздняя тибетская народ­ ность и государственность. В этих условиях представляется совершенно естественным то, что ранняя тибетская буддий­ ская цивилизация имела много общего с тантризмом. Пока точно не установлено, что тантризм произошел от ин­ дуизма или буддизма, но связи между индуизмом и буд дийским тантризмом очевидны. Понимание целей и задач тантрических практик не одинаково в индуизме и буддизме, но абсолютного единства взглядов нет и в пределах индуизма, представляющего собой целый спектр различных вер, каждая из которых по-сво­ ему оценивает и использует ритуалы тантризма. Сходство тант­ рического индуизма и буддизма мы можем наблюдать на более высоких уровнях культа Богини, связанных с метафизическим восприятием и духовным опытом. А теперь давайте еще раз обратимся к легенде о Васиштхе и Вишну-Будде. Здесь нас будет интересовать, как представле­ ны в ней отдельные элементы учения. Важным фактом является то, что практика Левой Руки, включающая винопитие и сексуальные отношения, является ментальным ритуалом. Общеизвестно, что как индуистский, так и буддийский тан­ тризм предполагает выполнение так называемой внутренней практики. В данном случае при практике во время полового ак­ та используется «кундалини» (kundalini), или жизненная энер­ гия, двигающаяся из позвоночника в мозговую чакру, высший

с. 32

2. ТАНТРИЧЕСКИЙ КУЛЬТ БОГИНИ 31 нервный узел, или, говоря в терминах духовного видения, ду­ ховно-психический центр, визуализирующийся в голове. Это вызывает ощущения экстаза, который можно описать как «ор­ газм мозга», сопровождающийся приятным расслаблением, поэтически именуемым «эликсиром бессмертия». Приверженцы так называемого внешнего способа проведе­ ния практики использовали опьяняющие напитки и практико­ вали ритуальный секс со специально избранными женщина­ ми. Предположительно можно сказать, что эта форма религиозной практики не исключала чисто ментального опы­ та, так как ментальный аспект практического ритуала пред­ ставляется обязательным. Как при внешнем, так и при внут­ реннем способе этой практики посвященный стремится, чтобы кундалини поднялась по позвоночному столбу в мозг. Так как кундалини проходит через несколько чакр, или нерв­ ных центров позвоночника, то она минует несколько стадий ощущений, прежде чем окончиться оргазмом мозга. С современной точки зрения такой половой акт (символи­ ческий или фактический) может быть описан на основе двух эффектов. Во-первых, мышечные сокращения (неизбежно возникаю­ щие при попытке представить или прочувствовать градуиро­ ванное передвижение сексуальной энергии вверх по позво­ ночному столбу) связаны с контролированием мужского и стимулированием женского (вагинального) оргазма. Это связано с эффектом продления удовольствия партнеров, что позволяет им подняться от примитивных сексуальных радос­ тей к абсолютному духовному союзу во взаимном экстазе. Во-вторых, эти ощущения, связанные с образным пережива­ нием восходящей по спинному мозгу энергии, повышают чувст­ венный потенциал всего тела. Чувствительность обычных эро­ генных зон приобретает более тонкий и сложный характер. При этом сенситивность нейтральных зон повышается и преоб­ ражается, так что все тело превращается в эрогенную зону. Та­ кой опыт увеличивает возможность контролировать мужской оргазм, поскольку эротическое напряжение концентрируется не только в половом органе, и стимулирует женские пережива­ ния. В результате все тело женщины откликается на двойной ор­ газм - клиторального возбуждения и вагинальных конвульсий. Другой важный момент, обозначенный в легенде об обре­ тении тантры Вишну-Буддой, касается цели тайной ритуаль­

с. 33

32 БОГИНЯ СУМЕРЕК ной практики - находясь в миру, уметь отрешиться от него. В терминах индуизма цель тантризма называется «дживанмук- ти» (jivanmukti) - освобождение при жизни. Есть два способа объяснения этого пути в контексте прак­ тики духовного секса. Первая идея заключается в том, что адепты тантры Левой Руки стремились одновременно к благо­ говейному светлому созерцанию божественных сущностей и максимальному стяжанию всех земных благ. Теоретически это следует понимать так: если посвященные могли отречься от страсти в момент высшего ее напряжения, значит, обыч­ ные соблазны и приманки мира не могли поколебать их дух. Другой путь интерпретации сексуальной йоги как стремле­ ния к освобождению при жизни возможен через достижение «махасукха» (mahasukha), или «великого просветления», и «нирваны», или растворения. В контексте этой идеи наблюдается абсолютное единомыс­ лие буддизма и высших аспектов индуизма, включая высшую тантру. Теоретически дело обстоит следующим образом: состо­ яние великого просветления освобождает сознание от случай­ ных мыслей, открывая возможности высшего видения. Вели­ кое просветление тождественно нирване настолько, насколько нирвана как растворение предполагает прекращение случай­ ной мыслительной деятельности, что воспринимается как ин­ струмент освобождения от мирских привязанностей. Учение индуизма содержит иллюстрацию рассмотренных выше трактовок духовного секса. Имеются в виду семь уров­ ней «садханы» (sadhana), или духовной практики. По линии духовного возрастания эти уровни («пути») можно располо­ жить следующим образом: Ведический, Путь Вишну, Путь Ши­ вы, Правая Рука, Левая Рука, Путь Завершенности и Каула, или Семейный Путь. Многие люди всю свою жизнь следуют одним путем, другие могут совершить последовательное вос­ хождения по уровням бытия. Первый уровень практики предполагает выполнение обычного ведического ритуала. Второй - знаменуется перехо­ дом от слепой веры к вере сознательной, исповедующей спа­ сения в Брахмане, что выражается в почитании Вишну, то есть охраняюще-деятельной ипостаси божества. Третий уровень практики представляет собой вхождение в область сакрального знания, которое достигается благодаря своей вере и стремлению к обретению силы (гиакти). Шива

с. 34

2. ТАНТРИЧЕСКИЙ КУЛЬТ БОГИНИ 33 символизирует творческий и разрушающий лики божества. Сопряжения Шивы и Шакти есть начало мироздания, первая ступень полноты. Четвертый уровень - это Путь Правой Руки, на котором ве­ рующий проводит медитации о трех силах Брахмана, созида­ тельного аспекта божественности, - действии, воле и знанию. На этом уровне развития посвященный пытается настроиться на три божественные силы, олицетворяемые Брахмой, Бит­ ной и Махешварой («Maheshvara» - Великий Бог). П ятый уровень - Путь Левой Руки, осуществляет переход от деятельности (правритти) к исчезновению страстного желания (нивритти). На этом пути происходит освобождение от уз жи­ вотного существования, что подтверждает доктрину Вишну- Будды, который считал эзотерические практики ритуального секса китайской богини Тары необходимыми для отрешения, удаления от мира. Обряды Левой Руки связаны с пятью «М» - Мадья (Madya), Ма- стъя (Mastya), Мамса (Маша), Мудра (Mudra) и Майтхума (Maithu- та), то есть соответственно вино, рыба, мясо, зерно, половой акт. Эзотерические трактовки перечисленных элементов уже рассматривались. Сейчас нас интересуют буквальные значения. Эти пять «М» называются также «пятью реальностями». Есть два типа ритуалов Левой Руки: Мадхияма (Madhyama) - «средний» и Утгама (Uthama - Высший). «Средний» тип исполь­ зует все пять реальностей для своих ритуальных практик. «Верхний» - лишь три: Мадья, Мудра, Майтхуна. Слово «Мудра» может по-разному интерпретироваться в данном контексте. Оно обычно обозначает поджаренное зер­ но, муку, но также «Мудра» обозначает ритуальный жест в про­ ведении церемоний. Оба значения слова дополняют друг друга, так же как и в «Уттаме», высшем ритуале Левой Руки, дополня­ ют и поддерживают друг друга три сакральных элемента. Известно, что некоторые ритуальные практики «Майтху­ на», или «священного секса», ориентированы на усиление на­ слаждения женщины и самоконтроля мужчины. Также извести но, что употребление поджаренных злаков с вином регулирует усвоение алкоголя организмом. Традиционные тексты тантр предупреждают, что посвященные не должны терять самокон­ троля ни в ситуации винопития, ни в состоянии оргазма. Та­ ким образом, слово «Мудра» может одновременно иметь значе­ ния злака и жеста, поскольку оно поддерживает разные

с. 35

34 БОГИНЯ СУМЕРЕК элементы ритуала «Мадья» и «Майтхуна» - вкушение вина и за­ нятия любовью. Можно предположить, что «мудра», обозначая поджарен­ ные злаки, зерна, семена, намекает на присутствие каких-либо наркотических элементов, что, впрочем, совершенно не обя­ зательно. «Иони-тантра» прямо указывает на употребление наркотика «виджайя», что является женской формой сущест­ вительного «победа», «триумф». В индуистской мифологии Виджайя - это друг богини Дур- ги, «тот, который неприступен». В фармакологии Виджайя - cannabis indica - разновидность марихуаны. Сок (смола) жен­ ского цветка виджайя, как и влага сексуально возбужденной женской «йони», когда-то согласно тантрической литературе использовался для достижения транса, что способствовало культовому почитанию Богини. Этот возбуждающий сок мог быть смешан с вином, что представляется более удобным, чем примешивать наркотик к зернам и потреблять его сухим спо­ собом. Эффект и дозировку в этом случае гораздо легче кон­ тролировать и действие сока было бы скорее заметно. Шестой уровень, Путь Завершенности, представляет со­ бой заключительный этап достижения посвященным уровня Шивы, или уровня божественного, заложенного в человеке. Это область экспериментирования, давшая начало множеству техник созерцания и самонаблюдения. Название седьмого уровня - Каула, или Семейный Путь, - имеет специальное объяснение в этом контексте, отсылая к союзу Шакт (Shakts) Левой Руки, исповедующих мистику бо­ жественной силы. Практика Каула приводит к освобождению в течение жизни и к становлению высшей души через чистое познание божества. Эта классификация показывает, как сакральный секс вписан в систему общего духовного совершенствования. Тайные ритуа­ лы появились в этой схеме только после достижения самоконт­ роля и очищения разума и чувств посредством медитативных и созерцательных упражнения. В свою очередь, действие риту­ ального секса на психику достигалось через интенсивное вос­ хождение сознания и обретение абсолютной свободы. Мы не будем отрицать, что некоторые специфические формы тантрически-индуистского ритуального секса могут за­ интриговать тех, кто ищет магических энергий и всякого мир­ ского успеха, не стремясь сознательно к духовному знанию

с. 36

2. ТАНТРИЧЕСКИЙ КУЛЬТ БОГИНИ 35 и просветлению. Понятно также, что экстравагантные воз­ можности, которые обещают тайные ритуалы, скорее всего, заставят неофитов слепо экспериментировать со своими энер­ гиями и инстинктами, не отдавая себе отчета в том, какие выс­ шие знания стоят за их желаниями. Это весьма печально: ведь знание высшей перспективы могло бы помочь людям осущест­ вить свои конкретные желания и в то же время сфокусировать­ ся на действительно полезных и важных задачах, достичь чет­ кого и ясного восприятия в проведении своих практик. Обещания сверхъестественных возможностей, которые якобы сулят магические ритуалы, апеллируют, скорее всего, к примитивной суеверности человека и его физической не­ полноценности. Но эти же установки могли бы искусно и муд­ ро противостоять природной человеческой вялости и инерт­ ности - по линии столь же естественных для человека страстного желания и жадности. Следуя путем удовлетворения конкретных потребностей, человеческий разум может дойти до понимания метафизичес­ ких задач, иначе недоступных. Таким образом, можно было бы показать справедливость буддийской тантрической техни­ ки «извлечения шипа шипом». На самом деле существующие тексты индуистского тант­ ризма демонстрируют такое изобилие правил и техник, что всякое обучение было бы достаточно условным, так как на каждое правило можно найти свое опровержение. Такое раз­ нообразие связано, очевидно, с индивидуальным происхожде­ нием каждой тантры. Есть тантры, в которых излагаются вероучение, происхож­ дение божеств, особенности культа. В тантризме никогда не было ни института центральной власти, ни преемственного архисвященства, и потому поразительное разнообразие тант­ рической литературы представляется вполне естественным. Быть может, всегдашний интерес к магической практике и ми­ стическому знанию привел к искусственному снижению и объ­ единению принципиально различных формул. Скорее всего, из-за этого разные тантры могут оказаться похожими, а в пре­ делах одной тантры можно увидеть сопряженными и взаимо­ исключающие элементы. Мы уже говорили о различных трактовках элементов тант­ рической ритуальной практики Левой Руки. Есть различия, связанные с порядком и правилами ритуалов. В рамках бук­

с. 37

36 БОГИНЯ СУМЕРЕК вальной интрепретации «майтхуна», или сакрального секса, есть очень существенные различия в понимании этикетных отношений между партнерами. Одна из тантр, излагающих принципы йони-пуджа (yonipuja), или культа женского секса, дает описание категорий женщин, пригодных для ритуального акта. Эта известная классификация называется «нава-капъя» (nava kanya), или «Девять дев». Небук­ вальный (как правило) характер тантрической терминологии очевиден и в этом случае. Слово «канъя» обычно означает «де­ ва», «незамужняя женщина», но может быть использован и для обращения к взрослой и даже замужней женщине. В зависимости от контекста вариант «канья» варьируется или от двенадцати до шестидесяти, или от тринадцати до двад­ цати пяти лет. Девять дев называются по-разному: танцовщица (актриса), носительница черепа, доступная женщина, прачка, женщина, которая бреет или стрижет волосы, брахманка, дева шудры, пастушка, дочь того, кто делает гирлянды и букеты, - имена, которые употреблены как в буквальном, так и в переносном значениях. Некоторые имена указывают на дев как представительниц низших сословий - прачка, цирюльница, дева шудры. Шудры считались четвертой кастой, кастой слуг, систематически от­ страняемой от участия в общественных ритуалах традицион­ ной ведической религии в Индии. В тантрических же ритуа­ лах шудры не только не исключались, но и могли стать гуру. Цветочные мастера или флористы того типа, который обо­ значен в списке Девяти дев, тоже принадлежали к низам веди­ ческого общества. Формально они считались смешанной кас­ той, к которой относились и туземные племена гор или лесов, потому что ведические законники хотели разместить абориге­ нов в иерархии господствующей социальной структуры. Мно­ гие исследователи полагают, что религия Богини и тантры могли возникнуть в среде древних туземных культур, где был распространен матриархат со всеми преемственными и быто­ выми характеристиками. Два имени - танцовщица-актриса и доступная женщина - типичны для ортодоксальной ментальности определения про­ ституток. Танцевать и играть на сцене не значит обязательно быть проституткой, это артистическая профессия, но по вне- тантрической терминологии «доступная женщина» - это про­

с. 38

2. ТАНТРИЧЕСКИМ КУЛЬТ БОГИНИ 37 ститутка. В тантрах же «доступная женщина» - технический термин, подтверждающий допущенность женщины к ритуалу. Есть несколько категорий такого доступа, но ни один из них не предполагает проституции. Следует напомнить, что для ин­ дусов проституция не обязательно значит промискуитет, то есть беспорядочность половых связей. Тип девы - носительницы черепа отсылает к экстравагант­ ному культу нагих или полунагих отшельниц и аскетов, ритуаль­ ная практика которых включала частое посещение кладбищ, ношение украшений из человеческих костей и кровоточащих отрубленных голов, винопитие из черепов. Они питались ос­ татками собачьей пищи и отбросами, а также, по некоторым сведениям, человечиной. Несмотря на крайний аскетизм, чле­ ны культа исповедовали удовольствие как единственный спо­ соб жизненного освобождения. Их сосредоточенные медита­ ции имели предметом идею высшей силы, которая локализуется в женском половом органе. Адепты этого культа практиковали свободные половые отношения друг с другом. В других текстах тантр Девять дев трактуются более поэти­ чески. Так, например, танцовщица/актриса - это прекрасная женщина, принадлежащая к любой из четырех каст, которую сам вид священных предметов побуждает к танцу. Женщина с черепами также может принадлежать любой из четырех каст. Доступная женщина - прекрасная женщина любой касты, у ко­ торой священные предметы пробуждают половое желание. Есть несколько типов «доступных женщин». «Тайная до­ ступность» предполагает, что женщина рождена в тантричес­ кой семье, в ней нет стыдливости, застенчивости, у нее темпе­ раментный, жизнерадостный муж, и между супругами страстные отношения. «Зрелая, старшая доступность» позво­ ляет женщине раздеваться тогда, когда она этого хочет. «Се­ мейная доступность» отмечает женщину, рожденную в семье домовладельца. «Доступная женщина великого сострадания» является же­ ной добродетельного или героического мужа и добровольно следует путем полового воздержания. «Царственная доступ­ ность» отмечает женщину, которая свободна и независима, как король. «Божественно доступная женщина» должна быть зача­ та во время тантрического ритуала. Тантрические тексты по-разному трактуют возможности практиковать йони-пуджа, то есть женский половой культ с чу­

с. 39

38 БОГИНЯ СУМЕРЕК жой женой. Некоторые тантры просто запрещают этот акт, другие не позволяют мужчине даже думать о чужой жене. И все же одна тантра разрешает ритуальный половой акт с ус­ ловием отказа от семяизвержения. Некоторые тантры разре­ шают мужчине ритуальный секс с сестрой и любой другой родственницей женского пола. Некоторые тексты строго осуждают женщин, позволяющих себе половой акт не со своим супругом или с разными партнера­ ми. Доступная женщина, имеющая более чем одного партнера, приравнивается к животному типу. Утверждается, что сиддхи (sid- dhi), или духовная сила, уменьшается, когда такая женщина изби­ рается для тантрического ритуала. Очень трудно судить о различных социальных и психоло­ гических подтекстах этих предписаний и обычаев без знания специфического местного колорита. «Кама-сутра», классичес­ кий свод сексуальных практик Древней Индии, свидетельству­ ет о том, что в каждом районе были свои сексуальные обычаи, что разные народности, классы, касты по-разному культиви­ ровали секс. Следование местным традициям поощряется не только в тантризме, но и в самой «Кама-сутре». Один момент тантристского культа йони представляется универсальным и неизменным - женщина должна участвовать в ритуале по своей воле. Тантры запрещают любые виды наси­ лия, давления, соблазнения. Этот важнейший принцип, по-ви- димому, вытекает из самой природы религиозного ритуала - почитание Богини осуществляется в теле живой женщины. Другое правило тантрического культа Богини касается женщин, уже ставших матерями, - они являются предметом культового почитания йони, но не ритуального секса. Женщи­ на-мать не может быть партнером в сакральном акте. Природа этого запрета возможно имела, с одной стороны, энергетиче­ скую или биологическую подоплеку, с другой - социально-пси­ хологическую. В любом случае очевидно, что закон предельно ограничивал возможности вступить во внебрачные отноше­ ния, пусть даже эзотерически освященные потребностями ре­ лигиозного культа, ведь большинство замужних женщин ста­ новились беременными вскоре после замужества. Возрастной режим для женщин, посвященных Шакти, или «силе Женственности», диктовался прежде всего биологически­ ми соображениями и совпадал с началом менструального цикла. Может быть, 12-13 лет и не воспринимается сегодня как брач­

с. 40

2. ТАНТРИЧЕСКИЙ КУЛЬТ БОГИНИ 39 ный возраст, но для архаичных культур начало менструальных кровотечений было сигналом готовности девушки к исполне­ нию супружеских и материнских обязанностей. Традиция тант­ ры не допускала половых актов с детьми, что бы ни говорили со­ временные «тантристы», практикующие детский секс. «Йони-таншра» прямо говорит о необходимости волосяного по­ крова для йони. Даже если этот покров имеет эстетически сим­ волическое значение как треугольник Богини - «янтру» - и явля­ ется инструментом любовной игры, ничто не мешает воспринять феномен как естественный показатель зрелости, до­ казательство того, что ритуальные «девы» не были детьми. Уже говорилось о том, что некоторые сообщества практи­ куют сексуальные отношения с детьми, прикрываясь эгидой тантры. Для них тантризм - символ раскрепощения, снятия всех табу и запретов - мнение достаточно расхожее, но едва ли верное. Это, скорее, не древний тантризм, а современное извращение традиции, род проституции и растления малолет­ них, выдумка для поощрения педофилов. Многие уже освоили для этих целей маршрут в восточные страны, избирая для сво­ ей пропаганды самые бедные районы, население которых на­ именее способно противостоять подобной эксплуатации. Нам ничего неизвестно об участии детей во всех традици­ онных тантрических формах ритуального секса. Действитель­ но, маленьких девочек облекали в одежды, приличествующие Богине, для культового почитания, но это фрагмент другого ри­ туала - кумари пуджа (kumari puja), или поклонение девственни­ це. Такой образ не предполагал ни сексуальной активности, ни каких бы то ни было эротических фантазий, даже если девствен­ ница была уже подростком. Другой биологический женский критерий, в соответствии с которым избиралась Шакти для тантрического ритуала, был менструальный период, отмеченный как сакральный. Если для традиционного ведического брахманизма любая кровь была ри­ туально табуирована, то для посвященных в культ Богини менст­ руальная кровь считалась знаком и символом великой Шакти, порождающей силы и энергии. Эта кровь весьма приязненно именовалась «цветком» (пушпа) йони. Тантрический служитель, творящий любодеяние со своей Шакти во время менструации, считался божественно отмеченным и ожидал от Богини даль­ нейших великих вознаграждений. Тот, кто впадал во всяческие предрассуждения против менструальных кровотечений йони,

с. 41

40 БОГИНЯ СУМЕРЕК напротив, подлежал посмертному наказанию в преисподней. Даосизм, как мы увидим позже, также почитал менструаль­ ную кровь, отождествляя ее с порождающей энергией. Ввиду этой ассоциации некоторые даосские медики высоко ценили маточную кровь как лечебное и тонизирующее средство, хотя мы не встречали открытых указаний на обычай употреблять кровь своих партнерш. Буддийские нищенствующие монахи обходили официаль­ ные запреты, касающиеся менструаций, менее вызывающим образом. Свои нищенские робы они шили из использованных гигиенических тряпок. Монахи не стремились подражать некоторым радикальным древнеиндийским культам. Они не ставили себе целью шоки­ ровать общество как-нибудь особенно вызывающе. Но в то же время позволяли себе некоторые отступления от идеалов абсо­ лютного смирения. Нищенствующие монахи, отрешившиеся от обычного мира, тем не менее подбирали использованные женские тряпки, стирали, пришивали их к своим заплатанным робам и красили облачение обычным шафраном. Менструальные рекомендации, как и другие правила тантри­ ческого ритуального секса, не носили универсального характера. Отмеченность менструального периода могла иметь совершен­ но несимволическую прагматику, связанную с неофициальной функцией контроля за рождаемостью. Оборотной стороной за­ прета использовать женщин-матерей для ритуального секса мог­ ла быть необходимость противозачаточных мер. Возможно, имелись и социальные причины поощрения менструального секса. Зачатие детей во время тайных ритуальных практик не должно было стать систематическим, так как это подрывало бы эзотерические основы культа, обмирщало воздействие ри­ туалов на отдельные семьи и общество в целом. Не исключено, что тантристы знали и другие методы кон­ трацепции, помимо женских циклов. Суровые запреты на пре­ рывание беременности должны убедить нас, что такие мето­ ды существовали. В «Иони-тантре» есть косвенный намек на использование презервативов. В одном медицинском тракта­ те, например, говорится об употреблении листьев растений без какой-либо иной фармакологической задачи. Тем не менее мы должны признать, что какой-то процент ритуальной рождаемости все-таки был, иначе не было бы

с. 42

2. ТАНТРИЧЕСКИЙ КУЛЬТ БОГИНИ 41 смысла вводить в классификацию ритуальных дев «божествен­ но доступную женщину». Некоторые тантры определяют наиболее подходящее вре­ мя ритуального любодеяния - ночное темное время новолу­ ния. Ключевой характеристикой ритуального места являются заброшенность, покинутость, уединенность - покинутый дом, обочина заброшенной дороги через пустошь или пустыню, кладбище, дворик при склепе, место публичного захоронения или кремации тел. Есть даже ритуал, в котором труп использу­ ют как ложе культовой любви. Половой акт в таких случаях представляется исключительно многообещающим для участ­ ников действия. Какими бы дикими ни казались эти древние практики совре­ менным европейцам, они в какой-то мере напоминают о полу- эзотерической европейской погребальной традиции - ирланд­ ских поминках, бдениях, которые лишь сравнительно недавно порвали с древними формами обряда. Для наблюдателя со сто­ роны эти архаичные поминальные ритуалы выглядят столь же шокирующе, как и идентичные кладбищенские культы. Традиционные старинные ирландские поминки включают не только плач, но и пиршество. Скорбящие ели и пили, пред­ лагая еду и виски мертвому, специально для этого усаживая по­ койника и как бы делая попытки напоить и его (слово «виски - ирл. uisce beattha - переводится как «вода жизни»). Более того, молодые участники поминок могли позволить себе удалиться и заняться любовью в кустах, утверждая таким образом жизнь, прославляя жизнь в непосредственном присутствии смерти. Эти вопиющие «языческие» ирландские традиции предавались анафеме католическим и протестантским свя­ щенством примерно так же, как тантрические ритуалы Левой Руки порицались официальным брахманизмом и тантризмом Правой Руки. Но оставим анафемы в стороне. Само противопоставление индийских и ирландских обря­ дов может высветить психологические и философские осно­ вы двух учений. В контексте индийской тантры следует понимать, что смерть преодолевается или отчуждается в ритуале «майтхуиа» - ритуального полового акта. Старые ирландские традиции пир­ шества и занятий сексом на поминках, быть может, являются выражением той же самой религиозной идеи и точно так же подчеркивает ее экстатическим опытом. Взятые сами по себе,

с. 43

42 БОГИНЯ СУМЕРЕК то есть вне религиозного контекста, оба обряда могут произве­ сти впечатление варварских. Пусть тантрические и языческие установки сильно отлич­ ны от соответствующих им брахманистских и христианских, мы можем увидеть за внешним различием общее религиозное стремление, фундаментальную идею преодоления смерти, торжества жизни над смертью. Тантрические и языческие об­ ряды можно трактовать как сугубо материальные, но их мета­ физический смысл нисколько не противоречит целям других высокоорганизованных религий. Цель заключается в жела­ нии людей приобщиться к вечной жизни через определенные ритуалы и формы поведения. Понятие сексуального наслаждения как религиозного свя­ щеннодействия может быть не совсем положительно или тер­ пимо воспринято в тех частях света, где доминирует христи­ анская идеология. В христианских странах секс считается грязным всеми - и приверженцами, и хулителями, а образ женщины с давних пор демонизируется из-за присущей этому полу сексуальности. Необходимо помнить, что само явление сексуального наслаждения имеет разный смысл для посвящен­ ных, проводящих практики и получающих сакральный опыт через свое восприятие, и тех, кто буднично его испытывает. То, что адепты тантризма не исполняют те же ритуалы и за­ поведи, что и благоверные брахманы, нисколько не свиде­ тельствует об их имморализме или социальной деградации. У посвященных в культ Богини есть свои этические установ­ ки, которые пусть в чем-то менее суровы, чем брахманические законы, но чем-то гораздо более принципиальны по сравне­ нию с обычаями (описанными в «Кама-сутре») индусов высше­ го и среднего классов. Разрешенность внебрачных половых отношений в тантри­ ческом культе - одна из причин обвинения женского культа в распущенности. «Кама-сутра» трактует проблему адюльтера чрезвычайно детально, подробно излагая все формы неофициальных свя­ зей, сложившихся в IV веке в Индии. Хотя адюльтер был офи­ циально запрещен и не поощрялся автором классического труда, «Кама-сутра» относится к этому греху как к обычному жизненному факту. Излагая различные обстоятельства и ситу­ ации, связанные с внебрачными половыми отношениями, ав­ тор связывает их лишь с корыстными мотивами. Мы не най­

с. 44

2. ТАНТРИЧЕСКИЙ КУЛЬТ БОГИНИ 43 дем в «Кама-сутре» ни высоких эмоций, ни особенного уваже­ ния к женщине. Пусть это будет только гипотезой, но давайте попробуем представить, что сексуальные ритуалы тантризма появились не в целях поощрения адюльтера, а для его трансформации в духовный сакральный акт. Увидев, как трактуется адюльтер в «Кама-сутре», необходи­ мо для полноты картины помнить, что книга провозглашает «брак по обычаю гандхарва» (gaudyarva) - брак по любви - луч­ шим видом брака и любовь - лучшим из всех существующих мотивов супружества. Брак по любви (который, как мы выяс­ нили, не является современным изобретением) ни в коем слу­ чае не был традиционным типом отношения женщины к свое­ му мужу. Брахманы официально критиковали такой порядок вещей. Женщины были полностью подчинены мужчинам в со­ гласии с ортодоксальным индуистским законодательством. Тем самым женщину отдавали замуж по принуждению, что поощря­ ло неуважительное отношение мужа к жене. В этой перспекти­ ве возможность освященных половых отношений в тантриче­ ском культе Богини, противоположная принудительным и оскорбительным официальным супружеским обязанностям, могла быть поистине спасением для очень многих женщин. Чтобы лучше понять роль адюльтера в эзотерических риту­ алах тантры Левой Руки, необходимо учесть и другие факты. Например, до какой степени необходимо было блюсти риту­ альную тайну - ведь от этой степени в каком-то смысле зависе­ ла судьба детей, зачатых во время сакрального акта. Другая проблема связана с выяснением моральных образов и статусов участников ритуала. Уже говорилось, что различные классы и касты Древней Индии имели совершенно индивиду­ альные культурные стандарты. То, что было табуированным для одного класса, могло быть вполне разрешенным для другого. Допустим, сексуальные обычаи туземных племен (тех, кото­ рые разместились на самой низшей границе социальной струк­ туры и составляли касту неприкасаемых) отличались большей свободой или даже феминизмом по сравнению с традициями ортодоксальной брахманической верхушки. Были в индийском обществе и самоизгнанники-маргиналы, так называемые «капа- лики» (kapalikas) и другие, которые сознательно добивались не­ прикасаемости, открыто отвергая общепринятые нормы циви­ лизации, исповедуя экстремальные формы жизни и смерти.

с. 45

44 БОГИНЯ СУМЕРЕК Такие люди не имели никакого табу в ритуальном сексе тантры Левой Руки. Были в обществе и независимые женщины, сварипи (svarini), относившиеся к сексу совершенно свободно. Жизнь «неприкасаемых» была очень тяжелой, они выпол­ няли самую отвратительную работу, например убирали и по­ гребали трупы. Эти трудности, усиленные психологической отчужденностью от других людей, которые их презирали и из­ бегали, отчаяние принадлежности к другой культуре и невоз­ можность социальной мобильности - все это могло привести к сильнейшей алкоголизации данной касты. Тантрические культы могли стать тем местом, где жены алкоголиков получа­ ли возможность приобщиться в своих брачных отношениях с партнером к священному пространству, не боясь насилия. Сами алкоголики могли познать там, как усмирить свои при­ вычки, переориентируя свой образ мышления. Внимательное чтение «Кама-сутры» (этой энциклопедии нравов и обычаев разных народов Индостана четвертого века) покажет, что мясо, рыба, вино, употребляемые в тантрических ритуалах, но запрещенные брахманами в быту, были вполне до­ ступны представителям среднего класса. В «Кама-сутре» дана идиллическая картина занятий любо­ вью четы обывателей. Они откровенно наслаждаются радос­ тью общения, показано, как они тщательно прихорашивают­ ся, украшают себя драгоценностями, умащивают благовониями, вкушают жирную пищу, пьют вино или ликер, употребляют настой марихуаны бхапг (bhang), который ассоци­ ируется с тантрической «виджайя» (vijaya). Нет такого ощущения, что тантрический ритуал не имеет никакого отношения к этой идиллии (мы не говорим о своеоб­ разных, чисто тантрических местах проведения обряда). Раз­ ве что культ Богини предполагает более уважительное и бла­ гоговейное отношение к женщине. В этом смысле можно предположить, что тантрический культ был для низших, мар­ гинальных классов ритуально приподнятым и интеллектуаль­ но облагороженным способом тайно осуществлять то, что высшие и средние касты делали с полным правом. Если сравнить любовную игру, описанную в «Кама-сутре» (целью которой является достижение супружеского блаженст­ ва, телесного и духовного), с тантрическим культом, то окажет­ ся, что ритуальное отношение к женщине физически более нежное, чем отношение к супруге в традиционном индуизме.

с. 46

2. ТАНТРИЧЕСКИЙ КУЛЬТ БОГИНИ 45 Необходимо также сказать, что бурная любовная игра супру­ гов, представленная в «Кама-сутре», хоть и производит в целом впечатление согласованного и взаимного акта, проигрывает в сравнении с описанием ритуального секса в «Йони-тантре». Сексуальный культ Богини по определению более гармоничен и не подразумевает никакой резкости со стороны партнеров. Описания «Кама-сутры» и «Йони-тантры» особенно рази­ тельно отличаются по отношению к «йони», самому сакраль­ ному месту женщины. Это вполне естественно, так как тантри­ ческий культ «йони» является для посвященных формой служения Богине. Хотя «Кама-сутра» рекомендует далеко не все, что описыва­ ет, в книге содержатся достаточно грубые ласки «йони» как со стороны мужчины, так и женщины. Несмотря на то что «Кама- сутра» является эротической книгой, ей иногда не хватает эн­ тузиазма. Достаточно нейтрально говорится о мужских ораль­ ных возможностях возбудить «йони». Со стороны мужчины допускается прикосновение языком к женским половым орга­ нам и подмышкам в порыве любовного увлечения. Здесь явно чувствуется брахманический запрет, который иногда прогова­ ривается, а иногда забывается в пылу эротических отношений. «Кама-сутра» представляет собой смесь ортодоксального брах- манического этикета и достаточно откровенного исследова­ ния человеческой природы и сексуальных обычаев. Понима­ ние составного характера книги подскажет, почему тантры стали в конце концов столь популярны в Индии. «Йони-тантра», напротив, описывает множество нежных, ла­ сковых и возбуждающих способов культа «йони»: умащение бла­ говониями, нежное подергивание волос треугольника, 108 или 1000 осторожных поцелуев йони, шептание мириадов мантр в губы йони, ласковые прикосновения ко всем тайным местам - все это сопровождается зрительным представлением Богини внутри и вокруг пространства сакрального треугольника. Несмотря на споры о том, запрещена или нет тантра Левой Руки официально, факт остается фактом - практиковать культ йони можно дома со своей женой. Уже приходилось говорить, что если в более ранних тантрах есть лишь косвенная крити­ ка адюльтера, то позднее запреты принимают более суровый характер. Некоторые критики заявили, что тантрические ри­ туалы переродились в дикие оргии; если это правда, то тем больше причин для реформ в позднейших текстах.

с. 47

46 БОГИНЯ СУМЕРЕК В самой тантрической литературе звучит много предубеж­ дений против корыстолюбия и тирании гуру (как, впрочем, и в других мистических традициях, где гуру играет важную роль). Уже в самых древних тантрах есть знание того, что сек­ суальность властна разрушать, опьянять сознание. Известно, что Богиня Трипура-Сундари (Tripura-Sundari - Красота трех крепостей) насылала на людей безумие. По этой причине муж­ чины, именуемые «пашу-бхава» (pashu-bhava), то есть животно­ витального темперамента, не допускаются для участия в сексу­ альной практике тантрических ритуалов; им дозволено лишь почитать женщин, как дети обожают Богиню. Может быть, из-за огромной власти сексуальности над со­ знанием человека тантрические мудрецы верили в необходи­ мость просветления и трансформации инстинктивного влече­ ния, в ритуальный и духовный опыт. Более того, возможно, что физический и эмоциональный половой акт был введен для усиления и одушевления последнего догмата учения Виш- ну-Будды о культе Богини, догмата о необходимости доброго отношения ко всем женщинам. Многие тантрические тексты подчеркивают этот важней­ ший момент поклонения Богине - выражение дружелюбия, благоволения, почтения ко всем женщинам. Некоторые авто­ ры дают еще более конкретные советы: мужчина не должен ни бить, ни бранить женщину, он не смеет ударить ее даже цвет­ ком, даже если она сделала что-то дурное. Если вспомнить о социальном и юридическом бесправии женщин в ортодок­ сальном индуизме, то такое обращение с женщиной может по­ казаться опасным для общества тому, кто считал, что порядок в мире возникает от степени подавления женщины, неважно, при помощи страха или силы. Общественная востребован­ ность тантрического культа Богини могла существенно осво­ бодить женщин всех классов и каст. Если бы высокая любовь к женщине, вдохновленная детским обожанием или интим­ ным общением, распространилась на всех женщин мира через боготворение женственной сущности, то положительное воз­ действие на душу мужчин могло бы, по мнению гуру, стать спо­ собом восстановления социального баланса. Если мыслить культ Богини в форме любви к женщинам как способ разрушения запретов, то можно задаться вопросом о функциональном назначении табу и понять, таким образом, механизм социальной иерархии.

с. 48

2. ТАНТРИЧЕСКИИ КУЛЬТ БОГИНИ 47 Хотя, наверное, было бы не совсем корректно описывать эффективность культа в терминах изменения психологичес­ ких и социальных привычек. Правильнее просто говорить о чувстве освобождения от невыносимых запретов. В современном обществе (как на Западе, так и на Востоке), где, к сожалению, слишком часто приходится слышать о сексу­ альном совращении малолетних, супружеских оскорблениях, сексуальных домогательствах, изнасилованиях и даже убийст­ вах женщин, может быть, не так уж бессмысленно развивать идеологию дружелюбного и неагрессивного отношения к жен­ скому полу. Несомненно, именно такова философия культа Бо­ гини, абсолютно созвучная сегодняшнему состоянию мира. По­ этому не стоит затемнять эту философию излишним акцентированием слишком экзотических и сенсационных сто­ рон эзотерического культа. И всел’аки хочется обратить особое внимание на один сек­ рет тантры, который должен быть созвучен практике совре­ менных сексуальных отношений. Это послание тантры гласит о взаимном согласии партнеров на акт - первейшей заповеди тантрического культа, основанного на уважении к женщине. Такая взаимная договоренность уже стала сегодняшней юриди­ ческой нормой в противовес использованию грубой силы, уг­ розы, шантажа. Эта норма вполне соответствует тантризму, ко­ торый запрещает любой вид принуждения, соблазнения или просто уговаривания женщины, что свидетельствует о том, что древняя религия еще более строго, чем сегодняшняя юрис­ пруденция, стоит на защите женского самоопределения. С этой точки зрения культ Богини, если не остается ничего иного, может заставить нас пересмотреть восприятие женщин в обществе, включая такие социальные структуры, как брак и се­ мья. Культ Богини может послужить толчком к пересмотру тео­ рии сексуальности, увиденной уже в новом свете, то есть с точ­ ки зрения духовного общения. В самом деле, мы объединяемся друг с другом или лишь используем своего партнера? Чувствуем ли мы себя отдельными друг от друга, когда вместе, или ощуща­ ем теплую связь друг с другом, когда обстоятельства разлучают нас? Входим ли мы в самые сокровенные уголки души своего из­ бранника и что мы при этом чувствуем - самоудовлетворение или самозабвение? Обнимаем ли мы своего возлюбленного из-за приятных ощущений или из-за любви к божественному образу и свету, заключенному в предмете нашей любви?

с. 49

3 Богиня Мятежа 1Сали представляет собой один из самых известных и одновремен- но самых противоречивых образов Богини. Культ Кали традиционно ассоциируется с женщинами, рабами и неприкасаемыми, отстранен­ ными от участия в ортодоксальных ведических ритуалах. Мощная тя­ га к почитанию Кали со стороны изгоев, отверженных, бесправных, деклассированных и деградировавших элементов общества послужи­ ла, возможно, причиной того, что Кали стала богиней-покровитель- ницей преступности и мятежа. Среди самых рьяных почитателей культа богини в Древней Индии были громко и скандально известные организации потом­ ственных преступников. Самыми презираемыми слыли, пожа­ луй, мегх-пунисшы, промышлявшие кражей детей. Родителей они обычно вешали, а детей продавали в рабство или в публичные до­ ма. Более уважаемыми считались пиндари, грабители с большой дороги, организованные в крепкие банды. Среди классов, особен­ но почитавших богиню Кали, были дакойты, которые занима­ лись грабежом и воровством, а иногда подрабатывали наемными убийствами. Самыми страшными (по мнению большинства иссле­ дователей) криминальными служителями богини являлись тай­ ные сообщества т угое. Они имели обыкновение душить путешест­ венников и приносить ритуальные человеческие жертвы богине Кали. При этом они столь искусно прятали останки, что их дея­ тельность была официально раскрыта лишь через несколько со­ тен лет. Чтобы понять эти парадоксы человеческого поведения, саму воз­ можность освящать жестокость, грабеж, убийство, нам стоит изу­ чить некоторые психологические аспекты двойственности богини и то, как она представлена в тантрической мифологии. Имя богини «Кали» буквально значит «время». Прилагатель­ ное «кали» переводится как «черный». Поскольку время является мерой существования, Кали в этом смысле можно отождествить с Бхавани, богиней Сущего. Так как черный цвет символизирует

с. 50

3. БОГИНЯ МЯТЕЖА 4£ абсолютное отсутствие всяких качеств, Кали также соотносится с богиней Дургой, «той, что недостижима, недоступна». Благие и страшные аспекты Кали, таким образом, соответст­ вуют значениям альтернативных имен богини. Кали мыслится одновременно как прародительница космичес­ ких первостихий и как само первобытие. Кристаллизация стихий творит Вселенную, растворение элементов разрушает ее. Время преходяще, временность проводит к концу. Видение жизни и жиз­ ней как волн, стремящихся к гибели и небытию, может сформиро­ вать тенденцию восприятия Кали в ее устрашающем, всепоглоща­ ющем аспекте. Эта же тенденция, возможно, легла в основу специфического почитания богини - животного и человеческого жервоприношения. Будучи трансцендентной абсолютной мерой вещей и их вре­ менностью, Кали почитается как «та, что пожирает время». По­ этому к ней обращаются все, кто ищет высшего знания, и посвя­ щенных ждут тяжелые и ужасные испытания. Иногда случалось, что принадлежавшие к низшим классам приверженцы Кали, шедшие путем преступления, радикально изменялись, сердечно раскаивались и вступали на путь высшего духовного знания. В на­ шем распоряжении имеется прекрасно документированное сооб­ щение о том, как один отъявленный туг столь сильно ужаснулся лицезрением обряда инициации, сопровождавшегося помеша­ тельством молодого кандидата, что покинул банду, отрекся от во­ ровского ордена и стал послушником в храме. ДЕСЯТЬ ВЕЛИКИХ ЗНАНИЙ Кали иногда почитают как одну из десяти Великих знаний (Маха- видья), или десяти Великих мантр - богинь. Нередко ее изобра­ жают в качестве верховной Богини, которой подчиняются ос­ тальные девять. Кали именуют Родительницей, Матерью, Созидательницей Великих Знаний. Каждая из этих десяти «махавидья» представляет саму боги- ню-Мать (в пределе) и богиню Кали (в частности) и потому каж­ дая воплощает как как благое, так и злое начала. Тем не менее де­ сять богинь или ипостасей Богини в соответствии с особенностями индивидуального культа тяготеют или к одному, или к другому аспекту божественности.

с. 51

50 БОГИНЯ СУМЕРЕК Адивидья Кали как первая махавидья называется Адивидья, или Изначальная видья. Соответственно девять других махавидья рассматриваются как различные эманации Кали, ее различные аспектыи и проявле­ ния. Многочисленные составные имена богини емко и драматич­ но отражают переплетения человеческих надежд и страхов: Вели­ кая Кали, Кали Кремации, Тайная Кали, Добрая Кали, Кали - Нищая Вдова, Кали-Колдунья, Кали искусства любви. Великую Кали чтут за ее знания, Добрую - за ее милости и да­ ры, врачебное искусство и защиту, Кали Кремации желают умило­ стивить охотники за силой и удачей, те, кто в отправлении своих страшных культов использует трупы. Тайная Кали и Кали-колду­ нья покровительствует почитателям оккультизма, магии, колдов­ ства и ворожбы, Кали - Нищая Вдова помогает отрешиться от со­ блазнов мира, парализовать врагов. Кали искусства любви - богиня покинутых влюбленных, ревнивых или неверных супру­ гов, куртизанок и проституток, желающих привлечь и пленить предмет своей страсти. Тара Вторая махавидья Великого Знания - главная эманация богини Кали, именуемая Тара, Спасительница. Образ этой богини, как полагают, пришел в индуистскую мифологию из буддизма, где она играет важную роль в эзотерическом тантризме. В индуизме Тару чтут как основательницу традиций индийской тантры Левой Ру­ ки, которую она принесла из Китая, так как когда-то Знание Ле­ вой Руки было открыто лишь Вишну в облике Будды. За этим ми­ фом скрывается и некоторая историческая правда - китайские даосы практиковали схожие ритуалы задолго до распростране­ ния тантры Левой Руки в Индии, Кашмире, Бенгалии. Индийская Тара имеет множество форм, общее число которых - 21 - фиксирует полный набор аспектов «шупьяты» - «пустоты». В дзен-буддизме шупьята трактуется как «Абсолютная истина», и Та­ ра традиционно отождествляется с Шуньятой и Праджнапарами- той, или трансцендентальной интуицией. Индуистское понятие бо­ гини, являющейся в 21 образе, лишний раз свидетельствует в пользу буддийского происхождения Тары. Подобно другим ликам Великой Богини, Тара является в бла­ гостном и устрашающем аспектах. Угра-Тара - это Ужасающая или Устрашающая Спасительница, Тара - Божественная мать, ца­ рица Вселенной. Тара иногда именуется как Ужасающая Кали, Be-

с. 52

3. БОГИНЯ МЯТЕЖА 51 л икая Кали, Добрая Кали. Ее также чтут как божество дождя (сно­ ва напрашивается сравнение с кельтской богиней Дану, податель­ ницей дождя), кормилицу Мира, Земли, Прародительницу всего. Эти образы наглядно доказывают, что благие и добрые лики Та­ ры более многочисленны, чем ужасные и злые. Это вполне естест­ венно для богини-спасительницы, обеспечивающей торжество веч­ ной духовной жизни над временной материальной смертью. Согласно свидетельствам тутов люди любого класса, касты, религи­ озной ориентации могли искать покровительства Кали в самые трудные времена: лишения, голода или эпидемии. Трипура-Сундари Третья махавидья - Трипура-Сундари. Ее имя означает «Прекрас­ ная Богиня Трех Крепостей». Подобно Кали и Таре, ее иногда отождествляют с Адимахавидой, изначальной махавидьей-боги- ней вселенского знания. Некоторые имена ассоциируют Трипуру-Сундари с духом эро­ тизма, сексуальности, желания, наслаждения, очарования. Ее на­ зывают источником юности. Ей редко поклоняются в ее «теле­ сном» стхула, или человеческом облике. Здесь явно присутствует парадокс: Богиня идентифицируется с красотой, но красота ее редко изображается наглядно, фигурально - дополнительное под­ тверждение того, что сакрализация богини в культе тантризма не носит исключительно чувственного характера. Притягательность образа богини в образе страстного жела­ ния и эмоций опасно граничит с расстройством рассудка, безуми­ ем. Этот печальный удел может вполне ожидать тех, кто слишком одержим чувственным аспектом культа. В одном из храмов Бена­ реса богиня почитатется как Царица Царей. Говорят, что никто не в силах вынести целую ночь ритуального служения богине и сохранить свой ум в добром здравии. Предположительно, даже жрецы не могут долго служить в этом храме. Неважно, чего больше в таких историях - правды или вымыс­ ла, достаточно того, что сами священнослужители всегда знали об опасностях и трудностях совершения обрядов на самом высо­ ком градусе напряжения чувственности, как, впрочем, и о тех ве­ ликих возможностях культа для тех, кто сумел сохранить здоро­ вый ум и самоконтоль. Треугольник, геометричекий символ йопи - интимного органа женщины - почитается последователями тантры Левой Руки как воплощение Трипури-Сундари. Соответственно «Три крепости,

с. 53

52 БОГИНЯ СУМЕРЕК твердыни», Прекрасной держательницей которых является боги­ ня, индуизм склонен отождествлять с другими фундаментальными для индийской картины мира триадами. Одну из таких триад составляют Брахма, Вишну и Шива, во­ площающие созидание, поддержание и разрушение. Этот набор свойств, принадлежащих тройственному божеству (мужскому или женскому), сохраняется во всех ритуально-философских те­ чениях индуизма и во всех мифологических представлениях. Криминальные служители Кали утверждали в своей практике именно деструктивный момент тройственности богини, хотя да­ же самые отчаянные потомственные преступники имели свои (пусть несколько специфические) идеи и обычаи прославления созидательного и охранительного аспектов божества. Другая важная триада включала Измерителя, Измерение, Из­ меренное, то есть Субъект, Познание и Объект. В мистических терминах богиня воспринималась как три­ единство сокровенного ума, иерархии осмысления и объективно­ го мира. Такая методика характерна для учений, возникших на стыке индуистской и буддийской духовности. Многие из этих школ, имеющих индуистскую закваску, были объявлены вне зако­ на ортодоксальным брахманизмом за то, что они, как буддизм, отвергают кастовость и ритуалы. Еще одна триада называлась Три Бинду, или Три капли: крас­ ная (яйцо, женское начало), белая (семя, мужское начало), сме­ шанная (союз, оплодотворение). Подобная образность вполне могла быть неким общим фондом, из которого черпали вдохнове­ ние представители разных классов - тантристы, наложницы, кур­ тизанки, бесплодные жены. Три Твердыни соотносятся также с солнцем, луной и огнем. С мифологической или теологической точки зрения они означают Три Глаза Божественности; или, говоря мистическим языком, представляют собой знание трех уровней истины - относительно­ го, абсолютного или промежуточного. Солнце, луна и огонь явля­ ются также элементами ритуала и используются при проведении церемоний «приручения» этих трех символов божественного. Три Твердыни также символизируют Силу Воли, Силу Знания и Силу Действия. Подобный способ представления и взаимодейс’г- вия с божественными энергиями типичен для многих мистических учений, особенно тех, что ориентируются на йогу. Практик рассматривает мир в терминах божественной воли, знания и действия и пытается гармонизировать свой дух и тело

с. 54

3. БОГИНЯ МЯТЕЖА 53 в соответствии с этим мысленным тройным потоком божествен­ ных энергий. Три Твердыни представляют три степени проявления Богини. Первая - стхула, или грубое проявление, - соответствующее ант­ ропоморфному образу Богини. Второе - сукшма- тонкое проявле­ ние в форме мантры, славословия Богини. Третья ступень - пара - высшее проявление, не имеющее само по себе конкретной формы, но скрыто присутствующее в чакре или янтре (абстрактной геометрической форме Богини). Важнейшим моментом тайного тантризма считалось умение объ­ единить эти три проявления в синтезе ритуального опыта. Для это­ го необходимо связать тело и ум в единую замкнутую эзотерическую цепь - инструмент непосредственного восприятия божественного сознания, скрытого в элементарных формах жизни и сознания. Использования триад для структуирования миросозерцания не является исключительной прерогативой индуизма или культа богини Кали. Триадный метод представляется чрезвычайно рас­ пространенным везде. Он, в частности, характерен для китайско­ го даосизма, параллельной культурной традиции, которая, воз­ можно, связана с индийскими религиями гораздо более тесно, чем принято считать сегодня. Мышление триадами присуще и дидактической методике дру­ идов, кельтскому варианту индуизма, причем сходство в данном случае подкреплено преемственностью. Некоторые исследовате­ ли полагают, что акцентирование троичности божества в христи­ анстве свидетельствовало о раннем кельтском влиянии, оказан­ ном на церковь с Британских островов. Бхуванешвари Четвертая махавидья, Бхуванешвари, Царица Мира, так же как и предыдущая, отождествляется с Землей и ассоциируется с пя­ тью стихиями и Природой в целом. Ее имена свидетельствуют об этом: Форма Всего, Вечноприсущая форма, Всесодержащая фор­ ма и Необъятная иллюзия. В этом смысле она связывает и осво­ бождает (разрешает), она - иллюзия и знание. Ее имя призывают в созидательных и охранительных целях, что связано с божест­ венной функцией творения и сохранения мира. Ее также молят о защите и спасении от разрушительных сил и обстоятельств. Богиня Бхуванешвари особенно известна как мать Божествен­ ной Троицы (Брахма, Вишну, Шива), то есть первопричина творе­ ния, поддержания и разрушения. В своем материальном восприя­

с. 55

54 БОГИНЯ СУМЕРЕК тии она воспринимается со стрекалом и арканом, символами при­ нуждения и удержания. Различные нюансы этой побуждающе-от- талкивающей тенденции связаны с исконными функциями сози­ дания, сохранения, разрушения. Мы побуждаемы к действию самим потоком жизни и связаны в своем действии средой, зависим от обстоятельств и полагаемся на них. С этой точки зрения стрекало и аркан символизируют творчески-охранительный аспект временной жизни. Нам нужна мотивация, инстинкты помогают нам мотивировать наши дейст­ вия на самом примитивном уровне. Мы нуждаемся в постоянном внимании к себе, без которого нам были бы неведомы и недоступ­ ны многие задачи, связанные с сохранением нашей жизни. С другой стороны, когда мы склонны действовать, понуждаемые не столько нуждой или реальными обстоятельствами, сколько при­ вычкой, жизнь наша перестает быть творческой, она замирает. Ког­ да слишком сильное внимание к практическим результатам становий ся одержимостью, мы зашориваемся на материальных ценностях этого мира и не видим, что жизнь есть путь сквозь вещи и обстоятель­ ства. Мы зависаем, застреваем на этих вещах, не понимаем, что они лишь вехи, побудители движения, рискуем никогда не достичь цели. В этом смысле стрекало и аркан могут означать смерть, когда побуди­ тельно-захватывающая тенденция заставляет человека гнаться за ве­ щами непостоянными и слишком крепко привязывает его к физиче­ ским потребностям тела и временным ценностям. Можно сказать, что традиционные атрибуты Царицы Мира символизируют зависимость духовного бытия от практического жизненного опыта. Чиннамаста Пятая махавадья, Чиннамаста, или Обезглавленная, также симво­ лизирует двусмысленность бытия. Традиционная иконография изображает ее обнаженной, стоящей над обнимающимися Рати (Rati) и Камадевой (Kamadeva), то есть божествами наслаждения и любви. Чиннамаста носит связку черепов, что должно напоми­ нать о трансцендентном характере человеческих мыслей и идей. На ней змеиное ожерелье, очевидный символ «кундалини», то есть сила змеи, которая призвана возводить сознание, очнувшее­ ся после долгого сна, к высотам духа. Чиннамаста получила свое имя «Обезглавленная» благодаря известному иконографическому сюжету усекновения своей соб­ ственной головы. В правой руке она держит топор, в левой -

с. 56

3. БОГИНЯ МЯТЕЖА 55 свою отрубленную голову. Она отрубила голову, чтобы напоить своих избранных жриц Варнини и Дакини собственной кровью. Возможно, здесь представлен цикл творения и разрушения. Варнини (Женщина касты) символизирует аспект радж ас, или неистовую страсть. Дакини (Женщина бунта) символизирует т а- мас, или земной инстинкт.Чиннамаста, питающая двух своих жриц, возможно, приносит саттву, божественную духовность в жертву земным стихиям страсти и инстинкта. Отрубленная голова богини тоже вкушает кровь, как бы утверждая необходимость поддержания духовности для уравновешивания страсти и инстинкта. Кровь Чиннамасты льется из ее горла тремя потоками, насы­ щая двух учениц и голову богини. В йогической интерпретации это может символизировать возрастание энергии кундалини по трем главным каналам психического тела человека, известными как ка­ налы вдохновения, воспламенения и наполнения божественныым. В терминах натурфилософии самоусекновение главы Чинна­ масты может обозначать самопожертвование земли или созида­ ние, чтобы поддержать эмоционально или физически всех су­ ществ. Как голова богини пьет свою кровь, так и плодородие земли увеличивается через смерть организмов, так и дерево пита­ ется перегноем опавших листьев. Бхайрави Шестая махавидья - Бхайрави, Ужасная, - еще одна ипостась, свя­ занная с благоговейным страхом перед порождающей мощью Бо­ гини. Бхайрави ассоциируется с Брахмой, богом творения и с ис­ точником божественной речи, который также персонифицирован в индуистской космологии и выступает особой порождающей си­ лой. Бхайрави олицетворяет природу сознания, и поэтому она да­ рует йогину силу для преодоления похоти, жадности, лжи, опьяне­ ния, ревности и гнева. Еще Бхайрави отождествляется с одной половиной Шивы, бо­ жества созидания и разрушения. В этом своем качестве она изве­ стна как арднахари (полуженщина), представляя процесс творе­ ния как союз мужчины и женщины. Бхайрави наделяет Шиву силой на сотворение мира. Она также обозначает кундалини, по­ рождающую жизненную энергию. В своем ужасном обличии Бхайрави отождествляется с Маха- пралайей, космическим Растворением. К ней обращаются как к Каларатри (Черная Ночь), разрушительной силе Кали. Бхайра­ ви именуется Гхора-Тара, или Ужасная Тара.

с. 57

56 БОГИНЯ СУМЕРЕК Слово гхора значит «почтенный, уважаемый, возвышенный», а также «грозный, ужасный, страшный». В качестве обозначения боли или болезни гхора переводится «сильный, агрессивный, не­ стерпимый». Другое имя Бхайрави - «Канди» опять-таки значит «ярость, неистовство, жестокость», ассоциируется с жарой, рас- паленностыо, страстью и гневом. Ужасные лики богини вполне соответствуют некоторым тант­ рическим ритуалам, которые известны как «Шесть Действий»: убийство, насылание паралича или бессилия, отлучение людей от их привычных занятий, профессий, обретение власти и контро­ ля над другими, разделение людей через вражду, посрамление и нейтрализация соперников и врагов. Эти действия осуществля­ лись не только потомственными преступниками, хотя такие ак­ ты, как убийство (удушение), наркотическая парализация, прак­ тиковались криминальными почитателями Кали - тугами и отравителями. Впрочем, существует мнение, что подобные антиобществен­ ные злодеяния совершались от отчаяния - неимущими, изгоями, угнетенными, теми, у кого не было ни юридических, ни военных, никаких других официальных способов изменить свое положе­ ние в лучшую сторону. У Бхайрави много имен, связанных с добродетельным и при­ влекательным аспектами Богини. Она известна как «Подательни­ ца Успеха, Сумма всех совершенств, Разрушительница Всех Стра­ хов, Сознание, Мудрость, Душа или Дух, Царица Мира, Царица Страсти, Богиня изобилия, Высшая царица, Мать Мира, Пита- тельница Мира, Исток Творения и Разрушения». Бхайрави ассоциируется с семенем и семяобразованием. Ее называют «почивающей в йони», «любящей семя и кровь». Эти аспекты богини, связанные с половыми отношениями, не ограни­ чены только женской сексуальностью, они предполагают культи­ вирование сексуальности вообще. В связи с этим не покажется странным, что женщина, участву­ ющая в тантрическом ритуальном сексе Левой Руки, традицион­ но именовалась Бхайрави, а мужчина - Бхайрава. Дхумавати Седьмая махавидья, - Дхумавати, или Дымная, Чадящая, не имеет никакого отношения к сексу и сексуальным энергиям. Тантричес­ кая иконография изображает ее старой, уродливой, безжалост­ ной вдовой. Она прямо ассоциируется со смертью, болью, нуж­

с. 58

3. БОГИНЯ МЯТЕЖА 57 дой, голодом, жаждой, бесплодной землей, пустыней, нищетой и бродяжничеством. Смертоносные качества богини сделали ее столь непопулярной среди молодоженов и супругов. Дхумавани вызывает разрушение и вселяет абсолютное равно­ душие к миру. Тем не менее она может подавать некоторые блага и милости, например сиддхи или сверхестественную силу. Расто­ чение благ и сил может быть непосредственно связано с мерой равнодушия ко всему мирскому. Ведь банальные человеческие за­ боты и упования зашоривают сознание, отвлекают его от созер­ цания высших духовных возможностей, не позволяют различить истину за пределами мирской суеты и озабоченности. Вагаламукти Восьмая махавидья, Вагаламукти, или Вагаламукти, то есть «Об­ ратившая лицо в сторону», также ассоциируется с магическими и сверхъестественными силами. В частности, она может дать сво­ им приверженцам силу сокрушить врагов, ввергнуть их в немоту и бессилие, повредить рассудок и наслать бедность. Люди, у кото­ рых пропал дар речи, не могут жить в нормальном обществе, их ждет изгнание. Люди, находящиеся в состоянии бессилия и пара­ лича, не могут работать и сражаться. Те, у кого помутился ум, ни­ чего не достигнут ни в личной, ни в общественной жизни. Можно предположить, что к помощи этой богини прибегали не только беспомощные и отчаявшиеся люди, требующие отмще­ ния, но и все остальные. В минуту скорби и печали они могли про­ сить Вагаламукти помочь им в беде, ведь молить об избавлении от напасти и даровании победы над врагом характерно для любых верующих. Богиню чтили за то, что она могла дать власть над вра­ гом, парализовать неприятеля, привлечь нужных людей, убить неугодных, преодолеть влияние гороскопа, достичь богатства, выиграть тяжбу. Участие уголовных элементов в этом культе, оче­ видно, зависело от конкретной ситуации, причем необходимо учесть, что сегодняшний взгляд на преступность и точка зрения индуизма сильно различались. Матанги Девятая махавидья, Матанги, или «Пьяное тело», считается покро­ вительницей психических сил. Она ассоциируется с пракрита, то есть природой, но почитается эта богиня за то, что помогает веру­ ющим приблизить человека или научиться повелевать другими, сдержать слово или исполнить сказанное. Матанги дарует богатст­

с. 59

58 БОГИНЯ СУМЕРЕК во, поэтический талант, победу над врагами, знание будущего, защи­ ту от сильных мира сего и злых духов. Матанги изображается женщиной-аборигеном, то есть отвер­ женной и неприкасаемой в соответствии с нормами ортодоксаль­ ного индуизма. Согласно легенде в прошлой жизни Матанги была сестрой Шивы. Матанги была против того, что ее брат часто по­ сещал места захоронения и кремации, напивался, принимал об­ лик злых демонов и призраков. Матанги столь активно порицала брата за его экстравагантные привычки, что Парвати (Горная бо­ гиня), жена Шивы, прокляла Матанги, чтобы в следующем рож­ дении та появилась на свет среди неприкасаемых. В одной версии мифа супруга Шивы - Парвати сама пытается соблазнить своего мужа в облики Кандалини, то есть женщины неприкасаемой охотничьей касты. Матанги как богиня изгоев и неприкасаемых известна под именем Укчишта-Кандалини. Укчишта обозначает затрапезную грязнулю с остатками еды на губах и руках, человека, который не моет лицо и руки и вследствие этого ритуально «нечистого». Это же слово может переводиться как «отрыгнутое», остатки кусоч­ ков пищи, оставшегося после жертвоприношения. Матанги не случайно считается отверженной богиней «нечистых», неприка­ саемой богиней подонков общества. Такой образ богини, связанный с грязью и неприкасаемостью, мог возникнуть в результате классовой идентификации. Речь идет об особом классе мусорщиков и уборщиков, запрет на обще­ ние с которыми диктовался, очевидно, соображениями гигиены. Эти люди, имевшие постоянный контакт с отходами, помоями, уличным мусором, останками животных и человеческих жертво­ приношений, неизбежно должны были считаться нечистыми и зараженными. Общество вполне могло отождествлять представителей про­ фессии с самой профессией, но даже если эти люди были прези­ раемы и отчуждаемы, они все равно были незаменимыми. Соеди­ нение брахманов и неприкасаемых в пределах тантрического культа должно было послужить напоминанием аристократам о че­ ловечности маргиналов и божественности их душ. При этом не могло не учитываться то, что неприкасаемые профессии абсо­ лютно необходимы в обществе, что отверженные - важные со­ ставные части социального целого. Изучая многочисленные тантрические гиава-садханас - культо­ вые жертвоприношения, в которых использовались трупы, - не­

с. 60

3. БОГИНЯ МЯТЕЖА 59 вольно приходишь к мысли (оставляя в стороне мистическую сто­ рону дела), что эти обряды могли позволить представителям бла­ гополучных и устроенных сословий почувствовать весь ужас ру­ тинной жизни «чандала», то есть кладбищенских рабочих. Справедливо это предположение или нет, но исторический факт остается фактом: именно популярность культа Кали среди много­ численного отверженного сословия подвигло индусов изучить свое кастовое сознание и пересмотреть старую классовую систему. Современные попытки реинтегрировать индийское общество, нередкие в новейшей истории (вспомним, например, желание Ган­ ди улучшить условия жизни неприкасаемых), являются лишь отра­ жением древних социальных идей и программ. Отрицание потомственной кастовости, сопровождающее официальное ужесточение индуистского кастового режима, вос­ ходит еще к антиведической школе буддизма. Позже, уже в сред­ ние века, буддизм снова вернется в Индию в качестве ферменти­ рующего элемента неоиндуистских течений, таких, например, как тантризм и другие формы культа Богини. Здесь нет возможно­ сти обозначить весь регистр оппозиционной направленности тантры Левой Руки, достаточно сказать, что культ Богини был прямой и мощной реакцией на кастовую иерархичность индуист­ ского общества. Камала Десятая махавидья именуется Камала. Камала является традицион­ ным эпитетом Лакшми, или Шри, персонификацией фортуны, кра­ соты, славы, царственности, сытости и безопасности. Лакшми часто изображается женой Вишну, божественного за­ щитника и покровителя королевской власти и общественного по­ рядка. Она величается Матерью Мира, Прародительницей всех бо­ гов, Вселенской Силой, Жизненной Энергией и Вселенской Иллюзией. Подобно другим махавидьям (в частности, первой ма- хавидье Кали), Камала воплощает сам процесс творения, причину творения и высшее духовное наслаждение. Многочисленные (зачастую, альтернативные) имена и эпитеты богини вместе и по отдельности выражают темную и светлую сторо­ ны бытия. Одна группа имен богини называется Шрикула, или семей­ ство Лакшми, другая - Каликула, или семество Кали. Шри Лакшми представляет светлую сторону богини, Кали - темную. С точки зрения индуизма эти две стороны богини противоположны, но не конфликт­ но оппозиционны, они контрастируют, но не протворечат друг другу.

с. 61

60 БОГИНЯ СУМЕРЕК КРИМИНАЛЬНЫЙ КУЛЬТ КАЛИ Пародоксальным следствием ритуального почитания всех, в том числе и самых экстремальных, аспектов Богини является то, что культовые практики Левой Руки, как бы их ни называли - запрет­ ными, непристойными, криминальными, - все равно не были прекращены ортодоксальной брахманической инквизицией. С другой стороны, можно сказать, что и сами профессиональные преступники, посвященные в культ Кали, никогда не пытались разрушить общественные устои. Наоборот, потомственные кри­ минальные кланы активно утверждали официальную иерархию, как религиозную, так и светскую. Поэтому они никогда не пресле­ довались властями вплоть до XIX века, когда им пришлось столк­ нуться с агрессией британских колонизаторов. Но даже в это время преследование не носило тотального ха­ рактера: многие местные и даже британские должностные и тор­ говые представители Ост-Индской компании не решались вое­ вать с криминальными адептами Кали. К тому времени, когда преступные служители богини (пиндари, дакойты, туги) стали привлекаться властями в уголовном порядке и суд требовал от них объяснить мотивы их злодеяний, многие рядовые предста­ вители криминальных классов утверждали, что это просто их ра­ бота, что у них такая профессия. По крайней мере об этом гово­ рят свидетельские показания подсудимых. Удивляться здесь нечему, ведь именно такой дух - бессознательного послушания и фатализма - насаждался официальным индуизмом XIX века, дух послушного непротивления новому, чуждому индийской мен­ тальности режиму. Английские чиновники, например, никак не могли понять, ка­ ким образом преступные кланы пиндари (разбойников с большой дороги, селившихся, как правило, на бесплодных, пустынных, ди­ ких землях) горделиво шествовали на религиозных церемониях сов­ местно с другими благоверными и респектабельными индусами, аб­ солютно не выказывая знаков раскаяния или стыда по поводу своего занятия. Еще более удивительным для Англии оказалось то, что сами пиндари называли свое ремесло «царской работой», «имперским де­ лом» и щедро платили властям пошлину со своего промысла. Можно предполагать, что столь терпимое отношение к бандам пиндари связано с примитивными формами функционирования та­ моженной или налоговой системы. Может быть, впрочем, что пин­ дари являлись последними представителями непокоренных воин­

с. 62

3. БОГИНЯ МЯТЕЖА 61 ственных племен с континента, история которого была историей враждующих, соперничающих племен и королевств. В таком случае щедрые взятки официальным властям представляли собой своеоб­ разную дань уважения или дипломатии - этикетную форму призна­ ния. Выплачивая деньги, пиндари вели себя как истинные правите­ ли, предпочитая подкуп отрытой борьбе с внутренними войсками. Пиндари имели достаточно сил для успешной вооруженной борь­ бы, но денежный путь, очевидно, казался им более выгодным. Томас Пейн, один из отцов-основателей Америки, существен­ но повлиявший на формирование американской ментальности, считал, что европейская система правления исторически связана с разбоем и бандитизмом и что первыми правителями были глав­ ные разбойники. Похоже, пиндари разделяли эту точку зрения, хотя и не полностью. По Пейну, разбой был формой индивиду­ ального протеста против деспотического правительства, борь­ бой за свободу личности. Пиндари поддерживали любое прави­ тельство, которое позволяло им жить и действовать. Дакойты, другой класс профессиональных грабителей, тоже почитали Кали и поддерживали правительство и храмовую служ­ бу. Настоящее имя дакойтов (прославившихся на Западе благода­ ря Редьярду Киплингу) - дакат, что буквально переводится «от Дак», «люди Дака». Дак - это демонический партнер богини Кали, ее помощник и посланник, «Неумолимый Жнец». Дакаты, подоб­ но своим «коллегам» пиндари, были наемными убийцами-профес- сионалами на службе у правительства и ворами-грабителями по своему собственному почину. Иногда дакаты не убивали короля непосредственно, но, про­ скользнув мимо охраны, проникали в его опочивальню и оставляли условный знак (например, срезанную кисточку занавесей), сообща­ ющий, что король в любое время находится в пределах их досягае­ мости. Этого было вполне достаточно, для того чтобы способство­ вать реальному цареубийству. Король мог психологически не выдержать покушения на свою жизнь и умереть от страха. А мог быть убитым одним из своих приближенных. Ведь визит даката был наверняка сигналом для ближайшего королевского окружения, под­ рывом авторитета, началом внутреннего раскола и оппозиции. Что бы ни произошло, «заказчик», пославший даката в коро­ левскую опочивальню, оставался неизвестным. Следы были тща­ тельно заметены, и не могло возникнуть подозрений относитель­ но злого умысла соседнего короля, который в конце концов был вынуждаем обстоятельствами «неохотно» извлечь пользу из со­

с. 63

62 БОГИНЯ СУМЕРЕК здавшейся ситуации. В любом случае дакаты - служители и адеп­ ты Кали - были профессионально ориентированы на три «боже­ ственные» задачи: разрушение, убийства и погружение людей во власть иллюзии. Они не боролись с социальным укладом как тако­ вым, они воспринимали грабеж, убийство и обман тремя необхо­ димыми составляющими божественного и общественного поряд­ ка. Как и любой другой представитель индуистского общества, от жреца до кладбищенского мусорщика, дакаты считали, что следу­ ют своей дхарме и карме, долгу и работе. Туги так же совершенно спокойно, но совсем на другой манер, чем пиндари и дакаты, совмещали социальные и антисоциальные взгляды в пределах своей религиозной доктрины, связанной с ри­ туальным почитанием одного из аспектов Кали - обманчивой ви­ димости мира, иллюзорности сущего. Следует отметить, что крими­ нальные культы не исповедовали абстрактный, всеобщий аморализм. Даже если их моральные системы не были ортодоксаль­ ными, их последователи относились резко отрицательно к тем, кто следовал иным практикам. Индийская религия нигде и никогда не была монолитной и всеобщей, строжайший аскетизм уживался ря­ дом с культом наслаждения, криминальные культы настаивали каж­ дый на своей специфике, и каждый славил Кали по-своему. Далее ес­ ли общественное мнение считало их преступниками, сами они воспринимали себя специалистами в определенных ритуалах и ма­ ло задумывались о моральной допустимости своих действий. Туги презирали дакатов и пиндари за то, что они проникали в чужие дома - действие абсолютно невозможное для тугов, риту­ ально запрещенное самым строгим образом. Жестокость, кото­ рую проявляли пиндари и дакаты по отношению к своим жерт­ вам, также претила тугам, которые старались в своих ритуалах обйтись без кровопролития и применения грубой силы. Они за­ манивали свои жертвы в ловушку и не причиняли им страха или боли. Несчастные успевали перед смертью лишь удивиться. Туги никогда не убивали всех подряд и осуждали ритуальную неразборчивость других криминальных классов. Религиозные та­ бу запрещали тугам приносить в жертву женщин, священнослу­ жителей, увечных, представителей низших каст и множество дру­ гих категорий людей. В свою очередь пиндари и дакаты платили тугам таким же пре­ зрением, потому что грабители, как они утверждали, убивали только тех, кто оказывал им сопротивление, тогда как туги убива­ ли людей по ритуальному предписанию.

с. 64

3. БОГИНЯ МЯТЕЖА 63 Иногда туги даже убивали дакатов, несмотря на то что оба клана служили богине Кали, если знамения были благоприятны и если была опасность разоблачения тайного братства. Это, естест­ венно, могло вызывать антагонизм, но не следует думать, что враждебно настроенные кланы пытались стереть друг друга с ли­ ца земли. Туги столь ревностно верили в табу и знамения, что когда бри­ танские власти в XIX веке в конце концов сумели привлечь их к уголовной ответственности и фактически уничтожить, аресто­ ванные согласно протоколам следствия без исключения считали падение и гибель своей секты следствием того, что они недоста­ точно строго следовали ритуальным предписаниям и знамениям. Попытки англичан переубедить тутов не имели абсолютно ни­ какого психологического эффекта на последних, что, в свою оче­ редь, весьма поразило самих судей, которые приговорили к ссыл­ ке и пожизненной тюрьме не только тутов, избежавших казни, но и их детей. Эти экстремальные меры были приняты для того, что­ бы выжившие не могли передать тайны своего культа потомкам, как было в их обычае на протяжении многих поколений. В частной жизни туги отличались исключительной скрупулез­ ностью и добросовестностью в смысле выполнения своих касто­ вых и ритуальных обязанностей. Они никогда не убивали у себя на родине. Свои зловещие ритуалы они совершали во время рели­ гиозного паломничества. Методика хладнокровного, бесстраст­ ного убийства была отработана во время многочисленных иници­ аций, то есть ритуальных посвящений в орден, причем посвященные владели техникой раздвоения личности, психоло­ гического самоотчуждения. Культовое сознание тугов, несомненно, содержало понятие «перенаселение». Отбор жертв, то есть тех, кому не стоило жить на свете, санкционировался (через табу и знамения) самой боги­ ней Кали. Туги были абсолютно уверены, что их убийства освяще­ ны свыше и души их жертв попадают прямо на небо. Официальная колониальная политика англичан в Индии в принципе не предполагала вмешательства в национальную культуру или религию, но туги представляли собой исключитель­ ное явление, и его решили искоренить. Ирония этого акта заклю­ чается в том, что главный британский следователь сам признавал в печати, что нет такого народа или нации, которые не соверша­ ли бы насилия под эгидой идеологического оправдания, неваж­ но, политического или религиозного.

с. 65

64 БОГИНЯ СУМЕРЕК Не стоит забывать в этой связи и о мальтузианстве, чисто анг­ лийской имперской доктрине о законах народонаселения, и о том, что английский империализм и по сей день несет ответственность за спланированный голод в Бенгалии и Ирландии, странах, населе­ ние которых казалось избыточным английским экономистам. Если мы вспомним, сколько массовых убийств и насилия было совершено под знаменами веры и политики - инквизиция, кресто­ вые походы, погромы, геноцид, политические и этнические чист ки, партийная борьба за власть, - то туги (которые у всех, естествен­ но, вызывали ужас и отвращение) могут показаться смиренными алтарными служками по сравнению с силами насилия и подчине­ ния, работающими на «большие» религии и политику. Это отчуждение не есть, конечно, попытка оправдать тугов, но призыв задуматься над вопросом, кто же все^гаки ответствен за войны и насилие - маргинальные криминальные культы или официальная религиозная, политическая и экономическая систе­ мы. Размышления над этим вопросом, быть может, окажутся по­ лезным и важным следствием объективного изучения преступ­ ных форм культа Богини. Исследование подобных культов должно помочь нам понять природу преступных группировок и сект, возникающих в современ­ ном обществе. Ключевой представляется следующая мысль: психо­ логические и организационные методы криминальных групп очень часто похожи или даже идентичны официальным религиозным и политическим методам давления. И тем не менее криминальные культы и группировки с большой охотой и успехом следуют своим, нежели официальным, законам. Здесь есть о чем подумать крими­ нологам и социологам. В терминах криминального служения Кали можно анализиро­ вать японский смертоносный культ Аум-Синрике. Многих поразило и шокировало то, что члены этой организа­ ции, как выяснилось, экспериментировали с биологическим и химическим оружием. Глава этой секты признавался, что изу­ чал индийские эзотерические доктрины и впоследствии стал ма­ стерским обманщиком и провокатором, умевшим заставить сво­ их учеников совершить необходимое убийство по его команде. Следователей интересовало, не мог ли этот человек завязать в Индии отношения с оставшимися тутами. Полковник Вильям Слиман, главный дознаватель по делу ту­ гов, докладывал, что покончил со смертоносным культом к концу 1830-х. В 1890-е годы, перед отставкой его внука Генри Слимана,

с. 66

3. БОГИНЯ МЯТЕЖА 65 рабочие-эмигранты с острова Маврикия (места ссылки уцелевших тутов и их семей) приобрели навыки разбоя и грабежа. Это ясно свидетельствовало, что окончательно наследие тутов не исчезло. В результате репрессий англичане сумели ликвидировать ре­ лигиозный аспект культа тугов - эзотерическую систему запретов и знамений, церемоний и процедур, которые жестко ограничива­ ли человеческие жертвоприношения. Кажется, единственное, что сохранилось, - техника хладнокровного убийства, психологи­ ческого отстранения от смертоносного акта. Впрочем, нельзя ут­ верждать, что это учение было присуще лишь тутам, ведь ритуаль­ ное убийство было достаточно распространено в древности. Вполне возможно, что гуру преступного культа Аум-Синрике изучал эту технику в Индии и даже практиковался на «духовных ту­ ристах» с Запада, которые нахлынули в Индию в 1970-х. Это лишь один из способов объяснить пародоксальную готов­ ность молодых и образованных юношей и девушек, выходцев из состоятельных семей в благополучной Японии, убивать неповин­ ных мирных жителей по команде учителя. Понятен интерес, проявленный к Аум-Синрике со стороны милитаристски настроенных японских фашистов, еще сохранив­ шихся в Стране восходящего солнца. Фашистов наверняка заин­ тересовала не только моральная невменяемость сектантов и их полная готовность к убийству (которая была характерной чертой дакатов), но и специальная техника и инициации и тренировки убийц, знание которой всегда можно употребить в своих целях. Не секрет, что японские фашисты и германские нацисты стреми­ лись получить эзотерические знания, позволяющие им добиться большей силы интеллектуального воздействия на других людей. То же можно сказать и о коммунистах в России, где секта Аум- Синрике расцвела пышным цветом во время смятения, последо­ вавшего за развалом Советского Союза. Исследуя по возможности беспристрастно подобные практи­ ки во всем спектре проявлений, учитывая как светлые, так и тем­ ные стороны учений, приходишь к выводу, что их можно вполне приспособить к практическим нуждам и запросам сегодняшнего дня, не имеющим никакого отношения к академическим или по­ пулярно-теологическим интересам. Знание этих доктрин обезо­ пасит общество от психологически продвинутых преступников и экспериментаторов над человеческими душами, поможет лю­ дям не соблазниться демагогией криминальных гуру и культов. Людям есть от чего защитить себя: официальные власти, распо­

с. 67

66 БОГИНЯ СУМЕРЕК лагающие военным потенциалом для реализации своих высоких амбиций, совершают человеческие жертвоприношения под зна­ менем национальных или общественных интересов. Криминаль­ ные культы, практикующие ритуальные убийства, обещают по­ слушникам спасение души в обмен на волю и тело посвященного. У гуру и руководителей этих сект свои резоны - получить удоволь­ ствие и потешить свое самолюбие. В обоих случаях у людей, под­ верженных влиянию, отнимается свобода (или политическая, или духовная), и потому необходимо понимать, как работают ме­ ханизмы иллюзии и обмана в официальном и подпольном вари­ анте одурачивания. Аналитическое постижение культа Богини должно привести к благодатному расширению поля сознания. Постижение женст­ венности может происходить в светлых и прекрасных образах. А может - и в жанре трагического откровения, мужественного и сознательного противостояния силам тьмы, распада и безумия. В любом случае мы заряжаемся силой и энергией мифологии Бо­ гини, обретаем ясную возможность расширить и возвысить наше восприятие действительности, развить и углубить видение себя, общества и мира. Культ Богини до сих пор жив в Индии, он становится все бо­ лее популярным на Западе, его уроки, может быть, окажутся спа­ сительными в контексте экологического и нравственного кризи­ са, охватившего нашу планету в начале третьего тысячелетия. В следующих главах мы рассмотрим, как образы духовной женст­ венности живут и развиваются в других религиозных традициях.

с. 68

4 Категория «инь» Название «даосизм», как, впрочем, и «индуизм», являетсяуслов- ным обозначением чрезвычайно широкого спектра социальных, научных, культурных и духовных реалий. Разнообразие даосизма (сравнимое с богатством индуистских традиций) прослеживается как в каждую конкретную эпоху, так и на протяжении всего долго­ го пути его исторического развития. Упрощая, можно сказать, что даосизм лежит в основе всей китайской культуры, специфи­ ческой китайской ментальности. Даосские легенды и мифы вос­ ходят к временам доисторическим, сохраняя память о первона­ чальной матриархальной традиции, предшествовавшей патриархальному периоду китайской цивилизации. Китайский культ женщины и женственности - одна из древ­ нейших страниц мировой истории. Хотя патриархат в конце кон­ цов сменил матриархат на официальном уровне, древние мифы и предания все же не канули в Лету, сохранились, хотя и в доста­ точно модифицированном виде. Книга правителя области Шан, которая датируется первым тысячелетием до нашей эры, сообща­ ет, что в древнем обществе «люди знали своих матерей и не зна­ ли своих отцов». Такая фраза свидетельствует о развитой системе матриархата в раннем Китае, особом типе расселения и наследо­ вания по материнской линии. Мы знаем лишь имена матерей важ­ нейших династических китайских родоначальников, основате­ лей будущих патриархальных фамилий. Целый ряд женских имен встречается в мифах, повествующих о доисторических временах. Позднейшие добавления, возник­ шие уже в патриархальную эпоху, сообщают о древнейших мудре­ цах и культурных героях, чьи биологические отцы были неизве­ стны - они-де произошли от земных человеческих женщин в результате мистического зачатия. Мотив «неизвестного отца», несомненно, свидетельство позд­ нейшей рационализации древнего матриархального мифа, харак­ терного для эпохи высокой архаики. З1

с. 69

68 БОГИНЯ СУМЕРЕК Представляется, что периодом расцвета матриархата в Древ­ нем Китае была эпоха VT-IV тысячелетий до нашей эры. В это вре­ мя мужчина в браке вступал в семью жены и не имел никаких прав на детей, «дети всецело принадлежали материнской линии». Жен­ щина могла иметь нескольких мужей, однако среди них выделялся главный, в то время как мужчины были полигамны, но одна из жен была старшей. Мы не знаем, что чувствовали дети в такой семей­ ной ситуации, которая продолжалась в течение тысячелетий. По­ степенно положение изменилось. Эндогамия уступила место экзо­ гамии, то есть брачующиеся перестали искать себе партнеров внутри своего рода, предпочитая инородцев. Супругов при этом могло быть или несколько (полигамия), или один (моногамия). Первоначальная китайская моногамия не предпочитала совме­ стного жительства супругов. Супруги жили каждый в своем роде - племени, брачные отношения ограничивались спорадическими посещениями, то есть муж навещал жену в ее жилище. Впоследст­ вии появилась традиция совместного жительства, причем цент- ром семьи становился мужчина, постепенно приобретавший все больше и больше богатства, власти и влияния. Хотя браки были достаточно нестабильны в то время, категория родителей закре­ пилась и ребенок получил легитимную возможность иметь офици­ альных «отца и мать». В древнем обществе, члены которого занимались охотой и со­ бирательством, женская деятельность вносила более весомый и надежный вклад в пропитание семьи, чем мужская охота, осна­ щение которой было все еще примитивным. Именно женщины благодаря своему хорошему знанию съедобных растений и плодов стали основательницами сельского хозяйства. Возможно, женщи­ ны были первыми заготовителями лекарственных трав, то есть родоначальницами медицины. Простейшие сельскохозяйственные элементы первоначально (около семи тысяч лет назад) являлись необходимыми атрибутами женских захоронений, и лишь много позже орудия сельскохозяйст­ венного труда стали сопровождать захоронения мужчин. Ученые находят в Китае также сохранившиеся древние зерна проса и семе­ на овощей, свидетельствующие о раннем развитии зерно- и овоще­ водства, а такая трудоемкая культура, как рис падди, появилась в Ки­ тае на две-три тысячи лет раньше, чем в доарийской Индии. Женщины и девочки играли важнейшую роль в организации животноводства, они приручали детенышей животных, пойман­ ных охотниками. Всем также известно о женском производстве

с. 70

4. КАТЕГОРИЯ «ИНЬ> 69 шелка с незапамятных времен, благодаря которому китайские женщины прославились во всем мире. Считается, что женщины первыми освоили и развили гончар­ ное дело, используя огонь не только для приготовления пищи, но и для обжига глины. Несомненно, женщины превратили опасный костер в уютный очаг, и многие древние мифологии представляют огненный дух в образе женщины или девы. Мы не говорим о традиционных женских ремеслах - прядении, ткачестве, вышивании, которые тоже появились очень давно, о чем свидетельствуют первобытные ткацкие станки, прялки, костяные иглы, раскопанные на самых древних стоянках. С незапамятных времен женщины умели делать украшения из полудрагоценных кам­ ней и слоновой кости, что опять же подтверждается раскопками. Переход китайцев от матриархата к патриархату произошел примерно в третьем тысячелетии до нашей эры. До этого мужчи­ ны и женщины жили врозь, независимо от того, состояли они в браке или нет. Хоронили мужчин и женщин также раздельно. Су­ пружеское сожительство и моногамия представляются атрибутами патриархального строя, что доказывается супружескими захороне­ ниями. Мужчина всегда занимал центральную позицию, лицом вверх, тогда как женщина была положена набок, лицом к мужу. Частная собственность, богатство, бедность - все это, возмож­ но, последствия возникновения и развития патриархальных со­ циально-политических форм. Древняя социальная история связана с превалированием пат­ риархата над матриархатом, тогда как мифы и легенды Китая (осо­ бенно даосской традиции) сохраняют память о тех временах, когда женщина являлась предметом обожания и почитания. Так, напри­ мер, один из мифов представляет женщину (чье имя можно переве­ сти как «Женственная Гармония»)1 самой создательницей челове­ чества. Когда небо и земля разделились, она слепила первых людей из желтой глины. Согласно другой древней легенде Женственная Гармония поддерживает рукой падающий свод или латает разорван­ ное небо. Поскольку «небо» традиционно ассоциируется с мужским началом, этот миф может провозглашать необходимость союза женщины и мужчины для достижения целостности, легенду можно трактовать как эхо древних матриархальных представлений о до­ минирующей роли женщины в социальной структуре архаики. 1В русской традиции принято использовать китайское имя - Нюйва (р е д .).

с. 71

70 БОГИНЯ СУМЕРЕК Женственная Гармония иногда изображается сестрой легендарно­ го мудреца, которому приписываются концепция «инь» и «ян» и ав­ торство оригинальной версии классической «И цзин», «Книги Пе­ ремен». Имя этого мудреца значит «Затаенное Дыхание»1
и является символом созидательной энергии и возможностей. Брак мудреца и Женственной Гармонии - типичный брак куль­ турного героя, когда супруга оказывается сестрой. Так, боги инду­ истской мифологии часто женятся на своих сестрах-богинях, та­ ковы же отношения Осириса и Изиды, божественных брата и сестры египетской мифологии. Похоже, что создатели древних мифов видели необходимость союза мужчины и женщины не только на сексуальном и супруже­ ском уровне, но и в смысле высшей гармонии. Поскольку мифологическое общество представляло собой единую семью, брачные отношения между братьями и сестрами реконструируют то время (неважно, реальное или сказочное), когда еще не было доминирования по половому признаку и сексу­ альные отношения не были основой социальных. Может быть, нигде китайский традиционный дух единения и взаимодействия мужчины и женщины не проявлялся столь пол­ но, как уже в упомянутой «Книге Перемен», составленной легендар­ ным китайским мудрецом «Затаенное Дыхание». Известная легенда рассказывает о том, как древний мудрец внимательно изучал все области бытия - природу, человека, небе­ са и придумал два основных символа для классификации явлений: ян - мужское начало, представленное прямой непрерывной лини­ ей, инь - женское начало, представленное прерывистой) линией. Чтобы описать все возможные отношения и границы естест­ венной, социальной и психологической жизни, мудрец компоно­ вал и перекомпоновывал эти два изначальных образца, создавая огромное число различных конфигураций. Физическая форма основных «инь-ян» символов, связанная со взаимодействием непрерывной и прерывистой линий, сущест­ венно повлияла на сексуальное и космогоническое образотворче- ство, на что недвусмысленно указывает древнейшая даосская ико­ нография. Непрерывная прямая линия «ян» вызывает понятные фалли­ ческие ассоциации, прерывистая линия «инь» абстрактно выра­ жает геометрическую идею женской промежности. Фуси (р е д .).

с. 72

4. КАТЕГОРИЯ «ИНЬ» 71 Естественно, классификация «инь-ян» не ограничена исключи­ тельно сексуальными ассоциациями и систематически распростра­ няется на всю область внеполового бытия и мышления. Не стоит слишком идти на поводу у физической конкретики даосских обра­ зов, когда эта тенденция появилась несколько веков назад и до сих пор вдохновляет некоторых исследователей. Женские и мужские образы, иллюстрирующие пару «инь-ян» литературно или поэтиче­ ски, пронизывают даосскую философию, даже если речь идет абсо­ лютно не о сексуальных вещах. Надо научиться отличать в образе форму от содержания и не соблазняться половыми констатациями. Символическая система, представленная в «Книге Перемен», на­ чинается с троичных комбинаций непрерывных и прерванных ли­ ний, которые называются «триграммы». Восемь триграмм могут быть геометрически организованы в 64 гексаграммы, то есть фигу­ ры, состоящие из шести линий «инь-ян». Каждая гексаграмма тема­ тически поименована, причем название определяет контекст, внут­ ри которого можно интерпретировать элементарные компоненты и их отношения. Эта система восхождения от элементарных поня­ тий к самым сложным может быть применена в различных жизнен­ ных и аналитических ситуациях. Насчитывается 72 сферы жизнеде­ ятельности, в которых эта система работает, что, естественно, порождает сотни томов комментариев на китайском языке. Как видно из заглавия « Книги Перемен», книга освещает пробле­ мы изменчивости, трансформации, эволюции. Фундаментальные энергетические категории «инь-ян» рассматриваются не в абсо­ лютно-статическом аспекте, а в динамически обусловленном. Они предполагают множественность взаимодействий и интерпрета­ ций, что позволяет комментаторам заниматься тончайшей нюан­ сировкой смыслов и значений, широко используя при этом метод тематической аналогии. Так как триграммы состоят из трех ли­ ний, между компонентами «инь» и «ян» неизбежно существует асимметрия. Одна триграмма состоит исключительно из сплош­ ных линий (ян), другие - из прерывистых (инь), остальные шесть представляют собой различные комбинации двух типов линий. Триграмма, состоящая из трех «ян», называется Небо, Отец, Тво­ рец, три линии «инь» образуют триграмму Земля, Мать, Воспри­ нимающая. Союз «ян» и «инь», Неба и Земли является базисом ос­ тальных шести комбинаций. Эти шесть возможностей асимметричного сочетания линий «ян» и «инь», своеобразные плоды союза Неба и Воспринимающей Матери Земли, символизи­ руют момент взаимоперетекания основных природных стихий.

с. 73

72 БОГИНЯ СУМЕРЕК Традиция помнит три различные версии «Книги Перемен», по­ следовательно сменившие друг друга. Первая версия, как уже было сказано, была написана мудрецом «Затаенное Дыхание». Вторая приписывается мифологическому герою, чье имя переводится «Правитель Центра». Третья, существующая и поныне, составлена историческими правителями, чьи имена расшифровываются так: «Король Культуры» и «Князь Вселенской Справедливости»1. Согласно даосской традиции считается, что категория «инь» получила наиболее полное выражение во второй версии «Книги Перемен», ныне утерянной. Эта вторая версия, трактовавшая функции «инь» в системе традиционной даосской культуры, хоть и считается исчезнувшей, но сохранила свое древнее название «Книга Перемен: возвращение к основам». Вопрос об авторстве этой книги до сих пор остается открытым в науке, хотя традиция при­ писывает этот труд, посвященный категории «инь», легендарно­ му герою Хуан-ди, чье имя обычно переводится как «Желтый им­ ператор». Такова официальная патриархальная традиция. Каждый цвет имел в Древнем Китае символическое значение. Желтый ассоциируется с Центром (как, например, точка пересе­ чения четырех направлений по сторонам света). А Земля, как уже говорилось, является «И-цзин», «материнским» символом. Иероглиф «ди», обозначающий «император», может быть пе­ реведен и как «Божество», по крайней мере таковым было его древнее значение. «Хуан-ди», таким образом, можно трактовать и как «Владыка» или «Божество» центра (середины) или Земли». Иероглиф не предполагает определенного рода и потому может обозначать Богиню Земли. Современные открытия в области изучения древнейших пракитайской и протокитайской цивили­ заций бросает дополнительный свет на проблему перевода «Хуан- ди», подтверждая иные прочтения иероглифа. Оказывается, в древнейших мифологиях Хуан-ди считалась женщиной, супру­ гой Бога. Согласно примитивным представлениям высокой арха­ ики если Небо было божеством мужского пола, то Земля должна быть женщиной, богиней, или, если бог ассоциировался с Небом, то богиня, естественно, с Землей. Идентификация Хуан-ди с богиней Земли и ее связь со второй версией «Книги Перемен» (Возвращение к Истокам) представится нам еще более возможной с учетом следующей информации, каса- Вэнь Ван и Чжоу Гун (р е д .).

с. 74

4. КАТЕГОРИЯ «ИНЬ. 73 ющейся истории древнего памятника. Как известно, сегодняшняя (третья) версия Книги начинает излагать важнейшие символы да­ осизма с абсолютной «ян» гексаграммы Неба. Вторая, более древ­ няя версия, приписываемая Хуан-ди, открывалась с абсолютной «инь» гексаграммы Земли. Это представление служит достаточным подтверждением то­ го, что Хуан-ди ассоциировалась с богиней Земли и что вторая версия «Книги Перемен» возникла еще в доисторические времена, когда предки китайцев жили при матриархате. Мы помним, что «материнская» гексаграмма Земли составля­ лась исключительно из «инь»-линий. «Инь» предполагает разные ассоциации, как «добрые, хорошие», так и «плохие, порочные». На­ пример, гибкость - это хорошее женское качество «инь», «уступчи­ вость» - плохое, своего рода извращение качества «инь». Земля тра­ диционно символизирует истинные, добрые качества «инь». Слово «Инь» первоначально значило «тень» в противополож­ ность «Ян» - солнечному свету. Развитие термина привело к тому, что словом «инь» стали обозначать тьму и прохладу, в буквальном и переносном смысле. Другие, связанные с главным значения - «спрятанный», «сокровенный», «невидимый», - позволилитерми­ ну «инь» стать выражением тайны, таинства, умного созерцания. «Инь» в смысле типа поведения предполагает почтительное, куртуазное отношение, или, если принять психологический аспект терпения, - послушность, открытость, скромность, предупреди­ тельность, беспристрастность, выдержку, самоконтроль. Метафи­ зика «инь» связана с понятием пустоты, трансцендентности, духов­ ности. На уровне медитации «инь» представляет собой спокойствие, сознание или внутреннее видение. Все вышеперечисленные аспекты «инь» являются важнейши­ ми воспитательными факторами даосской школы. Так как каждый человек содержит в себе черты «инь» и «ян», нет смысла говорить о предпочтительности или предрасполо­ женности к чему-либо того или иного типа. Для целостности и со­ вершенства души и тела человека требуется взаимная гармония факторов «инь» и «янь». Представляется, что нет ничего предосудительного (неожи­ данного, странного) в том, что категории «инь» традиционно иллюстрируются женскими образами, ведь женщины развива­ ют и культивируют в себе это начало более органично и интен­ сивно. Большую роль в культивировании (иногда избыточном) женских проявлений играют общественные нормы и институ­

с. 75

74 БОГИНЯ СУМЕРЕК ты, но они никак не отменяют глубинных биологических фак­ торов, формирующих основы матрицы «инь». Деторождение в особенности провоцирует развитие таких ка­ честв «инь», как спокойствие, терпение, выдержка, самоконт­ роль: уход за ребенком требует от матери интуиции, чувствитель­ ности, внимательности, способности откликнуться на его младенческие нужды. Как будет показано ниже, даосские учителя активно использовали эти женские естественные примеры и об­ разы для описания процесса медитации. В этом смысле даосский культ богини Земли имеет как естествен­ нонаучный, так и религиозный аспекты, в нем соединяются и духов­ но просветляются биологические, социальные, психологические интуиции. Используя образы естественно-жизненного взаимодейст­ вия и восхождения, даосизм дал китайскому обществу модель «вос­ ходящей спирали» науки и культуры, признанную уравновесить практику «нисходящей спирали» политики и военщины. ТАИНСТВЕННАЯ ЖЕНЩИНА Стало традиционным противопоставлять индийское понимание времени и истории китайскому. Индийское время считается цик­ личным, китайское - принципиально линейным. Такую разницу национальных менталитетов принято объяснять через различие философских систем: индийская философия более тяготеет к аб­ страктности, китайская - к конкретности. В целом этот взгляд ве­ рен, но, как всякий стереотип, он нуждается в коррекции как со­ держательной, так и фактической. Неверно утверждение о прямолинейности китайского мыш­ ления. Китайские мыслители развили свою систему метафизиче­ ских понятий и свое представление о мировом циклизме, соотно­ симое с индуистским. Своими высшими достижениями даосская философия обязана буддизму, с которым находилась в постоян­ ном контакте, и по мере развития даосская метафизика станови­ лась все более эзотеричной. Космические циклы, обозначенные в индийской метафизике, были слишком пространны и плохо подходили для повседневных нужд, и потому индусское практическое времяисчисление было столь же линейным, как и китайское. Между индийским и китай­ ским менталитетами гораздо больше общего, чем принято думать. Боги и богини, культурные герои и героини и сами метафизи­

с. 76

4. КАТЕГОРИЯ «ИНЬ» 75 ческие категории мыслятся индусами и китайцами как пары су­ пружеские или родственные (брат и сестра). Сходство культур именно на этом уровне представляется более основательным и всеобъемлющим, чем, допустим, на уровне философии исто­ рии и времени. Символическая женско-мужская парность, характерная для индийской и китайской мифологии и философии, зиждется от­ нюдь не на фактах культурного заимствования или влияния, мало того, представляется, что нет никакой необходимости осмыслять сходство в этих терминах. Впрочем, возможные межкультурные контакты могли оказать свое влияние на формирование мифоло­ гических систем, приведя к известному синкретизму последних. Метафизика божественного союза и взаимодополнительнос- ти «инь» и «ян» тяготеет к статичности и абстрактности, носит вневременной характер. На конкретно-событийном уровне чис­ тота категорий замутняется всякими примесями и добавками. Рассмотрим одну проблему - реальное место женщины в об­ ществе и религии. Существуют две противоположные историчес­ кие тенденции, которые хоть все время и пересекаются, но в лю­ бом случае разводят изначальную целостность человечества по двум осям: горизонтальной и вертикальной. Эти тенденции хорошо просматриваются в пределах индий­ ской и китайской историй: рост влияния военно-экономической элиты и падение женского авторитета, сокращение женских прав и полномочий. Оба процесса протекали одновременно не только в Индии и Китае, но и во многих других частях света. Благодаря уникальной древности китайской традиции и ее всегда очень ост­ рому переживанию истории мы можем рассматривать эту культуру как своего рода модель перехода от матриархата к патриархату, ко­ торый сопровождался ростом технократического милитаризма. История Китая дает возможность пронаблюдать этот переход с большой четкостью. Официально патриархальные отношения устанавливаются в Ки­ тае при императоре Ци из царства Ся, наследнике первой историче­ ской династии по отцовской линии. Император Ци жил более четы­ рех тысяч лет назад, то есть между 2197-2188 гг. до нашей эры. Перед этим царственные родители Ци правили совместно и сумели объединить разрозненные китайские племена в государ­ ство, состоящее из девяти провинций - в соответствии с класси­ ческим китайским законодательством. Эта модель супружеского царствования и правления народом

с. 77

76 БОГИНЯ СУМЕРЕК оказалась весьма состоятельной и не раз возрождалась в поздней­ шей китайской истории, когда официальным (де-юре) правите­ лем был император и мужчины доминировали в обществе и поли­ тике. Традиция крепко прижилась, и весьма показательным представляется то, что императрица после смерти мужа (то есть на правах вдовствующей королевы) открыто и официально брала власть в свои руки. Что мы знаем о родоначальнике патриархального царства им­ ператоре Ци, который правил около четырех тысяч лет назад? Ци был сыном великого императора Юя1, легендарного героя ранней китайской истории. Юй руководил созданием плотин и других водных инженерных сооружений (тогда еще не будучи императо­ ром) и всенародно прославился во времена Великого Потопа. Естественно, Юй действовал не один, но мифологическое со­ знание называет именно его «усмирителем наводнения». Соглас­ но легенде Юй был первым царственным отцом, самостоятельно взрастившим своего сына-наследника. Грандиозная работа по осушению земель заняла 12 лет. Юй руко­ водил работами на местах, взяв из материнского клана своего сына. Такого раньше не случалось, ибо дети всегда воспитывались матеря­ ми. Катастрофическая ситуация требовала создания прочного муж­ ского клана, более организованного, чем предполагали матриар­ хальные общественные отношения. Великий Потоп, быть может, сыграл главную роль в формировании организации, которая легла в основу матриархата в Китае. Юй был избран верховным вождем за свои труды по избавлению народа от последствий потопа. Он был последним монархом, мирно пришедшим к власти на основании избрания, а не родового преем­ ства, последним в ряду Трех Великих императоров - Яо, Шунь, Юй, которых конфуцианцы и даосы чтили как древних мудрецов. Эти три властителя жили на самой границе мифа и истории: они не со­ стояли в ближайшем родстве и восходили на трон отнюдь не на ос­ новании права престолонаследования или права завоевателя. Невоенное и небиологическое преемство монархов было аб­ солютным торжеством «меритократии» (власти лучших, наибо­ лее заслуживающих ее). Необходимо учесть, что историческим фоном их выдвижения был матриархат. 1 Юй принадлежит к упоминавшимся культурным героям, «не знавшим биологического отца» (мать родила его, проглотив жемчужину). Интересно, что китайская традиция называет его «потомком Нюйва в девятнадцатом поколении» (р е д .).

с. 78

4. KAIU u v m «инь» 77 Критерий «заслуженное™, способности» в выборе верховно­ го представителя народа был и остался традиционным конфуци­ анским идеалом исторического правления, и хотя прецедент ни­ когда не повторялся в актуальной истории, последователи Конфуция продолжали считать личные качества правителя более ценными, чем родовые или биологические, и более моральными, чем военная доблесть. Хотя император Юй воспринимался древними философами идеальным патриархальным монархом, он сохранил многие чер­ ты матриархального сознания того общества, в котором рос и воспитывался. Легенды ничего не сообщают о его желании стать деспотичес­ ким правителем, «настоящим мужчиной» на троне (идеалом но­ вейшей истории). Напротив, мы узнаем, что он любил советовать­ ся с женой по самым важным государственным вопросам, что, скорее, делает его похожим на древних мудрецов, отличавшихся терпимостью и уважительностью к другим. Имперская чета совместно руководила также процессом объ­ единения китайских племен, который, быть может, начался сов­ сем незадолго до этого - во время Великого Потопа. Именно они заложили основы древнейшей (не побоимся сказать) китайской федерации с центром в городе Хода, существование которой ос­ паривалось западными исследователями до недавних пор, то есть до времени последних археологических находок, подтвердивших существование подобного сверхплеменного союза. Мы нигде не найдем упоминания о том, что император Юй был родоначальником династической преемственности и патри­ архальных отношений. Когда Юй вошел в преклонный возраст, его сын и воспитанник Ци стал инициатором продуманных и ре­ шительных мер, целью которых была передача власти детей и собственности в руки мужчин. Наследование верховной власти по отцовской линии было одним (впрочем, главнейшим) из зве­ ньев патриархальной программы, от которого зависели другие новообразования. Таким образом, можно сделать вывод, что патриархальная ре­ волюция сама по себе не являлась главнейшим мотивом деятель­ ности императора Ци, так как он ратовал за преемственность по­ литической власти по отцовской линии. Ци хотел удержать власть за своим сыном, вот почему в памяти китайской традиции связь между патриархатом и различными формами угнетения и притес­ нения оказалась столь живой. История борьбы императора Ци за

с. 79

78 БОГИНЯ СУМЕРЕК власть является прекрасной иллюстрацией к вышесказанному. После смерти отца Ци уничтожил всех возможных соперни­ ков и тем самым сделал себя единственным претендентом на трон в Ся. В результате Ци стал первым в Китае престолонаслед­ ником по отцовской линии. Став династическим вождем, Ци ос­ новал и другую традицию патриархального китайского владычест­ ва - оправдывать содеянное монархом любой ценой, пусть даже за счет убийства родственников или ломки государственных устоев. Сегодня уже никого не удивит аналогия между психологией вла­ сти и насилия и физиологически-химическими реакциями сража­ ющихся за сферы влияния приматов. Можно предположить, что поразительные (в смысле кровожадности и неистовства) деяния китайских императоров были отчасти инспирированы биохими­ чески, то есть являлись следствием борьбы за власть. Интересно, что матриархальные отношения никогда не порождали подобных эксцессов. Объяснить это можно особым гормоновозбуждающим характером патриархальных институтов, примером чего выступа­ ют огромные гаремы, повышающие химическую энергетику муж­ чин до степеней, ранее неизвестных. Впрочем, было бы некорректным считать любую форму по­ давления или доминирования патриархальной по своей сути и что матриархальные лидеры не пользовались правом подавле­ ния подданных и обладания многими сексуальными партнерами. О великой Химико (Пимико), правительнице Ямато (Япония) в III веке до нашей эры, говорили, что она «не имела мужа», но большинство мужчин ее царства были ее любовниками, ибо она привораживала их магией. Сама будучи шаманкой, дела государ­ ственного управления Химико делила с братьями. Описание Химико - любимый пример патриархально мыслящих исследователей древней (то есть матриархальной) истории. Считается, что женщины-жрицы, практиковавшие шаманизм, руководили большинством провинций (весьма многочисленных) Древней Японии, возможно они были настоящими лидерами, то есть обладали необходимыми профессиональными данными, мощнейшей витальной энергетикой и высочайшей химической реактивностью мозга. Возвратимся в Китай второго тысячелетия до нашей эры, то есть в самое начало патриархальной эры. С тех пор как император Ци провозгласил себя единовластным и законным наследником-власти- телем, он учредил моногамию, то есть единобрачие на официаль­ ном уровне. Понятно, что местные князьки, правившие многочис­

с. 80

4. КАТЕГОРИЯ «ИНЬ= 79 ленными провинциями новоявленной китайской «федерации», в большинстве своем наверняка не соблюдали моногамный режим. Даже если наше предположение неверно, властители провинций, помимо жены, должны были иметь наложниц и любовниц, так как подарить влиятельной особе юную красивую девушку всегда счита­ лось политически беспроигрышным ходом. К тому же в те времена было весьма распространено рабство и многие женщины в результа­ те завоеваний переходили в собственность победителя. Древнекитайская федерация никогда не могла похвастаться стабильностью, так как борьба за землю и сферы влияния посто­ янно сопровождала клановый строй, основанный на возвышении местной аристократии. Кроме того, многие племена не входили в состав федерации и считались варварами, и насильное завоева­ ние таких племен считалось благим делом, легитимным расшире­ нием цивилизации. Таким образом, можно с уверенностью сказать, что у высоко­ родных завоевателей-мужчин было множество вполне официаль­ ных возможностей заводить сколько угодно наложниц в своих се­ ралях, служанок, работниц и рабынь - для домашнего хозяйства и развлечения. Сын и преемник императора Ци Тайкан последовал примеру своего отца, подтвердив свои династические права на трон. По старой традиции его старшая жена покинула молодого импе­ ратора, забрав с собой пятерых детей. Следование старой тради­ ции было воспринято конкурентами как агрессивный вызов новому порядку. Государственные нормы были попраны, и восстановить их сумел легендарный Хоу-и, который воспользовался непроститель­ ным промахом молодого императора и сменил его на троне. Хоу-и (в духе своих недавних предшественников) воспринял свой титул как лицензию на абсолютную вседозволенность. Но и его жена в соответствии с древним этикетом, подтверждающим женскую вольность, покинула императора. Между прочим, Хоу-и согласно легенде был прекрасным лучни­ ком (стрелком)1, пришедшим в столицу с востока, и его мифологи­ зированный образ укрепляет связь патриархата с милитаризмом и тиранией. Жена, покинувшая Хоу-и, звалась Чань-е, знаменитая «Лунная госпожа». Легенда поэтически сообщает, что от своего мужа она удалилась на Луну, обосновавшись в одном из лунных 1 В мифах этот персонаж обычно именуется Стрелком И (р е д .).

с. 81

80 БОГИНЯ СУМЕРЕК дворцов, и, таким образом, оказалась вне досягаемости супруга. Сегодня Чань-е считается первой женщиной, имевшей муже­ ство восстать против многоженства в Китае. Династия Ся официально прекратилась через 16 поколений, в XVII веке до нашей эры, вместе со смертью императора Цзе-ва- на (1818-1766 гг. до нашей эры). Его распущенность и порочность стала притчей во языцех, а имя сделалось в китайских политичес­ ких хрониках синонимом коррупции, зла, насилия. Его правление было долгим, и в этот период он сумел уничтожить огромное ко­ личество своих подданных и денежных ресурсов страны, будучи постоянным зачинателем грандиозных строительств и захватни­ ческих войн. Среди его развлекательных проектов следует отме­ тить «винное озеро» и «лес плоти». В конце концов кровожадного правителя свергли в результате восстания, во главе которого ока­ зался вождь могучего княжества Шан (другое название - Инь). Шан уже тогда был достаточно древним родом. Его вождь Тан- ван поднял «федеральных» князей на восстание против импера­ тора в 1766 году до нашей эры. Первый вождь племени Шан, как сообщают источники, не знал своего отца и чтил мать, абсолют­ но в духе матриархального закона, который, казалось, был офи­ циально упразднен несколько веков назад. Остается предполо­ жить, что новые порядки, насаждавшиеся представителями династии Ся, игнорировались в некоторых провинциях, напри­ мер на земле Шан, и вполне могло случиться, что пращуром это­ го племени была женщина, а не мужчина. Помня о своем матриархальном прошлом, племя Шан сохра­ нило некоторые древние традиции, что проявлялось в уважи­ тельном отношении к женщине. Женщинами исполнялись неко­ торые административные и жреческие функции, а женская аристократия активно влияла на решение политических и эконо­ мических вопросов. Такая ситуация продолжалось по крайней мере до XIII века до нашей эры и получила распространение за пределами Шан. Прави­ тель Шан Вутинь завоевал соседние земли и насадил там свои зако­ ны. В этом походе главным полевым маршалом императора была не кто иная, как его супруга Фу Хао. Очевидно, женщина хорошо зна­ ла свое дело: раньше под ее личным началом были внутренние вой­ ска и она могла распоряжаться своим имуществом, так как счита­ лась очень богатой женщиной. Первая в патриархальной истории женщина-полководец, императрица Фу Хао своими славными воен­ ными подвигами укрепляла верховные позиции династии Шан.

с. 82

4. КАТЕГОРИЯ «ИНЬ» 81 Во время правления этой династии моногамия продолжала ос­ таваться нормативным браком, но многие аристократы предпочи­ тали полигамию. В экономике Шан применялся рабский труд, и женщины-рабыни считались экономической и сексуальной соб­ ственностью рабовладельцев. Огромное количество незаконно­ рожденных детей, чьи матери были рабынями уже тогда (то есть три тысячи лет назад!), грозили превратиться в особый низший класс, представители которого жили в нищете и бесправии. Не случайно китайское слово «простолюдин» имеет исконное зна­ чение «бастард», незаконнорожденный. И все же культурный и общественный статус женщины про­ должал оставаться высоким в эпоху Шан, особенно в среде арис­ тократов. Высокородные бабушки и матери окружались всячес­ ким почетом и уважением. Некоторые из этих знатных дам удостаивались даже ритуалов и специальных церемоний в их честь, о чем сообщают недавно найденные древние надписи на кости. Ритуальные чествования вельмож-мужчин станут нормой позже, когда патриархальные традиции абсолютно затмят матриархальные. Династия Шан закончила свои дни так же, как Ся, в 1039 году до нашей эры, когда был свергнут последний и наиболее порочный ее представитель, чьи бесчинства вызвали мощную оппозицию1. В ре­ зультате восстания к власти пришел император Фа из древнего ро­ да Чжоу, корни которого уходили в матриархальную традицию. Правительство Шан было свергнуто, и учредились новые по­ рядки. Образы императора Фа и его преемница Вэнь-вана станут культовыми для конфуцианцев, которые будут почитать время правления этой династии золотым веком. Мать Вэнь-вана - первая женщина в истории Китая, практико­ вавшая систему «эмбрионального воспитания». Чтобы обеспе­ чить хорошее самочувствие плода, матерям рекомендовалось ежедневно выполнять определенные упражнения и процедуры. Считается, что именно благодаря успешному эмбриональному воспитанию Вэнь-ван проявил множество талантов и слыл иде­ альным монархом. Он сумел удержаться на троне полвека и так укрепил свое государство, что его наследники могли успешно противостоять Шан в течение следующих 50 лет. 1 Описание конца этой династии настолько напоминает описание краха царства Ся, что исследователи задаются вопросом: не есть ли это варианты одного и того же предания? См. Юань Кэ, «Мифы Древнего Китая» (р е д .).

с. 83

82 БОГИНЯ СУМЕРЕК Династия Чжоу разделила старинную федерацию на 71 фео­ дальную провинцию. Правительство щедро раздавало поместья членам правящей семьи, удачливым министрам, родственникам, природным аристократам. Официально вся земля принадлежала правителю, мощная кла­ новая структура и узаконенное наследование по отцовской линии упрочили патриархальные отношения в Китае. Статус женщины во времена династии Чжоу существенно понизился. Обычай иметь много жен и сыновей получил распространение особенно в среде высшей (естественно, мужской) аристократии. Мы помним, что традиция многоженства и содержания целого штата наложниц появилась во времена династии Шан и с тех пор не обрывалась. Наложницами обычно становились женщины пле­ ненных враждебных племен и домов. Эти традиции и сформиро­ вали патриархальную идеологию Чжоу, которая заключалась в распределении сфер влияния по половому признаку: «Место женщины внутри, место мужчины - вовне». Здесь мы видим, где находятся корни конфуцианской догмы времен династии Чжоу. Победители Чжоу официально объявили, что династия Шан пала из-за того, что женщины допускались в большую политику. Результатом этого мнения было отстранение женщин от участия в общественной жизни. В домашнем кругу женщин по-прежнему уважали и чтили. К по­ литике же они не могли иметь прямого отношения. Отстранен­ ные от «большой» политики женщины стали заниматься «камер­ ной» политикой. Настало время расцвета дворцовой интриги, каждый крупный политический ход имел частную, камерную по­ доплеку. Знаменитый лозунг «ищите женщину» стал вездесущим. Причем образ «скрытой женщины» или «таинственной дамы» го­ ворил как о женской скрытности и таинственности, так и о том месте в структуре общественного здания, которое она стала зани­ мать в патриархальном Китае. «ТАИНСТВЕННАЯ ЖЕНЩИНА» ВО ВРЕМЕНА ДИНАСТИИ ЧЖОУ Первый период правления династии Чжоу получил название «За­ падный Чжоу», что связано с перемещением столицы на Запад. Это случилось в 771 году до нашей эры вслед за убийством 12-го по сче­ ту правителя династического престола. Следующий период - «Вое-

с. 84

4. КАТЕГОРИЯ «ИНЬ> 83 точный Чжоу» - традиционно подразделяется на Эпоху Весен и Осеней (770-476 гг. до н. э.) и бесславную Эпоху Сражающихся Царств (475-221). Последний период был отмечен самым разнуз­ данным милитаризмом, атмосферой насилия и кровопролития. Эпоха Весен и Осеней прославилась как период политических конфликтов и дворцовых интриг. Исторические хроники утверж­ дают, что за три столетия произошло 36 убийств местных прави­ телей. Исчезли 52 мелких княжества, огромное количество поме­ стной аристократии лишилось своих земель. Таким образом, политические убийства на высшем уровне совершались раз в 12 лет, а каждые шесть лет с карты государства стиралось то или иное самостоятельное княжество. Причем все это произошло до начала мятежной Эпохи Сражающихся Царств, когда авторитет, богатство, доходы, нравы императоров Чжоу опустились до са­ мой низшей точки. Политическая анархия Эпохи Весен и Осеней стимулирова­ ла социально-этический хаос. Распущенность нравов покрыла аристократию позором. Представители высших классов (обо­ их полов) повсеместно вступали в неофициальные сексуаль­ ные отношения, нередко даже с родственниками. Другим характерным порождением эпохи политического и социального кризиса было укрепление правительственной «службы эскорта», возникшей первоначально в могущественной династии царства Ци под непосредственным руководством при­ дворного ученого (социалистического толка) по имени Куан Чунь (730-645 гг. до н. э.). «Эскорт», состоявший из женщин-рабынь, должен был развле­ кать высоких правительственных гостей. Старая тактика «опуты­ вания красавицами» (одна из так называемых «36 стратегий), то есть воздействие через постель, могла теперь применяться совер­ шенно спокойно, без всяких политических затруднений, обычно связанных с процессом женитьбы или передачи наложниц. Такой порядок вещей, предельно дискредитировавший статус женщи­ ны, продолжал существовать и в дальнейшем, что сопровожда­ лось распространением милитаристских и социальных идей, со­ ставивших вскоре оплот новой китайской государственности. В то же время поместная женская аристократия продолжала существовать и выполняла вместе с мужьями свою социокультур­ ную миссию. Но это были лишь отдельные сильные личности, от активности которых зависело экономическое и духовное разви­ тие той или иной провинции.

с. 85

84 БОГИНЯ СУМЕРЕК Но и те, кто активно и продуктивно участвовал в управлении, сами (как и все влиятельные люди) становились жертвами коры­ столюбцев, проходимцев, вредителей. Даже такие женщины не всегда умели безболезненно выпутаться из жестоких и безжалост­ ных пут дворцовой интриги. Именно падение женского социополитического статуса могло заставить женщину обратиться к оружию интриги, ведь женщины гораздо более уязвимы, чем мужчины, а другой стратегией борьбы они не располагали. Возможно, именно эти причины, как, впро­ чем, и рост сексуальной эксплуатации женщин в политических или развлекательных целях, привели к формированию стойкого мне­ ния: женщин необходимо совершенно отстранить от участия в об­ щественной жизни, ибо, как говорит «Книга поэзии», канонизиро­ ванная конфуцианцами: «Беспорядок не спускается с неба, но порождается женщиной». Миновала Эпоха Весен и Осеней, наступила Эпоха Сражаю­ щихся Царств, и исчезло всякое подобие государства времени Чжоу. В это жестокое время семь крупнейших соперничающих друг с другом царств поглотили десятки мелких. Появилась масса политически ориентированных школ, политических доктрин, пы­ тавшихся разобраться в существующей анархии, понять возмож­ ные пути политического и социального развития. Именно тогда прследователи Конфуция оформились в еди­ ную школу, которая и заложила основы конфуцианской ортодок­ сии. В это же время последователи Лао-цзы, легендарного стар­ шего современника Конфуция, пытаясь противостоять моралистическим и милитаристским тенденциям эпохи, провоз­ гласили свой путь спасения - даосизм. Когда воинственные вожди яростно оспаривали свое право на абсолютное господство, даосы всячески старались возродить древ­ нее почитание женщины, удержать традиции высокой архаики. Духу своего агрессивного воинственного времени даосы про­ тивопоставляли идеалы миролюбия и спокойствия. Они акценти­ ровали положительные качества «инь», рассматривая процесс развития общественного целого по аналогии с гармоническим развитием отдельной личности человека. Пацифистски настроенные даосы применяли категории «инь» в развитии вопросов частной и общественной жизни. Это прекрасно иллюстрируется книгой «Дэ-дао-цзин», древней версией классического даосского канона «Дао-дэ-цзин». «Дэ-дао-цзин» возникла в школе под названием «Хуан-Лао», что

с. 86

4. КАТЕГОРИЯ «ИНЬ» 85 связано с именем Хуан-ди - Земной богини, воплощенной в обра­ зе Желтого Имератора, и именем Лао-цзы, древнего мудреца, ко­ торому по традиции приписывается составление классической книги «Дао-дэ-цзин». Рассматривая взаимное отражение микро- и макрокосмоса, философия дао пыталась сформулировать прин­ ципы управления телом, умом, землей, народом в полном соответ­ ствии с законами природы. Рассматривая политическую анархию Эпохи Сражающихся Царств терминах «инь», книга гласит: «Великая нация устремляет­ ся вниз, в духе женщины - подчиниться давлению мира, женщина

• место принятия мира. Женщина всегда побеждает мужчину по­ коем, будучи в покое, уместнее было внизу. И вот великая нация берет малое царство, склоняясь перед малым царством, малое цар­ ство берет великую нацию, склоняясь перед великой нацией»1. В понимании даосизма «уступчивость», связанная с категори­ ей «инь», не подразумевает неспособности или несостоятель­ ности, не предполагает полного самоотречения или жалкого ра­ болепия. Скорее, это способ превозмогания всяческих неприятностий с наименьшими потерями для себя, путь преодо­ ления препятствий в окружении враждебных, агрессивных сил. «Дэ-дао-цзип» учит: «Нет ничего в мире более уступчивого, чем во­ да, но ничто не сравнится с силой воды, атакующей твердое и крепкое, ибо ничто не способно изменить ее. Все знают, что во­ да может сокрушить то, что стоит прочно, уступчивость может сокрушить силу, но никто не пользуется этим (правилом)». Понятно, что фактор «инь» не должен браться сам по себе, но обязательно в противопоставлении или дополнении к «ян». Клас­ сическое даосское обращение к принципам и практикам «инь» в дипломатических или политических сферах является, как пока­ зали цитированные источники, ответом на доминирование агрес­ сии и силы. В терминах даосизма это значит «спокойствием по­ беждать страсть», «прохладой побеждать жару». В согласии с принципом равновесия и гармонии каждый человек должен ста­ раться внутренне согласовать принципы «инь» и «ян», проявлять такую степень активности, которую требует время и ситуация. Представляется вполне естественным, что даосские учителя той бурной эпохи хоть акцентировали важность качеств «инь» и «ян», связанных с миром и стабильностью, но и напоминали о не­ обходимости сочетания «инь» и «ян». Однако даосское критичес­ 1 Томас Клири, «Дао-дэ-цзин», том 1 даосской классики. Бостон: Шамбала, 1999.

с. 87

86 БОГИНЯ СУМЕРЕК кое (модифицированное) понимание «ян» предполагает смягче­ ние, очищение мужского начала через «инь». Эта гармония категорий «инь» и «ян» замечательно иллюстри­ руется в следующих знаменитых словах «Дэ-дао-цзин»: «Зная муж­ ское, сохраняй (береги) женское, внимательно присматривайся к миру, могущество бывает длительным, когда возвращается к не­ винности». Принцип «инь», предполагающий «женственное» отношение к миру, рекомендуется не только в политике и общественной жизни, он является символом восприятия, понимания мира. Равновесие «знания», «управления» мужского начала «ян» и «сохранения» «взращивания», то есть женского («инь») отноше­ ния, необходимо как в публичной, так и в частной жизни, как в по­ литике, так и в обычном человеческом общении - профессиональ­ ном и сугубо личном. На более глубинном уровне образ «инь» оказывается символом внутренней жизни духа. Иногда даосскую метафизику упрекают в оторванности от насущ­ ных социальных и политических задач, но на самом деле это не так. Стержневым элементом, пронизывающим все уровни бытия, явля­ ется для даосской традиции фактор «инь». Сама идея создания мир­ ного, спокойного общества связана с возможностью воспитания мирного спокойного человека, и методика такого воспитания, ко­ нечно же, укоренена в природе «инь». «Очищай дух, - говорится в «Дэ-дао-цзин», - и ты избавишься от по­ роков: это и есть откровение мистической женственности. Мистиче­ ская женственность - вот основа Вселенной, тонкая непрерывность, она воистину здесь, применяй ее без напряжения». Веками даосы культивировали эту тонкую непрерывность ми­ стической женственности. Чем более ужасным становится мир вокруг, тем с большим бла­ гоговением и осторожностью они почитали женское начало «инь», изучая и врачуя болезни общества божественным светом духа.

с. 88

5 Узурпация «инь» Противоречия китайского общества углублялись в течение пер- вого тысячелетия до нашей эры. Одним из проявлений этого про­ цесса было возникновение огромного количества всевозможных учений и доктрин, имевших целью исправить или спасти мир. Некоторые философы предлагали осуществить реформу обще­ ственной морали, другие проповедовали бегство от мира, третьи пытались изменить государственную машину и ввести систему со­ циального контроля. Все прекрасно понимали - что-то не так, не­ правильно, но мнения о причинах государственной болезни и спо­ собах лечения были разные. Придание мистического статуса женскому началу «инь» сопровож­ далось ростом деспотизма и милитаризма в общественной и политиче­ ской жизни китайского общества и сохраняло «женское», то есть вне­ дряя «инь» в самую плоть мышления и поведения. Даосы также «познавали мужское», обличая извращенную природу деспотичес­ ких милитаристских правительств и предлагали альтернативные модели структурирования общества. Распространение теории конфуцианства, основанной на идеа­ лизации патриархальной династии Чжоу, усилило философию муж­ ского господства и женского подчинения. Хотя конфуцианство имело в основе своей теорию пацифизма, на практике оно поощря­ ло государственный милитаризм, так как опиралось на тезис абсо­ лютной законности власти. Несмотря на то что конфуцианство стяжало название «Мягко­ го Пути», этот термин, скорее, определяет отношение к морали и ритуалу, чем свидетельствует о гармонизирующем освоении фактора «инь». Конфуцианские классические труды традиционно были по­ священы ритуалам и манерам, они сыграли важную роль в фор­ мировании дворцового и семейного этикета. Женщина была бук­ вально опутана со всех сторон разными ритуальными и этикетными ограничениями, что своеобразно предвосхитило

с. 89

88 БОГИНЯ СУМЕРЕК ее дальнейшую плачевную судьбу - два тысячелетия социального гнета и подавления. Классическая «Книга Ритуалов» гласит: «Жены не должны иметь ни личных денег, ни личной собственности, ни личных ве­ щей. Им не разрешается брать деньги в долг или давать деньги в долг в частном порядке». Глава «Книги Ритуалов» под названием «Подробный этикет» очень детально излагает, как должна вести себя скромная женщина: «Слушай беззвучное, смотри на бесфор­ менное, не взбирайся на вершины, не заглядывай в пропасть, не бранись без причины, не смейся без причины». Там также гово­ рится: «Не подслушивай, не повышай голоса, когда отвечаешь, отводи взор от неприличного, не предавайся лености и легко­ мыслию». Столь же строго регламентируется субординация женщины: девушка должна быть подчинена отцу и братьям, жена - мужу, вдо­ ва - сыну. Женщина - теперь существо низшего социального по­ рядка, что подтверждается практикой убийства новорожденных девочек. Вдовам пока еще разрешается заново выходить замуж без публичного посрамления, но в дальнейшем конфуцианская патри­ архальная ортодоксия уничтожит и это послабление для женщин. На политическом фронте произошли существенные перемены. Бесконечные конфликты Эпохи Сражающихся Царств привели, на­ конец, к выдвижению дома Цинь, когда-то слабейшего (в культурном смысле) из семи главных царств. Один из источников могущества Цинь (о чем принято то ли не догадываться, то ли умалчивать) - от ­ носительно высокий, по сравнению с другими царствами, статус женщины. В 334 году до нашей эры правитель Цинь отменил закон, требовавший обязательных человеческих жертв при погребении са­ новного лица мужского пола. Жертвами их ритуальных казней в подавляющем большинстве были женщины, которых умерщвляли ради такого случая десятка­ ми и даже сотнями. Отмена варварского обычая привела к тому, что в провинции Цинь жило больше женщин, чем в других местах, особенно в домах богатой и могущественной аристократии. Женщины, которыми традиционно пренебрегали, стали здесь оп­ лотом и поддержкой крепнущей государственности Цинь. Кроме регулярной мужской армии, Цинь организовали ар­ мию из женщин, так же как армию из немолодых и менее силь­ ных воинов (обоего пола). Женщина в Цинь в отличие от жен­ щин других царств имела личную собственность, причем это право подтверждалось законом. Личный капитал женщины со­

с. 90

5. УЗУРПАЦИЯ «ИНЬ» 89 стоял из ее приданого и того, что она сумела приобрести после замужества. Женщины Цинь активно участвовали в социальной и экономической жизни. Нам известно об официальном существо­ вании женских трудовых сообществ и ремесел, не говоря о тради­ ционно женском шелководстве и сельском хозяйстве. Женщины Цинь имели право разводиться и вступать в новый брак, причем это никак не влияло на их репутацию. Постепенно династия Цинь стала столь сильной, что сумела победить своих соперников и занять трон. Придя к власти, дина­ стия Цинь, впервые в китайской истории, основала империю вза­ мен обветшалой федеральной государственности, наладив цент­ рализованную систему бюрократического управления страной. Значение этого государственного переворота для дальнейшей го­ сударственности Китая трудно переоценить. Достаточно сказать, что европейское наименование Китая - China произошло от име­ ни «Цинь». Правитель, который сумел объединить китайские земли в единое государство, получил статус Первого августейше­ го императора Цинь1. Несмотря на относительно благополучное правовое и эконо­ мическое состояние женщин в эту эпоху, что позволило им ле­ гально и плодотворно участвовать в повышении благосостояния страны, патриархальная империя не могла обойтись без женских жертвоприношений по случаю кончины Первого императора Цинь: все придворные дамы, не успевшие родить ребенка, были торжественно погребены вместе с усопшим вождем. Поскольку предполагают, что покойный император держал при дворе не менее 10 тысяч женщин, можно представить мас­ штабы этой бойни. Пусть женщины Цинь имели большие права, чем женщины других китайских царств, но, осуществляя эти права, они не толь­ ко подчинялись интересам государства, но и становились орудия­ ми имперской экономики и военщины. Парадоксальным образом ситуация оказывается ближе к некоторым современным идеям освобождения женщины, чем можно ожидать от социально-поли­ тического феномена двухтысячелетней давности. Драма Эпохи Сражающихся Царств, кульминацией которой ста­ ло появление первой китайской империи, вызвала расцвет филосо­ фии в Китае. Философская мысль пыталась исследовать все уровни бытия - человеческую природу, общество, управление государством. Цинь Шихуан (р е д .).

с. 91

90 БОГИНЯ СУМЕРЕК Местные правители пытались на практике воспользоваться трудами предприимчивых ученых (как, впрочем, и сами ученые философст­ вовали в надежде повлиять на судьбы государства). В результате это­ го научные интересы эпохи сконцентрировались вокруг социаль­ ных, политических и военных задач. Первый император сочувствовал любым учениям, трактовавшим теорию власти и обо­ гащения. Даосизм тоже не был исключением из правил. Модные в ту пору военно-стратегические доктрины едва ли могли быть свободны от даосского влияния, а различные предписания даосской медици­ ны были уже общепризнаны. Цинь Шихуан всерьез интересовался дао, но его властолюбие поистине превратилось в манию и многие навязчивые идеи преследовали его до конца жизни. Одной из таких идей было использование женщин для дости­ жения личного физического бессмертия. Существует огромное различие между подлинной даосской традицией, которую следует понимать в контексте, и современ­ ной ее американской трактовкой. Когда властолюбивый мужчина совокупляется с многочислен­ ными женщинами, его сексуальная энергия подпитывается пси­ хологическим удовольствием от одержанных «побед», что, несо­ мненно, тешит его «эго» и возвышает его в собственных глазах. Есть и другое объяснение. Мужчина трактуется как носитель оп­ ределенного генофонда, и ему желательно избавиться от своего генетического балласта. Можно предположить, что делает он это для удовольствия, хотя принято считать, что подобное поведе­ ние имеет более сложную мотивацию, чем просто желание полу­ чить физическое наслаждение. В контексте даосской практики в том виде, в котором это уче­ ние мог трактовать император или другой мужчина, занимающий высокое положение, облеченный властью и могуществом, но не насытивший свое похотливое влечение к силе и господству, всту­ пал в половую связь со многими женщинами, выражая таким об­ разом свое желание достичь бессмертия. Такие мужчины имели обыкновение искусственно возбуждать себя наркотиками и, на­ против, практиковали различные формы уединения и созерца­ тельной жизни, конкретно оттеняя тем самым свои военные и ад­ министративные подвиги. Гиперболизируя восторги секса и принимая физическое воз­ буждение за духовное, они искренне верили, что, используя сексу­ альную энергию женщин, мужчины «укрепляют «ян» и укрощают «инь». Считалось, что таким образом можно не только получать

с. 92

5. УЗУРПАЦИЯ «ИНЬ» 91 исцеление от болезни, но и стать всемогущим и значит, бессмерт­ ным за счет энергии, похищенной у тысяч дефлорированных дев­ ственниц. Высокое положение позволяло вельможам активно экс­ периментировать по части способов приобретения девушек для своего сераля: покупка, похищение - лишь некоторые, достаточ­ но стандартные пути подобного обогащения. Неудачи на любов­ ном фронте можно было всегда объявить неправильным выбором наркотика или интоксикацией. Таким образом, мысль о непра­ вильности выбранного пути или губительности таких форм энер­ гетического обогащения вообще могла не прийти в голову. Многочисленные анафемы на тайные сексуальные искусства нередко звучат в более поздних даосских текстах. В свете нашего примера с первым императором можно усомниться в том, что от­ рицательное отношение даосов к сексуальной алхимии было ре­ зультатом конфуцианского влияния, как кажется некоторым ис­ следователям. Не обязательно также допускать необходимость политических репрессий, якобы вынудивших даосов изменить свое отношение к сексуальному культу, как склонны думать другие ученые. Скорее всего, мы здесь сталкиваемся с резко отрицатель­ ной реакцией традиционного даосизма на извращение и вульга­ ризацию идеи взаимодействия «инь» и «ян», что связано с непо­ ниманием и неумением пользоваться таким инструментом даосской сексуальной доктрины. Истинный даосизм говорил о необходимости гармонизировать женское начало «инь», о почитании женской энергии. Ортодоксаль­ ная доктрина, естественно, должна была отрицать и критиковать из­ вращение этой высокой идеи в сексуальной йоге, так как целью этих упражнений было стяжание мужской персональной силы и энергии за счет девушек и женщин. Боязнь сексуальных злоупотреблений и общественного осуждения заставила некоторые школы вообще от­ казаться от половых контактов. Некоторые современные западные исследователи, склонные отождествлять норму с извращением, интерпретировали сексу­ альную йогу даосов как вид «сексуального вампиризма». Этот тер­ мин показывает, как просто спутать подделку с оригиналом. Если мы взглянем на наш предмет глазами историка, то увидим, что из­ вращение даосской сексуальной доктрины (как и женская дегра­ дация) непосредственно связано с упадком даосизма вообще и по­ всеместной социальной деградацией женщин под влиянием деспотических, агрессивных, деспотических милитаристских ре­ жимов и государственных систем.

с. 93

92 БОГИНЯ СУМЕРЕК Может быть, с современной точки зрения и нет существенной разницы между иллюзиями своего «эго» и стремлением к неисто­ щимой силе, но с точки зрения даосизма здесь явно чувствуется профанация: сексуальная энергия сводится таким образом к чис­ то психологическому удовольствию. Если мыслить в современ­ ных биологических терминах, можно сформулировать проблему следующим образом: гиперсексуальность мужчин-лидеров есть ре­ зультат их доминирования. Даосская психофизиология видит проблему несколько иначе: гиперсексуальность мужчин может помочь продлить мужское господство. В любом случае феномен гиперсексуальности требует вначале объективного научного изу­ чения, а уж потом моральной оценки. Угроза аморальности, несомненно, имеет место в нашем кон­ тексте: подозрительно, например, употребление наркотиков для достижения бессмертия, использование девственниц и женщин как «алхимических сосудов» для возгонки мужской энергетики. Можно предположить, что наркотики относились к классу афро­ дизиаков, то есть возбудителей сексуальной энергии, и требова­ лись, чтобы помочь мужчине совокупляться со многими женщи­ нами, но были и другие, более секретные препараты, в задачу которых входило изменение самой биохимии тела, для того что­ бы сделать физическую неистощимость мужчины постоянной. Исторические хроники сообщают, что некоторые императо­ ры умирали от воздействия таких эликсиров жизни, «продлеваю­ щих жизнь». Память о подобных прецедентах тогда была свежа, но не служила препятствием для новых попыток. Приходится признать, что вера в магические средства была велика или, мо­ жет быть, императорам просто очень хотелось верить в них. Впрочем, всегда была возможность объяснить неудачу самыми разными факторами, например, несоблюдение самим императо­ ром сложного алхимического этикета, неправильное потребле­ ние магического снадобья и т. п. Сегодня мы склонны считать, что эти императоры были жад­ ны, невежественны и легковерны, а маги, готовившие зелье, - шарлатанами чистой воды. В реальности, однако, быть может, алхимики сознательно давали императорам отраву, являясь аген­ тами наследников или заговорщиков. Не исключено, впрочем, что они обладали высокой степенью гражданской сознательнос­ ти и ответственности и видели свой общественный долг в избав­ лении соотечественников от императоров-монстров, которые собрались править вечно. Причем фармацевтический путь не

с. 94

5. УЗУРПАЦИЯ «ИНЬ» 93 требовал ни массового насилия, ни соблазнительно-опасной ин­ триги. Одним из побочных явлений таких убийств была дискредита­ ция (по крайней мере временная) даосизма в глазах власть иму­ щих. В каком-то смысле это могло быть выгодным самим даосам, так как уменьшался шанс публичного разоблачения, судебного расследования и обвинения. Не менее утешительной, по-видимому, была мысль, что тебя ос­ тавят в покое и не будут требовать императорского бессмертия. Естественно, смерть императора не могла не получить широ­ кой огласки, и поскольку несчастные случаи повторялись в тече­ ние нескольких веков, этого было вполне достаточно для того, чтобы у людей уменьшилась вера в биологическую алхимию. Хо­ тя магическая фармацевтика в целом теряла свою популярность, сексуальная алхимия была по-прежнему в чести и чрезвычайно востребована, несмотря на авторитетные предостережения про­ тив злоупотреблений. Даосская сексология первоначально имела весьма благую цель обеспечить здоровье и благосостояние мужчинам и женщинам, но постепенно она узурпировалась мужчинами-властителями, ко­ торые профанировали высокое искусство своей необразованнос­ тью и алчностью и превратили секс в инструмент систематичес­ кого деспотизма. Казалось, что Первый император освободил женщин от пер­ вобытной феодальной закабаленности, но на самом деле он еще больше закабалил их, превратив двор в огромную женскую тюрь­ му. Он агрессивно пользовался их энергией для увеличения собст­ венного могущества, обогащения государства и подъема своего жизненного тонуса и продления жизни. Узурпация «инь» проходила под знаком использования, «при­ менения» женщин - их привлекали к воинской службе, работе на фабриках, но делалось это не ради них самих, а для процветания государства. Женщины были востребованы и в имперском сера­ ле, ими «наслаждались», но наслаждались корыстно, используя их энергию для упрочения своей власти. Император эксплуатировал не только женщин, но и натурфи­ лософию, поставив ее на службу государству и своей властной пер­ соне. Дальнейшая китайская история была отчасти определена как деспотизмом Первого императора, так и его эксцентричностью.

с. 95

94 БОГИНЯ СУМЕРЕК ЛОНО МУДРОСТИ Династия Цинь, основавшая первую китайскую империю, просу­ ществовала недолго. Второй император активно пользовался привилегиями, утвержденными новой централизованной систе­ мой правления: он буквально ужесточил законодательство, под­ нял налоги и заслужил ненависть всего народа, который восстал против своего правителя. В 202 году до нашей эры вождь повстан­ цев Лю Пань основал при поддержке многочисленных союзни­ ков новую династию Хань, Трон Дракона. Новые порядки и установления не были исключительно ини­ циативой императора. В делах правления Лю Паню помогала его супруга, императрица Лу. Хроники характеризуют ее как чрезвы­ чайно сильную личность, чьи заслуги в деле умиротворения вос­ ставшей страны и подавления могущественной бюрократии бы­ ли поистине огромны. В 188 году до нашей эры императрица самолично взяла в свои руки бразды правления государством, от­ странив от власти преемников своего покойного супруга. Лу еди­ новластно управляла Китаем в течение восьми лет. Здесь мы сталкиваемся с типично китайским порядком: на про­ тяжении истории Китая женщины, подобные императрице Лу, об­ леченные верховной властью, время от времени появлялись в ки­ тайской истории, независимо от того, насколько угнетенным было положение женщин в обществе. Этот парадокс китайской истории - прекрасный пример стойкости человеческого духа пе­ ред лицом невыносимых обстоятельств. В первые десятилетия правления династии Хань даосская фило­ софия невмешательства, определившая новый политический курс, дала народу возможность прийти в себя. После долгих лет противо­ стояния милитаристской и бюрократической агрессии режима Цинь население Китая впервые зажило спокойной жизнью, что не замедлило сказаться на показателях духовного здоровья нации. По­ сле шестидесяти - семидесяти лет правления династии Хань Китай достиг небывалого уровня благополучия и процветания. Конец этому относительно вольному и безмятежному сущест­ вованию положил могущественный император У-ди Воинствен­ ный (время правления 140-87 гг. до нашей эры). У-ди активно ратовал за усиление централизации государства, что привело к упразднению всякой свободы мысли и слова. Офи­ циальной идеологией стало квазиконфуцианство в стиле Дунь Чжун-шу (179-104 гг. до нашей эры).

с. 96

5. УЗУРПАЦИЯ «ИНЬ» 95 Термин «квазиконфуцианство» употреблен не случайно. На са­ мом деле официальная доктрина представляла собой хорошо за­ маскированную и рационализированную версию имперского культа. Император настаивал, чтобы все подданные внешне и внутренне подчинялись государственной системе, в интересах национального едиства и общественного порядка. Примером та­ кого органического слияния государственных и философских ин­ тересов была система трех законов и пяти правил. В согласии с этим кодексом жены должны подчиняться мужьям так же, как подданные подчиняются императору. Эти принципы легли в основу социополитической инфра­ структуры императорского Китая. После того как император У-ди узаконил конфуцианство и за­ претил остальные философские школы, жизнь женщин в Китае становилась все хуже и хуже. Мужчины получили семь условий развода со своими женами: бесплодие, супружеская неверность, неподчинение родителям мужа, жалобы или хула на мужа, воров­ ство, ревность, заразная болезнь. С другой стороны, именно в это время в литературе становит­ ся популярным дидактический жанр «истории об образцовых женщинах», где назидательно рассказывалось о женщинах, ис­ полненных материнской любви, мудрости, нежности, разумнос­ ти, верности, чистоты, красноречия и т. д. С тех пор как император У-ди Воинственный запретил всякую философию, кроме конфуцианской, древний даосизм, исповедо­ вавший идеи женственной духовности, вынужден был в основ­ ном уйти в подполье. Новые государственные законы, грубость и бесцеремонность которых уже не смягчались даосской терпи­ мостью, разрешали, например, гарнизонные бордели для удовле­ творения нужд солдат победоносных армий. Так же как «служба эскорта» в древности, армейские бордели императора У-ди фор­ мировались из рабынь. Подавляющее большинство этих женщин были женами или дочерьми военнопленных или осужденных го­ сударственной машиной. Деньги, которые государство получало от официальных пуб­ личных домов, снова вкладывались в финансирование очеред­ ных военных операций. Тюремный бизнес, как и военная прости­ туция, - два древнейших китайских промысла. Очень часто женщины Хань приносились в дар (в качестве не­ вест или наложниц) вождям соседних племен для налаживания дипломатических отношений. Многих девушек Хань, например,

с. 97

96 БОГИНЯ СУМЕРЕК насильно отдавали замуж за князей могущественного народа Хун- ну, то есть исторических гуннов, чьи конные набеги исстари тре­ вожили китайцев. Женщину (и женственность) последовательно превращали в легитимный инструмент имперского гангстеризма, еще один, но далеко не единственный способ утверждения режима тоталь­ ного угнетения и подавления. Этот процесс шел постепенно на протяжении многих веков агрессии и террора, в течение которых самые могущественные племенные союзы бассейна Желтой Реки получали возможность стать крупными военными державами. Традиционный эпитет Желтой реки - «Печаль Китая». Он связан с периодическими опустошительными разливами великой реки, уносившими сотни жизней. Но как мало значит эта «Пе­ чаль» по сравнению с болью и муками тех несчастных мужчин и женщин, которые пали жертвами борьбы вождей за власть: ре­ крутов и осужденных, чьи дети и жены были отданы в рабство, миллионов погибших от голода в мирное время, когда императо­ ры и полководцы пировали и развлекались. Слезы этих несчаст­ ных могли бы обильно питать «Печаль Китая» до скончания века. Внутренние структуры китайского общества сохранялись и культивировались на протяжении четырех веков правления ди­ настии Хань. Но и после династической смены действовали при­ мерно те же механизмы. Если борьба за богатство, власть и славу раньше была привилегией исключительно князей, то теперь со­ ревноваться стали представители более мелкой аристократии. Рост соперничества неизбежно привел к большей раздробленно­ сти, дезинтеграции, ослаблению централизации, в результате че­ го древнейшая территория Китая, а также некоторые западные и северные земли, вошедшие в состав империи Хань, были захваче­ ны кочевниками среднеазиатских степей, чьи племена были хоть и малочисленны, но воинственны и более сплоченны. Новыми властителями стали потомки гуннов, которые с древности были для китайцев чем-то вроде посланников Немезиды. Китайцы были вынуждены политически подчиниться новым завоевателям, участились случаи смешанных браков, что привело к некоторому изменению китайских обычаев и нравов. В течение столетий владычества над определенной частью страны сами ко­ чевники из Центральной и Северной Азии неизбежно усвоили китайскую политическую культуру и образ жизни. Чтобы успешно управлять обширными подчиненными земля­ ми, племенным вождям приходилось опираться на уже сформиро-

с. 98

5. УЗУРПАЦИЯ «ИНЬ» 97 ванные и прочие структуры. Китайская цивилизация, впитавшая еще в древности культуры других народов и племен и восприняв­ шая их как вехи развития своей собственной культуры, была чрез­ вычайно развитой и отличалась высокой степенью самосознания. После периода Хань настали времена раздробленности и разде­ ления. Объединение Китая произошло уже в 589 году, в эпоху динас­ тии Суй, которая, впрочем, вскоре прекратила свое существование из-за ошибочной государственной политики. Под линная централи­ зация была достигнута правителями следующей династии - Тан. Династия Тан удержалась почти три столетия: с 618 до 905 года. Богатая и противоречивая история Китая - это история смены многочисленных династий, каждая из которых сформировала свою модель политической и культурной жизни. И все же именно эпоха Тан считается расцветом китайской цивилизации, «золо­ тым веком» китайской культуры, который прославился великими учеными, историками, критиками. Хотя патриархальные традиции доминировали в это время, женщины Тан чувствовали себя значительно свободнее, чем в другие эпохи. После смерти третьего императора династии вдо­ ва покойного монарха сместила двух претендентов на престол (брата и племянника бывшего императора) и самолично воссела на трон. Она сумела даже основать свою собственную династию Чу, присвоив себе императорский титул. Эта женщина оказалась одним из лучших правителей Китая. Она провела чистку высшего бюрократического аппарата, увели­ чила число способных и деятельных чиновников правительствен­ ной следственной комиссии, контролировала различные направ­ ления культурного развития. Императрица особенно активно покровительствовала буддизму, выписав из заграницы иностран­ ных ученых и спонсируя их деятельность по переводу сакральных текстов с санскрита на китайский. Во времена династии Тан женщины получили право разво­ диться по собственной инициативе, разведенные и вдовы могли повторно выходить замуж, а замужним женщинам разрешалось иметь любовников. Многие женщины умели читать и писать, а некоторые были весьма образованны, хотя и не допускались к работе в государственных учреждениях. Чудовищная практика уродования женских стоп - архисимвол женского порабощения и угнетения - не была еще изобретена во времена Тан. Позднейшие даосские тексты указывают, что «истинные лю­ ди», то есть даосские адепты высших орденов, на протяжении ты­

с. 99

98 БОГИНЯ СУМЕРЕК сячи лет (со времен раннего Хань и до конца Тан включительно) скрывались в «подполье». Это тысячелетие даосской истории пред­ ставляется относительно бедным событиями (по сравнению с пре­ дыдущими и последующими периодами), но это несколько ошибоч­ ное мнение. Корректнее сказать, что период затвора был временем созревания мистического плода даосского феминизма, необходи­ мая подготовка к скорому возрождению. Сам образ «беременности» появился в результате формирования «инь-ян», вокабуляра зарожда­ ющейся традиции даосской алхимии. Этот, несомненно, знаковый термин вдруг из тайного превратился в явный и знаменательный символ сакрального даосизма. Интересно, что возрождение даосизма после эпохи Тан свое­ образно повторяет древнюю модель духовной спирали, восходя­ щей во время спиралевидного нисхождения общества в целом. Последующие периоды отличались усилением милитаризма и пресечением женских прав и привилегий. Либеральные нравы Тан будут впоследствии оценены как «варварские» и «тюркские»: развод и второй брак окажутся со­ вершенно непозволительны для женщин. В какой-то мере бранные эпитеты были не случайны в контек­ сте культурного противления всему азиатскому, резкого отказа от сложного и синкретического наследия кочевых народов, что не замедлило сказаться на ухудшении дипломатических и политиче­ ских отношений со среднеазиатскими соседями. Дискредитация женского начала происходила одновременно с изменением ки­ тайского менталитета и «ксенофобной» ориентации во внешней государственной политике.. В этих условиях даосы культивирова­ ли фактор «инь» в его символически философской, моральной и практической значимости. Даосская сексология превратилась в тайную, предельно конспиративную практику, так как прави­ тельство, сменившее династию Тан, ужесточило сексуальные нормы для китайского народа. Все это привело к радикальной смене форм конкретного про­ явления начала «инь» в даосском Китае. Древние тексты припи­ сывали даосским адептам брачные отношения и жизнь в миру, среди людей. Специалисты по сексуальной магии династии Хань, как изве­ стно, активно использовали половую энергию и определенные препараты для достижения здоровья и долголетия. Конец эпохи Хань и начало Тан были ознаменованы появлением многочислен­ ных даосских монастырей. Хотя жрецы и жрицы этих обителей

с. 100

5. УЗУРПАЦИЯ «ИНЬ 99 имели право вступать в браг и сожительствовать в рамках риту­ ального этикета, правительство Тан не приветствовало такую свободу и всячески поощряло целибат в даосской среде. Тем не менее две великие китайские поэтессы (сумевшие прославиться в чрезвычайно богатую в культурном отношении эпоху Тан), хотя и были даосскими монахинями, но при этом считались специали­ стками в «альковных» искусствах. Несмотря на то что даосская духовная алхимия стала развивать­ ся под знаком созерцательной медитативности, сексуальная симво­ лика продолжала оставаться важнейшим языком интерпретации даосской религиозной традиции. Это представляется вполне есте­ ственным, так как брачные отношения всегда считались нормой даосской жизни и природа признавалась наилучшим вожатым. Ди­ намическая заряженность этой символики была столь велика, что даже намного позже (то есть после запрещения сексуальной йоги и введением целибата в некоторых орденах) сексуальные метафоры продолжали оставаться базисными и неизменными. Образ полового акта используется на разных уровнях даос­ ской алхимии, представляя соединение энергий «инь» и «ян» в полноте жизни и бытия. Существует несколько вариантов этого единства, но их простоты ради можно свести к трем основным типам алхимического «бракосочетания» - бракосочетание неба и земли, огня и воды, дерева и металла. «Женихами» (ян) являются соответственно небо, вода, металл; «невестами» (инь) - земля, огонь, дерево. Бракосочетания пар элементов символизируют восстановление первоначального человеческого единства, сексу­ альные восторги указывают на радость жизни, благосостояние. Первая пара - небо и земля - знаменует единство твердости и гибкости, два взаимодополняющих начала, равновесие которых существенно для гармоничного состояния каждого индивида. Небо и земля также символизируют ум и тело, которые должны слиться, достичь единения в результате алхимического процесса. В медитационной практике «земля» обозначает спокойствие и вну­ треннюю тишину, «небо» - чистую, естественную энергию. Считается, что когда ум и тело восходят на вершину умиротво­ рения и покоя, «вливание» чистой положительной энергии про­ исходит совершенно естественным образом, оживляя всю сущ­ ность. Это «оплодотворение» земли небом в их брачную ночь. Следующая пара - огонь и вода - символизирует сознание и интуицию. Сознание обладает качествами подвижности и непо­ стоянства, и потому его необходимо стабилизировать, «укоре­

с. 101

100 БОГИНЯ СУМЕРЕК нить» браком с глубокой интуицией. Качества интуиции - это не­ ясность и неуловимость, интуиция «брачуется» с четким осозна­ нием и становится ясной и доступной. В современных научных терминах брак огня и воды можно сравнить с согласием правого и левого полушарий мозга. В мужской даосской практике бракосочетание огня и воды мо­ жет обозначать специальную психофизическую установку, когда внимание сознания (огонь) фокусируется на нижней части живо­ та - в области паха (вода). Это первая ступень упражнения, на­ правленная на циркулирование энергии. В результате сознание должно стать абсолютно спокойным, а тело - получить заряд энергии. Данное упражнение используется и в женской практи­ ке, но в отличие от мужчин женщина должна вначале концентри­ роваться на зоне между грудей, а не на нижней части живота. У женщин эта первая ступень упражнения иногда называется «превращение крови в молоко». Есть мнение, что различие между женской и мужской практи­ ками коренится в чисто физиологических особенностях организ­ мов и потому для женщин мужской вариант упражнения не реко­ мендуется. Считается, что для женщин чрезвычайно вредно сидеть неподвижно длительное время, часто концентрируясь на нижней части живота. Это касается только статичных положе­ ний, в динамических же упражнениях, связанных с двигательной активностью, энергия естественно распределяется по всему телу. Когда же движение отсутствует и энергия концентрируется ис­ ключительно в районе матки, это может привести к самым нега­ тивным последствиям, предположительно даже к раку. Третья пара бракосочетания инь и ян - дерево и металл - сим­ волизирует субстанцию и чувство. Субстанция (инь) обладает те­ кучестью, являясь нематериальной субстанцией сознания. Чувст­ во (ян) - твердое начало - связано с интуитивным знанием. Третий брак предполагает возможность осознанного восприятия субстанции сознания для того, чтобы освободить ум для действий на тонком уровне без фиксирования на чем-либо. При этом долж­ но возникнуть ощущение внутренней ясности вместе с внешней внимательностью. Плод этого эзотерического союза инь и ян называется «священ­ ный эмбрион». Начиная с этого пункта процесс развития моделиру­ ется следующим символическим образом: беременность, рожде­ ние, грудное вскармливание, кормление. Представляется, что такая модель развития является не просто данью традиционному даосско­

с. 102

5. УЗУРПАЦИЯ «ИНЬ» 101 му почтению к природе и женской биологии и не только условным ярким образом художественной выразительности. Некоторые ис­ следователи даосизма считают, что основной закон даосской лите­ ратуры был написан для мужчин, может быть, именно потому, что мужчина особенно испытывает дефицит «нежного» женского нача­ ла, необходимость обретения важнейших качеств «инь», символи­ зируемых беременностью, вскармливанием, чтобы уравновесить ими гипертрофированное развитие «жестких» качеств «ян», кото­ рое активно поощрялось в мужчинах всеми социальными и полити­ ческими нормами китайского общества. Даосы всегда считали, что женщины самой природой наделены качествами «инь» гораздо в большей степени, нежели мужчины. Впрочем, эта способность объяснялась биологическими и психологическими навыками материнства. Со временем неко­ торые биологические качества инь вынуждены были особенно развиться в результате местного и общественного подавления женщины в китайском обществе. Даосские тексты, посвященные женщинам, не содержат симво­ лов беременности, деторождения, кормления. Образ «дыхания ло­ на», распространенный в позднейшей даосской литературе, появ­ ляется на страницах учебников как для мужчин, так и для женщин. Практика «дыхания лона», или «дыхания зародыша», или «эм­ брионального дыхания, описывается во многих даосских текс­ тах. Есть даже отдельный классический труд, посвященный это­ му, который так и называется - «Дыхание лона». Как и другие даосские понятия, «дыхание лона» («эмбриональное дыхание») имеет много различных, иногда противоречивых и весьма тем­ ных трактовок, но сам термин столь часто встречается в даос­ ских учебниках по медицине, что проигнорировать это не пред­ ставляется возможным. Основная интуиция этого образа состоит в том, что дыхание зародыша в утробе происходит в гармоническом согласии с мате­ рью и осуществляется не только через рот и ноздри, сколько че­ рез связующую пуповину. Обычно здесь усматривают символическое описание медита­ тивного состояния, когда дыхание становится очень спокойным и тихим, что оно внешне совсем не заметно, словно человек дышит не при помощи носа, а внутренними тонкими энергиями, пропи­ тывающими сознание. Такое состояние ментального и физическо­ го покоя достигается традиционной даосской практикой «дышать животом», а не грудью, концентрируясь при этом на нижней час­

с. 103

102 БОГИНЯ СУМЕРЕК ти живота. Мужчина, практикующий это упражнение ума/тела, принимает специальную позу и активно - и умом, и телом - пыта­ ется войти в образ беременной женщины. Живот при этом округ­ ляется и выдвигается вперед, внимание направлено вовнутрь. Ино­ гда это так и называется - «Мужчина становится беременным». Образ, работающий здесь, не является исключительно физи­ ческим или ментальным, он предполагает слияние тела и ума. Со­ ответствующий «Трактат о дыхании лона» гласит: «Дух и энергия взаимодействуют и поддерживают внутреннее дыхание». В этой формуле «дух» условно обозначает сознание, а «энергия» значит дыхание. Концентрация внимания на дыхательном процессе на­ зывается «соединение», или «совокупление», духа и энергии. Так как внимание связано преимущественно с функцией сознания, а дыхание обслуживает телесные запросы, то концентрация внимания на дыхание является способом гармонизации ума и те­ ла. Этот процесс по-другому называется «Бракосочетание неба и земли». Медитативный процесс «беременности», или «инкубации», на­ чинается, когда «духовный» зародыш уже зачат и «дыхание лона» стабилизировалось. «Беременность» называется еще «десять меся­ цев», или инкубационный период, что соответствует традицион­ ным десяти лунным месяцам женской беременности. И снова, как другие элементы даосизма, интерпретации про­ цедуры различны на практике. Некоторые понимают термин буквально и рекомендуют прак­ тиковать «беременность» в течение именно 10 месяцев. Другие практикуют упражнения фигурально: они считают, что достичь ис­ комой степени духовного развития нельзя сразу, это требует време­ ни, как, например, длительное созревание плода в утробе матери. Даосская иконография изображает момент завершения деся­ тимесячного срока беременности следующим образом: «беремен­ ный» мужчина отверзает свой достаточно округлившийся живот и демонстрирует уменьшенное подобие самого себя, сидящее в животе. Это и есть внутренний духовный эмбрион, вскормлен­ ный в тепле чрева и сформировавшийся настолько, что его мож­ но извлекать на свет. Следующее за этим извлечение означает «выход из утробы» и изображается так: внутренний духовный младенец появляется на свет через отверстие в голове мужчины. Здесь мы опять встречаемся с внутренними трактовками обра­ за, более и менее буквальными или фигуральными. Большинство буквальных интерпретаторов видят в этом «деторождении» спо­

с. 104

5. УЗУРПАЦИЯ «ИНЬ» 103 собность человеческого духа выходить из телесной оболочки. Та­ кой способностью обладают лишь некоторые духовно продвину­ тые мистики (причем не только в даосизме). Некоторые даосы подчеркивают необходимость помесячного развития плода, что, по их мысли, должно соответствовать эта­ пам медитативного становления внутреннего мира в пределах че­ ловеческого микрокосма. Эмбрион последовательно проходит через руки различных духовных патронов, вступает в общение с различными духовными стихиями, ритмами, телами, духовной, энергетической и материальной Вселенной. «Скрижали Внутренне­ го зрения» дают следующие созерцательные образы зачатия, бере­ менности и деторождения. «Небо и Земля объединяют жизненные силы, порождая «инь» и «ян», и человеческий род получает эту жизнь. В первый месяц жизнь есть лишь зародыш, сперма и яйцо, встретившись, празднуют зачатие. Во второй месяц это уже эмбрион, контуры человеческого те­ ла начинают намечаться. В третий месяц дух «ян» порождает тройственную высшую внутреннюю сущность, оживляющую плод движением. В четвертый месяц душа «инь» порождает низшую семидоль­ ную душу, укрепляя тело спокойствием. В пятый месяц пять элементов уплотняются в пять внутрен­ них органов и дают духу стабильность. В шестой месяц шесть ступеней дают стабильность шести ря­ дам внутренностей. В седьмой месяц семь жизненных сил пробивают семь отвер­ стий, чтобы пустить свет внутрь. В восьмой месяц духи восьми небесных тел посещают тело. В девятый месяц возводится палата для успокоения жизнен­ ных сил. В десятый месяц плод наполняется всеми нужными силами и энергиями и форма его весьма совершенна. Согласие стихий обеспечивает непрерывное питание, бог всеединства обитает в голове, руководя всеми духами: владыка судьбы и жизни пребы­ вает в сердце, предоставляя жизненную силу, божество «персико­ вой косточки» - божество настроения - поселяется в области пуп­ ка, поддерживая корень жизни, зацветающий бог живет с левой стороны, это он следит за тройственной высшей внутренней сущ­ ностью, бог «чистого начала» живет справа и хранит низшую се­ мидольную душу. И вот тело поистине наполнено духами».

с. 105

104 БОГИНЯ СУМЕРЕК Другая интересная система медитации, подобная вышепере­ численной, содержится в «Скриж али Причинности» : «Люди вначале получают тела из ничего: желтое становится бе­ лым, энергии отвердевают, жизненная сила сгущается, небесное согласно смешивается с земным, соединяя и преобразуя инь и ян. В первый месяц это лишь завязь, энергия высших небес нисхо­ дит, наполняя тело. Во второй месяц это плод, энергия небес бесконечной жизни нисходит, наполняя тело. В третий месяц образуется высшая внутренняя сущность, энергия временных небес нисходит, наполняя тело. В четвертый месяц образуется низшая внутренняя сущность, энергия небес спокойствия нисходит, наполняя тело. В пятый месяц образуется пять органов, энергия безмятеж­ ных радостных небес нисходит, наполняя тело. В шестой месяц образуются шесть ступеней пищеварения, энергия небес звука эволюции нисходит, наполняя тело. В седьмой месяц все отверстия прочищены, энергия небес по­ могающему богу творения нисходит, наполняя тело. В восьмой месяц все черты внешности уже готовы, энергия небес ясности и света нисходит, наполняя тело. В девятый месяц все духи спускаются, энергия небес непривя- занности нисходит, наполняя тело. Восемнадцать тысяч небесных духов и восемнадцать тысяч те­ лесных духов вместе образуют тридцать шесть тысяч. Когда все ду­ хи и энергии на месте, происходит рождение на десятый месяц». Существуют и другие медитационные программы, которые ис­ пользуют символы опыта «беременности», но без подробной визу­ ализации месячных ритмов развития, фокусируясь на дыхании без использования воображения. Так, например, десятимесячный период может соответствовать 30 тысячам микролет. Каждый вдох-выдох соотносится с одним микрогодом, при этом процесс дыхания оказывается аналогичным восходу-заходу Солнца, рит­ мом прибывания-убывания Луны, смены времен года. Исключи­ тельная концентрация внимания на дыхании - не ослабевающая на протяжении целого десятимесячного курса - предполагает та­ кую степень самосознания, которая может быть достигнута в ре­ зультате тридцати тысяч лет внутреннего опыта. Интенсивность осознания, достигаемая таким способом, иногда считается залогом (эквивалентом) духовного бессмертия, что ког­ да-то предполагалось главной целью даосской практики. Преслову­

с. 106

5. УЗУРПАЦИЯ «ИНЬ. 105 тое бессмертие, или долголетие, в этой перспективе имеет метафи­ зическое значение, под длительностью жизни подразумевается ин­ тенсивность. Причем метафоричность в данном случае отнюдь не абсолютна: субъективный опыт переживания высшего осознания показывает, что посвященному вначале кажется, будто время оста­ новок - мгновение -равно вечности, а вечность - мгновению. Не исключено, что образ «беременности» в контексте даос­ ской медитативной практики был отчасти спровоцирован другой древней традицией - «эмбрионального (внутриутробного) воспи­ тания». Эмбриональная педагогика была известна в Китае по меньшей мере уже тысячу лет, то есть задолго до того, как даос­ ские тексты стали использовать символ беременности для разви­ тия способности умного внутреннего содержания. Даосские об­ разные интуиции в этом смысле представляются вполне естественными, так как для даосизма всегда был характерен инте­ рес к взаимодействию физических и духовных планов бытия. Поздние даосские тексты демонстрирую чрезвычайную заин­ тересованность развитием психодуховного эмбриона, и это так­ же не вызывает протеста, так как здесь угадывается древняя стержневая идея традиционного даосизма: за психофизическими эмбриональными интуициями отчетливо просматривается важ­ нейшая модель деторождения и материнства. Нет нужды повто­ рять, что психодуховный эмбрион стал закономерным порожде­ нием психофизического. В медитативной практике психодуховного «плодоношения» са­ мосознание перестает носить характер внешней ориентации, ста­ новится спокойным внутренним созерцанием. В психофизиоло­ гической эмбриональной педагогике восприятие матерью внешнего мира подвергалось избирательной коррекции, для того чтобы можно было регулировать влияние материнского понима­ ния внешнего мира на ее внутренний мир, так как последний яв­ ляется внешним для эмбриона. Один даосский текст, описывающий протекание беременнос­ ти, утверждает, что на третий день после зачатия состояние заро­ дыша еще весьма нестабильно. Будущей матери рекомендуется поддерживать эмбрион психологически - представлять себе об­ разы носорогов, слонов и других буйных животных, а также жем­ чуг, жадеит и другие драгоценные камни. Она должна общаться в это время только с хорошими и мудрыми людьми, исполненны­ ми добродетелей и религиозного благочестия. Эмбриональное воспитание требует гармоничного и упорядо­

с. 107

106 БОГИНЯ СУМЕРЕК ченного воздействия факторов «инь» и «ян». На протяжении все­ го срока беременности женщинам полезно слушать классическую музыку, участвовать в религиозных церемониях и смотреть воен­ ные парады. Рекомендуется воскурение самых изысканных чистых благово­ ний, декламация классической поэзии, исторических текстов, воспитательных историй, повествующих о временах прошлых и настоящих. Комната беременной женщины должна быть чис­ той и изолированной от всякого шума. Ей показано играть на лют­ не для повышения тонуса и облагораживания ее эмоций. Она должна уметь укрощать страстные желания и очищать ум от греш­ ных образов. Если будущая мать выполняет все указанные реко­ мендации, ее ребенок будет хорошим, добрым, терпимым, умным, здоровым и жить очень долго. Понятно, что основные составляющие «эмбрионального вос­ питания» можно считать полезными не только для будущего ре­ бенка, но и для совершенствования всех остальных людей, неза­ висимо от возраста и пола. Эти советы можно назвать показательными, обладающими здоровым смыслом жизни, но важно здесь другое - то, что про­ цесс воспитания человека начинается задолго до его рождения и этот педагогический опыт одинаково ценен для матери и ребенка. Беременность - это не только десять месяцев биологического и физического созревания младенца, но и период духовного об­ новления матери. Во время беременности формируется характер отношений между ребенком и матерью и, неизбежно, между ре­ бенком и миром. Этот первоначальный опыт будущей жизни представляется даосизму столь важным, что развитие внутренне­ го сознания взрослых мужчин проходило под знаком женских ин­ туиций плодоношения и беременности, в чем, на наш взгляд, нет ничего странного.

с. 108

6 Женщины дао В даосских анналах можно найти много упоминаний, свиде- тельств и слухов о женщинах - волшебницах, прорицательницах, «бессмертных». Некоторые героини этих любопытных сказаний

• мифические и легендарные фигуры, но большинство славных женщин даосизма - это реально существовавшие люди, по край­ ней мере в истории рассказывается о времени, в котором они жи­ ли, особенностях их личности. Здесь, как и в любой традиционной литературе, переплетаются элементы мистические, фантастические, вымышленные и реаль­ ные, причем авторы делают обычно неловкие попытки придать им объективность. Различные версии историй развиваются, дописы­ ваются, додумываются в соответствии с мифологической логикой развития сюжета, мифологические мотивы или модели объясняют современные реалии общественной жизни (или наслаиваются на них), так что предпочесть одну версию другой (как более правдопо­ добную) бывает очень трудно. Тем не менее повторяющиеся, узна­ ваемые сюжеты (если рассматривать их в целостном контексте, в котором и возникли эти истории о волшебницах и бессмертных) могут дать ключ к внутренним, неочевидным смыслам. Даже если мы не станем воспринимать предания буквально, все равно опреде­ ленную информацию из прочитанного извлечь можно: например, понять концепт «бессмертия» как возможный путь сохранения ин­ дивидуальности, способ самовыражения в тоталитарном обществе, подавляющем всякое личностное начало. Попытки женского самовыражения подавлялись особенно безжалостно, причем чем дальше, тем больше, по мере того как китайское общество постепенно подпадало под двойное ярмо им­ перского и регионального милитаризма и бюрократизма. Борьба за власть при дворе, которая велась между родственниками с обеих сторон, придворными евнухами, высокопоставленными учеными сильно подрывала режим централизованного правления, и без то­ го подорванный военачальниками, которые постепенно сформи-

с. 109

108 БОГИНЯ СУМЕРЕК ровали могущественный клан военной аристократии. Женщины могли получить образование, но их не брали на государственную службу (и шансов проявить свои способности у них не было). Даже ученые-мужчины не имели необходимой интеллектуальной свобо­ ды, и многие из них стали бойкотировать Систему, так как академи­ ческий рост предполагал сдачу бесконечных экзаменов на бюро­ кратическую пригодность, что означало для ученых своего рода кастрацию - интеллектуальную или духовную. Именно по этим причинам (к числу которых следует еще отнес­ ти и экономические проблемы, связанные с коррупцией правитель­ ства) даосизм столь широко распространился в Китае. Многочис­ ленные ордена и школы даосов постоянно пополнялись новыми членами - как мужчинами, так и женщинами. Трудно сказать, сколь­ ко женщин спасалось от общественного гнета в даосских общинах на протяжении долгой истории Китая, но в книгах (как в художест­ венных, так и исторических) утверждалось, что число даосских мо­ нахинь или жриц превосходило количество так называемых «бес­ смертных» адептов женского пола на несколько порядков. Как говорят в Китае, всегда на 10 тысяч ищущих приходится лишь один или два нашедших. Это одна из причин, почему верую­ щие всех времен ищут возможности лицезрения тех, кого они почи­ тают святыми, или хотя бы косвенного знакомства - с подробностя­ ми их жизни, с их словами и мыслями. Пусть эти свидетельства скудны и обрывочны, они представляют для верующих огромную ценность, калсдая мелочь внимательно изучается в надежде открыть некий секрет «бессмертных», заключенный в образе или фразе. С точки зрения даосизма, кроме существования внешнего, всем известного правительства мира, есть еще внутреннее, тайное пра­ вительство, состоящее из бессмертных. Некоторые западные уче­ ные иногда связывают даосскую теорию небесного правительства со светским типом китайского мышления, или бюрократизирован­ ным духом конфуцианства. Даосские классики утверждают, что об­ раз сокровенного, небесного правительства не является подралса- нием мирским институтам, скорее, земное правительство сформировалось в попытке имитации небесных порядков. Есть одно существенное отличие даосского духовного, внут­ реннего правительства от того типа земного, внешнего прави­ тельства, которое можно назвать «конфуцианским», - в послед­ нем не могло быть женщин, в первом - они были. Уже этот факт представляется достаточным доказательством того, что даосская невидимая иерархия бессмертных никак не яв­

с. 110

6. ЖЕНЩИНЫ ДАО 109 ляется имитацией или развитием китайского государственно-бю­ рократического культа. Всегда найдутся те, кто скажет, что идея потустороннего пра­ вительства не более чем предрассудок или фантазия и что маги­ ческие доказательства существования предметов религиозной ве­ ры не имеют смысла. Было бы, пожалуй, нелепостью и кощунством попытаться вы­ яснить меру воздействия мира божественного на нашу землю, по­ грязшую в суете и повседневных заботах, но представляется, что можно по крайней мере изучить исторические, социальные и пси­ хологические условия и последствия веры во взаимодействии сверхъестественного и естественного миров. Даосизм, как и индуизм, обладает как монотеистическими, так и политеистическими интуициями, почитая и отдельные, и пар­ ные божества. В иерархии бессмертных это проявляется следую­ щим образом: даосы признают существование многих божествен­ ных повелителей, каждый из которых руководит каким-то своим контекстом, при этом они чтят абсолютного Бога, которого мож­ но представить как метафизическое сверхсущество, повелеваю­ щее всем космосом - божествами, духами, бессмертными и верую­ щими (усопшими) людьми. В плане антропоморфно-социальной персонификации контингент небесного правительства можно представить в виде императоров, королей, князей, каждый из ко­ торых имеет свое видение и меру господства, что отчасти соответ­ ствует династическому режиму земного правительства. Все небесные владыки имеют жен, которые тоже служат не­ бесному правительству, находясь на должности, или выполняют функции посланников. В отличие от мужского представительства титулованные жен­ щины духовного правительства имеют фиксированные должнос­ ти, которые сохраняются во все времена, что персонифицирует­ ся Золотой Матерью1, или Матерью - царицей Запада, или Золотой Матерью Черепахового Пьедестала - Вечной Матерью - царицей даосов. Древнейшая мифология представляет Золотую Мать неисто­ вой колдуньей, повелевающей демонами. В дальнейшем ее образ несколько цивилизуется и ей досталось постоянное место Веч­ ной царицы Тайного Мира даосских бессмертных. Считается, что ее трон находится на высоких горах Куньлунь, Сиванму, владычица Запада (р е д .).

с. 111

110 БОГИНЯ СУМЕРЕК которые отделяют Тибет от Западного Китая, ранее известного как Синь-Киань. Согласно легенде Золотая Мать была учителем Тайной Жен­ щины девятого Неба, которая стала одной из наставниц Хуан-ди, древней богини Земли, воплотившейся впоследствии в Желтого императора. Говорят, что Тайная Женщина учила Хуан-ди военной магии, при помощи которой удалось подавить знаменитое восстание. Зо­ лотая Мать самолично передала (как говорит легенда) великому повелителю Юю, прекратившему наводнение, книгу заговоров и молитв, при помощи которых Юй сумел вызвать необходимые духи и призраки. В мифологии Золотая Мать представлялась незамужней жен­ щиной в окружении множества молодых любовников и более чем 20 детей. Очевидно, не все ее дети оказались бессмертными, и да­ же мифологические анналы, не отличающиеся обычно фактогра­ фической строгостью, подтверждают это конкретными цифрами. По неизвестным нам причинам именно четвертая, тринадца­ тая и двадцатая дочери Золотой Матери причислены к сонму бес­ смертных, и еще одна, с именем, но без номера. Считается, что Зо­ лотая Мать занималась эзотерической сексуальной йогой (что было достаточно традиционным способом получения бессмертия) и потому обладала вечной молодостью. Несмотря на то что сексу­ альная эзотерика практиковалась очень высокопоставленной жен­ щиной, ритуальные нюансы этого вида йоги держались в тайне, ибо, сообщают источники, сексуальная йога не должна была про­ фанироваться и стать общесоциальной нормой. Можно, конечно, назвать Золотую Мать плодом мифопо­ этического воображения, если бы не последние археологические находки в Западном Китае. Мумифицированные останки светлово­ лосых людей кавказской расы были раскопаны в пустыне Таклама- кан, к северу от Куньлунских гор, то есть неподалеку от мифологиче­ ского местообитания Золотой Матери. Нельзя ли предположить, что эпитет «золотая» следует понимать буквально, в смысле цвета волос, и что древнекитайские мифы, сообщающие о таинственных людях «Куньлунь», говорят также об исторических контактах китай­ цев с арийскими племенами? Вопрос, с какими именно племенами! Мы полагаем, что наиболее правдоподобным предположени­ ем можно считать, что этими арийцами, захороненными в азиат­ ской пустыне, были скифы. Считается, что древние скифы, впос­ ледствии распространившиеся на чрезвычайно обширной

с. 112

6. ЖЕНЩИНЫ ДАО 111 территории, первоначально, четыре тысячи лет назад, жили в предгорьях Алтая. Возраст раскопанных светловолосых мумий определяется спе­ циалистами примерно так же - около четырех тысяч лет, и их ме­ стонахождение - в долине между Алтайским и Куньлунским хреб­ том - соответствует возможной прародине скифов. Совсем недавно стало известно, что волосы у скифов могли быть белокурыми и рыжими, что язык этих племен напоминал иранский, но нес в своей системе следы общения с другими наро­ дами. К тому времени, когда скифы заявили о себе как об опреде­ ленной культурной общности, они уже были смешанной нацио­ нальностью. Принято считать, что белокурые жители Афганистана и Пакистана обязаны цветом своих волос походам Александра Великого и что они далекие потомки участников этих славных походов. Можно предположить, что пращурами светло­ волосых афганцев и пакистанцев были все-таки скифы, поселив­ шиеся в этих районах задолго до кампании Александра. Золотая Мать китайцев могла быть создана по аналогии со скифской царицей-шаманкой, если, конечно, мы найдем такую фигуру в скифской мифологии. Проблема заключается в том, что скифы не оставили после се­ бя литературы, то есть не закрепили свою мифологию письмен­ но. Так ли это? Традиционно ирландские историки называют кельтов потом­ ками древних скифов. Это не случайно, ведь о скифском проис­ хождении ирландской культуры свидетельствует само кельтское предание, и потому сравнительное изучение китайского даосиз­ ма и кельтского друидизма имеет явную историческую почву. Одним из доказательств того, что Золотая Мать, волшебница и владычица, имеет скифское происхождение, служит следую­ щий факт: некоторые древнейшие кельтские племена были мат­ риархальными . У пиктов и галлов, например, женщины могли быть магами, воинами, вождями племен. Даже самые доблестные из ирланд­ ских воинов, претендующих на звание защитника Ирландии, с детства натренированные мужчинами своего племени в боевых искусствах, должны были совершить паломничество к пиктам и пройти курс военной магии под руководством влиятельной по­ священной женщины. Одна славная кельтская женщина, чрезвычайно напоминаю­ щая даосскую Золотую Мать (и заставляющая нас вспомнить

с. 113

112 БОГИНЯ СУМЕРЕК о скифском происхождении этого мифологического образа), вос­ пета в знаменитом эпическом памятнике «Похищение Быка из К у- алънге». Ее зовут королева Медб или Мэв. Медб - богатая и властная владычица, королева западной Ирландии (остров был поделен на пять частей), или королева Запада, что соответствует китайскому статусу Золотой Матери - Мать - царица Запада. Подобно даосской таинственной владычице, Медб - блондинка. То есть мы хотим ска­ зать, что кельтская королева Медб (как и многие другие фигуры кельтской мифологии) отнюдь не ирландского происхождения. Па­ мять о них сохранили друиды, окормлявшие скифо-кельтские посе­ ления еще в первом тысячелетии до нашей эры. Королева Медб - могущественная шаманка, знаток магических за­ говоров и заклинаний. Ее имя переводится как «опьянение». Она осо­ бенно прославилась своим умением выводить из строя воинов-муж- чин, производя над ними заклятие, заставляющее их испытывать жесточайшие боли, подобные родовым схваткам. В этом экстравагантном образе можно при желании увидеть образчик так называемого ирландского юмора, но в свете учений о повышении человеческой энергетики это напоминает даосскую концепцию медитации как «мужской беременности». Магичес­ кие способности королевы Медб, ее умение обезоружить врага должны напомнить нам о методах воспитания древнекитайских мудрецов и повелителей, которые практиковали Золотая Мать и ее ученица Таинственная Женщина Девятого неба. Есть еще один момент, сближающий китайский и кельтский великие женские образы, - обладание множеством любовников. Королева Медб сама говорит о себе, что всегда «тень от одного любимого ею падает уже на другого». С антропологической точки зрения в этой фразе можно расслышать отголоски древнего мат­ риархата. Пусть королева говорит о себе символически, то есть дает понять, сколь велико ее королевское могущество в Ирлан­ дии, все равно в этом своем качестве она чрезвычайно похожа на даосскую Золотую Мать - символ вечной монархии. В ирландских сагах (как и в греческих и индуистских легендах о богах и богинях) королева Медб, помимо божественных, имеет и человеческие качества, которые могут показаться не столь при­ влекательны, как черты высокого образа даосской Золотой Мате­ ри, причисленной к сонму бессмертных. На то есть свои истори­ ческие причины. К тому времени, как даосизм получил широкое распростране­ ние в Китае и выработал свой специфический мифологический

с. 114

6. ЖЕНЩИНЫ ДАО 113 язык, Золотая Мать перестала восприниматься как реальная жен­ щина и превратилась в высший бессмертный идеал, так как дру­ гие племена - гунны - покорили западные пограничные земли Китая и стерли из живой памяти народа образы таинственных златоволосых скифов. Как бы ни хотелось сегодняшнему научному сознанию счи­ тать, что древние народы были изолированы друг от друга и меж­ ду раннескифской и китайской культурами не могло быть ника­ ких связей или контактов, факт остается фактом - такие контакты были, и последние археологические находки подтверж­ дают это. Например, скифские колесницы, раскопанные на тер­ ритории Китая. Наш подход к вопросу позволяет объяснить заме­ чательное сходство китайского даосизма с кельтским друидизмом. Вспомним, кстати, что для обеих традиций было свойственно ув­ лечение естественнонаучными дисциплинами и мистицизмом, не говоря уж о феминизме. Даже даосская идея о Правительстве Бессмертных, обитаю­ щих где-то на Западе, аналогична кельтской легенде о Тир-на-Ног, земле вечной молодости, мифологически локализуемой западнее кельтских островов. Эта блаженная земля ожидает праведников после смерти, причем души умерших могут иногда возвращаться в мир, чтобы поучать и спасать заблудших людей. Нельзя утверждать, что китайские государственные чиновни­ ки были абсолютно лишены каких бы то ни было понятий о духов­ ности, но на протяжении многих веков даосы столь активно клей­ мили современные им коррумпированные политические и социальные институты и нравы, что заподозрить их в желании доверить правительству управление религиозными и интеллекту­ альными делами было бы странным. Многие великие даосские учителя предварительно получили хорошее образование и когда-то занимали высокие политичес­ кие и военные посты. Бессмертные даосы-женщины тоже часто имели аристократическое происхождение и соответственно пре­ красное образование, но были среди них бывшие придворные на­ ложницы и рабыни. Одной из первых «исторических» бессмертных женщин можно считать принцессу династии Шан (XVIII-XII вв. до нашей эры), ко­ торая всю жизнь вкушала лишь корни малины и навсегда сохрани­ ла облик 20-летней девушки. Легенда утверждает, что принцесса Шан жила попеременно то в верхнем, то в нижнем мирах, одаряя

с. 115

114 БОГИНЯ СУМЕРЕК своим присутствием то землю, то небо. Быть может, авторы хоте­ ли сказать, что принцесса могла пребывать как в естественном (обычном), так и сверхъестественном состоянии, то есть «в духе» или «в трансе», что часто практиковали даосские мистики. Подобные вертикальные перемещения принцессы продолжа­ лись более двухсот лет, что очень существенно для понимания фе­ номена даосского «бессмертия», точнее, одного очень важного мотива попеременного исчезновения и возвращения. За этой практикой угадывается смена «инь» и «ян». Фаза «инь» связана с временным исчезновением для накопления сил, сокращения страдания, душевного омоложения. Фаза «ян» знаменует возник­ новение, экспрессию, необходимую для повышения благосостоя­ ния мира и очищения души от земной скорби, печали, смерти. Во время «исчезновения» принцесса пребывает на небе, воз­ вращается в свой небесный дом, тогда как в период «явления миру» бессмертная занимается делами благотворительности: она покида­ ет дворец, собирает растения, чтобы затем продать их и выручен­ ные деньги раздать нищим, сирым, вдовам, больным - всем тем, ко­ му неоткуда ждать помощи на земле. Даже если сегодня мы с недоверием относимся к возможности прожить более 200 лет, нам ничто не мешает предположить, что таких человечных принцесс было несколько на протяжении правления династии Шан (особенно с учетом того, что полигам­ ные властители производили достаточное количество царствен­ ных отпрысков). Каждое появление такой женщины восприни­ малось как посещение ангелом милосердия юдоли рабства и жестокости, что неизбежно вызывало в памяти ассоциации с подобными рассказами родителей. В результате образ вечно юной, бессмертной принцессы, по­ мощницы нуждающимся и обремененным, оформлялся в легенду. К сонму бессмертных причислены и другие родовитые или цар­ ственные особы. Предание повествует о младшей сводной сестре принца-наследника Изин династии Чжоу, сына князя Линя, кото­ рый правил в 571-545 гг. до нашей эры. Она была принцессой од­ ной из феодальных провинций «федерации» Чжоу, но тяготилась праздной придворной жизнью и удалилась в горы на «путь отреше­ ния от уз», который ей открыли даосы. Проведя долгие 30 лет в безвестности, она, наконец, достигла дао и стала бессмертной. Другая история отсылает нас ко времени правления Первого императора, основателя династии Цинь. Когда император скон­

с. 116

6. ЖЕНЩИНЫ ДАО 115 чался, одна из придворных дам скрылась из дворца и бежала в го­ ры, боясь смерти. Как мы помним, все женщины при дворе, кото­ рые не родили императору ребенка, при его погребении были принесены в жертву. В горах беглянка встретила даосского от­ шельника, который научил ее есть сосновые иглы до тех пор, по­ ка ее тело не достигнет состояния освобождения от голода и хо­ лода и не станет таким легким, что даже сможет летать. Есть еще одна легенда времен императора У-ди династии Хань, который правил в 140-86 гг. до нашей эры. Одна из его наложниц удостоилась бессмертия, несмотря на то что умерла и была похо­ ронена. Эта женщина с детства стремилась к покою и созерца­ тельности. Однажды, после какого-то критического момента в ее жизни, она заболела и оказалась прикованной к постели в течение шести лет. На протяжении всего этого времени ее ладони было крепко сжаты. Император, проезжая мимо ее дома, заметил де­ вушку и счел ее весьма прекрасной, несмотря на сжатые руки. Многие до этого хотели разжать ее кулачки, но у них ничего не по­ лучалось. Когда император приблизился к больной и тоже попы­ тался помочь ей, ладони девушки неожиданно раскрылись. У-ди сделал ее своей любовницей, и при дворе ее звали Дама со сжаты­ ми перстами. В дальнейшем эта дама удостоилась чести стать од­ ной из главных наложниц императора и родила ему сына, кото­ рый наследовал престол и правил с 86 по 73 год до нашей эры. Предание свидетельствует, что эта женщина знала искусство Ху­ ань Лао и «носила императора Чжао 14 месяцев, после чего успеш­ но разрешилась от бремени». Мотив долгой беременности, веро­ ятно, должен подчеркнуть длительность и интенсивность «эмбрионального воспитания» будущего императора. Например, великий Лао-цзы согласно даосской мифологии пребывал в утро­ бе матери 81 год. В любом случае сам император У-ди знал, что древний царь-мудрец Яо тоже созревал в течение 14 месяцев, и по­ тому он решил прославить мать и сына тем, что назвал покои сво­ ей любимой наложницы «Вратами матушки государя Яо». Через некоторое время эта удивительная женщина умерла по непонят­ ной причине, и ее тело, положенное в саркофаг, не остыло, не тле­ ло, но источало благоухание. Когда ее сын стал императором, он открыл гроб матери, и оказалось, что тот пуст. Очевидцам удалось обнаружить после нее лишь шелковые туфельки. Подробности этой истории весьма характерны для всего жан­ ра жизнеописания бессмертных, и при желании их можно счесть за мифологическую фантазию.

с. 117

116 БОГИНЯ СУМЕРЕК С другой стороны, есть возможность объяснить некоторые невероятные вещи более правдоподобно или по крайней мере не столь фантастично, представив случившееся с женщиной в тер­ минах духовной сублимации. Все было достаточно просто. Женщина сумела стать любимой наложницей императора, матерью наследного принца, что, есте­ ственно, не могло не раздражать остальных обитателей огромно­ го гарема, каждая из которых пыталась завоевать милость импе­ ратора, побуждаемая родственниками и семьями, продавшими или отдавшими ее во дворец. Сама она, будучи от природы тихой и скромной, мало дорожила этой честью. В таких условиях имитация смерти и похорон (и соответст­ венно исчезновение из гроба) могла быть наиболее удачным и бе­ зопасным выходом из ситуации. Принцы, правители, императоры тех времен чрезвычайно це­ нили людей знающих, особенно сведущих в тайных науках и ис­ кусствах, поэтому даосы, несомненно, были вхожи во дворец, и встретиться с ними могли и другие придворные лица. Нет ниче­ го невозможного в том, что какой-нибудь обитатель дворца, замы­ шлявший побег, обратился с просьбой о помощи к даосу, и тот вполне мог посодействовать несчастному, даже если бы для этого требовалось инсценировать смерть или каталептический припа­ док. Даосские фармацевты знали секреты приготовления таких летаргических лекарств или ядов и вряд ли отказались бы на деле проявить свои знания и умение. Таким образом, ясно, почему тело нашей женщины после ее та­ инственной смерти продолжало оставаться теплым и благоухан­ ным, без каких бы то ни было признаков окостенения и разложе­ ния. Понятно, что этот красивый миф о бессмертии мог быть подходящим средством скрыть следы этой инсценировки. Миф позволял избежать политических и социальных осложнений (не говоря об эмоциональных) и был весьма удобным выходом из си­ туации в условиях жесткого официального контроля. Если эти да­ мы примыкали потом к тайным сообществам, обитавшим в горах, и подвизались на поприще духовного очищения, миф о бессмер­ тии переставал быть только политической выдумкой. Пребыва­ ние адепта в заоблачных сферах являлось символическим выраже­ нием эзотерического образа инициации или перехода, истинную природу которого (скрываемая, скорее, по необходимости, неже­ ли по желанию посвященных) разоблачать было небезопасно как для участников ритуалов, так и для целых сообществ.

с. 118

6. ЖЕНЩИНЫ ДАО 117 Даосские анналы пестрят подобными историями об исчезно­ вении женщин. Скинув бремя супружеских и домашних обязанно­ стей, они убегали в горы и стяжали бессмертие при помощи спе­ цифических даосских практик. Эти женщины принадлежали к разным сословиям - от кресть­ янки до аристократки, и отношение родни к их бегству порой бы­ ло чрезвычайно суровым. Иногда беглянки отличались болезнен­ ностью, хрупкостью и другими физическими недостатками, что делало их негодными для семейной жизни. Были среди них и ма­ тери, успевшие обзавестись несколькими детьми, «увольнявшиеся» впоследствии. Иногда родители разрешали девушкам предпочесть браку путь духовного подвижничества, а замужние женщины, желавшие за­ няться медитацией, расходились с мужьями полюбовно. Некото­ рые даосские жены имели мужьями даосских адептов или учеников дао. Мужчины могли практиковать дао совместно со своими жена­ ми и отпустить жену заниматься духовной практикой самостоя­ тельно. Не у всех женщин были такие сознательные мужья, многим приходилось убегать тайно, оставляя мужа и домочадцев. Есть счастливые свидетельства, что некоторые брачные пары «воспарили на небеса» совместно, хотя таких примеров очень ма­ ло, если говорить о временах исторических, вписанных в даос­ ские анналы. Редкость такого обоюдного пути бессмертия объяс­ няется тем фактом, что мужской путь дао и женский путь дао - суть два разных типа пути подвижничества в даосизме. В одной из историй, повествующей о супружеском вознесе­ нии, мужу пришлось забраться на вершину дерева и стартовать первым, чтобы успеть на небо вместе со своей гораздо более воз­ душной женой. Среди женщин, «исчезнувших таинственно» или «восшедших на небо посреди белого дня», есть категория «бессмертных в из­ гнании». Последние обычно несли на себе печать странности, про них с детства говорили, что они «не от мира сего». Перед тем как встать на путь дао, они демонстрировали активное нежела­ ние вступать в брак или жить со своим законным мужем. Соглас­ но традиции эти женщины считались бессмертными в изгнании. Их якобы сослали на землю отбывать наказание за какое-то пре­ грешение на небе. Отбыв срок на земле и избыв до конца всю ме­ ру грешной телесности, котррая привязывала их к миру, они сно­ ва возносились (уже очищенные) в небесные обители. Предание сообщает об одной бессмертной в изгнании, юной

с. 119

118 БОГИНЯ СУМЕРЕК крестьянке Хуан Куаньфу, которая жила во времена династии Тан. Говорят, что на небо она отправилась в 664 году. Еще ребенком она любила уединение и покой, часами сидела неподвижно и праздно. Питалась она иголками кедра и водой. Родители жалели странную девочку и позволяли ей жить так, как ей угодно. Войдя в брачный возраст, она сказала родителям, что она «бессмертная», сосланная с неба Высшей Чистоты за какую-то провинность, и что ей при­ шла пора возвращаться. Прежде чем уйти из мира, она искупила и свою невольную вину перед родителями, сообщив им о прибли­ жающемся бедствии и дав им немного золота с просьбой припря­ тать его на черный день. Вскоре после ее «ухода» случилась страш­ ная эпидемия, что уверило оставленных родителей в том, что их дочь принадлежала к миру иному. Подробная информация о таких исчезновениях и обеспече­ ние последних могли исходить от даосских общин, центров мате­ риальной и духовной культуры даосизма. Несомненно, незамуж­ ней крестьянке убежать из дома гораздо легче (и дешевле), чем, скажем, замужней даме или императорской наложнице. Термин «бессмертные в изгнании» мог быть прекрасной ширмой, при­ крывающей факт исчезновения, и очень удобным объяснением логики поведения «странных», «чудных» людей, причем такое объяснение не задевало общественное чувство меры и нормы приличия и не способствовало избыточной демонизации этих чрезвычайно своеобразных и эксцентричных служителей дао. Вкушение кедровых иголок, сосновых шишек и других малока­ лорийных диких продуктов - общее место жизнеописаний бес­ смертных. Такой пост был лишь одной из составляющих даосской практики, требующей не только физического, но и духовного усилия, ведь диета телесная (излюбленный предмет китайского чудесного предания с самых незапамятных времен), взятая сама по себе, не одухотворяет человека. То, что предание любит живо­ писать образы именно материального поста, заставляет нас пред­ положить, что этот пост имеет метафизические и социальные ас­ пекты, но вне телесного голодания все эти аспекты ничего не стоят, ибо сами по себе они абстрактны, нежизненны. Некоторые ритуальные диеты представляются чрезвычайно древними и несомненно восходят к сакральным ограничениям эпохи охоты и собирательства. Все древние охотники, собирате­ ли, горные отшельники, принадлежавшие к традиции, знали пре­ красно, какие именно растения и минералы могут обеспечить их здоровье или позволить выжить им в трудные, бедственные вре­

с. 120

6. ЖЕНЩИНЫ ДАО 119 мена. Если в преданиях говорится о женщинах, вкушавших семе­ на кунжута или сосновые шишки в течение тридцати лет, значит, именно таким мог быть постепенный путь адаптации к жизни тайных горных общин. Даосские тексты в один голос утверждают, что физические уп­ ражнения или очищение тела особенно важны для женщин. Мо­ жет быть, поэтому жизнеописания бессмертных жен полны указа­ ний на особенности поста (хотя и о бессмертных мужчинах можно сказать то же самое). Рассуждая в технических и конкретных эко- номически-социальных терминах, можно сказать, что умение воз­ держиваться от приготовленной пищи - важнейший момент обре­ тения полной свободы. Это верно для любого человека, независимо от пола, но у женщин здесь меньше выбора, чем у муж­ чин, так как китайские женщины не имели легитимной собствен­ ности и подвергались более интенсивной эксплуатации на рынке труда. В рассказах о женщинах, которые жили без еды и пищи или су­ ществовали на фруктах и воде, орехах и воде, часто отмечается, что они встали на этот путь после вкушения какого-нибудь алхи­ мического препарата, который они проглотили во сне или наяву, причем приняли сей таинственный продукт из рук мага или не­ земного бестелесного существа. Иногда это объясняется как чис­ то фармацевтическая процедура изменения биохимии тела, необ­ ходимая для того, чтобы поправить здоровье и приостановить процесс старения и распада организма. Даосские описания алхимических процессов предупреждают о том, что практиковать и преподавать тайные методы может лишь совершенный мастер. Не секрет, что многие потребители ал­ химических снадобий заболевали и умирали, и поздние даосские авторы по духовной фармацевтике постоянно предупреждали про­ тив злоупотреблений как в алхимии, так и в сексе. Впрочем, люди не склонны прислушиваться к предупреждениям. Как есть люди, которые торгуют афродизиаками под эгидой даосизма, так и сей­ час есть такие смельчаки, которые после долгих физических тре­ нировок не боятся принять внутрь токсические препараты в на­ дежде очистить свое тело каким-нибудь радикальным способом. Давайте пока оставим в стороне эзотерический вопрос о при­ годности токсичных алхимических лекарств хотя бы потому, что их применение требует серьезной подготовки и грозит ужасны­ ми последствиями и потому не может быть рекомендовано мно­ гим желающим. Во многих рассказах о бессмертных есть упоми­

с. 121

120 БОГИНЯ СУМЕРЕК нания о достаточно странных «блюдах», приготовление кото­ рых явно требовало определенных естественнонаучных знаний. Некоторые явно «непищевые» компоненты, например слюдя­ ного происхождения, рекомендовались для внутреннего приме­ нения. Слюда, как известно, содержит такие необходимые орга­ низму микроэлементы, как магний, натрий, железо, которых, быть может, недоставало в рационе аскетов и бедняков. Иголки кедра и сосны очень богаты витамином С, который выводится из организма вместе с водой и требует постоянного восполнения. Сезонный (или локальный) дефицит этого витамина и делал иг­ лы столь популярной диетой. Орешки из шишек кедра и сосны содержат много жиров и чрез­ вычайно калорийны. Даосы знали, что избыточное питание пере­ гружает организм и вызывает различные болезни, и потому они воздерживались от потребления злаковых культур, то есть от тради­ ционной китайской еды, что и являлось отличительным знаком да­ осского поста. Физическая легкость (не предполагающая, однако, телесной немощи) более всего ценилась даосскими апологетами, (которые любили давать пространные и восторженные описания плотски постящихся и неотягощенных подвижников), и потому «бессмертные» считались не просто сирыми горными отшельника­ ми, но и счастливыми носителями непорочной телесности. Примеров подобного отношения к посту можно найти очень много как в «житийной», так и «алхимической» даосской литера­ туре, и эти примеры, несомненно, пригодятся будущим исследо­ вателям истории медицины и гигиены. Сейчас хотелось бы отметить, что для многих «нуждающихся и обремененных», скрывавшихся от голода и притеснений, бег­ ство в горные и пустынные места и активное постничество могло значить нечто более конкретное и существенное, чем представ­ ляется на первый взгляд. Давайте внимательно вчитаемся в одно, казалось бы, нехитрое жизнеописание бессмертной женщины. Это самое древнее из известных нам сообщение о жизни бес­ смертной последовательницы даосизма, принадлежащее тем не менее историческому времени. Ее звали Волосатая Женщина, оче­ видно, потому, что все ее тело было покрыто волосами. Несколько поколений охотников и путешественников видели ее в горах. Сего­ дня мы предположили бы, что эта женщина олицетворяет опреде­ ленный «тип» беглянки или отшельницы, оставившей постылую цивилизацию и обретшую свободу в горах. Быть может, ее (или их) волосатость была следствием недоедания.

с. 122

6. ЖЕНЩИНЫ ДАО 121 Не стоит думать, что все горные отшельники страдали от это­ го недуга. Вероятно, такие люди боролись за жизнь в одиночку и не входили в тайные общины и потому не знали секретов даос­ ской валеологии. Их могло быть достаточно много, и каждая встреча с дикой, голой, волосатой женщиной могла привести к вооруженному столкновению. Примем во внимание, что эти стычки и встречи повторялись в течение нескольких поколений. Так как никто не сумел бы отличить одну волосатую женщину от другой, людям (которые помнили рассказы родителей о подоб­ ных встречах) казалось, что это одна и та же фигура. Слухи и легенды о странных диких людях, живущих высоко в горах, вдали от цивилизации, известны в Китае с незапамятных времен. Вероятно, это связано с ощущением, что никакая челове­ ческая культура не может быть абсолютной и совершенной и все­ гда есть нечто, находящееся за ее границами. Память об органи­ зованных общинах горных поселенцев, быть может, столь же стара, как и ранние свидетельства о древнекитайской «федера­ ции», которая, кстати, никогда не была достаточно централизо­ ванной и всеохватывающей. Многие племена бассейна Желтой Реки жили самостоятельно и не входили в этот союз. Но крае­ угольный камень даосской мифологии был положен несколько позже, когда феодальная федерация распалась и на ее месте была воздвигнута первая империя. Первая китайская империя, основанная на принципах законнос­ ти, породила определенную политическую и социальную филосо­ фию власти, богатства, силы авторитета и закона. Тысячи людей ли­ шались супругов, детей, родителей, родных и самой жизни во имя империи, расширения ее территории, уничтожения старых провин­ ций. Другие тысячи были казнены, изувечены, посажены в тюрьмы, отданы в рабство, отправлены в ссылку во время правления недолго­ вечной первой династии. Деспотические власти принимали бесчис­ ленные законы, дававшие официальное право преследовать кого угодно, лишь бы было подобие законного основания. Многие не выдержали изнурительного режима подневольных работ по строительству Великой Китайской стены и проведению Великого канала, который связал Желтую Реку и Янцзы. Показательно, что вместе с катастрофическим культурным пе­ реворотом, приведшим к образованию богатой и могуществен­ ной империи, родилась бессмертная легенда о чудесной земле, на которой всегда весна и цветут персики. Эта утопическая страна, в которой царят свобода и мир, была основана теми, кто сумел

с. 123

122 БОГИНЯ СУМЕРЕК сбежать от ужасов первой империи. Не надо думать, что это ис­ ключительно даосская мистическая интеллектуальная собствен­ ность, выдумка или мечта. Она стала символом лучшего мира в фольклоре вообще и в ученой поэзии. Многие случаи из жизни первых даосских «бессмертных» свя­ заны с возможными контактами с другим миром и в какой-то ме­ ре с другим социумом. Согласно даосскому преданию это иное из­ мерение (в котором иная жизнь и иные люди) управляется специальным правительством, которое заседает в местах отда­ ленных и недоступных, на самой верхней ступени лестницы бы­ тия, но его представительство может находиться incognito посре­ ди обычного мира. Одной из главных задач духовного правительства считалось налаживание и поддержание контакта между двумя мирами. Даосские ложи, ордена, организации развились столь интен­ сивно потому, может быть, что им хотелось воплотить в жизнь свои идеи о социальном и политическом совершенстве. Хотя очень многие представительницы прекрасного пола со­ стояли в даосских общинах, далеко не все бессмертные женщины были посвящены в даосское священство. Две главные ветви ранне­ го даосизма выросли из школы женской магии. Первое течение было основано Сю Сунем (239-374) и называ­ лось Школа Чистоты и Света. Сю Сунь - великий конфуцианец и даос, известный сначала как государственный деятель, а затем как религиозный учитель. Его главным духовным руководителем считалась Чен Му, женщина неизвестного происхождения, сведу­ щая в мистике и магии. Эта женщина (чья историческая реаль­ ность не вызывает сомнений) жила очень долго, и несколько по­ колений имели возможность видеть ее. Последний факт заставляет нас подумать, что Чен Му не явля­ лась бессмертной в буквальном смысле. Ее периодические явле­ ния миру можно объяснить тем, что она принадлежала к некоему тайному, эзотерическому течению в даосизме (или речь идет о не­ скольких сменявших друг друга женщинах, чьи образы слились в один). Такие общины могли время от времени посылать в мир своих людей, чтобы узнать о духовной атмосфере времени и оце­ нить восприимчивость народа к их вероучению. Таким образом в течение нескольких поколений могла сложиться история о не­ стареющей магической женщине. Другой традицией, возникшей примерно в то же время, что и Школа Чистоты и Света, был влиятельнейший союз под названи­

с. 124

6. ЖЕНЩИНЫ ДАО 123 ем «Поток Высшей Чистоты», тоже имеющий свою бессмертную женщину-основательницу, своего рода матриарха. В основу вероучения этой общины были положены «Скрижа­ ли Высшей Чистоты», книга, которая вскоре будет канонизирова­ на и станет главной базой даосского предания. Прототип этих «Скрижалей» был, как полагают, записан даос­ ским подвижником Янь Си в 360-е годы со слов госпожи Вэй, од­ ной из самых известных в истории бессмертных женщин. Инте­ ресно, что официальная дата смерти госпожи Вэй - 334 год и она скончалась в возрасте 82 лет. Таким образом, важнейшие даос­ ские тексты были продиктованы ею уже после смерти. Янь Си согласно собственным показаниям имел возможность встречаться со многими, как минимум с шестью бессмертными, но госпожа Вэй была наиболее исторически «реальной» из них. Некоторые источники сообщают, что книга была записана маши­ нально под диктовку, другие утверждают, что госпожа Вэй явля­ лась учителем Си в юности. Многие даосские книги, составившие религиозный канон учения и проходящие под заглавным титулом «Высшая Чистота», были сориентированы на «учение мастера Янь, который записал его со слов бессмертной госпожи Вэй». Историчность госпожи Вэй установлена весьма надежно, не­ смотря на обилие сверхъестественных фактов, украшавших ее житие. Говорят, что она с рождения отличалась от других людей (характерный, но не обязательный мотив жанра) и полюбила да­ осизм с раннего детства. Она рано освоила такие классические труды, как «Дао-дэ-цзин», «Чж уан-цзы» и «Хуань дин-цин», или кни­ гу Срединного Двора. Последняя книга, представляющая собой сборник трудов по педиатрии, упоминается и в других жизнеопи­ саниях бессмертных женщин, причем сообщается, что некото­ рые подвижницы читали эти тексты наизусть в течение тридцати лет, что было частью ритуальной практики. Предание сообщает, что госпожа Вэй захотела жить одна до свадьбы, но родители не согласились предоставить ей такую свобо­ ду. Ее отдали замуж в возрасте 24 лет (достаточно поздно по нор­ мам того времени, что, возможно, означало некоторое сопротив­ ление со стороны невесты), и она родила двух детей. Позже она предпочитала проводить ночи одна и самостоятельно практико­ вать даосские упражнения. Очевидно, госпожа Вэй достигла высо­ кой степени духовного совершенства, по крайней мере из всех бес­ смертных женщин она наиболее часто общалась с иными мирами, что было исторически зафиксировано наблюдателем со стороны.

с. 125

124 БОГИНЯ СУМЕРЕК Некоторые источники утверждают, что эзотерическую книгу она получила от небесной магической патронессы (традицион­ ный мотив «избранничества» среди бессмертных) и что сама Зо­ лотая Мать посещала свою избранницу - большая и редкая честь да­ же для мифологических и легендарных героев. Тот факт, что госпожа Вэй сообщила текст «Скрижалей Выс­ шей Чистоты» через тридцать лет после своей смерти, можно трактовать по-разному. Возможно, именно в это время был ут­ вержден ее статус бессмертной. Не исключено, что ближайшие ученики госпожи Вэй считали своим долгом периодически напоминать о заслугах своей почив­ шей наставницы. Существование особой школы подтверждается публикацией сакрального текста и канонизацией форм высшего по­ читания госпожи, которой, естественно, предшествовало внутрен­ нее, духовное воодушевление адептов. Подобные анахронизмы, характерные для многих жизнеопи­ саний, входящих в даосские предания, могут быть выражением внутренней длительности, которую не всегда удается зафиксиро­ вать извне, так как эти моменты внешней невидимости восприни­ маются как разрывы и противоречия исторической последова­ тельности, а предприимчивое фольклорное сознание имеет в своем художественно-тематическом арсенале целый набор средств, чтобы закрыть эту «брешь», - видение, явления, сон, от­ кровения и т. д. Кое-что из этого жанрового арсенала попадает и в изложения обычной «истории», так как невозможно точно уз­ нать все подробности изложенной ситуации. Развитие организованных даосских школ позволило вступить в них многим женщинам. Изначально даосскому священству уста­ вом разрешалось вступать в брак и сожительствовать с членами об­ щины, но в дальнейшем брак был почти повсеместно заменен цели­ батом. Более строгие термины отбора кандидатов, очевидно, диктовались страхом перед государственными налогами. Традици­ онные религиозные общины не облагались налогом, но ситуация могла измениться в случае непомерного увеличения общин за счет законного деторождения. Возможно, именно этот страх стал причиной прекращения де­ ятельности тантрического буддизма в Китае в это же время. Знаменитая династия Тан (619-906) оставила след в истории даосизма и изменила его деятельность. Дело в том, что новые вла­ стители объявили себя прямыми потомками Лао-цзы, «автора» классического труда «Дао-дэ-цзин», в определенном смысле основа­

с. 126

6. ЖЕНЩИНЫ ДАО 125 теля даосизма. Даосская классическая литература на какое-то вре­ мя стала общеобязательной, и ее учение сделалось необходимым для сдачи государственных экзаменов, и потому огромное количе­ ство мужчин и женщин пожелало примкнуть к даосизму. Если раньше ряды даосов полнились пострадавшими от проявления беззакония и произвола властей, то теперь в даосские общины ри­ нулись приверженцы официальной государственной политики. Ранние даосские организации, основанные на эскапизме, и позд­ ние, для членов которых даосизм был государственной религией, не могли похвастаться большим количеством бессмертных женщин, ко­ торые сами были монахинями или служительницами культа. Даже среди тех немногих женщин, кто входил в тот или иной монашес­ кий орден, подавляющее большинство не имели внутреннего стремления к служению. Они давали монашеский обет по весьма понятной причине - чтобы император услышал об их «подвиге» и взял с собой в столицу. Популярность даосизма в миру фактичес­ ки сделала их заложницами общественного мнения - и того почти­ тельного отношения к даосизму, которое официально культивиро­ валось в обществе. Наверное, имелись и другие недостатки в жизни новых даос­ ских отшельниц, и даже семьи высших эшелонов даосской иерар­ хии не были свободны от них. Есть чрезвычайно любопытный рассказ о том, как одна из бессмертных в бытность свою вдохно­ венной служительницей культа привлекла к себе внимание импе­ ратора, которого поразили ее магические способности. История рассказана исключительно сухим языком. Итак, эта особа была вызвана в императорский дворец и «сра­ зу же забеременела». Накануне родов разразилась ужасная гроза. Когда посреди ночи гроза прекратилась, женщина «перестала быть беременной». Рассказчик никак не комментирует свое повествование, и вряд ли кому-нибудь, воспитанному в том культурном контекс­ те, такой комментарий требовался. Нас же интересует следую­ щее: кому было выгодно исчезновение младенца? По логике вещей сам император должен был ценить ребенка, рожденного от такой матери, так как китайцы верили в евгенику и эмбриональное воспитание. Согласно новым культурным стан­ дартам император не мог не быть счастлив. Остальные наложни­ цы императора и их многочисленная родня, напротив, должны были быть настроены отрицательно. Они вряд ли желали этому даосскому ребенку стать принцем или принцессой. Да и сама

с. 127

126 БОГИНЯ СУМЕРЕК жрица, став матерью императорского ребенка, вряд ли могла ожидать чего-нибудь лучшего, чем длительное заключение или жизнь в постоянном страхе. Непонятно, почему враждебная фракция (обязательная при каждом дворце) не остановила вовремя эту грязную игру, почему не уничтожила магическую избранницу, почему не прервали ее бере­ менность. Быть может, посвященная сумела скрыть истинное поло­ жение, воспользовавшись неизвестными нам алхимическими пре­ паратами или другими тайными искусствами. Если женщина сама убила новорожденного, решив, что так бу­ дет лучше для всех, опять встает вопрос: почему нельзя было раньше устроить выкидыш? Мы не можем поверить в то, что новорожденный младенец на самом деле испарился во время ночной грозы или был унесен вет­ ром. Скорее всего, его похитили члены общины. Трудно добавить еще что-нибудь по существу, за исключением того, что история за­ канчивается исчезновением самой женщины, то есть, надо пола­ гать, ее исчезновением из дворца, и если наши предположения верны, она наверняка убежала в горы, где и обрела своего ребенка. Похоже, что светская поддержка мало помогла истинному, ду­ ховному даосизму. В конце правления династии Тан зародилось новое даосское течение, инициатором которого был Лю Иен, бывший ученый-конфуцианёц. Он родился предположительно в 798 году и стал одним из самых популярных бессмертных китай­ ского фольклора. Его ученики основали мощную школу Совер­ шенной Реальности, или «Тотальной Реализации», которая про­ должает существовать и поныне. С именем Лю Иена ассоциируются как минимум две бессмерт­ ные женщины. Одну из них называли «волшебница Хэ Сяньгу». Когда девочке было 12 лет, она вместе с подругами собирала в го­ рах лечебные травы и отстала от остальных, встретив Лю Йена. Даосская доктрина учит, что девочки-подростки обладают наи­ лучшими способностями для выбора мистического пути. Позже Хэ Сяньгу прославилась своим даром предвидения (как и многие другие даосские бессмертные), то есть могла сверхъестествен­ ным образом предсказывать исход человеческих действий и по­ ступков. Она сумела отрешиться от чувства голода и в конце кон­ цов исчезла физически. Некоторые духовные наставления Лю Йена, данные Хэ, цитируются в даосской литературе. Предание сохранило имя другой ученицы Лю Йена - просто Куан. Она была родом из бедной семьи и якобы с детства мечтала

с. 128

6. ЖЕНЩИНЫ ДАО 127 уйти из мира грязи. Когда ей было 15 лет, мать обручила ее с кем- то, но девушка убежала далеко в горы в знак протеста. Чтобы не умереть с голоду, Куан ела дикие каштаны и в конце концов встре­ тила старца, в котором впоследствии признала Лю Йена. Отметим, что встреча произошла в 1200-е годы, когда Лю Йену должно было быть уже более 400 лет. Такой анахронизм не редкость в даосской житийной литературе, особенно в той, которая связана с самим Лю Йеном, так как даосы верят, что он жив и поныне. История утверждает, что старец прекратил менструальное кровотечение у девушки, с тем чтобы она увереннее держалась выбранного пути. Эта идея искусственного прекращения менст­ руаций у посвященных женщин оказалась новой для даосской концепции бессмертия. На нее будут ссылаться будущие привер­ женцы школы Совершенной Реальности, которые ведут свою ду­ ховную родословную от Лю Йена. Остановив кровь, старец посвятил Куан в мистическую докт­ рину. Потом он дал ей маленький, сверкающий каштан, сказал, что, поев его, девушка не будет голодна. Это любимый мотив по­ добных жизнеописаний, который, быть может, символизирует некий диетический или фармацевтический препарат, радикаль­ но изменяющий обмен веществ, что позволяет человеку жить од­ ним собирательством. Рассказывается, что съесть этот каштан оказалось весьма дол­ гим делом. Похоже, здесь подчеркивается необходимость длитель­ ной и сложной подготовки перед началом даосского поста, предпо­ лагающего воздержание от приготовленной на огне пищи и злаков. Когда Куан покончила с каштаном, она поняла, что Лю Йен уже ушел. Этот мотив тоже часто повторяется в предании. Он подчеркивает магический статус посланца и необходимость по­ священного всецело посвятить себя исполнению данной практи­ ческой программы. Практическое упражнение закончено, задание духовного на­ ставника выполнено, магический персонаж исчез. Когда Куан вернулась домой, она стала есть только фрукты и пить воду и никогда не имела менструаций. Родители, видя та­ кое изменение, происшедшее с дочерью, не настаивали больше на браке. Молва о странной девушке распространилась, и она бы­ ла приглашена ко двору, где и попала в милость к императору. Он сделал ее жрицей и пожаловал ей титул. Духовные последователи Лю Йена появлялись и прославились задолго до времени Куан. Они создали богатую культурную тради­

с. 129

128 БОГИНЯ СУМЕРЕК цию, в которую хорошо вписалась история «странной девы», ко­ торая, убежав в горы, встретила там бессмертного волшебника и получила от него знания. Основателем школы Совершенной Реальности считается Ван Цзе (1112-1170), великий последова­ тель Лю, который утверждал, что имел счастье не только встре­ чаться, но и учиться вместе с Лю Иеном. Эта школа всегда при­ влекала женщин. Одна из таких женщин, Сунь Пуэр, стала знаменитой в веках «бессмертной». Ее учение живо до сих пор, и многие женщины ему следуют. Сунь Пуэр вышла замуж, родила трех детей и только потом стала адептом Дао. Ее муж был богатым филантропом, известным учеником Ван Цзе. В то время китайцы конфликтовали с чжур- чжэнями, что породило атмосферу недоверия и нервозности в стране. Школа Совершенной Реальности пыталась смягчить противо­ речия и успокоить людей и потому была необычайно популярна. Сунь Пуэр помогала своему мужу в его филантропической дея­ тельности, но не помышляла о мистическом дао, пока лично не познакомилась с мастером Ваном. Мастер демонстрировал ис­ ключительные способности, притворяясь несведущим, учил, как быть активным в мире, не будучи пленником этого мира. Он скрывал свой высокий ум под маской глупца и добивался высших целей, не показывая этого и не встречая сопротивления. Когда Сунь Пуэр стала ученицей мастера Ван Цзе, ей шел уже 52-й год и у нее были взрослые дети. Пуэр жила в специально по­ строенной хижине, где она могла беспрепятственно заниматься духовными упражнениями в покое и уединении, не выходя при этом из дома. Позже она совершила паломничество в Лоян, древ­ нюю столицу Китая, там продолжила свое обучение у женщины, сведущей в магии, вела миссионерско-просветительную деятель­ ность. По этому пути она шла шесть лет и, окончив свой подвиг, добилась духовного просветления. Наследие Пуэр состоит из двух текстов медитаций, записан­ ных по внушению свыше, и 14 стихотворений - признанных ше­ девров духовной алхимии.

с. 130

7 Культ энергии оргазма Сексология - одна из наиболее традиционных наук даосизма, затра- гивающая как физические, так и психологические аспекты сексуаль­ ности. Существует огромное множество даосских интерпретаций секса, которые, однако, можно свести к четырем основным момен­ там: деторождение, здоровье, счастье, долголетие. В некоторых да­ осских школах, как и в тантре индуизма, делается акцент на магиче­ ских или мистических эффектах, связанных с сексуальной йогой. У этой науки чрезвычайно глубокие и древние корни. Дошед­ шие до нас китайские книги как минимум на 500 лет старше «Кама- сут ры». Некоторые тексты, по-видимому, представляли собой диа­ логи между Хуан-ди (то есть богиней Земли или Желтым Императором) и его (ее) учителями секса. Показательно, что учите­ лями в данном случае являются женщины, имена которых (что ха­ рактерно для всех мифологических имен) имеют несколько уров­ ней значений: Чистая Дева, или Стихийная Женщина, и Темная Дева, или Таинственная Женщина1. В патриархальной традиции считается, что эти женщины научи­ ли Желтого Императора заниматься любовью без семяизвержения. Заметим, что это умение является очень важным пунктом даосской сексуальной йоги, так как один мужчина оказывается способным полностью удовлетворять одну или нескольких женщин сразу. При этом мужчина и сам получал полноценное сексуальное ощущение, так как его экстатическое возбуждение охватывает весь оргазм. Легенда сообщает, что Желтый Император, освоив эту науку, в од­ ну ночь сумел сделать женщинами более тысячи девушек. При этом он не растратил свое семя, а, напротив, приобрел здоровье и долголетие. Эта весьма экстравагантная и, кстати, очень популярная история из даосского наследия содержит некоторые очень важные элементы. Та­ кого рода истории иллюстрируют один принцип даосской сексоло­ гии, как теоретической, так и практической, - удержание семени. * 5 1 Эти тексты опубликованы в книге «Антология даосской философии». М., 1994 (р е д .). 5. Заказ № 2028.

с. 131

130 БОГИНЯ СУМЕРЕК Идея такого рода могла возникнуть в контексте проблемы ограни­ чения деторождения в семьях могущественных и полигамных муж­ чин. Исторические и легендарные источники согласно свидетельст­ вуют, что китайские вельможи держали в своих сералях сотни и тысячи наложниц, что считалось одним из показателей материаль­ ной и военной мощи. Известная история о Хуан-ди и тысяче девст­ венниц была, похоже, метафорическим выражением существующего обычая. Естественным результатом мужской половой гиперактивно­ сти бывает хроническое семяизвержение и прогрессирующее бес­ плодие. Если число сексуальных партнеров исчисляется сотнями и тысячами, угроза импотенции и бесплодия возрастает. О том, что такая угроза была реальностью для многих богатых полигамных ки­ тайцев, говорит факт популярности афродизиаков в этой стране. Для людей знатных и могущественных супружеские отношения были одновременно политическими. Необходимость удовлетворять своих жен и производить наследников была мало связана с пробле­ мой личного сексуального наслаждения. Веками люди такого статуса разрушали здоровье афродизиаками и препаратами против старения. Известно, что афродизиаки весьма дорогостоящи и при этом вредны для здоровья, и потому даосская сексуальная практика (предполагающая отказ от семяизвержения или его задержку у мужчин и многократные оргазмы у женщин) могла выступать как безопасное, нетоксичное средство сохранения потенции и особенно предупреждения бесплодия у мужчин. Неофиты даосизма и всякого рода интересующиеся его техни­ ками обычно обращают внимание совсем на другое, например на чисто физические или ментальные эффекты практики. Кроме проблемы деторождения и терапевтического поддер­ жания здоровья, у сексологии (или «искусства брачных покоев») есть другая, чрезвычайно важная забота - супружеское общение. Эта проблема была особенно актуальна в древности, когда боль­ шинство браков заключалось родителями. Сейчас принято говорить, что романтическая влюбленность - это исключительно современный феномен, неизвестный древним. Разумеется, это не так, и подтверждением тому могут быть любов­ ная лирика и песни, написанные более трех тысяч лет назад. Правда заключается в том, что романтическая влюбленность или увлеченность никогда раньше не считались подлинными крите­ риями заключения брака. Во всем мире на протяжении многих веков человеческой истории брак заключали родственники или общинни­ ки. В таких социальных условиях связующая функция секса была

с. 132

7 КУЛЬТ ЭНЕРГИИ ОРГАЗМА 131 слишком важным элементом супружеского согласия, чтобы считать­ ся делом частного интереса и случая. Древние учебники по сексоло­ гии, эротическую литературу и эротическое искусство можно, конеч­ но, объяснить ссылками на традицию, но, кроме этого, необходимо учитывать острую практическую необходимость данной науки. Древнейшие сохранившиеся китайские тексты таких учебни­ ков были составлены более двух тысячелетий назад и написаны в форме диалогов еще более древних персонажей. Эти руководства советуют мужчине воздерживаться от эякуляции до тех пор, пока женщина не очистится десятью оргазмами. Именно таким спосо­ бом можно достичь полубожественного духа - шень-минг, что зна­ чит «бесконечная чистота», «духовное просветление» или «чудес­ ное преображение». Древние тексты учат, что и ментальные, и физические аспек­ ты сексуальной близости являются очень важными и взаимосвя­ занными. Правильный настрой, долгая прелюдия, потаенное осознанное внимание к эволюции женского возбуждения - все э го необходимые компоненты успешной любовной игры. Деталь­ но описаны всевозможные женские звуки, запахи (духи, благово­ ния), движения, что иллюстрирует внимательно-любовное отно­ шение к женщине и нюансам ее эротической отзывчивости. Основные приемы сексуальной техники призваны стимулиро­ вать чувствительность всего тела женщины, то есть помочь ей до­ стичь максимального удовольствия, но эта задача невыполнима без чуткого и внимательного отношения мужчины ко всем жен­ ским интимным переживаниям и ощущениям, начиная от предва­ ряющих упражнений и кончая экстатической кульминацией акта. Даосская и псевдодаосская сексология сильно эволюционирова­ ла и усложнилась со временем, но далеко не все нововведения пред­ ставляются органичными. К числу наименее желательных относит- ся тенденция заменить исконные естественные и наиболее приятные для обоих партнеров методы контроля за семяизвержени­ ем местной анестезией и механическими приспособлениями сомни­ тельной эротической ценности и, возможно, вредными для здоро­ вья. Эта тенденция сопровождалась прогрессирующим социальным угнетением женщин и духовным отчуждением полов друг от друга. И все же даосизм жив и основные здоровые и естественные по­ сылки «искусства любви» сохранились и выдержали испытание временем. В традиционных терминах даосской сексологии некото­ рые такие техники называются «входи мягко, выходи твердо», «де­ вять мелких, один глубокий», «стабилизация жизненной энергии

с. 133

132 БОГИНЯ СУМЕРЕК в состоянии покоя», «закрыть канал Ян», «пропустить энергию по большому кругу и очистить мозг». «Входить мягко, выходить твердо, напряженно» имеет два близко соотносимых друг с другом значения. Первый уровень значения связан с волнообразным, пульсиру­ ющим ритмом возбуждения мужского органа, который в даосской традиции называется «золотым стеблем» или «нефритовым жез­ лом». «Входить мягко» значит проникать в женщину в нижнюю фа­ зу волны, а выходить из нее на гребне волны. Наиболее эффектны движения от координирования дыхательного ритма с ритмом дви­ жений. Задача состоит в том, чтобы совершить контролируемый вдох или выдох в момент погружения или выхода, причем ритм дыхания должен помочь осознать ритм пульсирующего органа. Второй уровень значения и практического применения связан с напряжением и расслаблением брюшных мышц, связанных с эрек­ цией. «Входить мягко» значит входить с расслабленными мышцами, «выходить твердо» - значит напрягать мышцы при выходе наружу. Искусственное сокращение мышц делает орган еще более напря­ женным и твердым, что дополнительно стимулирует женщину изну­ три. Кроме того, мышечное усилие, совершаемое в момент выхода, препятствует эякуляции. Когда сверхвозбужденный «золотой сте­ бель» вынимается, мышцы расслабляются и цикл начинается вновь. Другое название этой техники - «войти мертвым, выйти жи­ вым», что недвусмысленно указывает на то, что в сознании дао­ сов сексуальные упражнения связаны с достижением долголетия и бессмертия. Неограниченная потенция считалась залогом воз­ можности продления срока человеческой жизни, исполненной здоровья и счастья. Прием «девять мелких, один глубокий» также применяется в целях задержания эякуляции и продления акта, но его основная функция - получение взаимного наслаждения. Техника проста, но эффективна. Кончик «золотого стебля», на ко­ тором сосредоточены многочисленные нервные окончания, вводив ся в наружную вагинальную, то есть наиболее чувствительную, зону, которая по-китайски называется «золотым цветком». После 6-9 лег­ ких прикосновений «стебля», возбуждающих самые чувствительные точки лона, рекомендуется 1-3 глубоких погружения, которые при­ водят к сокращению стенок влагалища вокруг «стебля». Женщина при этом получает двойное удовольствие, как, впрочем, и мужчина, который имеет возможность чередовать, а потом комбинировать свои эротические ощущения, не теряя при этом самоконтроля.

с. 134

7 КУЛЬТ ЭНЕРГИИ ОРГАЗМА 133 Эта техника столь эффективна, что именно ее использовали в традиционной даосской литературе в качестве примера совер­ шенно естественного упражнения, в котором нет ничего магиче­ ского или сверхъестественного, во время полемики с оппонента­ ми, небезосновательно упрекавшими даосов в сексуальных извращениях и пристрастиях. Может быть, этот прием был нату­ ралистически применен Желтым Императором, что помогло ему дефлорировать и осчастливить тысячу девушек в ночь, а самому остаться нерастраченным. Даже если женщина уже рожала, это упражнение, связанное с ритмичным чередованием глубины проникновения, стимулиру­ ет вагинальные сокращения и делает влагалище таким же упру­ гим, как у нерожавшей девушки. Практика «стабилизация жизненной энергии в состоянии покоя» - тоже традиционный и совершенно естественный способ задержки эя­ куляции и продления полового акта. Проще говоря, это значит пере­ рыв сексуальной активности, временное пребывание в физической и ментальной неподвижности. Эротическое напряжение как бы замирает, успокаивается, не прерывается в семяизвержение. «Успокоение» можно дополнять «закрытием канала ян», искус­ ственным сокращением мышц, как бы останавливающих напор се­ мени. Мы говорим «как бы», потому что на самом деле эякуляцию обычно нельзя остановить напряжением мышц (разве что в случае внезапного потрясения). Простое физиологическое наблюдение вполне убедит нас в этом - дело в том, что мышцы нельзя напря­ гать постоянно в течение неопределенного времени. Такое «за­ крытие» может остановить поток лишь на время. Настоящий кон­ троль за эякуляцией осуществляется лишь в случае попеременного сокращения и расслабления мускулов, что заставляет экстатичес­ кие приливы ритмично отходить вспять, не прорываясь наружу. Прелесть этого упражнения заключается в том, что чередование искусственного напряжения и расслабления заставляет мужской «ствол» пульсировать внутри женщины, доставляя ей весьма тон­ кое удовольствие. Мужчина при этом «стабилизирует жизненную энергию в состоянии покоя», контролируя свой оргазм и времен­ но прекращая движения для того, чтобы успокоиться. Более общее значение техники «стабилизирования жизнен­ ной энергии в состоянии покоя» предполагает обретение духов­ ного просветления в контексте медитативного аспекта акта. Стра­ стное возбуждение согласно традиционной даосской точке зрения ведет лишь к бессмысленной потере энергии. Высшее эро­

с. 135

134 БОГИНЯ СУМЕРЕК тическое наслаждение возможно лишь в состоянии безмятежного просветленного спокойствия. Именно в этом состоянии происхо­ дит сохранение и приумножение сексуальной энергии, что благо­ творно воздействует на духовное и физическое самочувствие. Страстность и невоздержанность в сексе ведет к огрублению эстетического переживания акта, к омрачению тончайших нюан­ сов чувствительности. Результатом таких плотских отношений может быть не наслаждение, а лишь вожделение, превращающее­ ся в пагубную привычку. Прекрасным подтверждением нашего тезиса является западная порнография. Согласно даосской докт­ рине умиротворяющее воздействие духовного просветления и спокойствия на сексуальное воодушевление не обедняет и не ослабляет переживание, но очищает его и делает более изыскан­ ным. Естественно, это относится к обоим партнерам. Апофеозом даосского сексуального общения является очище­ ние сознания пропусканием энергии по большому кругу, то есть через голову. Энергия оргазма пропускается по позвоночному столбу и достигает мозга. Для мужчин это значит закрытие кана­ ла ян и продление экстатического состояния. Для женщин это значит продление периода вагинальных со­ кращений, вызванных самим оргазмом. Сокращение мышц, уп­ равляющих самим оргазмом, должно сопровождаться динамичес­ кими образами «проталкивания» оргазмической энергии в область копчика и пропускания ее вверх по позвоночному стол­ бу вплоть до мозжечка. В результате тело наполняется энергией и сознание проясняется. Это упражнение более подходит мужчинам, нежели женщи­ нам, что связано с различной физиологией полов и соответствен­ но оргазмов. Оставляя в стороне индивидуальные особенности, можно сказать, что в целом женщина в соответствии с природой излучает витальную энергию (в разные стороны), а мужчина вы­ пускает ее во время эякуляции. Смысл «пропускания энергии по большому кругу» - напитать весь организм энергией. Если испускание энергии произойдет преждевременно и она не будет пропущена по позвоночному столбу, экстаз будет непродолжительным и прекратится вместе с оргазмом. Эти простые естественные упражнения весьма способствуют до­ стижению сексуальной гармонии, чего нельзя достичь искусствен­ ными приемами. Иногда думают, что восточная сексология - это ис­ кусство всяких экзотических и волнующих эротических поз и движений, но это явно взгляд со стороны. Без знания основных

с. 136

7 КУЛЬТ ЭНЕРГИИ ОРГАЗМА 135 принципов никакая, даже самая изысканная эротическая хореогра­ фия не произведет абсолютного очищения или «духовного просвет ления», которые и являются искомыми в даосском искусстве любви. Момент удовольствия и сила сексуального слияния естествен­ ным образом привлекают людей к подобным учениям, как дао­ сизм, так как предлагает, кажется, углубленный опыт для этого ас­ пекта жизни. Одним из начальных следствий этого факта является вековое поношение самого имени «даосизм» именно за то, что он якобы эксплуатирует естественную притягательность половой сферы жизни. Виноват в этом, конечно, и сам даосизм (или псевдо­ даосизм), падение и деградация сексуальной доктрины, историче­ ски на самом деле имевшая место. Современные люди, пытающие­ ся получить истинное представление о даосской сексологии, должны знать о широчайшем хождении поддельной валюты. Многие аспекты даосской доктрины деградировали с течением времени (поспешим заметить, что именно об этом всегда говорили истинные адепты дао), так что нет ничего удивительного в том, что такая же судьба ожидала сексологию. Было бы несправедливо полагать, что все то, что веками подавалось под именем даосизма (в сфере науки любви или других эзотерических практик), выдер­ жало бы экзамен на традиционность. Нам особенно хотелось бы обратить внимание читателей на одну псевдодаосскую практику, которую некоторые ученые иссле­ дователи окрестили «сексуальным вампиризмом». Смысл ее за­ ключается в том, что один участник полового акта забирает энер­ гию у другого или один человек похищает сексуальную энергию сразу у многих людей. Китайские предания и вправду содержат такие истории, в ко­ торых описывались женщины, остававшиеся юными за счет энергии, «отнятой» у своих молодых партнеров. Еще больше ис­ торий о мужчинах, использовавших многих женщин или деву­ шек для поддержания молодости и силы. Мы уже писали об этом, и сейчас нет необходимости ссылаться на даосские авторитеты и утверждать, что в таких примерах очень мало духовности, или напоминать, что число тех, кому удалось успешно воспользовать­ ся такой практикой и приобрести молодость, ничтожно по срав­ нению с огромным количеством пострадавших и искалеченных в результате подобных упражнений. В Древнем Китае богатые люди могли свободно купить любое количество мальчиков и де­ вочек и использовать их так, как хочется. Вельможи и правители приобретали девственниц и женщин тысячами в надежде обрес­

с. 137

136 БОГИНЯ СУМЕРЕК ти большую силу и власть. Вряд ли многим удалось достичь жела­ емого, по крайней мере очень часты сообщения о погибших в ре­ зультате такого насилия над своей и чужой природой. Ирония истории заключается в том, что древние правители бы­ ли частично правы в своей вере, но невежество и, как следствие его, узость взглядов приводили их к трагическим ошибкам. Им, однако, удавалось создавать и разрушать империи, и мир до сих пор несет культурное и материальное бремя их побед и поражений. У них бы­ ли свои идеологические, псевдодаосские учителя, и сохранился ряд уродливых образчиков таких сексуальных доктрин, согласно кото­ рым односторонний «вампиризм» не отрицался как извращение и нарушение равновесия и считался приемлемым и нормальным. Несомненно, политическая эксплуатация личности, ее физи­ ческих и духовных энергий имеет в Китае глубокие и древние корни, но набольшего расцвета она достигла во время династии Мин (1348-1644). Именно в это время чрезвычайно распространились всевозмож­ ные «секретные» сексуальные рецепты и формулы, «эзотеризм» всех видов, и все это обильно произрастало в атмосфере политичес­ кой паранойи, социального гнета, культурного и морального дека­ данса. Пройдет время, и даосские авторитеты будут постоянно пре­ дупреждать об опасности только физических или энергетических интерпретаций сексологических концептов и практик, об ошибоч­ ных отождествлениях энергетизма и духовного совершенствования. Если пользоваться англо-американским словарем, можно попы­ таться проиллюстрировать ошибочность такого отождествления на примере семантического противопоставления двух терминов «зани­ маться сексом» (to have sex, букв, «иметь секс») и «заниматься любо­ вью» (to make love, букв, «делать любовь»). Чтобы как-то соотнести эзотерическую восточную доктрину и современную западную мен­ тальность и систему ценностей, необходимо вспомнить о традици­ онном предостережении против разрушения единства энергии и ду­ ха. Это может оказаться небесполезным в нашем случае, когда мы собираемся поразмыслить о психологических мотивах появления двух американских выражений - «to have sex» и «to make love». Представляется, что широкое употребление этих выражений определенным образом сказалось на формировании сегодняшне­ го отношения к сексуальности. В даосской литературе есть размышление на схожую тему - ком­ ментарий, написанный женщиной. Эти слова о сущности любви написаны даосской священнослужительницей более тысячи лет

с. 138

7 КУЛЬТ ЭНЕРГИИ ОРГАЗМА 137 назад. К тому времени авторитет женщины в обществе упал до ста­ туса движимого (или движущегося) имущества. Сексуальная алхи­ мия работала лишь на мужчину, она должна была учить, как пользо­ ваться девушками с наибольшей пользой для хозяина, в учебниках по сексуальному вампиризму ничего не упоминалось о любви. Такое ощущение, что любовь с точки зрения тогдашних муж­ чин считалась сентиментальной забавой. Это было удобной фор­ мулой, так как богатые люди обычно покупали своих подруг, что не накладывало на них никаких обязательств относительно лич­ ного развития. Очевидно, мужчины в своем большинстве были уверены, что сексуальная алхимия - это способ наслаждаться здо­ ровьем, долголетием, увеличением доходов и даже, возможно, полученными мистическими энергиями. Вопрос, насколько сам мужчина был хорош и достоин пользоваться всеми этими блага­ ми, по всей вероятности, казался слишком трудным, чтобы тра­ тить на его разрешение долгое время. Поэтому даосским поэтес­ сам самим приходилось артикулировать важность духовного элемента как необходимого катализатора любви. В стихотворении, адресованном «соседской девушке» (то есть всем девушкам), даосская поэтесса пишет: «Легче найти бесценный камень, чем мужчину, у которого есть сердце». Она советует своей по­ друге «быть требовательной к мужчинам и не идти за кем попало, ибо если ты встретила достойного человека, зачем звать к себе бродягу». Служительница дао, прославленная своими добродетелями и красотой, расположения которой искали многие мужчины, го­ ворит также о том, как важно, чтобы возлюбленный был внутрен­ не богатым человеком, сокрушаясь по поводу ничтожества своих поклонников, которые в своей активности напоминают ей «чи­ рикающих воробьев, бессмысленно резвящихся в роще». Поэтесса жила в то время, когда женщине иметь столько любов­ ников, сколько ей хочется, было социально небезопасным и предо­ судительным. Она советует подружке не быть слишком доступной: «жить, таясь от людей, не находиться там, где она у всех на виду». Она сдержанна не потому, что боится людского осуждения, а пото­ му, что ищет возлюбленного, достойного во всех отношениях. Поэтесса отказала многим поклонникам, отмахиваясь от них, как от «мошек, порхающих вокруг уличного фонаря». Она пред­ почитает одиночество удовольствиям, после того как ее истин­ ный возлюбленный был отнят у нее силами более могуществен­ ными, чем их взаимная привязанность. Обычно даосские монахини имели репутацию куртизанок, ес­

с. 139

138 БОГИНЯ СУМЕРЕК ли не проституток, и потому отношение к ним у большинства бы­ ло грубое и презрительное. В условиях публичного непонимания и неуважения эти «свободные» женщины считали своим долгом воспевать высокие идеалы духовной любви. Одно из стихотворе­ ний поэтессы особенно подчеркивает верность этим идеалам, а не просто женское равнодушие лирической героини. Как смутно вокруг, Всюду богатые и знатные Сами по себ е, а я пою одна При свет е луны. Что заставит прийти человека С сердцем, полным поэзии ? Вот он стоит за моей дверью . В его стихах столько изящества. Я пою среди жасминов И прячу себя в бедности. И все-таки - выше сосен и гор Не ищи меня страстно! Отчуждение полов особенно усилилось после династии Тан, что проявилось в особой притягательности монастырско-целибатных настроений религиозного даосизма. В поздней китайской эротичес­ кой литературе, многие произведения которой явно отмечены печа­ тью даосской дидактики, в откровенных пародиях на деградацию и декаданс в сексуальной культуре былых времен особенно бросаем ся в глаза презрительное отношение к женскому полу. Так, мы не найдем в этой литературе гимнов супружеской домашней идиллии, не встретим описаний когда-то традиционной любовной прелюдии, предваряющей сексуальные отношения. Еще более огорчает то, что в этих произведениях (да и в историческом контексте) профаниру­ ется, разбалтывается «секрет» любовного «эликсира», который му­ чительно искали на протяжении многих веков. Секрет прост, и о нем знает рассказчик эротической новеллы, голос которого мы постоянно слышим: магический эликсир юности нельзя взять, его можно только дать. В романах описываются многочисленные сексу­ альные похождения и победы мужчин, которые, однако, не напол­ няют их силой и волей, а, наоборот, иссушают, утомляют их. Лишь один герой не берет это «что-то особенное» силой, женщина са­ ма делится «этим особенным» только с ним, потому что она лю­ бит его и восхищается его натурой. Именно этот герой является

с. 140

7 КУЛЬТ ЭНЕРГИИ ОРГАЗМА 139 исключением из правила, и любовь женщины омолаживает его. Это женское «что-то» обычно изображается как нечто матери­ альное или энергетическое по своей природе (что характерно для жанра пародийной новеллы), и пусть мы не склонны воспринимать слова «эликсир» или «квинтэссенция любви» в их буквальном смыс­ ле, совершенно очевидно, что желание женщины - вещь совершен­ но необходимая. Ни вкрадчиво-изысканные, психологически тон­ кие, лестные и соблазнительные слова ухажеров, столь ловко обсмеянные в этих книгах, ни экзотическая постельная акробати­ ка, столь гротескно описанная, не способны сами по себе заставить женщину поделиться этим «чем-то», если она этого не хочет. Это две совершенно разные вещи, и их не надо путать - физи­ ческая зависимость женщины от мужчины и женское желание по­ делиться «чем-то» своим. Лучше сказать - женское желание есть проявление ее любви и преклонения перед мужчиной, и это чув­ ство, эмоциональное и интеллектуальное одновременно, являет- ся ступенью в духовные сферы. Сексуальное общение женщины со своим возлюбленным - это уже ее духовное творчество, и она соединяется с ним и физически, и духовно. Здесь и заключается подлинный союз между «инь» и «ян», так как к взаимодействию приходят дух и тело, и в результате этого единения оба партнера становятся более совершенными, гармоничными и счастливыми. Эта эзотерическая даосская вера в возможность высшей ду­ ховной любви воплощена в образе интимного союза «без развя­ зывания поясов и раздевания». Наиболее совершенным видом общения личностей является «духовное соединение» или соеди­ нение в духе, которое нерасторжимо временем, пространством и миром. И пусть общественная мораль почти разложилась, а государственная структура ужесточилась, поэтессы - служитель­ ницы дао владели языком такой любви, которая делает бессмерт­ ным человеческий дух и соединяет родственные души. Тихо светит луна на влюбленных, Безмолвствует, когда они расстаются. Свет заключен в лунном круге, Неж ность - в сердце. Зов разлученных сердец Как свет луны. Он прорывается сквозь облака, Он струится по волнам К покоям любимой.

с. 141

8 Подпольный путь ]Vlbi помним, что в индуизме культ богини мог ассоциироваться с запрещенными практиками и криминальными организациями. Вот почему многие воспринимают эту религию как своего рода «альтернативу» официальному индуизму, который, как известно, систематически угнетал и подавлял некоторые группы общества, преимущественно женщин и низшие сословия. Если аналогия между индийской религией и китайским даосизмом (двумя аль­ тернативными традиционными традициями) уместна, мы долж­ ны попытаться обнаружить антисоциальный элемент и в дао. «Дао-дэ-цзин» гласит: «Путь универсален, он может уходить и влево и вправо». Точно так же как богиня Кали в аспекте своей космической стихийности может рассматриваться как дарующая жизнь и приносящая смерть, дао, или закон природы, имеет сози­ дательную и разрушительную стороны. В принципе моральные нормы даосизма выводятся из даосской доктрины, тем не менее некоторые аспекты дао аморальны сами по себе и их практичес­ кая ценность для человечества, мягко говоря, не абсолютна. Как и в случае с культом Кали, почитание дао связано с тем, ка­ кая именно цель преследуется и соответственно в какой форме это происходит. Пусть мы не найдем в китайском контексте точ­ ных соответствий для пиндари, дакойтов и тугов, занимавшихся грабежами, убийствами и ритуальными умерщвлениями, дао­ сизм, будучи древней оппозицией официальной культуре, пред­ полагал какие-то элементы насилия. Даосские «контркультурные» программы обычно были на­ правлены против агрессивных режимов, тогда как индийские слу­ жители богини поддерживали государство и правительство. Эти программы и революционные идеи совсем не обязательно связаны с насилием и в принципе исключают агрессию и приме­ нение силы, но даже самые позитивные государственные и поли­ тические концепции даосов проникнуты пафосом борьбы с мили­ таризмом, тотальным полицейским контролем и т. д., то есть теми

с. 142

8. ПОДПОЛЬНЫЙ ПУТЬ 141 принципами социального устройства, которые давно уже сдела­ лись незыблемыми основами китайской государственности. Даосизм атаковал эти принципы сразу на нескольких фрон­ тах. Классические китайские труды по политике и военному делу несут явный отпечаток философии дао: «Искусство войны» Сунь Цзы, и «Военное искусство» Сунь Вина, и, наконец, наиболее эзо­ терическая и сильная книга Ван Ли «Мастер долины демонов». Эти книги, порожденные Эпохой Сражающихся Царств, учат, ка­ ким образом слабый может противостоять сильнейшему и даже одолеть его и что «самый сильный побеждает без борьбы». Можно сказать, что в этих учебниках преподаются стратегии (даосские по своему духу), основанные на предпочтении принци­ па качества принципу количества: партизанская война, терро­ ризм, психологическая атака - то есть такие военные действия, которые являлись оппозицией современному оголтелому и гораз­ до более разрушительному милитаризму. Сегодняшний сентиментально настроенный читатель вряд ли почувствует принципиальную разницу между этими двумя метода­ ми борьбы - даосскими и официальными, так как не имеет возмож­ ности сравнить результаты военных стратегий. Нам уже приходилось говорить, что могущественные «строи­ тели китайских империй» отнюдь не игнорировали даосские идеи, связанные, например, со способами обретения потенци­ альной энергии. Цинь Шихуан снаряжал специальные морские экспедиции юношей с целью достичь легендарных Островов бес­ смертия. В его время алхимические лаборатории производили ртуть в огромных количествах, которая должна была пойти на из­ готовление эликсира вечности. Первый император держал в своих сералях десятки тысяч на­ ложниц, обеспечивающих ему любое количество «любовного эликсира», причем настолько успешно, что до своего «пенсион­ ного» возраста был бодр и имел обыкновение просматривать и подписывать перед сном целые кипы государственных докумен­ тов. Император верил, что личная неприкосновенность - один из важнейших залогов долголетия, и потому построил себе хитрую систему взаимосообщающихся дворцов и палат, так что никто не знал, в каком именно покое он проводил ночь. Какими бы экстравагантными ни казались эти ухищрения се­ годня, они в каком-то смысле могут обогатить наш жизненный и культурный опыт. Не менее любопытными и курьезными пред­ ставляются нам и другие вопросы: сколько стоило проведение

с. 143

142 БОГИНЯ СУМЕРЕК в жизнь даосских стратегий и какова была мера их эффективнос­ ти. Два старших сына императора, специально подготовленные им для престолонаследия, умерли, не справившись с суровым ре­ жимом воспитания. Вторым императором стал (на достаточно короткое время) выскочка из низов, промотавший отцовское со­ стояние и впоследствии убитый одним из министров. Царствова­ ние третьего императора было также весьма непродолжитель­ ным, и империя погрязла в пучине гражданских войн. С тех пор правители и псевдоправители Китая сменили так­ тику и стали применять даосские методы достижения власти. Дао­ сизм был отнюдь не только придворной программой, представи­ тели всех классов и сословий исповедовали религию дао, чтобы успешно решить свои личные «энергетические» проблемы, свя­ занные с достижением здоровья, долголетия и материального бла­ гополучия. Даосизм активно популяризировался, но если обыч­ ные энергетические практики могли быть уделом всех желающих, сильные мира сего стремились к монополизированию оккультных искусств, чтобы манипулировать своими подданными тайно. В та­ ком социальном контексте было очень затруднительно опреде­ лить, «левой» или «правой», моральной или аморальной являлась техника воздействия, - все зависело от перспективы. Распределение света и тени превратилось в чрезвычайно сложное искусство в те времена, когда верховная борьба за власть оказалась связанной с интересами благосостояния масс, причем региональный аспект отнюдь не упрощал дело. «Ортодоксальные» режимы и «повстанческие» общины - все апеллировали к даосским методам, причем мера «легитимности» или «подпольности» такого обращения определима лишь с уче­ том исторического момента. Даосские авторы (под псевдонимами) бичевали коррупцию правительственных чиновников задолго до Эпохи Сражающихся Царств и еще в то время заложили основу полулегального полити­ ческого критицизма. Мы говорим «полулегального», потому что широкое обращение к массам и открытое провозглашение идеала народного правительства (как некой альтернативы расточитель­ ности и нерадивости официальной власти) было предпринято да­ осскими проповедниками позже, во время ранней Общей Эры. Эти «риторы», организованные в союз «Небесных Вождей», нача­ ли антиправительственный мятеж, приведший в конце концов к краху прогнившей династии Хань во II веке нашей эры.

с. 144

8. ПОДПОЛЬНЫЙ ПУТЬ 143 Стратегические методы «Небесных Вождей» с самого начала ориентировались на так называемый «Левый Путь», который, по­ добно тантре Левой Руки, воспринимался многими непосвящен­ ными как «достойный порицания». Нам еще раз придется вспом­ нить индуистскую легенду о китайском истоке тантризма. Даосски ориентированные повстанцы явятся в Китае вновь не­ сколько веков спустя, во время монгольской оккупации (потомка­ ми Чингисхана) в правление династии Юань (XIII-XIV вв.). Осно­ ватель новой династии Мин, реставрировавший исконные китайские традиции, сам был выходцем из подпольной повстан­ ческой буддийской общины. Придя к власти, он первым делом ре­ шил запретить все религиозные секты или по крайней мере учре­ дить систему государственного контроля за ними, так как боялся за свой трон. Многие «левые» ордена попали под запрет, что еще более усугубило их антисоциальный, подпольный и зловещий ха­ рактер. Династия Мин находилась у власти около трехсот лет1, и в течение всего этого времени империи настолько угрожали различные повстанческие движения и бунты, возглавляемые представителями тех харизматических религиозных культов, ко­ торые, казалось бы, находились под контролем правительства. Династия Мин сменилась династией Цин2, время правления которой опять ознаменовалось активизацией подпольных куль­ тов. Самым грандиозным было так называемое «боксерское вос­ стание»3 против засилия иноземного элемента в Китае. Тайные воинские искусства (популярные не только сегодня, но и тогда), процветавшие во времена «подпольных» культов Мин, оказались способными успешно противостоять западному оружию. Даосские боевые искусства отличались не только техничес­ ким, но и психологическим совершенством, по крайней мере сто­ ило «боксерам» достичь мистически-экстатического состояния, и их становилось почти невозможно убить. Может быть, благода­ ря этому эзотерический даосизм давно уже стяжал славу демони­ ческого, страшного искусства. Предполагается, что современные легальные и полулегаль­ ные мафиозные организации, известные как «Триады», связаны 11368-1644 гг. (р е д .). 2 1644 -1912 гг. (р е д .). 3 В 1898-1901 гг. «Боксерами» повстанцев, практиковавших боевые искусства, называли на Западе, сами они именовали себя «ихэтуанями» - «кулак во имя справедливости и мира». Их идеологией были и крайний национализм и ненависть к иностранцам (р е д .).

с. 145

144 БОГИНЯ СУМЕРЕК деятельностью запрещенных сект династии Мин и Цинь, отвое­ вавших себе право на жизнь еще в далекие феодальные времена. Сунь Ятсен, один из самых замечательных революционеров XX ве­ ка, не скрывал своей принадлежности к «Триадам». Первая китай­ ская коммунистическая партия, как полагают, тоже была связана с даосским подпольем в 20-30-е годы прошлого столетия. Для женщин главнейшей целью владения боевыми искусствами считалось «очищение тела», необходимая процедура для обрете­ ния «бессмертия». Существенным считался и вопрос самооборо­ ны. Женщинам, владевшим необходимыми приемами, было безо­ паснее путешествовать без сопровождения и не бояться всякого рода домогательств. Более эзотерические техники давали возмож­ ность не только испугать, парализовать, но и убить обидчика при­ косновением одних лишь кончиков пальцев. Такое искусство могло особенно пригодиться женщине, пойманной в каком-нибудь ук­ ромном месте, когда помощи от других ждать не приходится. Надо сказать, что в те времена китаянки, принадлежавшие к аристократическим и богатым фамилиям, не могли спастись бегством, так как их ноги с детства уродовались специальными бинтами, чтобы сделать ступни предельно маленькими. Именно для таких женщин проблема насилия была особенно актуальна. В подобных случаях женщины должны были владеть приемами ведения боя на ближнем расстоянии, и одним из эффективных методов самозащиты считалось искусство болезненного смеще­ ния суставов насильника, что не могло причинить ему ни дли­ тельного страдания, ни тем более смерти. Даже вывих одного пальца (сделанный по всем правилам) мог стать эффективным средством против изнасилования или удушения. Суммируя, можно сказать, что даосская философия редукции милитаризма и утверждения силы через слабость получила в бое­ вых искусствах конкретное воплощенйе. Нам кажется, что даже сегодня, когда развитие всех видов оружия достигло исключи­ тельного развития, эти древние искусства вполне могут приго­ диться женщинам как защита от сексуальной агрессии или до­ машней тирании. Проблема, однако, заключается в том, что китайские популяр­ ные организации, вербующие многочисленных обывателей, же­ лающих научиться приемам самозащиты, всегда были связаны с секретными культами, практиковавшими психологическое экс­ периментаторство, обман и гипноз. В течение многих веков сами даосы откровенно предупреждали об этом, и до сих пор даосизм

с. 146

8. ПОДПОЛЬНЫЙ ПУТЬ 145 не освободился от досужих обвинений в шарлатанстве как в Ки­ тае, так и за его пределами. Одной из известных форм даосского шарлатанства является «мистическая проституция». «Посвященные» заманивают в свои сети обывателей, обещая научить их «мистическому сексу». Дру­ гая стандартная форма надувательства - привлечь «даосскими» секретами тех, кто жаждет «великой» власти, авторитета и на­ слаждения, причем для обработки новичков применяются при­ митивнейшие психотропные средства, которые в традиционном даосизме считаются не только бесполезными, но и опасными. Все эти секты могут быть какими угодно - и криминальными, и экспериментаторскими, и откровенно надувательскими, - но необходимость удовлетворения таких «всеобщих» потребностей всегда обеспечит известное процветание псевдодаосского бизне­ са, независимо от того, что кому-то это и не нравится. Здесь сразу же возникает несколько вопросов. Как именно де­ ятельность психотропных культов сказывается на психологичес­ ком и интеллектуальном балансе испытуемых и практикующих? Какие другие цели ставят руководители этих «даосских» орга­ низаций, ведь обман, ложные обещания, невежество являются не более чем средством достижения чего-то другого! Над этими во­ просами вот уже несколько веков задумываются сами даосские традиционалисты, но однозначно на них ответить нельзя - все псевдодаосские культы и организации неизбежно эволюциониру­ ют, особенно в последнее время. Сегодня существуют общепринятые стандарты, оценивающие качество психиатрической и медицинской деятельности специа­ листов, но в духовных практиках даже самых ортодоксальных конфессий таких сертификатов пока нет. Быть может, это являет­ ся неизбежным последствием отделения церкви от государства (в случае официальных религий), а с теми религиями, которые появились на Западе недавно, дело обстоит не так фатально. Не­ возможность объективной оценки вполне объяснима специфи­ кой исторического момента и интеллектуальной невинностью публики, с чем, кстати, вполне можно бороться. Исследуя «тайные» аспекты даосизма, мы не можем не учиты­ вать те глобальные изменения, которые сделали эту хронологиче­ ски и географически отдаленную проблему актуальной здесь и те­ перь. Если в этой ситуации есть место историческому знанию, то мы должны (как на Востоке, так и на Западе) суметь различить и выбрать в наших культурных традициях самое ценное и важное.

с. 147

9 Богиня Мудрости Буддизм иногда называют ответвлением индуизма, так как он за- родился в индусской среде и соответственно имеет схожую куль­ турную память. С другой стороны, уже в пределах индусского кон­ текста буддизм был своего рода оппозицией официальной религии и его широкое распространение за пределами Индии еще более отдалило буддизм от индуизма. Изначально буддизм был одной из нескольких новых религий, которые индусские ортодок­ сы именовали «настика» (то есть отвергающие), так как послед­ ние не принимали авторитета «Вед», главной книги индуизма. Буддисты отрицали некоторые фундаментальные положения древней индийской религии (по крайней мере во времена Будды это казалось отрицанием основ), а именно теологическую догмати­ ку, культовый ритуализм, исключение женщин из религиозных ри­ туалов, систему социальной дискриминации. С точки зрения Будды «боги» все еще являются частью этого мира; рутинное выполнение практик не способно освободить душу; мужчина и женщина имеют одинаковые возможности для достижения высшего духовного уров­ ня (реализации) и все классы и сословия могут стремиться к духов­ ности и обретать ее. Некоторые из этих идей позже были подхваче­ ны нетрадиционными неоиндуистскими течениями (например, тантризмом), которые смягчили кастовые и половые предрассудки. Взаимосвязь буддизма с индуизмом особенно значима, по­ скольку она отражает взгляды буддистов на мир, в том числе на половые различия и сексуальность. В буддийском отношении к миру можно выделить три момен­ та, отражающие три цикла буддийского учения. Первый цикл - познание - беспристрастность к миру для до­ стижения объективного видения. Чтобы самому предвидеть под­ линные основы бытия, Будда отказался от автоматического при­ ятия школьных истин, усвоенных вместе с воспитанием. Стремясь приблизиться к абсолютной истине, он бежал от супру­ жества, семьи, общества и прочих земных уз.

с. 148

9. БОГИНЯ МУДРОСТИ 147 Буддист, следуя этому образцу, на первом этапе жизни уделяет внимание прежде всего личному совершенству. На этой ступени очищения ума и сердца общение с миром должно быть предельно ограничено. Это так называемый «Малый Путь», Хинаяна, или буддизм «Малой Колесницы». Люди, сильно погрязшие в пробле­ мах своей жизни, имели возможность достичь освобождения на этом пути, став нищенствующими странниками и практикуя «не- привязанность». В Хинаяне отношения между полами строились на принципах несексуальности и трансцендентальности. Нищенство само по себе стало частью буддийской культуры и общества, и поэтому второй цикл буддизма учил тому, как жить, ни к чему не привязываясь. Эта фаза называется Махаяна, «Боль­ шой Путь», или буддизм «Большой колесницы». На «открытом» пути Махаяны внутренне освобожденный, просветленный чело­ век вновь возвращается в мир, ни « цепляясь, ни отвергая его». С идеологической точки зрения идеалы Махаяны, формирую­ щие терпимое, доброжелательное и мягкое отношение к миру, были, естественно, востребованы разными слоями населения Индии. В свою очередь буддийская мифология позаимствовала многие образы из индийских религий (включая, например, фигу­ ры женских божеств), которые очень настойчиво и метафориче­ ски суггестивно встречаются на страницах текста Махаяны. Буддистское писание содержит многочисленные лики богинь как индуистского, так и китайского происхождения. С метафизиче­ ской точки зрения «Великая Богиня» воплощает абсолютный прин­ цип пустоты (шуньята) и соответствующее внутреннее, интуитив­ ное видение трансцендентальной мудрости «прадж иапарамита». Дзен-буддийский канонический текст «Скриж али Синей Скалы» по­ ясняет: «Шуньята - Богиня Пустоты. Пространство - вот ее тело. У нее нет физического тела, которое можно осознать прикоснове­ нием. Когда струится свет Будды, тогда и проявляется ее тело». Это сияние символизирует внематериальное внутреннее виде­ ние абсолютной пустоты, что, по мнению буддистов, является универсальной «природой будды» живого сознания. На этой стадии освобождения отношения между полами еще бизируются на духовной основе. Мужчины и женщины равно мо­ гут достичь просветленного состояния, и на этом этапе это выра­ жается в более социальных терминах. В данном случае основа сексуальных отношений состоит из сопереживания и уважения. Третий буддийский цикл называется Ваджраяна, или «Алмазная Колесница». На этой ступени Будда вновь соединяется со своей же­

с. 149

148 БОГИНЯ СУМЕРЕК ной. Отрешенный от мира, он возвращается в мир после того, как переступил его пределы, чтобы нести мудрость через сострадание. Третий цикл представляет собой полное развитие и «созревание» качеств второго цикла. Путь «Алмазной Колесницы» (на взгляд сто­ роннего наблюдателя) наиболее свободный и дерзкий, так как для достижения абсолютной цели применяются средства, принадлежа­ щие арсеналу официальных религиозных практик. На этом уровне сексуальная принадлежность чрезвычайно (и символически) значима и половой акт приобретает сакраль­ ный статус. Как и в индуистском тантризме, тантризм «Алмазной Колес­ ницы» имеет левое и правое ответвления, каждое из которых трактует и наблюдает важнейшие концепты по-своему (примерно так, как эти различия формировали специфику Левой и Правой Руки индусских тантр). Буддизм «Алмазной Колесницы» воспри­ нимался официальными кругами весьма напряженно и вызывал постоянные разногласия и обвинения в аномальности и непо­ требстве - точно так же, как индийский тантризм Левой и Пра­ вой Руки и даосизм Левого Пути. Эти разногласия существовали как в пределах самого буддизма, так и в рамках споров и диспутов между представителями различных конфессий. Основные различия между тремя циклами буддизма можно продемонстрировать на примере их отношений к Абсолютной богине, традиционно отождествляемой с «гиуньяшой» и «прадж на- парамитой» - внутренним, интуитивным видением Пустоты. Философия Богини-Пустоты в буддизме напоминает индуист­ скую трактовку Черной Кали, которая мыслится как трансцен­ дентный Абсолют, находящийся за пределами человеческого по­ нимания. Буддисты не считают пустоту отсутствием, или небытием. Пустота скорее предполагает «неабсолютность». Эта неабсолютность может восприниматься и созерцаться разными способами или путями, которые обозначены в священных кни­ гах. Самый главный (и самый доступный) путь - наблюдать прехо­ дящий характер вещей. В первом цикле буддизма пустота понимается прагматически - посвященный должен понять, что вещи и явления по своей при­ роде условны и непостоянны. Чтобы познать объективный ха­ рактер Пустоты, необходимо преодолеть привычки к созерца­ нию вещей мира сего, ассоциируя сам процесс восприятия. Во втором цикле пустота и существование воспринимаются как синонимы, потому что «ничто» происходит из самого себя. Осо­

с. 150

9. БОГИНЯ МУДРОСТИ 149 знание этой эквивалентности, прочувствование на всех уровнях является основой для выхода за пределы мира - существование по принципу «середины». Ключевой идеей этого цикла является сле­ дующее понимание пустоты - «и не цепляться, и не отрицать». В третьем цикле концепция пустоты заметно усложняется, а формы проявления пустоты становятся более творческими и ми­ стическими. Поскольку все вещи считаются изначально «чисты­ ми» и не обладающими постоянной основой, то, что на первый взгляд казалось обычным миром, теперь само по себе становится как будто сакральным; это вызвано преображением нашего воспри­ ятия и непосредственным осознанием пустоты. Теория и практика должна, с точки зрения буддизма, поддержи­ вать друг друга в результате процесса совершенствования лично­ сти. Осознание пустоты очень часто сопровождалось различны­ ми прагматическими трудностями. Индусские почитатели Богини, воплотившей свое абсолютное начало в образе Черной Кали, для того чтобы преодолеть инерцию мирского восприя­ тия, подвергали себя самым невероятным испытаниям. В резуль­ тате они могли сконцентрироваться на лицезрении всеразрушаю- щей Богини, символе трансцендентального абсолюта. Буддисты для достижения сходных задач («удалить все мирское из сознания и удалить сознание от всего мирского») использовали подобные (хотя и не такие жестокие) процедуры. Естественно, слишком усердное отношение к таким упражне­ ниям приводило к нежелательным побочным эффектам - физи­ ческому, интеллектуальному и моральному кризисам, а подчас и к неизлечимому сумасшествию. Знание этих нежелательных последствий вело к тому, что психотропные практики станови­ лись более тонкими и изощренными. Кроме того, буддийские тексты постоянно и чем дальше, тем больше предупреждали об опасностях созерцания и освоения пустоты, о необходимости ос­ торожного обращения с концептом шуньяшы. Поскольку этот концепт связан с полнотой жизненного опыта, он трактовался в психологиях, социальных и духовных терминах. Традиционные ошибки в понимании природы пустоты связаны с тем, что ее отождествляют с отсутствием, уничтожением или не­ бытием. Если сознание концентрируется на таких обманчивых по­ нятиях, то могут возникнуть различные расстройства ума, особен­ но если концентрирование носит длительный и интенсивный характер. Примеры таких расстройств - раздвоение личности, ос­ лабление интеллекта, моральное разложение, депрессия. Существу­

с. 151

150 БОГИНЯ СУМЕРЕК ет также синдром, именуемый «погружение», который часто оши­ бочно принимают за «просветление», так как ум кажется ясным и человек чувствует себя хорошо. Обычно это состояние называют соблазнительной иллюзией, которая может критическим образом затормозить подлинное духовное развитие впадающего в нее. Ввиду этого (достаточно печального) исторического опыта некоторые оппозиционно настроенные интеллектуальные на­ правления Востока поддерживали свое неприятие буддизма ак­ центированием несчастных случаев. Представители враждебных конфессий часто обвиняют буд­ дизм в нигилизме и антисоциальности, и доктрина «пустоты» традиционно фигурирует как характерная иллюстрация негатив­ ного «уклона». Буддисты в свое оправдание могли бы заметить, что критика и диагностика ошибок и заблуждений - древний жанр классической буддийской литературы и существует еще со времен Будды. Несмотря на древнюю и частую критику буддизма (как внут­ реннюю, так и внешнюю) и на большое количество ортодоксаль­ ных трактовок «пустоты», привлекательность «псевдопустоты» никогда не уменьшится. Всегда были и будут те, кто ищет мораль­ ные и интеллектуальные преимущества доктрины, как, впрочем, и другие, которые ищут в буддизме галлюцинаций (миражей) и забвения. Выдающийся буддийский философ и святой Нагард- жуна писал: «Пустота, понятая неправильно, вредна для слабых духом, - как неправильно схваченная змея и как неправильно примененная формула». С этой точки зрения индусский образ Кали, устрашающий и разрушительный, может восприниматься не только как символ человеческого страха смерти и потери, он представляет собой описание того, что может стать с психикой человека, переставше­ го четко видеть разницу между жизнью и смертью. Нагарджуна говорил: «Победители учили, что пустота есть уда­ ленность от всех точек зрения. Мудрые предупреждали также, что те, кто цепляется за пустоту как за точку зрения, неизлечимы». В бо­ лее широком буддийском понимании существование и пустота взаи­ мосвязаны и нирвана - это не какой-то другой мир, а внутреннее спо­ койствие человека, живущего обыкновенной жизнью. Таким образом, как принято говорить в дзен-буддизме, и.проявляется жи­ вой образ Богини в свете Будды.

с. 152

у. bui инм м уд р и и т 151 МАТЬ МАЙЯ Как уже было сказано, индусская богиня Кали иногда отождеств­ ляется с Майей, то есть иллюзией, или Ма-Майей, Матерью иллю­ зий. В буддийской метафизике мы также встретим Майю, данную в образе Матери всех будд. Если говорить упрощенно, буддийский образ Майи, матери Буд­ ды, представляет собой относительность иллюзии и просветле­ ния. Просветление возникает через осознание иллюзорности, та­ ким образом, иллюзия является матерью Будды. Методическая ценность этого метафизического построения в том, что оно иллюстрирует важнейшую доктрину буддизма - ос­ вобождение достигается не бегством от иллюзии, но интуитив­ ным проникновением в ее сущность. То, что иллюзия оказывает­ ся матерью всех будд, высвечивает и другой буддийский принцип. Просветление должно быть как-то причастно миру, то есть не должно быть неким статическим состоянием, чуждым фактам повседневной жизни. Иллюзия - это созидательное лицо пустоты. Метафизика пус­ тоты объясняет нереальность вещей, представляемых нами. Но когда мы осознаем это все как пустоту абсолюта, то изначальная сила, лежащая в основе иллюзии, преобразится в знание, искусст­ во и магию. Буддийское понимание пустоты и иллюзорности не только слу­ жит разрушению мыслительных шаблонов и привычек, но и вы­ свобождает творческий потенциал сознания от торможений, вы­ званного ими. Это высвобождение, быть может, и является тем психическим механизмом, который лежит в основе многих типов индусской Богини и используется для обретения силы и успеха. В буддийской литературе наиболее магический и творческий портрет богини Майи, матери будд, можно найти в «Аватамсака-су- тре», или в «Книге Цветочного Орнамента». Майя представлена здесь не только как мифологическая мать всех будд, но и как жи­ вой учитель и проводник на духовном пути. Такая двойственность является отражением буддийской идеи сосуществования двух тел, материального и абстрактного, через которые осуществляется связь между обыденным миром и сферой духовного сознания. В этой книге некий паломник находит госпожу Майю восседаю­ щей на троне. Она переступила все уровни существования и не при­ сутствует ни в одном явлении мира, но обращена ко всем существам и является им согласно их ментальным способностям и похожей на

с. 153

152 БОГИНЯ СУМЕРЕК них. Это представляет ее двойственную сущность- абстрактную и конкретную, а также таинственную силу иллюзии и мириады ее отражений во множестве различных умов. Сила Богини согласно учению буддизма направлена на про­ светление и освобождение, то есть осознание пустоты помогает свободному выбору подходящих для данного случая методов. Дру­ гими словами, пути освобождения адаптированы к индивидуаль­ ным нуждам и возможностям. Эти индивидуальные пути не за­ ключены в жесткие, неподвижные рамки, но применяются как лекарства от той или иной болезни. Цель буддийского учения - освобождение, а отнюдь не склоне­ ние в свою веру. Гибкость подхода, практическая необходимость в реальной ситуации - важнейшие принципы буддийских учений. Вот, если угодно, прагматический смысл выражения «Майя - мать всех будд». Образ госпожи Майи из «Книги Цветочного Орнамента» содер­ жит много сложных мотивов с многочисленными слоями значе­ ний. В качестве иллюзии персонифицирующей способность со­ знания создавать порядок из хаоса она «подобна отражению, возникающему в умах всех существ; подобна магии, созданной из магии знания; подобна частичкам света, поддерживаемым от мо­ мента к моменту мыслями существ». Соответственно она «подоб­ на тени, соединенной верой со всеми существами; подобна сну, возникающему у существ согласно их мысленному потоку». Богиня Майя как мать будд обучает и защищает, символизируя сострадание. Сам ее облик «был приспособлен для того, чтобы развивать и направлять все существа на путь истины, он спускал­ ся и проникал в образы всех существ, был причастен к событиям всех миров, возникших из космического сострадания, был по­ слан для защиты сообщества всех существ». В книге говорится, что паломник, «переставший замечать формы всех существ, кото­ рые наполняли умы других существ, увидел в умах всех существ госпожу Майю, добродетель которой питала и поддерживала все существа. Он увидел, что она определена творить милосердие, невзирая на лица, поистине беспристрастное милосердие, объ­ единив всех существ в содружество вселенского сострадания». В контексте даосизма мы уже видели, как образ беременности использовался для выражения внутренней концентрации в меди­ тации. Канонические образы Госпожи Майи, матери всех будд, также имеют отношение к медитации, созерцанию и духовному знанию. «Ее ум был простерт вширь наплывом энергии всезна­

с. 154

9. БОГИНЯ МУДРОСТИ 153 ния, она была неутомима в прояснении всех сфер истины, она была истинной просветленной, медитируя над сущностями ве­ щей, она была посвящена во все уровни медитации, свободно, без преткновения, она постигла редчайшую сферу медитации тех, кто приблизился к бытию самому по себе, она сосредоточилась на различных медитациях, чтобы испарился океан всех скорбей». Согласно священным книгам госпожа Майя сама сообщает, что ее качества и способности происходят от освобождающего про­ светления, которое называется - магическое проявление знания великих обетов. Это совершенное описание ее воображаемого присутствия метафизической реализации. Слово «магическое» обозначает то, что хоть и очевидно, но абсолютно нереально. Это метафора пустоты, а также иллюзии. «Проявление» значит, что пу­ стое и иллюзорное не подразумевает абсолютного несуществова­ ния. «Знание» - это прагматическое осознание тождественности существования и пустоты. «Великие обеты» - это созидательное применение этого знания. Когда жесткие рамки перспективы и мыслительные клише раз­ мываются в процессе уяснения их субъективной природы, тогда становится возможным сконцентрировать эту мыслительную со- здательную энергию для достижения определенных целей. Про­ светленный, который видит отражение иллюзии в сознании дру­ гих, может использовать эти отражения и саму способность к отражению для контакта с природой будды или пробужденной сущностью каждого существа. В этом смысле мы опять можем ска­ зать, что «Майя - это мать будд». ДУХИ ПРОСВЕТЛЕНИЯ Поскольку в буддизме нет своей теологии и демонологии, принято считать, что имена божеств и духов, которые встречаются в буд­ дийском писании, заимствованы из индуистского культурного кон­ текста. Это не совсем так. Нам уже приходилось говорить о том, что буддизм в свою очередь оказал влияние на развитие индуист- ской мифологии Богини. К тому же многие буддийские божества и духи, как выяснилось, пришли в традицию не столько из ведиче­ ского индуизма, сколько из местных туземных религий. Дело в том, что определение «буддийский» по отношению к богам и демонам говорит не о возможном происхождении, а о функции. В некоторых священных текстах вообще нет упоми­

с. 155

154 БОГИНЯ СУМЕРЕК нания о сверхъестественных существах, в других они описывают­ ся как населяющие мир природный и психический. В буддийской мифологии мы не встретим приносящих дары богов и ангелов, скорее, они являются учителями, наставниками, помощниками на духовном пути. Прекрасным примером сказанного является «Вималакирши-пир- деш агсут ра» («Слова, сказанные Вималакирти»), известная буддий­ ская книга, посвященная переходу от первого ко второму циклу восхождения, от узкого пути Хинаяны к широкому пути Махаяны. Книга построена в форме «уроков»-бесед будды Вималакирти (Нравственно чистый), просветленного хозяина дома, с учениками будды Гаутамы. Вималакирти очень энергично преподает искусство от­ каза от клишированных взглядов, мыслей, действий. Интересно, что самый ценный урок дает ученику Будды не сам хозяин, а некая Богиня, оказавшаяся в доме. Волшебная речь Богини, исполненная глубин­ ного, но тонкого юмора, трактует феномен женоненавистничества и предубеждениий, связанных с полом, как деформацию идеи (и практики) целомудрия и чистоты. Может показаться невероятным, что книга, написанная более двух тысяч лет назад, посвящена таким «современным» пробле­ мам. Необходимо учесть, что эта дискуссия возникла не сама по себе, а как непосредственно связанная с целостной буддийской картиной мира. Священный текст ставит вопросы половых раз­ личий и половой дискриминации предельно четко и недвусмыс­ ленно, так что современному читателю не приходится делать скидку на архаичность источника. В истории рассказывается о том, как Богиня посетила просвет­ ленного Вималакирти, чтобы послушать беседу хозяина с самыми верными и добродетельными учениками Будды. Она явилась пе­ ред этими «великими мужами» (как говорится в сутре) и выразила свое уважение к ним традиционным жестом, осыпав их цветами. Цветы, которые коснулись праведных служителей Великого Пути Махаяны, тут же соскользнули к их ногам. Цветы, упавшие на старших служителей Малого Пути Хинаяны, словно прилипли к ним. Ученикам хотелось поскорее избавиться от ненужных цве­ тов, и они приложили все свои магические знания для этого, од­ нако ничего не достигли. Притча иллюстрирует основное различие между Малой и Большой колесницами. Как известно, великой целью буддизма считается умение «отстраниться от мира, оставаясь в нем», то есть не быть ни слишком привязанным к земным вещам, ни от­

с. 156

9. БОГИНЯ МУДРОСТИ 155 вергать их слишком сильно. Малая цель личного достижения нирваны прельщает тех, кто пока не способен достичь большой цели, они стремятся удалиться от мира именно потому, что слиш­ ком привязаны к нему. Эта «привязанность к отстранению» сим­ волизируется лепестками, прилипшими к служителям Хинаяны, которые активно пытались избавиться от них, но не сумели. Понятно, что смысл урока, преподанного Богиней, заключа­ ется в следующем: из всех земных созданий женщина привлекает мужчину больше всего, при том что тяготение мужчины к женщи­ не является древним символом привязанности человека к миру. С другой стороны, женщина воспринимается как символ теп­ лоты и сострадания, что характерно для учения Махаяны, потому что именно Большая колесница учит искусству возвращения из безмятежной нирваны в мир после освобождения. Использование цветов (то есть чего-то прекрасного) в нашем метафизическом сюжете показывает, что благо выхода за грани мира может быть сведено к нулю, если отстранение от мира пре­ вращается в отвращение. Миссия Богини на этом не заканчивается. Она спрашивает од­ ного ученика, почему ему хочется избавиться от цветов, на что тот отвечает: «Потому что цветы не согласуются с религией». Бо­ гиня возражает: «Не говори, что эти цветы вне религии. Почему? Сами по себе цветы не несут двойного смысла. Это именно ты со­ здаешь двойственность в своих мыслях. Вот и все». Затем Богиня дает определение религии с точки зрения сути, а не профессии. «Если некто, расстающийся с привязанностью только потому, что так учит Будда, действует так из неверного понимания, то это противоречит религии. Если он не имеет ложных разграниче­ ний, он живет в согласии с религией, поскольку лишен двойст­ венности». При этом она ссылается на великих святых: «Обрати внимание, эти цветы не липнут к бодхисаттвам, ибо они прекра­ тили делать разграничения в своих мыслях». Далее Богиня совершает весьма любопытный экскурс в область психологии чрезмерного отстранения от мира. «Вы подобны лю­ дям, которые становятся одержимыми, когда им страшно. Такие ученики боятся жизни и смерти, поэтому вы одержимы формами, звуками, запахами, вкусами и ощущениями. Привязанность к этим вещам не может навредить тем, кто отрешился от страха». Далее Богиня представляет свое видение психологии «сверх­ отрицания», имея в виду жалкий опыт аскетов и кающихся. «Цве­ ты липнут к вам, потому что ваша навязчивая привычка не исчез­

с. 157

156 БОГИНЯ СУМЕРЕК ла. Цветы не прилипают к тем, кто лишен подобной привычки». Ученик спрашивает Богиню:

• Как долго ты находишься в этой комнате? Как долго от нее исходит тот свет, в котором она находится?
• Я нахожусь в этой комнате с тех пор, как ты освободился, - отвечает она.
• Давно ты находишься здесь? - переспрашивает ученик.
• Давно ли ты освободился? - вопрошает Богиня. Ученик молчит и не знает, что ответить. Богиня интересуется, почему он молчит, несмотря на свою великую мудрость.
• Потому что освобождение не имеет словесного объяснения. Поэтому я не знаю, что сказать об этом, - говорит ученик. Богиню, однако, не удовлетворяет такое одностороннее пони­ мание учеником свободы и выход за грань обычного восприятия. Она объясняет принципы тонкого взаимопроникновения пусто­ ты и существования, которые проявляются в свободе и сострада­ нии, что является основой учения Махаяны. «Словесные объяснения и буквы являются проявлением ос­ вобождения. Почему? Потому что освобождение не является внутренним или внешним, также оно не находится посереди­ не. Поэтому нельзя говорить об освобождении, не используя букв. Почему? Потому что все является проявлением освобож­ дения». Эта сцена с цветами иллюстрирует два возможных подхода к пяти человеческим чувствам, а заключительная мысль о приро­ де речи и письма иллюстрирует два подхода к человеческому ин­ теллекту. Те, кто, стремясь к нирване, ищет лишь покоя и бездей­ ствия, не обладают полнотой отстранения. На самом деле они сильно озабочены тем, от чего внешне могут отказаться. Слиш­ ком фанатическая озабоченность приводит в финале к конфликт­ ной ситуации. Добиваясь для себя абсолютного покоя, «нирвано- голики»-нигилисты теряют возможности творческого развития и применения своих чувств и интеллекта. В буддийских терминах это означает недостаток действенного сострадания. Ученик в нашей истории был чрезвычайно удивлен заявлени­ ем Богини, «что все является проявлением освобождения». Он возражает: «А не отстраненность ли от желаний, гнева и прихо­ тей приводит к освобождению?» Богиня сообщает растерявшему­ ся ученику еще более неслыханные вещи: «Лишь тщеславным лю­ дям Будда говорил, что отстраненность от желаний, гнева и прихотей ведет к освобождению. Тем же, кто лишен тщеславия,

с. 158

9. БОГИНЯ МУДРОСТИ 157 Будда говорил, что освобождение лежит в самой основе желания, гнева и прихотей». Богиня в нашей истории обучает основам буддизма направле­ ния Махаяны. Ее урок базируется на принципе пустоты или неаб- солютности временных явлений. Не эмоции и импульсы сами по себе обладают непреодолимой силой связывать и вводить в заблуж­ дение нас, а скорее, чрезмерное тщеславие и самомнение людей, относящихся слишком серьезно к себе и своим чувствам, наполня­ ет субъективные состояния гипнотической силой, и сознание по­ падает в ловушку клишированных реакций. Дискуссия с Богиней продолжается в том же духе еще какое-то время, после чего ученик задает вопрос, который в полной мере иллюстрирует его непонимание. «Почему ты не изменишь свой женский облик?» Подобно тому как он преувеличивает значение земных феноменов и вещей и потому слишком сильно хотел удалиться от мира, так и сейчас он преувеличивает значение пустоты и предполагает, что вещи могут исчезать и меняться по чьему-либо желанию. Ученик гово­ рит, что если она постигла суть свободы, почему бы ей не освобо­ диться от ущербного и низменного женского образа. Он в кото­ рый раз демонстрирует косность своего мышления не только в рассуждении о людях и вещах, но и в подходе к пустоте. Видя, что ученик не способен совершить в своем сознании интуитивный скачок, Богиня пытается вывести его из затрудне­ ния, апеллируя к его рассудку. «В течение 12 последних лет, - от­ вечает она своему оппоненту, - я пытаюсь найти черты женст­ венности и не могу их найти, от чего же мне надо отрекаться и как менять свой образ?» Богиня прибегает к языку метафизи­ ческого созерцания и объясняет, что половые характеристики носят вторичный характер и не являются вечными абсолютны­ ми принципами. Богиня поднимает тему условности и нереальности и вновь обращается к ученику: «Представь себе, что некий маг создал фантом женщины и кто-нибудь, обращаясь к этому фантому, спра­ шивает ее, почему она не меняет свой женский облик, - скажи, разумный ли это вопрос»? Ученику приходится признать, что вопрос неразумный. «Ведь фантом не имеет устойчивой формы, что же она может поменять»? Богиня возвращается к своей главной мысли: «Так же обстоит дело со всеми явлениями и вещами. У них нет устойчивых форм. Зачем же ты спрашиваешь меня, почему я не хочу изменить свой

с. 159

158 БОГИНЯ СУМЕРЕК женский облик? Если форма - это не более чем временная услов­ ность, какую свободу ты приобретешь, поменяв одну временную условность на другую, пусть даже это и возможно!» Не желая заканчивать разговор на сугубо интеллектуальном уровне, Богиня решает подтвердить это на опыте. Используя ма­ гическую силу, она изменяет облик ученика на свой, а своему телу дает облик ученика. Теперь он может видеть себя в ней, а она мо­ жет видеть себя в нем, между ними устанавливается связь, помога­ ющая им сопереживать чувства друг друга и позволяющая общать­ ся на более глубоком уровне. Видоизмененная Богиня спрашивает видоизмененного учени­ ка: «Почему ты не изменишь твой теперешний женский облик?» Ученик, находящийся в теле Богини, отвечает: «Я не знаю, что изменилось, но я превратился в женщину». Богиня говорит: «Если бы ты мог изменить это теперешнее жен­ ское тело, то все женщины могли бы поступить так же. Так как ты не есть женщина, но при этом ты находишься в женском облике, то и все женщины, пусть они находятся в женском облике, не суть жен­ щины». Вот почему Будда говорит, что первоэлементы существова­ ния не являются сами по себе ни женскими, ни мужскими. Умение относиться к людям как просто к человеческим суще­ ствам, без груза социальной или сексуальной дискриминации, - величайший принцип буддийской этики Махаяны. Точно так же пусть пустота не уничтожает существование, уме­ ние относиться к людям «ни как к женщинам, ни как к мужчинам» нисколько не уничтожает или не отрицает половой или сексуаль­ ный вопрос, но, скорее, наделяет людей способностью видеть сквозь ослепляющую нас одержимость этими вторичными харак­ теристиками - нашу общую человеческую природу. В «Книге Цветочного Орнамента» (напомним, что это самый зна­ чительный буддийский источник подробного описания богини Майи как матери будд) все богини возникают в роли проводниц и защитниц. Некий паломник в самом конце этой феноменальной книги встречается с целым сонмом таких богинь-наставниц. Первая и! сонма - богиня Земли Стхавара, чье имя можно пере­ вести как «устойчивая», «стабильная». Она символизирует концент­ рацию или стабилизацию ума, и различные способности богини подчеркивают, что «концентрация» является основой духовного развития, способом актуализации всех дремлющих, латентных воз­ можностей личности. Магически изменив облик земли, она показы­ вает страннику россыпи драгоценностей, которые должны символи­

с. 160

9. БОГИНЯ МУДРОСТИ 159 зировать те духовные сокровища, которые явились в результате его честных и праведных трудов. «Возьми, сколько ты хочешь, - говорит она, показывая на драго­ ценности, - и делай с ними то, что тебе кажется нужным». Потом богиня Земли сообщает пилигриму, что она достигла просветленного освобождения, которое называется «неприступ­ ный приют знания», и что будда Вайрочана (буквально «Просве­ титель») был ее учеником и подопечным со времени его послед­ него прилива вдохновения. Эта функция защиты отражает традиционное буддийское понимание, что концентрация или ментальная стабилизация является дополнительной к обладанию внутренним видением и знанием. Иногда концентрацию сравни­ вают со стеклянным колпаком светильника, который должен за­ щищать пламя внутреннего видения от ветра отвлечений для то­ го, чтобы светильник продолжал ровно гореть. Концентрация представлена здесь как приют знания, то есть место безопасного хранения высших способностей сознания, подобно тому как в земле сокрыты несметные сокровища. После того как богиня Земли преподала нашему паломнику урок своей мудрости, она послала его к другой богине, на этот раз к богине ночи Васанти (буквально «госпожа Весны». Вне буддий­ ской традиции так могут называться многие богини растений и лесов, так как это слово непосредственно произошло от «вес­ ны» и имеет общее значение принадлежности к весне). Естественно, госпожа Весны замечательно красива. Она укра­ шена богато и разнообразно, облачена в красное одеяние, коро­ нована луной, ее прекрасное тело является отражением всех звезд и созвездий. В порах ее кожи странник обнаружил портре­ ты людей, которых она научила, наставила, выручила из беды, причем было видно, каким именно образом она помогла этим лю­ дям. Он мог явственно слышать слова тех учений, которыми бо­ гиня вдохновляла людей искать просветления, и то, в какое вре­ мя, в каком месте, при каких обстоятельствах, в каких случаях было приложено то или иное учение. Преображенный этим светлым видением, паломник молит бо­ гиню ночи настаивать его на путь абсолютной истины и знания. Богиня отвечает: «Я достигла просветленного освобождения и получила средство вести людей путем света истины, который разгоняет тьму и заблуждения каждого. Я добра к злым, состра­ даю творящим зло, довольна добродетельными, мне все равно, добры люди или злы. Я жажду очистить грешных, наставить за­

с. 161

160 БОГИНЯ СУМЕРЕК блудших, вдохновить глупых искать просветления, дать силу не­ способным, освободить порабощенных суетой мира от бес­ смысленного прохождения одних и тех же кругов и стремлюсь научить тех, кто ищет личного спасения, идти дорогой абсо­ лютного знания». Богиня рассказывает, какими различными путями она помога­ ет тем, кто потерялся во тьме ночной. Заблудшие, осажденные, подвергающиеся опасностям, лишениям и бедам - все обращают­ ся к ней, и всем она помогает. Она руководит орбитами Солнца, Луны и звезд, горными пещерами, дикими плодами, водами рек и потоков, если нужно помочь путешествующим. Пение птиц, пыш­ ный рост целебных трав и растений, сияние горных духов - все подвластно ей, и нет пределов ее благотворительности. Список способностей и заслуг продолжается, и образ ночной богини постепенно очищается от наслоений земной красоты и добродетелей. Исцеляя социальные, экономические и психоло­ гические беды, она в итоге достигает пределов духовного осво­ бождения и просветления. Это преображение ночной богини, бо­ гини Весны представляет собой самый ценный урок, усвоенный пилигримом, что настойчиво подчеркивается в писании, но она лишь первая из сонма восьми ночных богинь-наставниц. Как и первая, так и все остальные преподают страннику урок и отдают его в руки следующего учителя. Госпожа Весны направляет его к следующей богине - Ночи. Вторая богиня, как выясняется, когда-то вдохновила первую идти путем просветления. Имя второй богини Саманта-гамбхира - шри- вимата-прабха, что значит «Вселенский глубинный лучистый неза­ мутненный свет». Имя является эмблемой трансцендентального внутреннего видения. Это воплощение абсолютной божественной «самотождественности» в буддизме. В этой истории просветленное освобождение, достигнутое второй богиней, называется «блаженство спокойной медитации, смело проникающее всюду». Традиционно медитация восприни­ мается как средство пробуждения внутреннего видения, таким образом и объясняется связь между ее именем и статусом. Ощущение «смелого проникновения всюду» характеризует медитацию и внутреннее созерцание не как статичное и пассив­ ное состояние, а как активное, прогрессивное действие. Это клю­ чевой момент Махаяны. Разговаривая со странником, богиня об­ ращает его внимание на многоступенчатость развития состояния медитации, разные способы прекращения нездоровых страстей,

с. 162

9. БОГИНЯ МУДРОСТИ 161 чувств и мыслей у людей, а затем последующее развитие в них по­ ложительных мотиваций, мыслей и намерений. После этого вторая богиня посылает странника к следующей наставнице, тоже ночной богине по имени «Прамудита-найяна- джагад-вайрочана», то есть «Озаряющая мир радостными глаза­ ми». Эта богиня демонстрирует замечательный перечень доставля­ ющих удовольствие, освобождающих и просветленных действий, лучистых эманаций, показывает практики Десяти совершенств и Десяти способов трансцендентальности, характерные для «зрело­ го» буддизма Махаяны: милосердие, нравственность, терпимость, прилежание, медитация, внутреннее видение, методологическая компетентность, приверженность, сила и знание. Откровения богини Озаряющей мир радостными глазами, на­ сыщенные подробностями, продолжаются очень долго. Наконец странник сам впадает в экстатическое состояние и начинает вос­ хвалять богиню, превознося ее совершенный союз трансценден­ тального видения и сострадания. Ты , которая совсем не привязана ни к делам, ни к мыслям. Ты управляешь миром, ибо из т ебя выходят все совершенства. Ты не привязана ни внутреннему, ни внеш нему. Ты преодолела море конечной жизни. Ты отбрасываешь бесконечные отраж ения существования в мире. Ты не имеешь непостоянства, тщеславных планов и ложных идей. Ты показываешь сущность вещей глупцам, погрязшим в заблуж дениях. После всех этих славословий паломник спрашивает ночную богиню, каким образом она достигла освобождения. В ответ она перечисляет всех тех будд, от которых она научилась просветле­ нию. Совершенного пробуждения она достигла при помощи ноч­ ной богини, которая была божественной сущностью Самантабха- дра, или «Вселенского Добра». Это божество является прототипом и общей суммой трудов всех бодхисаттв, великих святых буддизма, которые остались в миру, чтобы трудиться ради блага и спасения всех существ. Потом третья богиня отсылает ученика к следующей богине, пребывающей в эзотерическом круге. Ее имя Саманта-саттва-тран- оджах-шри, то есть «Излучение силы, питающей все существа», бо­ гиня открывает себя пилигриму в образе удивительной красави­ цы: между ее бровей струится свет, который озаряет целый мир и самого ученика, так что он сам весь проникается этим сиянием.

с. 163

162 БОГИНЯ СУМЕРЕК Возможно, это свидетельство о ментальном контакте между учителем и учеником, находящимися в духовном общении. В рассказе сообщается, что странник достиг высокой степени концентрации, (под названием «сфера абсолютного спокойст­ вия»), когда дотронулся до света. Это говорит не столько о чув­ ственном или психологическом, сколько о духовном характере их общения. В состоянии концентрации пилигрим имеет величественное ви­ дение миров, находящихся внутри других миров, что свидетельст­ вовало о взаимосвязи всех уровней существования. Еще он увидел богиню «Излучение силы, питающей все существа» рядом с каждым существом, восприимчивым к ее сопровождению во всех этих ми­ рах, причем к каждому существу богиня имеет свой собственный «подход», адаптируя свое излучение для каждого отдельного случая. Это означает объединение внутреннего видения и искусных средств - символ Махаяны. Восхищенный странник вновь славословит богиню Ночи, по­ сле чего он спрашивает, как именно она достигла освобождения. Ее рассказ чрезвычайно пространен и подробен. Богиня вспоми­ нает переживания прошлого и то, что она сумела понять в процес­ се своего собственного паломничества. В конце духовного пути она пришла к той степени освобождения, которое называется «ре­ зультат созерцания принципа «мир в мире». От последних 500 будд, к которым она обратилась, богиня получила озарение «абсолютного знания», которое называется «лоно знания прошло­ го, настоящего и будущего времен, обширного, как вся Вселенная». Она сообщила, что в результате этого просветления она мо­ жет созерцать бесконечное число будд в каждый миг своего со­ знания и что это видение ум ее наполняется новыми отблесками света абсолютного знания, так как восприятие этих обликов све­ та всезнания бесконечно и чрезвычайно полезно и ценно. В этом смысле образ «лона» связан с восприимчивостью сознания, кото­ рое является областью внутреннего видения. В буддийских свя­ щенных книгах сказано, что во все времена все учило и учит нас мудрости, но мы слишком отвлечены своими собственными мыс­ лями и заботами, чтобы быть восприимчивыми к урокам окружа­ ющего нас мира. «Лоно знания» всегда открыто для впечатлений истины и потому «способно выносить зародыш просветления». В заключительной речи богиня направляет паломника к своей соседке, тоже богине Ночи, восседающей в кругу просветления на месте Вайрочаны. Ее зовут Прашлига-рута-сагара-вати, то есть

с. 164

9. БОГИНЯ МУДРОСТИ 163 «Содержащая Океан тихих зовов». Она достигла «спокойствия через очищение океана сознания». Характеристика «спокойствия», которую дает новая богиня, очень точно передает доктрину Махаяны. «Мой ум ни на чем не сконцентрирован и ни от чего не зависит. Мой ум сориентиро­ ван на служение всем существам и способен без устали созерцать всех будд». В этом контексте свобода от сосредоточенности и зависимости не предполагает одиночества, отрешения или статичности, наобо­ рот, она требует присутствия динамического начала, что выража­ ется в идеале гуманистического служения и пробуждения. Богиня объявляет: «Я исцелю сильные страдания мира, сделаю каждого предельно счастливым, озарю полным блаженством просветления всю вечность. Вот моя клятва». Подробно и пространно богиня начинает объяснять, как имен­ но она сопровождает и помогает совершенно различными спосо­ бами, как учится мудрости, всюду созерцая просветленных, и как постоянно видит перед собой образ Вайрочаны-будды, который и есть воплощение реальности. Освобождение, которого она до­ стигла, называется «сверхъестественные проявления сознания в то время как мысль излучает потоки радости». Богиня говорит, что она приобрела это состояние, будучи в прошлом «богиней древа просветления». Странник идет искать мудрости у следующей ночной богини - Сарванагара-ракша-самбхава-теджах-шри, то есть «Излучение Энергии защищающей все города». Ее тело «не загрязнено ни одним из миров» и «может выхо­ дить за пределы всех миров». В то же время она способна разви­ вать и направлять всех людей, «ибо ее тело во всех мирах провоз­ глашает истину». Состояние ее освобождения называется «Вход в глубокий мираж восхитительного звука», который является «медиумом света учения». Мы чувствуем, что эта богиня связана с ителлектуальностью, самосознанием и красноречием. Свою учительскую работу она ве­ дет при помощи бесчисленных «дхарани» - магических формул для концентрации. Каждая формула может иметь огромное коли­ чество значений и смыслов, так как каждая буква или фонема за­ говора вызывает ассоциации с тем или иным учением. Слово «дха­ рани» можно перевести как «ментальная формула» и как дзен-буддийский термин обозначает состояние пробуждения, так как эти формулы использовали для развития мыслительных воз­

с. 165

164 БОГИНЯ СУМЕРЕК можностей при обучении и для достижения сходных состояний, связанных с концентрацией сознания. Буд дийские монахини Восточной Азии почти постоянно прак­ тиковали чтение «дхарани» или эквивалентных медитативных формул. Особенно это характерно для женщин - адептов буддиз­ ма «Чистой Земли», основной медитативной практикой которо­ го является чтение нараспев имени Будды. У дзен-буддистов «дха­ рани» также получили распространение. Банкей Йотаки (1622-1694), известный огромным количеством учениц, совето­ вал сотням своих монахинь повторять определенные «дхарани» по нескольку тысяч раз в день. Дзенские монахи также твердили «дхарани», но не столь ак­ тивно, как монахини. Почему-то этот факт остался незафиксированным в официаль­ ных анналах знаменитой Банкеевской школы и его можно обнару­ жить лишь в редких рукописях ордена. Мистический буддизм счи­ тает, что дхарани- это могучее средство, способствующее личному освобождению и просветлению, причем оговаривается, что неис­ кушенным и заблудшим опасно применять это средство. Основа­ тель японского тантрического буддизма писал, что дхарани могут сделать сильным и просветленным кого угодно, даже неподготов­ ленного, но многие формулы не разглашаются для большинства. Может быть, нельзя утверждать, что медитативное чтение на­ распев всегда полезно и эффективно для женщин. Быть может, мы просто не знаем других причин, почему азиатские буддистки совер­ шенно очевидно склонны к пению магических формул, молитв или священных имен. Быть может, эти женщины ориентировались на классические модели, подобные нашим, когда ночная богиня по­ мнила наизусть и проговаривала имена будд, приведших ее к осво­ бождению. По крайней мере этот мотив подтверждает легитим­ ность практики произнесения священных имен, причем в результате этого процесса явным образом развивалась память, что можно считать побочным (и ценным) продуктом практики дхарани. Наш паломник следует дальше и навещает ночную богиню Сар- ва-врикша прапхулланд-сукха-самваза, или «Сожительство с На­ слаждением Цвета всех деревьев». Состояние освобождения этой богини называется «проявление удовлетворения от сокровища ве­ ликой радости». Она сама говорит, что состояние «известно тем, кто обрел мир, у кого сосредоточенный, спокойный и прохладный ум, кто практикует все виды медитаций. Это освобождение для тех, кто знает свой путь, чей разум проник в сущность вещей, чей мозг

с. 166

9. БОГИНЯ МУДРОСТИ 165 не пленен морем существования, тех, кто подобен лучам отражен­ ных в сознании существ». Богиня очень долго говорит о своем прошлом, о всех своих связях и встречах, после чего отсылает странника к другой ноч­ ной богине просветления. Ее зовут Сарва-джагад-ракша-пранидха- на-вирджа-прабха, или «Свет Энергии Обязательства защищать все миры». Паломник видит богиню, восседающую на троне, украшенном драгоценностями, который символизирует место пребывания всех существ, а ячейки с драгоценными камнями представляют принципы космоса. Ее тело отражает все луны, солнца, звезды, планеты, и она является людям в человеческих образах, в фор­ мах, доступных их сознанию. Созерцая тело ночной богини, странник достиг «10 очище­ ний мысли», после чего он смог соединяться с богиней и всеми ее духовными друзьями». Это единение описано в книге во всех подробностях и особен­ ностях - единение в воспоминаниях, единении в просветлении, мечтательной чистоте, доброте, сострадании, независимости и т. д. В конце говорится, что, достигнув 10 очищений мысли после со­ зерцания богини, странник соединяется с ней столькими способа­ ми, сколько атомов насчитывается в буддийской вселенной. Это предполагает мистический акт расширения сознания или самосо­ знания путем активного контакта с более развитым сознанием. Духовный контакт описан в священной книге как способ обуче­ ния и познания, столь же важный, как речевое общение. Похоже, что эта мысль особенно подчеркнута в буддийских рас­ сказах о богинях, причем богиня чаще всего символизирует нема­ териальную внутреннюю истинную сосредоточенность, так что каждый аспект женственности и полноты законно ассоциируется с тем или иным тонким моментом познания или коммуникации. Пилигрим наконец переключается на речевое общение и пря­ мо спрашивает богиню о природе ее освобождения. Она объясня­ ет, что ее свое состояние основано на абсолютной доброте, кото­ рое способствует развитию всех существ в согласии с их образом мышления. Богиня объясняет, что, находясь в состоянии осво­ бождения, она постигает единую сущность всех вещей, наслажда­ ется независимостью, удаляется от всех миров и хотя различает формы вещей, тем не менее понимает их сущностное единство (несмотря на их различия). Именно такие рассуждения дают воз­ можность отрешиться от мира, находясь в миру, как учит Махаяна,

с. 167

166 БОГИНЯ СУМЕРЕК и ночная богиня продолжает пространно описывать различные свои воплощения, в которых она является людям, чтобы наста­ вить на путь истины и принести благо в зависимости от их инди­ видуальности. Богиня последовательно описывает свое состояние освобож­ дения, вспоминая свое прошлое. Это тоже является характерной особенностью буддийских рассказов о женских божествах. С од­ ной стороны, прослеживание связи с прошлым является одним из аспектов практики самоанализа как соответствующей части са­ мопознания. С другой стороны, этот мотив представляет процесс духовной эволюции как последовательность ступеней личного роста. Эти два возможных смысла совпадают в процессе переос­ мысления чьей-либо жизни на ее разных этапах, чтобы вывести просветление из опыта. Эта богиня является последней из сонма ночных богинь, окру­ жающих трон просветления Вайрочаны-Просветителя, который символизирует абсолютное осознание. Закончив обучение, по­ следняя ночная богиня посылает паломника к другому наставни­ ку, богине рощи, Лумбини, где родился Будда. Богиня рощи Лумбини именуется Су-теджо-мандала-рати-шри, то есть «Излучение наслаждения в сфере тонкой энергии». Спе­ цифика ее состояния освобождения заключается в «видении рождения просветленных сущностей во всех вещах и явлениях бесконечности». Мы слышим сущность этой практической идеи с доктринами и учениями многих буддийских школ: истинное рождение пробуждения достигается методом объективного со­ зерцания явлений. Ночная богиня рощи Лумбини объясняет нашему страннику, каким образом ум готовится к освобождению через особые фор­ мы буддийского «рождения» или духовного перерождения. Этот процесс осуществляется при помощи преданности, воли, медита­ ции, очищения намерения, ментальной силы, навыков общения; а далее практик объединяет свой ум со всеми просветленными умами всех времен и миров. Богиня завершает свой урок повествованием о том, как она стала свидетельницей рождения Вайрочаны, высшей эманации Будды, который возник непосредственно из живота госпожи Майи и ознаменовал свое появление излучением непостижимого света, подобного свету восходящего солнца, блеску молнии из об­ лаков, заре в горах, огромному факелу, вспыхнувшему во тьме. Она, подобно предыдущей богине, рассказывает паломнику исто­

с. 168

9. БОГИНЯ МУДРОСТИ 167 рию своей жизни, после чего посылает его к следующему учите­ лю - земной девочке по имени Гопа, или «пастушка». Таким обра­ зом завершается удивительный цикл божественного учения, при­ чем все уроки оказываются в эпицентре этого великого буддийского писания, что воспринимается как своеобразный за­ щитный контур сверхмощной духовной силы, окружающий центр пробуждения и духовного перерождения. В санскритском тексте описание формирования круга богинь занимает более четверти последней книги, самой большой и цен­ ной. Этот божественный цикл содержит богатый педагогический материал, и он чрезвычайно важен для подготовки к состоянию просветления. В священной книге подчеркивается, что бесчисленное множе­ ство мелких женских божеств окружали божественные прототи­ пы, что, естественно, предполагало, что огромное количество бе­ зымянных девушек и женщин шли путем Махаяны, в поисках духовного просветления, и окружающие не могли не подпасть под обаяние их образа жизни. Ночь подразумевает темноту, а темнота - невидимость и незна­ ние. Все эти категории символически связаны, что напрямую соот­ носится с мистическим опытом. Для живших в Индии в историче­ ское время, где доминировал ортодоксальный индуизм, ночь могла быть символом социального и религиозного сексуального подавле­ ния. Появление таких «ночных богинь» в буддийском предании могло обозначать духовный расцвет женственности в буддизме. Для тех, кто по каким-то причинам не мог принять этого (или кто был активно против), была возможность воспринимать исто­ рии о богинях (благодаря их специфической художественной форме) как некий набор мифов. Если это так, то искусство иллюс­ трации (кроме всех прочих достоинств) могло стать средством за­ щиты этих удивительных людей от гнева официальных властей.

с. 169

10 Пробуждение женщины Исторический будда Гаутама не соблюдал индуистские законы, запрещавшие женщинам получать образование, и женский мона­ шеский орден, основанный еще при его жизни, считается самой древней во всем мире организацией подобного рода. Для тех государств, где официально доминировали откровен­ но антифеминистические идеологии индуизма и конфуцианства, буддизм оказался прибежищем для многих женщин, искавших ду­ ховного совершенства. Хотя личная репутация не была частью этого пути и многие геро­ ини в литературе изображаются фигурально и символически, тем не менее буддийские книги содержат сотни упоминаний о выдающихся исторических личностях - девушках и женщинах. Прежде всего речь идет о тех выдающихся последовательни­ цах буддизма, которые лично видели будду Гаутаму. Каноническое собрание древних стихотворных текстов «Тхеригатха» (Гимны отшельниц) содержит молитвенные обращения более чем семи­ десяти буддийских «просветленных». Одно сочинение составле­ но тридцатью монахинями, а другое, аналогичного происхожде­ ния, сразу пятьюстами авторами. Таким образом, точный свод сочинений поэтически представляет не менее шестисот женщин. Составительницы этой древнейшей антологии пришли в мо­ настыри из разных общественных групп, и каждая имела свою личную историю. Одни уже давно вели отшельнический образ жизни и странствовали, другие недавно развелись, третьи до мо­ настыря были проститутками или рабынями. Группа, состоявшая из пятисот женщин, - это матери, потерявшие своих детей. Чину просветленных отшельниц принадлежала Праджапати (Паджапати), которую называли тетей и кормилицей Гаутамы. Она была первой женщиной, захотевшей примкнуть к ордену, когда ее племянник только начал учительствовать. Имя «Праджапати» зна­ чит «прародительница», и она вместе с Майей (предполагаемой матерью Гаутамы) традиционно считается сестрами и женами отца

с. 170

10. ПРОБУЖДЕНИЕ ЖЕНЩИНЫ 169 Будды, могучего царя. Вполне вероятно, что Праджапати в действ вительности была родной матерью Будды или царицей. Образ Майи мог возникнуть не только в метафизических целях, но и как своего рода ширма (что очень важно с исторической точки зре­ ния) для укрытия реальной наложницы царствующего отца. Нандоттара, другая великая монахиня, рассказывает, что до встречи с Буддой и обретения духовной свободы она практикова­ ла как аскетический, так и сибаритский образ жизни. Она поет о том, как когда-то поклонялась божествам солнца, луны, огня, как имела обычай ритуального купания в священной реке. Она со­ блюдала все религиозные правила и обеты, ходила с головой, об­ ритой наполовину, спала на земле и воздерживалась от еды после захода солнца. Потом она оставила аскезу. Нандоттара лелеяла свое тело частыми ваннами, умащивала маслами и благовониями, посвятив свою жизнь чувственным удовольствиям. Наконец она стала буддийской монахиней, перестала служить наслаждениям, освободилась от всех уз и обрела спокойствие духа. Еще одна монахиня, утверждавшая, что она лично знала Гаута- му, принадлежала к аскетической джайнистской религии. В свое песне Бхадда (так ее звали) вспоминает, как она когда-то брила го­ лову, вымазывала себя грязью и полуголая, в одной лишь набед­ ренной повязке, скиталась по миру, то есть занималась, как ей ка­ залось, псевдорелигиозным извращением истины, считая «непорочность пороком, а порок - непорочностью». За афорис­ тической формулой скрывается осуждение чрезмерного аскетиз­ ма и чрезмерного самоизнурения. Спустя какое-то время Бхадда сподобилась лично встретить Гаутаму, когда он проповедовал свое учение группе ниществующих странников. Слова Будды так сильно подействовали на нее, что она полностью пересмотрела свои взгляды на жизнь. Бхадда приблизилась к Учителю и тотчас же примкнула к его ордену. После этого она в течение пятидеся­ ти лет путешествовала совершенно налегке, переходя из одной страны в другую, питаясь подаянием. К концу жизни она получи­ ла освобождение от всех зависимостей. Сотни монахинь эпохи становления буддизма покидали мир, шли в монастырь, пережив самое страшное потрясение для женщи­ ны - смерть своего ребенка. Одной из таких была Уббили, в миру - супруга князя. Потеряв дочь, она впала в тяжелейшую депрессию, но, к счастью, ей встретился будда Гаутама. Будда сказал ей, что на том месте, где кремирована ее дочь, кремировано неисчислимое множество детей, носивших то же самое имя. Женщина постигла

с. 171

170 БОГИНЯ СУМЕРЕК непостоянство и ненадежность как универсальный принцип мирозда­ ния и вновь обрела душевное здоровье. Она присоединилась к уче­ никам Будды и в конце жизни достигла духовного освобождения. Отшельница Васити тоже была сильно опечалена смертью своего ребенка и находилась в крайне подавленном состоянии. Обезумев от горя, она стала повсюду ходить голой, со всклочен­ ными, нечесаными волосами. В таком виде ее часто видели на пе­ рекрестках, помойках, кладбищах, дорожных обочинах. Три года женщина предавалась безумствам, после чего она встретила Гау- таму, и тот помог несчастной обрести душевный покой. Сегодня нам может показаться, что общество тех времен было абсолютно равнодушно к судьбе Васити и ей подобных. Справед­ ливости ради нужно сказать, что в ту пору по дорогам ходили об­ наженные джайны и представители других аскетических сект, на­ пример, представители мерзких «капалика», или «обвешанные черепами». Общественная терпимость к таким людям проявля­ лась в том, что их отнюдь не обязательно считали сумасшедши­ ми, а скорее искателями или индикаторами реальности иного по­ рядка. Биологически эти несчастные выживали потому, что другой стороной общественной терпимости была привычка обычных людей давать неприкасаемым милостыню. Впрочем, может быть, и сам Будда понимал, что общество и культура его времени абсолютно равнодушны к судьбам несча­ стных и помешанных. Некоторые монахини в своих песнях дают понять, что у них не сложилась супружеская жизнь, другие намекают на религиоз­ ный кризис. Одна, например, нищая, бездетная вдова, скиталась и просила милостыню в течение семи лет, пока, наконец, не ста­ ла буддийской монахиней. Другая вспоминает, что была почти на грани самоубийства и уже накинула на шею петлю, чтобы пове­ ситься, как вдруг обрела душевное освобождение. Монахини часто рассказывали о своем прошлом совершенно непохожие истории. Уппалаванна, известная своей исключитель­ ной духовной силой, сообщает, что у ее супруга было несколько жен, причем две жены состояли в отношениях матери и дочери. В гимне не говорится, кем же была сама Уппалаванна. Мы знаем, что она вдруг испытала сильнейшее отвращение к супружеству, что дало ей право и силы убежать из дома. Сона, наоборот, жила в супружестве долго и счастливо, родила 10 детей и лишь потом, уже в старости, покинула семью и стала монахиней, просто пото­ му, что устала от мирской суеты.

с. 172

10. ПРОБУЖДЕНИЕ ЖЕНЩИНЫ 171 Другая великая преподобная, Анопама, что значит «Несрав­ ненная», вообще никогда не выходила замуж. Красивая дочь бога­ того купца безжалостно отклоняла предложения принцев и бога­ тых наследников. Отцу восемь раз предлагали за ее руку такую массу золота и драгоценностей, которые соответствовали бы ее весу. В своей песне она не говорит прямо о том, что ей противно было ощущать себя товаром, который можно купить или продать, она просто сообщает, что «встретила Гаутаму и тот научил ее». Ес­ ли верить ее рассказу, то во время первой встречи она сразу же достигла третьей (из четырех) ступеней нирваны, которая назы­ вается ступенью тех, кто уже не возвратится, после чего она по­ рвала с семьей и приняла монашество. В песне говорится, что это случилось на седьмую ночь после освобождения от всех уз. Столь быстрое духовное восхождение может вполне указывать на глубину разочарования девушки во всем мирском. Многих лю­ дей влекут богатство и красота, но Анопама, владеющая этим и ставшая предметом большого спроса, видела здесь лишь отврати­ тельное тщеславие и пустоту. Понятно, что ее женихи мало думали о ее личности, их прельщали красивое тело и богатое приданое. Коммерциализация (фактически абсолютная) брачных отноше­ ний через систему выплаты приданого и финансовой зависимости свела роль невесты в этих случаях к весьма позорной и невыгодной доле проститутки поневоле. Эта грубая реальность, которой Анопа­ ма предпочла религиозное нищенство и монашество, делала поло­ жение женщин очень трудным, и потому вполне естественно, что многие будущие отшельницы, перед тем как оставить мир и уйти в монастырь, были добровольными проститутками. Монахиня Вимала, чье имя значит «свободная от нечистоты», намекает в своей песне освобождения на то, что раньше занима­ лась проституцией. Складывается ощущение, что она сама выби­ рала себе партнеров, так как знала о своей исключительной кра­ соте и считала себя более удачливой и умной, чем другие. Ощущая себя самой лучшей из женщин, она презирала глупых мужчин. В песне она сравнивает себя с охотницей, искусно рас­ ставляющей любовные западни для ловли партнеров, над кото­ рыми она внутренне смеялась, хотя внешне соблазняла их. Вимала не объясняет конкретно, почему она сменила свой образ жизни и стала монахиней, но в конце песни она изображает себя си­ дящей и медитирующей под деревом, «освобожденной от ига небес­ ных и земных миров», отрешенной от всего, очищенной от всякой скверны, прозрачной и прохладной, внушающей абсолютный покой.

с. 173

172 БОГИНЯ СУМЕРЕК Другая просветленная экс-проститутка, преподобная Амбапали, поет о том, что она разочаровалась в этой жизни и совсем не доро­ жит ею, тем самым описывая сам процесс медитации. В своей песне, пожалуй, самой длинной во всем сборнике гим­ нов, она подробно рассказывает о своих физических прелестях, красоте своих волос, бровей, глаз, носа, ушей, зубов, голоса, шеи, плеч, рук, груди, фигуры, бедер, икр и т. д., а затем столь же подроб­ но она живописует увядание всех частей своего тела, исчезновение красоты, вызванное старостью. Философским рефреном звучит постоянное напоминание о том, что «правда присутствует в словах того, кто постигает правду». Интересно, что судьба древнеиндийских экс-куртизанок, став­ ших буддийскими монахинями и отшельницами, совсем не похо­ жа на судьбу позднесредневековых японских монахинь, имевших раньше схожую профессию. Эти японские буддистки занимались проституцией не по своей воле. Чаще всего они принадлежали к разорившимся аристократическим семействам, и их отцы про­ дали их в этот бизнес, чтобы поправить свои дела. Истории этих женщин постоянно вращаются вокруг проблемы невыносимого унижения, испытанного во время исполнения профессиональ­ ных обязанностей. Для них всех возможность дзен-медитации бы­ ла единственным шансом душевного спасения. Одна из знаменитых японских куртизанок сумела достичь со­ стояния просветленного бодрствования, формально служа в пуб­ личном доме. Ей посчастливилось встретить и стать ученицей из­ вестного дзенского наставника Хакуина, который на своем собственном опыте знал, что такое умственное расстройство. Позже она была выкуплена человеком, который пожелал женить­ ся на ней. Монашество она приняла уже на закате своей жизни. Бессмертной она осталась не только в духе, но и в народной памя­ ти, так как ее история попала в популярную книгу, посвященную выдающимся людям прошлого. Другая монахиня, подруга этой знаменитой японки, бывшая проститутка из того же самого борделя, рассказывает о себе совсем иную историю. Она также вышла из уважаемой самурайской семьи, но ее отец утратил свое положение и обеднел. Когда он заболел в результате пережитых потрясений, она продалась в проститутки, чтобы иметь деньги на лекарства и другие нужды. Молодая женщи­ на не слишком долго оставалась в борделе. Один неженатый клиент купил ее и содержал в отдельном покое как постоянную наложницу. Мать молодого человека, боясь, что его связь с куртизанкой окажем

с. 174

10. ПРОБУЖДЕНИЕ ЖЕНЩИНЫ 173 ся препятствием законному браку, решила вмешаться. Сын, уважая мать, не перечил ей, но и не порвал со своей любовницей, что заста­ вило пожилую женщину пойти к куртизанке. Ожидая встретить вульгарную шлюху, мать опешила, увидев пе­ ред собой серьезную, красивую, скромно одетую женщину. Старуш­ ка тем не менее произнесла заранее приготовленную речь, объяс­ нив, почему ей не нравится такая связь с ее сыном. Куртизанка в ответ протянула ей письмо и показала прядь волос, верный знак монашеского пострига и отречения от мира. Увидев это, мать вышла из себя, решив, что над ней издевают­ ся. Она решила, что проститутка лишь притворяется, что хочет уйти в монастырь, пытаясь успокоить мать и отложить выясне­ ние отношений хотя бы на какое-то время. Горькая ирония ситуа­ ции заключалась в том, что на литературном японском того вре­ мени слово «монашка-бикуни» означало и «проститутку». Одной из причин такого сближения понятий, возможно, было то мне­ ние, что молодые люди скрывают свои связи с проститутками, на­ ряжая последних в монашеское облачение, и прячут их в трудно­ доступных горных хижинах, которые условно называются «храмами». Матери это тоже пришло в голову, и решив, что слу­ чай с ее сыном не является из ряда вон выходящим, она успокои­ лась и решила прочесть письмо. В письме подробно сообщалось, почему девушка очутилась в борделе, пожертвовав собою ради спасения отца. Ко времени нашего повествования ее родители уже умерли, но система долго­ вых обязательств в публичных домах была такова, что сама про­ ститутка никогда не смогла бы выкупить себя из позора. Сделать свободной проститутку мог лишь какой-нибудь богатый мужчина, которому она понравилась и которому захотелось бы выкупить ее. Сын нашей пожилой женщины так и сделал, причем не с ко­ рыстным расчетом, а чтобы помочь ей принять монашество. Сам же он по-прежнему любил ее и был сильно привязан к ней. Вот так обстояло дело. Старушка столь сильно поразилась сделанным открытием, что приняла участие в строительстве дома в горах, где молодая затвор­ ница могла бы жить в молитве, думая только о своем монашеском служении. Все, казалось, шло хорошо, по крайней мере внешне. Прошло два года, и девушка занемогла, впав в глубочайшую депрес­ сию, из которой ей так и не удалось выйти. Она решительно отка­ залась переселиться поближе к сердобольному семейству, не вни­ мала ни уговорам, ни утешениям, не принимала положенные

с. 175

174 БОГИНЯ СУМЕРЕК лекарства, позволяя себе чахнуть и умереть, обретя душевный по­ кой лишь перед самой смертью. Хотя женские монашеские ордена были столь же распростране­ ны на всем буддийском Востоке, как и мужские, о буддийских мона­ хинях найти информацию гораздо труднее, чем о монахах. Может быть, это связано с тем, что женские общины оставались более вер­ ными идеалам отрешения от всего мирского, включая известность и славу. Распространение буддизма в разных странах было неизбеж­ но связано с развитием религиозных институтов. Иногда буддизм становился в своем роде государственной религией, но внутренняя жизнь, структура и связи каждого конкретного монастыря зависели от амбиций, идеалов и представлений отдельных настоятелей. Между внутренней духовностью буддийских идеалов, построен­ ных на принципах религиозного равенства, и официально-монас­ тырским буддизмом наблюдались отношения компромисса. Мера этого компромисса зависела от особенностей времени и ситуации. Вот почему всегда существовал зазор между «книжным» буддизмом и историческими формами бытования буддийской конфессии. В буддийской литературе Индии и Китая, где официальными идеологиями считались соответственно индуизм и конфуцианст­ во, светские дамы пользовались большим почетом, чем монахи­ ни. Напротив, в Японии, где государственной религией вплоть до VI века был шаманизм (который, кстати, никогда не был полно­ стью ликвидирован или подавлен конфуцианством и буддизмом), к женщинам-аскетам издавна сложилось отношение как к нацио­ нальному богатству. То же самое можно сказать и о Корее, откуда и прибыли в Япо­ нию первые буддийские монахини, но именно в Стране восходя­ щего солнца, как видно из буддийской литературы, отношение к женщинам-аскетам было самое уважительное. В отличие от Ко­ реи конфуцианство никогда не считалось японской доминирую­ щей идеологией. Именно буддийским монахиням принадлежит честь не только «апостольства», ибо они научили японцев буддиз­ му, но и государственная честь, ибо именно буддисты способство­ вали формированию единой японской национальности. Верховным божественным патроном одного из могуществен­ ных кланов главного японского княжества была Аматерасу Оми- ками, богиня Солнца, «Почитаемое и уважаемое божество, кото­ рое освещает небо», и древними правителями этого государства (как и других древних японских княжеств) считались жрицы этой богини, женщины-шаманы.

с. 176

10. ПРОБУЖДЕНИЕ ЖЕНЩИНЫ 175 Первая партия буддийских монахинь прибыла из корейского го­ сударства во время правления японского императора Бидацу (572-585). Она была частью официальной корейской делегации, посланной в Японию в качестве государственного дара. В делега­ цию входили буддийские наставники, учителя медитативных прак­ тик, маги, скульпторы, художники и плотники. Первой монашкой, принявшей постриг в самой Японии, была одиннадцатилетняя девочка, дочь китайского иммигранта, осев­ шего в Стране восходящего солнца. Благословил ее на этот шаг гла­ ва клана СогаУмако, котрый непосредственно занимался формиро­ ванием японского государства. Именно он нашел в своей стране корейского «монахафасстригу», который стал наставником юной затворницы. Вскоре постриг приняли еще две девушки, дочери ки­ тайских переселенцев. Затем началась эпидемия, причиной кото­ рой объявили «чужую веру». Все три юные монахини были лишены духовного сана, броше­ ны в тюрьму и биты плетьми. Статуи Будды были сожжены, а пе­ пел развеян над рекой так, чтобы навсегда избавиться от этого «проклятья». Однако чума продолжалась, и на сей раз кланы, исповедующие буддизм, обвинили своих противников в осквернении святынь. Та­ ким образом, буддизм реабилитировали, и наших трех монахинь отослали под присмотр к их прежнему покровителю, который по­ строил для них храм и всячески опекал их. К 624 году, когда под конец долгого правления императрицы Суико была впервые установлена церковная иерархия, число мо­ нахинь, пребывавших под эгидой нового централизованного японского государства, равнялось почти шестистам. Древние предписания, касавшиеся монастырского устава, объ­ ясняют те особенности поведения японских монахинь, которые сохранились спустя тысячу лет после основания ордена. Эти огра­ ничения дают понять, какие меры правительства приняли для то­ го, чтобы контролировать буддизм и буддийские организации и подчинить религиозную деятельность насущным интересам об­ щества и государства. Монахиням и монахам запрещалось заниматься гаданием, предсказаниям, политикой, изучать военно-стратегические искус­ ства и науки. Им не разрешалось организовывать учебные и про­ поведнические центры вне стен монастыря и готовить мирян к религиозному учительству и проповеди. Монахи не могли иметь частную собственность, вести торговлю и денежные операции.

с. 177

176 БОГИНЯ СУМЕРЕК Они не имели нрава смущать простецов совершением чудес или актами публичного самоистязания. Эти узаконенные ограничения, распространявшиеся на мона­ хов и монахинь, с самого начала основания японских буддийских орденов показывают, что запрещенные действия и акты, пере­ численные выше, практиковались буддистами в Корее и Китае. Более поздняя японская буддийская литература подтверждает, что в дальнейшем запрещенная деятельность тем не менее велась (тайно или открыто), причем столь интенсивно, что многие лю­ ди воспринимали ее как обычные формы буддийского культа. Монастырский устав категорически запрещал «симулировать со­ стояние просветления». Не ясно, как правительство собиралось кон­ тролировать этот пункт, зато становится понятно, почему индийские отшельницы откровенно пели о своих духовных достижениях, а японские монахини в своих рассказах почти не упоминали о них. (При этом мы помним, что японская культура имела шаманские корни.) Вполне возможно, что японки достигали просветленного состояния не реже своих индийских сестер, но, боясь преследова­ ния, ничего не сообщали об этом. Буддисты знали или верили, что обладание сверхъестественны­ ми силами высоко ценится правителями многих стран Востока и в то же время вызывает страх и подозрение, так как считалось, что обладающие силами способны непосредственно воздейство­ вать на людей, добиваясь каких-то личных целей. В Китае нескольких необычных монахов посадили в тюрьму исключительно из-за подобного страха, поэтому монахини чрез­ вычайно редко рассказывали о подробностях своего духовного восхождения. Женский монашеский орден имел в средневековой Японии достаточно сильное общественное влияние. Что важно, монасты­ ри обеспечивали возможность развода для женщин. Средневеко­ вая Япония находилась под властью военного сословия самураев. Секс в браке рассматривался лишь как средство для деторожде­ ния, что не предполагало взаимной любви. У женщин не было ни­ какой свободы - ни в замужестве, ни в разводе. Единственная воз­ можность для женщины получить развод открывалась через «кат секом идера» - «прибежище беглянок», специальную обитель, в которой женщины, покинувшие своих мужей, жили монастыр­ ской жизнью в течение двух-трех лет. Понятно, что уйти в монас­ тырь замужней женщине можно было только через развод, и Япо­ ния была, пожалуй, единственной страной, где разведенной

с. 178

10. ПРОБУЖДЕНИЕ ЖЕНЩИНЫ 177 женщине можно было пройти определенный срок очищения, по­ сле чего она могла начать жизнь сначала. Такой тип кратковременного отречения от мира (своего рода «монастырская интерлюдия») представляется более здоровой практикой, чем модель церковно-монастырской карьеры, кото­ рая прижилась (не без влияния светских властей) в большинстве восточных стран, исповедующих буддизм. Пожизненный монас­ тырь плох тем, что монашеский орден становился органом свет­ ской общественности и неизбежно страдал от произвола тиранов и последствий культивирования мирских амбиций. Самые влия­ тельные буддийские владыки Востока писали о том, что у них не было ни возможности, ни сил изменить государственную полити­ ку и добиться монастырского самоуправления. До сих пор есть люди, склонные брюзжать по поводу фемини­ стических установок женских буддийских орденов и обвинять по­ следние в пропаганде развода, хотя мотивы их недовольства мо­ гут быть разные. Эти критики совсем не обязательно принадлежат к породе тру­ сов”, как это может показаться со стороны, или типу блюстителей религиозной чистоты, как кажется им самим. Скорее всего, это просто карьеристы, консерваторы по привычке, а не по духу, ис­ поведующие единую статическую модель монастырского общежи­ тия, боящиеся динамичных и активных взаимоотношений с ми­ ром, которые неизбежно возникают в условиях «какекомидера». В «Книге Цветочного Орнамента» дается очень тонкое изобра­ жение архетипа буддийской монахини в ее духовной ипостаси, то есть в состоянии освобождения, когда она, «Синха-виджурмбхи- та» («пробужденная львица»), учительствует, окруженная сонма­ ми богов и богинь, полубогов и полубогинь, низших богов и бо­ гинь, воздушных, морских, земных существ, женщин и мужчин, мальчиков и девочек, сверхъестественных существ и просветлен­ ных существ всех степеней. Монахиня учит каждый сонм по от­ дельности в соответствии с возможностями и нуждами аудито­ рии. Она виртуозно и разнообразно трактует очищение духа, проникновение в земные вещи, спасение мира, рациональное знание реальности, ментальное пробуждение, радость, сострада­ ние и многочисленные способы концентрации. На каждом уровне монахиня демонстрирует «спокойствие, со­ бранность, умиротворение духа и чувств». Она «сдержанна, как слон, ее сознание ясно и прозрачно, как глубокое озеро». Она учит так, что «исполняются все желания, как будто она волшебная палоч­

с. 179

178 БОГИНЯ СУМЕРЕК ка или чудесный алмаз». Даже если она сидит в сиянии славы вели­ ких небесных и земных сил, сознание ее «чуждо земных помыслов, как лотос, которому не страшна вода». Само ее присутствие есть благо для тех, кто видит ее, «ибо она непоколебима, как гора, чиста в действиях, она успокаивает души существ, как опьяняющий аро­ мат, она гасит пламя страданий, как сандаловое дерево, выросшее на снежных вершинах гор. Она исцеляет раны всех чувствующих су­ ществ, как лекарство от всех болезней, она благоволит всем, кто ви­ дит ее, она источает физическое и духовное состояние покоя». Степень освобождения, достигнутая этой монахиней, называет^ ся «удаление от тщетных помыслов». Это классическая дефиниция пустоты, тождественная по утверждению Нагарджуны, что «пусто­ та - это удаление от всех точек зрения». Чтобы не смешивать это по­ нятие с нигилизмом, Нагарджуна поясняет, что «те, кто использует пустоту как точку зрения, неизлечимы». Точно так же и монахиня Синха-Виджумбхита рекомендует «срединный путь» равновесия, объединяя знание материального существования с нематериаль­ ным видением пустоты каждодневного существования. «Я вижу всех существ глазами знания, хотя я не осознаю их как сущности, и у меня нет иллюзий на этот счет, так как я не вхожу в сферы их об­ щения. Я слышу речь всех существ, но у меня нет иллюзий на этот счет, так как я не вхожу в сферы их общения. Я вижу всех будд, и у меня нет иллюзий на этот счет, так как я знаю, что они порождение реальности. Я помню круги учений всех будд, но у меня нет иллю­ зий на этот счет, так как я знаю истинную природу вещей. Я пости­ гаю весь космос в каждый момент осознания, но у меня нет иллю­ зий на этот счет, так как я знаю природу иллюзии». Монахиня Синха-Виджурбхита - одна из семи учителей, встре­ чающихся на пути длительного паломничества, описанием которо­ го заканчивается «Книга Цветочного Орнамента». Она, в свою оче­ редь, посылает паломника у другому духовному учителю, тоже женщине, которая, однако, учит его совершенно другому. Ее зовут Васумитра, или «Любящая мир». Она куртизанка, служительница бога Вишну и при этом богатая женщина. В мифологии индуистского тантризма (о чем мы уже говорили) тайный обряд сакрального сексуального союза был впервые явлен богом Вишну, который воплотился в Будду в Китае. Буддийский об­ раз просветленной куртизанки, служительницы Вишну, соответст­ вует индуистскому мифу. Куртизанка живет в стране Дурги («Не­ приступной богини»), метафизической матрицы богини Кали. Тот факт, что буддийское писание исторически предшествует ин­

с. 180

10. ПРОБУЖДЕНИЕ ЖЕНЩИНЫ 179 дуистскому, лишний раз доказывает, что тантризм пришел в индуизм из буддизма. Впрочем, нужно сказать, что в буддийской традиции раз­ личие ме ду этими двумя религиями и культурами носит не столько исторический, сколько мировоззренческий характер. С буддийской точки зрения совершенные бодхисаттвы, или так называемые «про­ светленные существа», главные святые буддизма, действуют в преде­ лах любой культуры и религии. Тайный или эзотерический характер тантризма может быть проиллюстрирован следующим рассказом. Наш паломник узнает, что местное население относится к Васумитре по-разному. Те, кто знал о куртизанке понаслышке и ничего не слышал о ее внутрен­ них достоинствах, считали ее волшебницей и обольстительни­ цей. Те, кто знал ее лично, напротив, были абсолютно уверены в ее добродетельности. Разные оценки, представленные в нашем примере, быть мо­ жет, имели отношение не только к характеристике взглядов мест­ ного населения. Похоже, что в притче критикуется монашеское женоненавистничество. Наш монах-женоненавистник, очевид­ но, уверен в своей святости, но это не так. Его предубеждение, природу которого он не потрудился исследовать, мешает ему по­ нять живительную духовную связь людей. Если бы монах попы­ тался дать себе отчет, что лежит в основе предубеждения, он осо­ знал бы, что женщина представляется ему источником нечистоты лишь потому, что сам женоненавистник считает сексу­ альные отношения «грязными». Тогда бы ему стало понятно, что «грязным» является его сознание, а не секс как таковой. Поскольку монах не способен очистить свое сознание от пороч­ ных ассоциаций, он проецирует понятие «нечистоты» на других, на­ деясь, таким образом, отрешиться от грешных мыслей. Примерно о том же самом говорится в известной дзен-буддий- ской притче. Одна благочестивая буддистка материально поддер­ живала отшельника в течение 20 лет, как повествуется дальше, наняв шестнадцатилетнюю девушку, чтобы та приносила ему еду и помогала по хозяйству. Однажды женщина решила испытать от­ шельника и научила девушку подойти к отшельнику, обнять его и спросить: «Ну как?» Сказано - сделано. Когда девушка задала свой вопрос, отшельник ответил: «Дерево, выросшее на холод­ ном утесе, сохнет; в середине зимы не ищи дыхания тепла». Девушка передала хозяйке слова монаха. Буддистка пришла в негодование: «Целых 20 лет я поддерживаю мирского челове­ ка!» Она прогнала отшельника и сожгла приют.

с. 181

180 БОГИНЯ СУМЕРЕК Известный дзен-учитель сказал по этому поводу: «Живой мертвец - положительная энергия возвращается обратно, а он да­ же не понял этого». За этой буддийской проблемой, которая затрагивается во многих историях писания, стоят два отношения к жизни и миру вообще, кон­ трастно представленные в Хинаяне и Махаяне. Более «пуританская» Ханаяна видит мир в терминах соблазна и беспокойства, «либераль­ ная» (если выразиться фигурально) Махаяна трактует мир в терми­ нах относительности и пустоты и потому не боится учиться у мира и действовать в нем. Сакраментальное понимание чувственного опы­ та и сексуальности, присущее тантризму Левой Руки, в этом смысле является необходимой гранью зрелого буддизма Махаяны. Мистическая куртизанка Васумитра (со всеми своими индивиду­ альными особенностями и метафизическими задачами) является во­ площением буддийского тезиса о том, что чувственный опыт способ­ ствует достижению трансцендентального освобождения. Она достигла состояния просветленной свободы, которая называется «аб­ солютное бесстрастие». На каком бы уровне бытия Васумитра ни яв­ ляла себя, она всегда выступает в образе прекрасной женщины. Ей принадлежат слова: « Всем тем, кто полон страсти в своем уме, я обу­ чаю способам освобождения от нее». В терминах тантрического буддизма это называется «извлече­ ние шипа при помощи другого шипа», что предполагает такой способ освобождения от зависимости мира, когда человек не осо­ знанно воспринимает его, а пытается избежать его. Васумитра описывает различные степени человеческой страс­ ти в зависимости от того, как ее присутствие успокаивает людей. Некоторые обретают спокойствие, как только увидят ее, другим требуется беседа с мистической куртизанкой, третьим необходи­ мо касание ее рук, четвертым хочется долго созерцать ее, кто-то жаждет обнять ее или поцеловать. Буддийское учение традиционно сравнивается с принятием ле­ карства, которое выписывается с учетом конкретного заболевания. Соответственно путь отрешения от мира через непосредственное переживание не является общепринятым курсом, а частным, сугубо индивидуальным делом. Именно так Махаяна объясняет необходи­ мость тантр Правой и Левой Руки как в буддийских, так и связан­ ных с буддизмом индуистских школах. Тот факт, что Васумитра имеет формально индуистское проис­ хождение, а в эзотерическом смысле является буддийской настав­ ницей, дополнительно подтверждает наш тезис: формы и методы

с. 182

10. ПРОБУЖДЕНИЕ ЖЕНЩИНЫ 181 ее воздействия зависят от природы тех, кто ищет освобождения. Осознание пустоты, или «неабсолютности», позволяет буддий­ скому просветленному жить в миру и быть свободным от мира. Просветленный способен воспринять различные культуры, идео­ логии, облики, занятия, не переживая кризиса отождествления. Кроме того, нам представляется убедительным то, что «небуддий­ ский буддист» воплощен именно в женском образе, ведь на метафи­ зическом уровне женственность - это и есть вселенская пустота и внутреннее интуитивное видение мира. Это внутреннее видение пустоты окончательно освобождает ум от привязанностей и навязчивых идей, «приводя людей к абсо­ лютной просветленной свободе от страстей», если говорить сло­ вами нашей куртизанки. При этом стремление к отрешению от мира не носит маниакальный характер, скорее, речь идет об осво­ бождении сознания от всяких субъективных искажений, чтобы понимать мир более объективно. Мудрая куртизанка считает, что добиться абсолютной просветленной свободы от страстей значит «погрузить человека в состояние беспрепятственного всезнания». Символическое отождествление пустоты и внутреннего виде­ ния с женственностью помогает представить видение пустоты как женщину, утоляющую страсть. Истинный союз с ней не есть под­ ражание мирскому и светскому, хотя она изображается как любов­ ница, а не как мать. Тем не менее способность женщины к дето­ рождению отражается в том, что лицезрение возлюбленной, интимный контакт с ней представляют собой прелюдию к состоя­ нию беспрепятственного знания. Если говорить в научных терминах, то учение можно изложить следующим образом. Осознание пустоты (в той степени, в какой это необходимо конкретной личности для обретения свободы от страстей или объективности) не является индивидуальным, стати­ ческим или нигилистическим действием, скорее, это интуитивное преодоление препятствий на пути к непосредственному осозна­ нию абсолютных, относительных и воображаемых реальностей. Вот почему в духовном паломничестве, говоря символическим языком, «монахиню» сменяет «куртизанка» и становится новым и более «продвинутым» наставником и учителем странника. Путь паломника на этом не заканчивается. Впереди у пилигри­ ма еще много наставниц, причем все учителя - светские люди и большинство из них - девы. Путник встречается с Ашей (Asha - буквально «надежда»). Ее состояние свободы называется «беспеч­ ное благополучие». Далее следует Майтреяни (Maitreyani» - бук­

с. 183

182 БОГИНЯ СУМЕРЕК вально «дружелюбная»). В своем просветлении она получила «до­ ступ к совершенной мудрости благодаря полной внимательнос­ ти». Аша учит спокойной нирване, Майтреяни исповедует живое всезнание. Их учения взаимодополнительны и образуют полный цикл освобождения - путешествие вне мира ради собственного спасения и возвращения обратно в мир ради спасения других. Потом путник встречает Прабхуту (Prabhuta - буквально «Со­ вершенная»). Это тоже светская женщина, и ее освобождение на­ зывается «неисчерпаемая сокровищница проявления добра». Следующая просветленная дева - Ачала (achala, то есть «Непо­ движная»). Она достигла свободы, содержащей «непобедимое знание». Ачала учит, что добро на земле не есть некий самодовле­ ющий абсолют, добро в нашем временном мире относительно и зависит от нужд и обстоятельств. Добро или благо приходит в мир через действие объективного знания. Точно так же знание отнюдь не вещь в себе, его значение зависит от конкретных ре­ зультатов действенного познания. Таким образом, знание стано­ вится эффективным через его воплощение в благе. Следующая наставница, простая девушка Гопа («пастушка»), олицетворяет собой освобождение, именуемое как «созерцание океана концентрации на всех просветленных существах». Бхад- роттама («Наивысшая во благе») учит принципу «сферы без осно­ вы» и достигла концентрации «мистического наделения силой», где «не возникает никаких явлений». Одна из дорог духовного восхождения Большой Колесницы называется «расширением перспективы», которое традиционно описывается как прохождение через бесчисленные сферы осозна­ ния, или «земли будд». Такой путь возможен благодаря «текучей подвижности», полученной из-за отсутствия привязанности к ка­ кой-либо сфере. «Эта непривязанность» предполагает «отрече­ ние», или «уход из дома», если выражаться в терминах Махаяны. Невозможно сосчитать общее количество форм медитации и кон­ центрации, которые приняты практиками Большой Колесницы. «Пастушество» - традиционная метафора, образно выражаю­ щая необходимость дисциплины в концентрации, - происходит из образа контролирования своего ума. Потому девушка Гопа считает­ ся символом неограниченных возможностей медитативной прак­ тики Махаяны. «Сфера без основы» «мистического наделения си­ лой», где не возникает никаких явлений, была постигнута женщиной по имени Бхадроттама (то есть «Наивысшая во Благе»). Она символизирует непосредственное внутреннее видение абсо­

с. 184

10. ПРОБУЖДЕНИЕ ЖЕНЩИНЫ 183 лютной истины, или «высшего блага» в мистическом смысле. Бха- дроттама, таким образом, воплощает совершенное внутреннее ви­ дение «пустоты» - постижение на своем опыте того, что ни один феномен не является вещью в себе. В результате этого видения ум освобождается от навязчивых шаблонов, полученных на протяже­ нии всего периода времени, идей или состояний сознания. Эти проводники (как и просветленные девы из окружения Бо­ гини) играют важную роль в развитии сюжета духовного палом­ ничества, описанного в буддийской литературе. Кроме того, их учения чем-то напоминают истории богинь, подробно рассказывав­ ших о своих жизнях. В песнях буддийских монахинь также часто упо­ минается о великой силе воспоминания. Эта сила не является исклю­ чительно женским достоянием, но не случайно очень многие буддийские женские персонажи предаются воспоминаниям. Очевид­ но, практика проговаривания фактов прошлой жизни могла ассоци­ ироваться с образом женской беременности как символической мо­ дели медитативного процесса. Мотив сознательного воспроизведения в памяти сменяющих­ ся периодов жизни знаменует возрастание осознанности процес­ са психического развития и духовной эволюции. Точно так же как развитие эмбриона повторяет биологическую эволюцию, процесс духовного накопления может ассоциировать­ ся с беременностью или вынашиванием плода матерью, то есть женщиной. Такая ассоциация очевидна в даосской медитативной традиции и менее явно присутствует в буддийской практике. В официальной индуистской традиции могли сохраниться ис­ торические образы индийских буддисток, нищенствовавших в определенных районах страны (в случае с женскими адептами Хинаяны), и мифологические женские образы (в случае с Махая- ной). В китайском контексте, напротив, предшествовавшая буд­ дизму даосская феминизированная традиция не могла не способ­ ствовать широкому распространению идей женской духовности (во всем многообразии ее проявлений) в позднейшем буддизме, несмотря на влияние ортодоксального конфуцианства. Именно поэтому в китайской литературной традиции Махаяны достаточ­ но много сообщений о реально существовавших женщинах и де­ вочках, достигших просветления. Нас нисколько не удивляет, что во многих китайских историях о великих буддистках отчетливо звучат даосские мотивы. Духовное лечение, продление жизни, видения и другие подобные даосские темы отражаются в буддийских историях, словно последние напи­

с. 185

184 БОГИНЯ СУМЕРЕК саны под впечатлением жизнеописаний «бессмертных» женщин дао. Поскольку эти женщины были далеки от бахвальства или тще­ славия, рассказы об их жизнях не зафиксированы письменно и мы узнаем о них косвенно, по слухам и домыслам современников. Со­ общения о раннебудцийских китаянках не случайно напоминают традиционные легенды о даосских магических женщинах. Тем не менее китайский буддизм сумел в конце концов сформи­ ровать свою собственную богатую и разнообразную мифологию, которая органично вписалась в и без того очень сложный контекст китайской культуры. С одной стороны, буддисты в отличие от адеп­ тов даосского культа бессмертия не считали долгожительство абсо­ лютной ценностью, и поэтому проблемы исцеления и продления жизни занимали буддийских хронологов гораздо меньше, чем их даосских собратьев. С другой стороны, опыт внутреннего видения у просветленных женщин интересовал как буд дистов, так и даосов. Обилие исторических свидетельств о фактах опыта внутренне­ го видения среди женщин Махаяны можно объяснить тем, что большинство из них исповедовали буддизм «Чистой Земли» с его культом видений и пророчеств. Возможно, именно эта способ­ ность казалась атрибутом женской ментальности. Такой взгляд осо­ бенно характерен для индуизма и конфуцианства, где официально женщины не имели право на образование и участие в религиозно­ интеллектуальной деятельности. Получается, что функция государственных и церковно-акаде­ мических институтов по необходимости была сугубо рациональ­ ной и именно этот аспект умственной деятельности считался не­ обходимым и всячески культивировался. Интеллектуальная норма не могла не ориентировать сознание в одну сторону, блоки­ руя невостребованные возможности интуиции и творческого во­ ображения. Определенные половые стереотипы, согласно кото­ рым женщина считалась существом эмоциональным, а мужчина - рациональным, похоже, обусловлены категорическим противо­ поставлениям двух видов умственной деятельности. Возникает достаточно парадоксальная ситуация: общеприня­ тая практика исключения женщин из общеобразовательных и го­ сударственных структур оправдывается метафизически - обще­ принятым различием между мужским и женским типом ментальности, несмотря на то что эти стереотипы сами были ин­ струментами полового противопоставления. Описанная культурная ситуация должна была породить своего рода альтернативную контркультуру, полемическую настроенную

с. 186

10. ПРОБУЖДЕНИЕ ЖЕНЩИНЫ 185 по отношениям к официальным традициям и конвенциям, вклю­ чая, например, монастырскую систему, контролируемую государ­ ством. Буддисты стремились к формированию нового миросозер­ цания, новой жизненной программы, но государственные органы власти, идеологически поддерживаемые конфуцианской бюро­ кратией, были уверены в том, что именно на них возложена зада­ ча осуществления контроля за буддийскими институтами и публи­ куемой литературой. Вмешательство правительства не позволяло адептам Махаяны развернуть свою программу во всем многообра­ зии физических, социальных, политических и культурных аспек­ тов человеческой жизни. Тем не менее буддизм давал гораздо боль­ ше возможностей для самовыражения, особенно женщинам, которые развили даосские и буддийские религиозные интуиции (как в Китае, так и в других странах Восточной Азии) и повлияли на сам религиозно-культурный склад восточных цивилизаций. Известно, что женщины активно способствовали распростра­ нению и утверждению буддизма в Тибете, а перед этим выполня­ ли ту же миссию в Японии. В Тибете буддизм распространился в VII веке усилиями принцесс-буддисток из Китая и Непала. Принцессы были официально преподнесены в жены тибетскому королю в надежде, что девушки будут способствовать просвеще­ нию нравов воинственных соседей. Расцвет буддийской культуры в Тибете произошел в середине VIII века, после прибытия тантристского адепта Падмасамбхавы и его сопровождения, состоявшего преимущественно из помощ­ ниц и учениц. Считается, что тексты, традиционно приписывае­ мые Падмасабхаве, были записаны его лучшей ученицей (тибет­ ской аристократкой) специальным шифром. Говорили, что мастер, умевший менять обличья, имел много учениц, в которых он распознал духовные существа - дакини. Падмасамбхава изображается в одновременном общении с бес­ плотными и физическими дакини. Бесплотные дакини являлись учителю в видениях и были воплощены в тех женщинах, которые встречались на его пути. Согласно легенде на одном из этапов духов­ ного восхождения он встретил дакини Гухияджнана (Тайное зна­ ние), представшую перед ним в образе монахини. Можно предполо­ жить, что, общаясь с живой женщиной, он вступал в контакт с духовной сущностью дакини, явленную учителю в ее лице. Их об­ щение может интерпретироваться видениями в визуальных, симво­ лических и визуально-символических терминах эзотерического тан­ тризма. Падмасамбхава просит дакини наделить его силой, и она

с. 187

186 БОГИНЯ СУМЕРЕК превращает его в мистическое слово-семя («биджа») и проглатывает его. В ее лоне учитель наделяется тремя аспектами силы - внешним, внутренним и тайным, после чего он выходит через ее вагину. Мифология этого сюжета, основанная на совмещении пище­ варения и деторождения, может показаться детской и примитив­ ной, но символическая связь этих двух процессов обусловлена от­ нюдь не смешением биологических функций. Образ «глотания» или «пищеварения» можно интерпретировать как «разрушитель­ ный» аспект пустоты, рассеивающий всякие иллюзии о человече­ ской индивидуальности и стабильности. Образ зачатия и разви­ тия внутри женского лона представляет «возрождающий» аспект пустоты, который дает свободу мысли и действия. Говоря практически, здесь мы видим описание традиционной тантрической практики очищения, «делания пустым» ума и даль­ нейшего проецирования слова-семени на чистом «небе» ясного ума. Ассоциации со значением этого слова-семени таковы: мен­ тально имплантированная в «лоно» пространства буква активиру­ ется, порождая процесс просветления сознания. Следующую дакини Падмасамбхава встречает уже не на путях ви­ дения, а вполне реально, в земном пространстве-времени. Ее зовут Мандарава, или «Цветок доброго предзнаменования». Мы помним, что в буддизме цветы падают с неба в ознаменование важнейших откровений. Мандарава - королевская дочь, но Падма­ самбхава видит в ней дакини и уговаривает ее уйти с ним в некую пе­ щеру и стать его мистической супругой для проведения практики долголетия. Здесь нельзя не узнать даосский культ сакрального секса, что лишний раз подтверждает историческую справедливость индий­ ской легенды о китайском происхождении тантр. После проведен­ ных совместно трех месяцев Падмасамбхаве и Мандараве явилось ви­ дение Амитаюса, «Будды бесконечной жизни», Будды «миллиардов экстазов», имеющего власть над сроками жизни людей. Падмасамбхава практиковал тантрические отношения и с дру­ гой женщиной - непальской принцессой, но вмешательство демо­ нов повредило быстрому достижению просветления, и процесс за­ тянулся на долгие годы. В конце концов они сумели достичь освобождения, обретя состояние «махамудра», то есть блаженство свободного сознания в «дхармакайя», или «теле реальности» чисто­ го ума. Для этого требовался медитативный контроль за сексуаль­ ным экстазом, для очищения ума от случайных мыслей и усиления неконцептуального сознания. Падмасатбхава прославился тем, что посещал кладбища и захо­

с. 188

10. ПРОБУЖДЕНИЕ ЖЕНЩИНЫ 187 ронения и передал свое учение местным дакини. Не стоит выяс­ нять, являлись ли кладбищенские дакини порождением его собст­ венного воображения, стремящегося к очищению, или он лично встречался со служительницами некромантических культов Капа- лика, или произошло и то и другое. Эти два возможных сценария отнюдь не противоречат друг другу, и произвольно исключать ту или иную версию не имеет смысла. Тибетские культуры знали как патриархат, так и матриархат, многоженство и многомужество. Многомужние женщины Тибета (их мужья были обычно братьями) имели гораздо больше прав, чем их современницы из конфуцианских районов Китая. Относи­ тельно высокий статус при таком (достаточно распространен­ ном) типе брака, быть может, повлиял на формирование тибет­ ских мифологических образов дакини, которые согласно местным поверьям могли быть и дружелюбными, и яростными. Дакини иногда изображаются фантастическими или символи­ ческими персонажами: они могут способствовать быстрому пере­ движению, охранять и защищать своих подопечных, сообщать тайные знания, помогать в деле духовного очищения. В этой сво­ ей функции они считаются жительницами «страны сознания» в практике йоги. Впрочем, иногда дакини могут быть обычными людьми. Полумифические образы живых дакини произошли, по всей вероятности, из чисто духовных сущностей, так как мы ни­ чего не знаем об их социальном статусе и можем с уверенностью констатировать лишь их внутренние качества. «Дакини» - санскритское слово, которое в Тибете обозначает «небесная обитательница». В тибетском буддизме эти существа символизируют пустоту или пустую сущность сияющего созна­ ния, что опять-таки связано с образом неба. Будучи представите­ лями пустоты, дакини часто изображаются как экстравагантные учителя, их «педагогика» строится на парадоксе, эпатаже, устра­ шении. Таким образом, они подчеркивают, что абсолютная прав­ да превосходит концептуальный ум, их внешность может быть на­ столько пугающей, что сам вид их заставляет сознание освобождаться от концептуального восприятия реальности. Дакини - существительное женского рода (муж. род - «дака»). Термин «дака» также известен в тибетской мифологии, но «даки­ ни» играют в ней гораздо более важную роль. В случае с практи- ками-мужчинами необходимость учигелей-женщин, выполняю­ щих функции мистической супруги, представляется более естественной. Особую значимость образа дакини в тибетском

с. 189

188 БОГИНЯ СУМЕРЕК буддизме можно объяснить традицией символического отожде­ ствления понятий «пустоты» и «женственности». Сильная пози­ ция тибетской женщины в семейной и общественной жизни так­ же наверняка способствовала устойчивому восприятию дакини как духовных помощников в практике самосовершенствования. В действительности «дакини» - женский эквивалент термина «Закат». Именно так называли себя служители богини Кали, риту­ альные грабители и убийцы. Мы помним, что в индуизме Дак, свое­ го рода «Мрачный жнец», был полномочным поверенным Кали, ко­ торый помогал ей контролировать прирост населения. Профессиональные разбойники и убийцы, называвшие себя «дака- ты» (то есть «от Дака»), осуществляли свою миссию через фактиче­ ское убийство и считали себя «ангелами смерти». В тибетской мифологии дакини (если пользовать приемом символического переноса) также могут называться «разбойника­ ми и убийцами», так как у них есть схожая функция. Внутреннее видение абсолютной пустоты лишает ум того, за что он цепляет­ ся, и человек больше не может держаться за свое субъективное представление о мире и о себе как о неких абсолютных реально­ стях. В этом и заключается «устрашающая функция» дакини, и на первый взгляд, она может быть определена как разрушительная. На самом деле она созидательна, так как дает человеку возмож­ ность увидеть и оценить мир и самого себя по-новому, преодолеть ложные схемы восприятия, сформированные общепринятыми формами мышления и чувствования. Вот почему ужасный и бла­ годатный лики дакини невозможно разделить. Поскольку тибетский тантрический буддизм формально име­ ет много общего с тантрическим индуизмом, принято считать, что тибетский буддизм в частности и буддийский тантризм в це­ лом отражают влияние индуизма. Утверждалось даже, что глав­ ные тантристы, способствовавшие распространению тибетского буддизма, были родом из Индии. Можно объяснить замеченное сходство культур привлечением еще одного источника - «Экая- ны», или буддизма Единой Колесницы, ставшей основой и пол­ ным выражением всего метафизического богатства «Махаяны, «Большой Колесницы», которая, в свою очередь, породила «Ваджрадну», или «Алмазную Колесницу». Если верить «Книге Цветочного орнамента», которая предшест­ вовала расцвету тантризма, истинные адепты буддизма не огра­ ничивались узкими конфессиональными рамками и активно вхо­ дили в круги других религий и даже становились руководителями

с. 190

10. ПРОБУЖДЕНИЕ ЖЕНЩИНЫ 189 подобных групп, чтобы стимулировать понимание абсолюта и полное освобождение. Согласно этой книге, представляющей концентрацию тантриз­ ма, высшие адепты буддизма становились известны как «сведущие в алхимии» Капалики» (носители черепа», радикальная аскетичес­ кая практика которых требовала совершения нецивилизованных и антиобщественных актов), Натхи («защитники», гуру неоиндуист- ской ориентации, возможно, ставшие предшественниками тибет­ ского ламаизма), а также как купцы и разнообразные ремесленники. С точки зрения Экаяны эти и другие средневековые индусские движения были основаны или принесены буддийскими адептами в Индию на благо местного населения. Поскольку Экаяна появилась за много веков до возникновения «индусских» движений и культов, гипотеза об их происхождении не требует тщательной историчес­ кой реконструкции и сверки. Приоритет Экаяны очевиден. Сравнивая образы и функции тибетских дакини с Кали, Даком (и его поклонниками), в индусском культе богини мы замечаем сходства и различия, что дает нам право говорить о метафизичес­ кой (а возможно, и исторической) связи культур. При этом не на­ до пытаться упростить ситуацию и стереть все философские и практические различия между буддийской и индуистской карти­ нами мира. В тибетском предании есть сообщения как о не буддий­ ских, так и буддийских дакини, то есть несходство культур ощуща­ лось и граница между ними была проведена вполне сознательно. Символическая или нематериальная природа большинства даки­ ни в тибетском буддизме, лаконичные свидетельства о тантричес­ ких отношениях с земными дакини, тайный статус тантристских об­ щин во всем буддийском мире - все это делало дакини еще более загадочными персонажами, с неизвестным происхождением и функ­ циями. В анналах более развитых и исторически мыслящих буддий­ ских культур Китая и других конфуцианских стран, напротив, мож­ но найти многочисленные сообщения о вполне конкретных женщинах и девушках из плоти и крови, за портретами которых уга­ дываются специфические черты облика и характера дакини. Чань1 - буддийские предания времен династии Тан (619-906), то есть того периода, когда женщины были относительно свободны, описывают, как дамы участвовали в культурном и интеллектуальном воспитании элиты. Своими замечаниями и вопросами женщины (как монахини, так и мирянки) ставили в тупик самых высоколобых 1 «Чань» - китайский эквивалент японского «дзен» (р е д .).

с. 191

190 БОГИНЯ СУМЕРЕК монахов и высмеивали тщеславие и показную набожность педантов и фанатиков. Некоторые истории этого рода, вошедшие в класси­ ческие сборники коанов (притч), стали широко известны. Это жи­ вые жанровые сценки, участницы которых изящно обыгрывают, критикуют и осмысляют важнейшие топосы и уровни культуры чань. В основном женщины принадлежат к крестьянскому сосло­ вию. В свободное время они занимаются нехитрым частным пред­ принимательством, торгуют домашними закусками и напитками на больших дорогах, по которым ходили паломники. Такого рода за­ нятия давали им возможность непосредственного общения с пред­ ставителями всех кланов и сословий. По этим дорогам ходили и са­ мые великие учителя чань, для которых разговоры с торговками становились опытами духовного пробуждения и просветления. Время династии Тан считается золотым веком китайской куль­ туры, вершинным моментом национальной истории. Литература этого периода представляла собой тот золотой фонд, который «питал» и другие эпохи (например, династию Сун, 960-1278), и национальные традиции (например, корейскую и позже япон­ скую), пытавшиеся возродить культуру чань. Конечно, культура и общество династии Сун с их подчеркнутой консервативностью и ксенофобией сильно отличалась от эпохи Тан. Неприятие идеалов предыдущей культуры выразилось, в частности, в том, что прави­ тельство Сун поспешило упразднить женские права и свободы не­ давних времен, заклеймить феминистическую тенденцию как «тюркскую» и «варварскую». В хрониках новой, более жесткой и строгой культуры женщины - последовательницы чань предста­ ют монахинями или аристократками. Оказывается, что многие из них являются «духовными последователями» великих мастеров дзен и даже получили от них формальное благословение на пропо­ ведь. Вряд ли сии великие мужи на самом деле были «духовниками» торговок пирожками и чаем, но идеалы нового времени требовали сокращения женской свободы и предприимчивости, и потому муд­ рые простолюдинки эпохи Тан формально оказались духовными ученицами дзен-мастеров. Здесь явно чувствуется работа защитных механизмов культуры Сун, в результате которой просветленные женщины могли быть восприняты и востребованы реформирован­ ной официальной идеологией. Когда литература и культура чань в XIII веке была импортирована из Китая в Японию (сильно ритуа­ лизированное и бюрократизированное государство), она получила поддержку со стороны привилегированного военного сословия, воспринявшего дзен-буддизм как клановую религию и модифициро­

с. 192

10. ПРОБУЖДЕНИЕ ЖЕНЩИНЫ 191 вавшего дзен на самурайский лад. В эзотерических приемах боево­ го искусства японское дзен (знание которых было необходимо как мастерам, так и ученикам для клановой самоидентификации) отра­ зило воинственный дух эпохи. Темный слог руководств по боевой практике, понятный лишь посвященным, также способствовал формированию таинственно-элитарной ауры вокруг дзен-буддизма. В этих условиях распространение дзен среди женщин (угнетенных до последней степени веками самурайского владычества) могло быть воспринято как дерзкий вызов, брошенный светским и рели­ гиозным институтам, и нет ничего удивительного в том, что жен­ щины - последовательницы дзен вызывали ассоциации с тантриче­ скими богинями и с дакини в их устрашающем аспекте. Драматическую иллюстрацию к подобному типу личности можно обнаружить в историях о монахине Эшун. Эшун принадлежала к аристократическому клану Фудзивара и отличалась удивительной красотой. Она не вступала в монастырь до 30 лет. По тому времени это был зрелый возраст, и она должна была уже побывать замужем, или иметь любовные связи. Ее стар­ ший брат был наставником дзен. К нему-то и пошла Эшун за посвя­ щением, когда решила покинуть дом и постричься в монахини. Когда она попросила у брата благословения, он не спешил с отве­ том. По старинным обычаям дзен требовалось сурово испытать не­ офита. «Монастырская жизнь - для сильных мужчин, не для детей и женщин», - ответил брат в жанре традиционного отказа. Услышав это, она тут же ушла, не сказав ни слова. Накалила в пе­ чи железный шомпол и приложила его к своему лицу. После этого она вновь пришла к брату с прежней просьбой. Видя глубину ее ре­ шимости, он обрил сестре голову, посвятил ее в орден и сделал ее членом общины, где она могла изучать искусство дзен самостоятель­ но и в конце концов сама стала наставницей. Хотя Эшун принадлежала к древнему аристократическому роду, стоявшему выше самурайского сословия, ее ритуальный акт само- увечья в доказательство несокрушимой воли тяготеет к традицион­ ным самурайским ценностям. Ее фанатическая свирепость или не­ истовость в духе дакини, проявленная во время инициации, совсем не доказывает ее свирепого нрава, тогда как индуистские или тант­ рические богини всегда были или абсолютно ужасными или абсо­ лютно доброжелательными. Мировоззрение того времени, которое мы не собираемся оце­ нивать положительно или отрицательно, было склонно песто­ вать или замечать достаточно отрицательный диапазон форм че­

с. 193

192 БОГИНЯ СУМЕРЕК ловеческого самовыражения. В том мире, где жила Эшун, общест­ венное сознание находилось под сильным воздействием военно­ го сословия. В рассказах о ней приводится много примеров того, как она проявляет чудеса смелости и бесстрашия, то есть демон­ стрирует качества, особенно ценимые в среде профессиональ­ ных воинов. То же самое можно сказать и о ее духовных достоин­ ствах, характеризующего Эшунь как настоящего адепта дзен. Язык ее поведенческих жестов и реакций предельно приближен к тому воинственному идеалу, который требует категорического противопоставления непререкаемых буддийских истин расхо­ жим мнениям эпохи того времени. Таким образом Эшун доказы­ вает, что она более «воин», чем сами профессиональные воины, превосходя их в хитрости, смелости и понимании дзен. Однажды Эшун послали в крупный, богатый столичный мона­ стырь, спонсируемый государством, - самый крупный центр дзен- буддизма, за стенами которого жили более тысячи монахов. Жан­ ровый протокол требует здесь обязательного стилизованного описания разговора настоятеля с посетителем (любимая тема по­ зднейших дзен-буддийских рассказов). Эта процедура имеет древ­ ние корни и восходит к полуритуальным разговорам учителя и ученика, испытывающих друг друга. В средние века такой пре­ дельно риторичный разговор-испытание стал своего рода япон­ ским культурным стереотипом, характеризующим особенности «воинствующего» миросозерцания эпохи и национальности. Приход «продвинутого» адепта дзен мог стать серьезным испыта­ нием для настоятеля, которых обычно изображали как карьеристов и администраторов. Доблестная Эшун уже создала себе репутацию решительной монахини, и потому клика столичного монастыря не желала ее допускать. Они хотели смутить Эшун и вышвырнуть ее до того, как она унизит настоятеля и монахов своим интеллектуаль­ ным и духовным превосходством. Следуя разработанному плану, один из монахов, увидев, как Эшун поднимается по ступеням, неожиданно сбросил одежду, об­ нажил пенис и продемонстрировал свое умение вызывать эрек­ цию. После этого он сделал стойку на руках и крикнул: «У меня штука три фута длиной». Нисколько не смутившись увиденным, монахиня задрала по­ дол и показала свое интимное место. «Моя штука - бездонна», - парировала она. Монах смутился и позорно бежал. Сообразительность и же­ лезное спокойствие Эшун одержали победу.

с. 194

10. ПРОБУЖДЕНИЕ ЖЕНЩИНЫ 193 Другой случай «сексуального давления», состоявший не в заго­ воре с целью смутить Эшун, но в агрессивной попытке соблазне­ ния, был отражен столь же остроумным образом, одновременно решительным и поучительным. Очевидно, Эшун была столь кра­ сива, что, несмотря на обожженное лицо, мужчины продолжали желать ее. Один монах был особенно настойчив в своих домога­ тельствах. К его великой радости, она в конце концов согласи­ лась, но при одном условии - интимная встреча должна произой­ ти в особо оговоренном месте, так как оба они связаны монашескими обетами. Эшун выразила свое беспокойство по по­ воду его постоянства, не нарушит ли он свое обещание в назна­ ченное время. Монах клялся, что ничто не заставит его отступить от намеченного и что раз сама Эшун согласна, он готов заняться любовью где угодно и когда угодно, хоть в котле с кипящей водой, хоть в пламени костра. Сам ад не сможет погасить его пыл. Несколько дней Эшунь хранила молчание. Наступил момент, когда ее брат, их общий наставник, должен был вести диспут о дзен перед большим скоплением публики. Когда собралось мно­ жество народа, неожиданно перед толпой появилась обнаженная Эшун и крикнула громким голосом: «Эй, ты! Иди сюда и сделай то, что хотел, как мы договаривались!» Монах был столь смущен, что немедленно бежал из монасты­ ря. Возможно, при таком «изгнании» он извлек больший урок, чем если бы его наказали по обычным монастырским законам. По дзенским понятиям потому история и сохранилась, а отнюдь не потому, что она пикантна. Однако в контексте светской японской культуры истории об Эшун демонстрируют любопытный синтез фривольной чувствен­ ности, характерной для мироощущения древней японской арис­ тократии, и сурового ригоризма, которым был отмечен новый са­ мурайский менталитет. Старая аристократическая культура отступает перед эстетичес­ ким мистицизмом тантрического буддизма, школы шингон, суро­ вый дух самураев находит адекватное отражение и поддержку в бо­ лее стоической и аскетической философии дзен. Разные культурные программы связаны с разными стилями жизни и сознания, аристократическая культура не может быть тождественна культуре самураев. Мы не можем утверждать, что истории такого типа следует счи­ тать программными текстами для дзен-буддизма вообще, так как они облечены в одежды своего времени: отражают не только доктрину,

с. 195

194 БОГИНЯ СУМЕРЕК но и вкусы, расхожие мнения своей эпохи. Если мыслить специфи­ ческий синтез двух культур строго в терминах дзен, то из анекдотов об Эшун можно извлечь следующую формулу: «приспосабливаясь к своему времени, идя против течения». Если перефразировать дан­ ный афоризм дзен в терминах будничной жизни, то можно посове­ товать быть отзывчивым по отношению к миру и считаться с услови­ ями и требованиями времени, но при этом внутренне оставаться «над временем», так, чтобы беспокойные сигналы времени не могли задеть твоей личности, травмировать душу. Этот акт психологичес­ кого балансирования должен помочь человеку эффективно сущест­ вовать в мире, таком, какой он есть, оставаясь внутренне независи­ мым от расхожих предубеждений и клишированных мыслей и созерцая пустоту мира свежим и быстрым оком. В том «военизированном» культурном контексте, в котором жила Эшун, дзенский аскетизм обратился в то, что можно на­ звать антиэстетизмом или бесчувственностью, то есть культиви­ рованием способности не замечать боль. Может быть, поэтому состояние бесчувственного забвения, «отключения» описывает­ ся в позднесредневековых анналах дзен гораздо чаще, чем в клас­ сической дзен-буддийской литературе. С традиционной буддий­ ской точки зрения «отключение» представляется простым состоянием ума, а спутать его с просветленным состоянием могут лишь несведущие люди. В средневековых хрониках замечен повышенный интерес к случаям самоубийства, причем эти эксцессы трактуются как высшее проявление духа «аскетизма», или «нечувствительности». (Кстати, вполне возможно, что так думали самураи, освоившие техники дзен.) В буддийском контексте такие истории тоже не обойдены вни­ манием, так как в них отражаются некоторые аспекты дзен: прак­ тика «отпускания» всех мыслей и всего возникающего в таком ви­ де, как оно существует, и уход из жизни; вера в то, что жизнь - это время для саморазвития, а достижения проверяются моментом смерти; и также высшее проявление мастерства овладения собой и триумф сознания проявляются не только в момент смерти, но и во время процесса умирания. Все эти три аспекта ярко отраже­ ны в драматической истории жизни и смерти Эшун, которая и в самый момент добровольной смерти осталась столь же реши­ тельной и бесстрашной, как и во время земной жизни. На закате жизни Эшун поселилась в уединенном жилище непо­ далеку от своего брата и «принимала странников», то есть наставля­

с. 196

10. ПРОБУЖДЕНИЕ ЖЕНЩИНЫ 195 ла и учила паломников доктрине дзен вне стен монастыря, который находился под контролем правительства. Многие великие настав­ ники дзен, как мужчины, так и женщины, проводили в подобной си­ туации всю жизнь, будучи осведомленнее о технических трудностях управления большим количеством людей и постоянных причудах и давлении светских властей. В своем уединении Эигун была свободна от необходимости участвовать в обязательных монастырских церемониях и ритуа­ лах и поэтому могла посвятить все свое время и силы индивиду­ альной работе с учениками, приходившими освоить технику дзен. Сейчас у нас нет возможности говорить о том, как много та­ кие отношения способствовали распространению и развитию дзен-буддизма в Японии. Ограничимся лишь одним высказывани­ ем, взятым из буддийской священной книги, в котором говорится о том, что великие наставники дзен служили своему искусству как публично, так и частным образом, причем более эффективным считался второй вариант. Как гласит дзенская пословица: «Чтобы найти нужных людей, не надо собирать вокруг себя толпы». Хотя Эшун предпочитала давать частные уроки, последний ее урок был дан на публике во всем величии своего легендарного об­ раза воительницы. Собравшись в свой последний путь, она соору­ дила деревянный помост на огромном валуне у западных ворот монастыря и обложила его дровами. Сидя наверху, она сама зажг­ ла костер под собой. После этого она вошла в состояние «самад- хи» - медитативное погружение в себя. Можно предположить, что в этот момент Эшун погрузилась в «забвение», то есть состояние, которое она культивировала на протяжении многих лет дзен-монашеского служения. Вдруг на сцене появился ее брат и крикнул: «Эй, монашка, тебе жарко? Эй, монашка, жарко тебе?» Возглас был сделан в жанре дзен-буддий- ской загадки-парадокса (коан), и тот факт, что загадка прозвучала в наиболее патетический момент самосожжения, доказывает, что метод парадокса был чем-то большим, чем интеллектуальное уп­ ражнение адептов дзен. Суть парадокса такова. Если монахиня, объятая пламенем, ска­ жет, что ей жарко, значит, она до сих пор не вышла из-под власти земных чувств, если она скажет, что ей не жарко, значит, она стре­ мится отрицать очевидное. Если она закричит от боли или страха, значит, она не монахиня, а «бритоголовая мещанка», если она будет молчать, она - «призрак в бездне забвения». Эшун, впитавшая учение дзен до мозга костей, не позволила себе

с. 197

196 БОГИНЯ СУМЕРЕК впасть ни в одну из этих крайностей. Жарко ли ей? - был вопрос. «Ни один путник в начале пути не скажет, холодно ему или жарко»,

• ответила женщина и молча ушла в другую жизнь в языках пламени. Находиться в состоянии сознательности и не поддаться чувст­ вам - вот дзен-буддийский идеал отношения к миру, абсолютно ре­ ализованный в житии и смерти монашки Эшун. Не то чтобы она не могла сказать, холодно ей или жарко, так как она была жива. Она не могла впасть в забытье, так как еще могла говорить и слышать. Но она и не могла позволить своему сознанию сосредоточиться на ощущении сжигающего пламени, так как такая боль победила бы любой естественный организм, что привело бы к потере контроля над ощущениями. Можно сделать вывод, что дзен - это отнюдь не школа физического и психологического бессмертия и забытья, как это когда-то казалось самураям, которые надеялись приспособить буддийские техники для достижения своих собственных целей. Мы не настаиваем на психологическом или неврологическом правдоподобии описанного случая и не пытаемся оценить его в терминах современной науки, так как задача у нас другая. История прекрасно иллюстрирует знаменитый принцип Махая- ны - отрешение от мира, оставаясь в миру, как «лотос в языках пла­ мени», и представляется, что именно в качестве примера она и по­ пала в священные книги. (Маловероятно, что древние составители книги пытались воздействовать на воображение читателей и уди­ вить их сверхъестественными чудесами или пропагандировать та­ ким образом практику самоубийства.) Впрочем, есть и видеодокументальные свидетельства времен вьетнамской войны, подтверждающие реалистичность процесса самосожжения Эшун. На одной фотографии изображен вьетнам­ ский буддист, восседающий посреди пламени и пытающийся (ус­ пешно) придать своему торсу вертикальное положение в послед­ ние секунды жизни. Необходимо помнить, в какое жесткое время жила Эшун. Это была эпоха постоянных войн и кровопролитий, сформировав­ шая особый тип военизированной культуры, ценившей именно такие добродетели и образы. Описанные выше подвиги Эшун - это все, что мы знаем (за исключением еще трех анекдотов, сооб­ щающих о железной воле и несокрушимой силе славной женщи­ ны) о просветленной дзен-буддийской монахине, ее жизни, уче­ нии, духовных достижениях. Подобная ироническая редукция характерна и для другого по­ вествования о Святой женщине горы Пэн, одной из самых почи­

с. 198

10. ПРОБУЖДЕНИЕ ЖЕНЩИНЫ 197 таемых буддийских святых. Она жила относительно недавно и умерла в 1613 году, в самом конце правления династии Мин. Эта женщина не была монахиней, и ее случай описан в светских анна­ лах. Так как в деле была замешана полиция, историю было трудно представить как волшебную сказку или буддийскую агиографию. Образ «безымянной священной женщины» кажется фольклор­ ным, судя по акцентированию чудесного начала в ее биографии. Возможно, это связано с даосской закваской китайской культуры или общечеловеческим обыкновением драматизировать и без того страшные, трагические, удивительные события и явления. Отдель­ ные части истории, безусловно, заслуживают доверия, а некоторые преувеличения представляются вполне естественными, если мы уч­ тем специфику устного предания. Пересказанная история неволь­ но и неизбежно аккумулирует эмоциональный пафос рассказчиков. Давайте на время забудем о различии средневекового и совре­ менного взглядов на возможности человека и границы человечес­ кого опыта и попытаемся увидеть в рассказе просто изображение плачевной женской доли - женской несвободы и беззащитности в обществе того времени. Наша «святая женщина» с детства была склонна к мистицизму и мечтала о монашестве. Родители знали о склонностях дочери, но не разделяли их и поэтому выдали ее за­ муж за парня из соседней деревни. Конфуцианская идеология все­ гда пропагандировала брак, деторождение, послушание жены му­ жу и родителям мужа, а даосы и буддисты, напротив, поощряли развитие мистических наклонностей у женщин, даже если для этого требовался побег из дома. Святая женщина горы Пэн оказалась послушной дочерью и вы­ шла замуж. Она не просила мужа позволить ей жить раздельно (как поступали некоторые сторонницы даосизма и буддизма) и не убежала от него. История вполне может быть воспринята как при­ мер мистического опыта «абсолютного непротивления» или «не­ делания» - когда человеку рекомендуется прожить внешнюю жизнь с минимальными внутренними потерями и таким образом сохранить ментальную и физическую энергию. Впрочем, история содержит и другие уроки. После свадьбы, как утверждает история, каждую ночь, когда га­ сили свет и молодые ложились в супружескую постель, между ни­ ми вставала невидимая стена, которая не позволяла мужу прибли­ зиться к жене. Это продолжалось в течение нескольких месяцев. Сегодня мы предположили бы, что муж неожиданно для себя оказался физически неспособным выполнять свои супружеские

с. 199

198 БОГИНЯ СУМЕРЕК обязанности. Возможно, причиной тому были холодность и отчуж­ денность молодой женщины, но нетрудно догадаться, что мужчи­ нам, воспитанным в идеалах конфуцианства, импотенция внушала в самом абсолютном и буквальном смысле смертельный ужас. Нет ничего удивительного в том, что реакция на собственное бессилие привела мужа к паранойе и даже галлюцинациям, особенно по но­ чам. Ситуация представляется вполне реалистичной, и совсем не обязательно объяснять фантастический образ вздымающейся сте­ ны присутствием магического или фольклорного элемента. Когда муж посмел в конце концов заговорить о таинственной стене, мешающей супружеству, со своей женой, та просто рассме­ ялась. «О чем ты говоришь, - сказала она, - стена в твоем сердце». Если импотенция на самом деле была проблемой, то сегодня мы не исключили бы возможность психологической причины болезни, как, впрочем, это сделала и наша женщина. Но история произошла четыреста лет назад, и необходимо учитывать эмоциональный фак­ тор в супружеской и сексуальной жизни конфуцианского общества. Распространение афродизиаков в китайской народной медицине нового времени доказывает, что импотенция на самом деле была проблемой и постоянным источником страха для многих китайцев. Надо сказать, что отношение к сексуальности уже относитель­ но давно стало ущербным и механистическим и свелось со сторо­ ны мужчин к знанию каких-то надуманных «техник». Когда речь идет лишь о том, чтобы «взять» сексуальную энергию у женщин и получить исцеление или долголетие и когда борьба за власть представляется важнейшим двигателем жизни, тогда почти не ос­ тается возможности почувствовать и оценить мистический эле­ мент эмоциональной и душевной близости. В этом контексте откровения о том, что стена между мужчиной и женщиной носит ментальный характер и что эта стена находится в сердце или сознании мужчины, представляются глубоким социоло­ гическим комментарием и одновременно блестящим уроком челове­ ческой психологии. «Святая женщина», назвав стену психологичес­ ким феноменом, превратила волшебную сказку в общечеловеческую философскую притчу, важную для сегодняшнего сознания. После разговора с женой и ее мудрых слов о существовании пси­ хологического барьера между супругами муж растерялся и не знал, что делать. Прошло еще два месяца, и в конце концов родители му­ жа написали жалобу на невестку в местный суд, обвиняя ее в том, что она не женщина, а злой дух или оборотень. Хотя вера в сверхъестественные существа низшей мифологии

с. 200

10. ПРОБУЖДЕНИЕ ЖЕНЩИНЫ 199 была всегда развита в Китае, именно в это время духи и оборотни представлялись общественному сознанию особенно страшными, что инспирировалось некоторыми членами правительства Мин - эпохи, которой мы обязаны не только прекрасными вазами. У правительства были на то вполне рациональные основания. До­ статочно сказать, что основатель династии был когда-то лидером тайного религиозного культа и в дальнейшем, придя к власти, вся­ чески старался подавлять и контролировать все религиозные дви­ жения Китая. В результате последующие столетия прошли под знаком народных освободительных движений, во главе которых часто стояли «недобитые» мистики харизматического толка, что, естественно, страшно пугало имперское правительство. В этой исторической ситуации к людям, наделенным мистиче­ скими или магическими способностями (такими, как «святая женщина»), власти относились с большим подозрением, тем бо­ лее если они вызывали к себе благоговейное отношение местно­ го населения. Имперская охранка брала мистиков под контроль, учреясдала над ними опеку, что на самом деле представляло собой форму тюремного заключения, так что у них совершенно обрыва­ лись контакты с окружающими. В нашем случая был наряжен специальный дознаватель, чтобы расследовать дело. Женщина никак не опровергла обвинения ро­ дителей муяса, и ее приговорили к заточению в горной пещере. Эта пещера была очень маленькой (не более трех с половиной квадратных метров) и абсолютно темной. После того как женщи­ ну посадили внутрь, вход в пещеру заделали кирпичом, оставив уз­ кое отверстие, диаметром а дюйм, достаточное для вентиляции, но недостаточное для передачи пищи и воды. Трудно сказать, чего здесь больше - невежества или жестокос­ ти, но невольно возникает вопрос: как сильно даосская и буддий­ ская доктрины повлияли на склад китайской культуры за многие века воздействия? То, что в исторически актуальной религиоз­ ной культуре или идеологии сохраняются пережитки предшест­ вующих эпох (пусть даже конфессионально чулсдые современнос­ ти), не вызывает сомнений, какую бы религию или эпоху мы ни рассматривали. Очень часто знание этого феномена является ис­ точником формирования скептически-циничного отношения к ценностям религиозной религиозной культуры, а иногда и ате­ истического мировоззрения. Другие исследователи начинают бо­ лее строго различать уровни чистой духовности и политически- конституционального функционирования религии.

с. 201

200 БОГИНЯ СУМЕРЕК Понятно, что в истории варварского пещерного заточения Святой женщины горы Пэн свою зловещую роль сыграли пред­ рассудки и суеверия того времени. Отметим, кстати, что суеверия народа искусственно поощрялись официальными кругами как ме­ тод сдерживания социального и интеллектуального прогресса страны. В эпоху Мин выходили книги (санкционированные свы­ ше), написанные таким образом, чтобы простой читатель не мог усвоить из них ничего ценного, причем такой культурный почин искусно маскировался. Стихия суеверия, несомненно, лежала в основе параноидаль­ ного судебного обвинения и бесчеловечного наказания женщи­ ны. Суеверие заставляло людей быть любопытными и поднимать­ ся на гору с целью подсмотреть в щелку, что стало с оборотнем после нескольких дней заточения. Вход в пещеру был заложен не наглухо, но не для того, чтобы выпустить женщину на свободу спустя какое-то время. Очевидно, люди интересовались, не «обернулась» ли женщина лисой или не исчезла ли совсем. Вместо волшебной лисы, покинутой человеческой оболочки или брошенного башмачка любопытные видели нечто другое - в середине пещеры спокойно и прямо сидела женщина, не выка­ зывая никаких признаков страдания. Ее мать и старший брат, скорбя о несчастной, просунули ей в щелку несколько маленьких фиников и каштанов. Она же сказала им, что чувствует себя сы­ той и не нуждается в пище. Это похоже на описание результатов специальной даосской дыхательной гимнастики, которая обыч­ но проделывается адептами до и во время поста. Возможно, ран­ ние мистические наклонности нашей героини (за что ей теперь пришлось поплатиться физической свободой) заставили ее пред­ варительно обратиться к даосским или буддийским учителям и ус­ воить техники ментальной и физической подготовки. После этого брат спросил ее, когда она выйдет из пещеры. Она ответила иносказательно, предсказывая, что пещера отво­ рится сама, когда человек с определенным именем поднимется на гору. Это предсказание стало предметом активных пересудов, и вскоре не было такого человека в округе, кто не слышал бы о та­ инственной пещерной женщине. Неожиданная слава, пришедшая к героине, также, возможно, стала результатом народного суеверия, так как к тому времени ее предсказание еще не сбылось. Образ святой пещерной затворни­ цы, изрекающей невнятные пророчества, уже сформировался в культуре и был распространен среди всех сословий. Пусть те­

с. 202

10. ПРОБУЖДЕНИЕ ЖЕНЩИНЫ 201 перь заключенная не походила на культурный стереотип оборот­ ня, она могла подойти под другой стереотип - мудрой затворницы. Так прошло три года. Затем случилось так, что местный инспектор совершал путешествие в этом районе и, прослышав о женщине, за­ ключенной в пещеру, решил проведать ее. Имя этого сановника совпало с именем из прорицания трехлетней давности. Когда инспектор приблизился к пещере, женщина сказала ему, что его сын находится в большой опасности и что за ним по дороге гонятся враги (позже появился вестник и подтвердил слова проро­ чицы). Жена инспектора, верующая буддистка, настояла на том, чтобы стену, закрывающую вход, разрушили. Так сбылось давнее предсказание затворницы, но сама она не захотела выйти, объяснив, что еще не вышел срок ее наказания. Быть может, она еще не до конца достигла внутреннего освобож­ дения или считала, что в пещере более безопасно (в духовном смысле) и спокойнее медитировать, чем в миру… Ее спросили, когда же настанет срок освобождения, на что прорицательница опять ответила таинственным предсказанием. В любом случае она не хотела выходить, и пещеру снова замуровали. Через не­ сколько лет инспектор предположил, что женщина уже умерла, и вернулся на родину в печали. Четыре года спустя в эти земли прибыл другой инспектор, но­ сивший имя, совпадающее с именем из второго прорицания. Он то­ же слышал о таинственной жительнице пещеры и решил самолич­ но исследовать дело. Найдя женщину живой и здравствующей, он обратился к ней и попросил ее учительского совета. (Что доказыва­ ет, что к тому времени затворница приобрела репутацию святой.) Оказалось, что у женщины нет особых вестей для него, она лишь попросила нового сановника передать предыдущему, пытавшемуся освободить ее, что она жива. Старый инспектор был чрезвычайно удивлен и обрадован сообщением и тотчас же послал нарочных лю­ дей с триумфом вызволить святую женщину из пещеры. К этому времени прошло уже 18 лет ее безвыходного горного заточения. Освобождение наступило, и теперь Святая женщина горы Пэн стала знаменитостью. Ее воспринимали как оракула, чьи предсказания всегда сбываются, а советы всегда полезны. Гово­ рят, что она ела овощи и фрукты, как и обычные люди, но не ис­ пытывала необходимости в испражнениях. Возможно, в этих де­ талях народно-мифологическое сознание откликнулось на весть о даосских таинственных практиках, так как народу было смутно известно, что в результате особой аскезы менялся физический со­

с. 203

202 БОГИНЯ СУМЕРЕК став человека. Грубоватая подробность данной истории служит подтверждением того, что популярные «святые» становились лишь заложниками персональных культов. Анонимность и незаметность были рекомендованы как даос­ скими, так и буддийскими руководствами не только из соображе­ ний этических (как, например, скромности), но и из практических

• чтобы иметь возможность спокойно заниматься уединенной ме­ дитацией и не привлекать внимания праздных, суеверных глупцов. После своего освобождения из пещеры святая женщина не про­ жила долго. Прошел год или чуть более, когда она, окруженная рев­ ностными почитателями и учениками, сообщила, что ей неможется и что пришел ее срок. Когда были сделаны необходимые приготов­ ления, она омылась, переоделась в чистые одежды, легла в гроб и умерла. Неизвестно, сколько было ей тогда лет, но если мы учтем, что в пещеру она попала в возрасте новобрачной (то есть до двадца­ ти лет), просидела там 18 лет, вышла на свободу и меньше чем через два года скончалась, то умерла она не позже чем в сорок лет. Китайская пословица, подходящая к нашему случаю, охранитель­ но сообщает, что прекрасный цветок можно сохранить лишь в укром­ ном месте, так чтобы его не тревожили ни взгляды, ни руки праздных поклонников. Именно поэтому духовно одаренные люди, ищущие уе­ динения или бегущие мира и людей, делали это не потому, что боя­ лись соблазнов мира (как часто думают светские люди), а потому, что не хотят стать соблазнительной приманкой для праздных ми­ рян, ищущих благословения, милостей, внимания, советов, утеше­ ния, удовлетворения любопытства и т. д. Именно поэтому настоящий дзен-буддист часто притворяется безграмотным дурачком, следуя по­ говорке: «Хороший купец прячет свой товар и выглядит нищим». Понятно, что на общем фоне выделяются люди, заметные сво­ ими плохими или хорошими качествами. Даже местная ежеднев­ ная газета не может подробно и без изъятий описать жизнь са­ мой маленькой деревеньки. Поэтому не надо надеяться, что мы можем объективно воссоздать целостный образ эпохи или наро­ да на основании обобщенного толкования сообщений, хроник, которые фиксируют лишь выдающиеся и драматические момен­ ты. Известно, что факт ценен не сам по себе, а тем, что мы сами вкладываем в него. Если нам угодно извлечь лишь общественный урок из истории о том, как духовность всегда стремится найти со­ циальное выражение, то ничего, кроме ощущения социальной ус­ талости, мы не испытываем, проигнорировав при этом важные психологические уроки духовного выживания.

с. 204

10. ПРОБУЖДЕНИЕ ЖЕНЩИНЫ 203 Как социальные, так и духовные аспекты борьбы женщин за сво­ боду приобретают разные формы на буддийском Востоке. Трагичес­ кая история Священной женщины горы Пэн находится в разитель­ ном контрасте с судьбой другой китаянки династии Мин - Ся Юньань, которая благодаря своим талантам достигла высокого со­ циального статуса перед тем, как стать монахиней. Еще в детстве она познакомилась с классическими книгами буддизма и конфуцианства, усвоив главные труды к семи годам. Когда девушке исполнилось тринадцать лет, ей выпала честь стать второй женой наследного принца небольшого княжества империи Мин. Наследный принц сделался князем, его первая же­ на умерла, и Ся постепенно возглавила дворцовое хозяйство. Она была не только хорошей управляющей, но и мудрой советчицей: князь часто консультировался с ней по вопросам государствен­ ной важности. В 22 года Ся оставила высокие должности, сооб­ щив во дворце о своей болезни и желании уйти в монастырь. Сле­ дуя наставлениям бодхисаттв универсального буддизма, она пошла путем эзотерической Ваджраяны, пришедшей в Китай с Тибета и ставшей известной в высших кругах. Два ее трактата, собрание сочинений, посвященных «Сутре Лотоса», имели хож­ дение в обществе и упоминаются в литературных анналах. Эта история показывает, как талант мог признаваться и поощ­ ряться в китайском обществе, даже во времена репрессивной ди­ настии Мин. И все-таки мы не можем избавиться от ощущения, что образо­ вание эта женщина получила лишь потому, что ее с детства тща­ тельно готовили к будущей придворной должности, подобно то­ му как мальчиков ее круга с детства готовили к светской карьере. Моральная несостоятельность этой образовательной системы за­ ставляла молодых конфуцианцев брать уроки истины не у долж­ ностных академиков, а у даосских иди буддийских мастеров. Как известно, женщины вообще не были допущены к системе конфу­ цианских официальных текстов и их духовный и интеллектуаль­ ный интерес к учениям дао и Будды был более закономерен. Наша последняя история поднимает вопрос об истинной цене общественного признания, хотя несколько в другом ключе, чем предыдущая притча о Святой женщине горы Пэн. Личность, узнавшая, что такое успех, уважение, престиж, влия­ ние, власть в раннем возрасте, удаляется от дел в двадцать два года. Многие истинные буддийские адепты, достигшие высокого поло­ жения, шли путем Ся, то есть притворялись больными и отказыва­

с. 205

204 БОГИНЯ СУМЕРЕК лись от должностей и высокого сана. «Болезнь» для них была иро­ нично-шутливым символом временного существования. Хотя в на­ шем последнем случае нетрудно предположить, что постоянные волнения, связанные с исполнением высокой должности, могли разрушительно подействовать на женское здоровье. Возможно, выбранный ею путь Ваджраяны был не просто данью аристократи­ ческой моде, но и методом физического и духовного лечения. Почему бы не предположить, что князь разрешил ей покинуть дворец и последовать путем тантрического буддизма, так как на­ деялся при этом сохранить ее при себе как супругу, поверенную, советчицу, то есть она не потеряла привилегий, а просто сменила должность управляющей и тайного советника правителя на дру­ гую, священную должность, устав от политических и хозяйствен­ ных дел. Было множество других мудрых просветленных женщин, вставших на путь буддийского спасения. С некоторыми из них мы познакомимся в следующих главах, посвященных тантрическому буддизму и буддизму Чистой Земли. Исследуя жизнеописания этих женщин, мы поражаемся раз­ нообразию их личностей, сформированных вроде бы одним и тем же культурным контекстом. Но каждая из них, со своей осо­ бой формой освобождения, уникальна и удивительна. Идеал буд­ дийского бодхисаттвы - стремиться достичь «другого берега» аб­ солютной истины, быть недосягаемым для печалей мира, освободив свой дух от заблуждений и страхов мира, чтобы потом вернуться на «этот берег» повседневной реальности, пытаясь ма­ ло-помалу улучшить условия этого мира, показывая его обитате­ лям путь к свободе. В этом смысле бодхисаттвы приносят себя в жертву этому и тому миру, и мы вряд ли можем судить их общепринятыми рели­ гиозными или светскими мерками. Вот почему сказано об истин­ ных практиках: «Непосвященные, подглядывая за ними, не могут раскрыть их; даже боги, желая почтить их, не находят тот путь, куда бросать цветы».

с. 206

1 1 Лотос и молния Считается, что наиболее полное выражение женская духов- ность получает в буддийском тантризме. Это эзотерическое уче­ ние не менее противоречиво, чем индуистский тантризм, и, как всякое тайное движение, оно сталкивается с трудно решаемыми проблемами подтверждения и интерпретации текстов. С другой стороны, секретность и нелегальность тантризма в некоторой степени являются гарантией религиозной свободы, то есть эзоте- ричность - это обоюдоострый меч как для исследователей, так и для практикующих тантризм. Для тех, кто не воспитан в самой традиции и не склонен доверять авторитетности тантристских текстов, возникает множество вопро­ сов, связанных с происхождением и ответвлениями тантризма. Глав­ ное, не совсем понятна преемственность тантрических и буддий­ ских священных доктрин, так что нередко возникают сомнения, является ли тантризм настоящим буддизмом. По этому поводу суще­ ствуют разные мнения, и предпочесть одно из них бывает трудно. Так, например, если заниматься историей буддийских движений в разных странах, то нам будет сложно выделить изначальные уче­ ния и практики и стараться не смешивать эту информацию с огром­ ным количеством систем, построений, классификаций, придуман­ ных гораздо позже. Эти системы и построения были составлены людьми, считавшими себя наследниками традиции и попытавших­ ся организовать самый разнообразный материал, вошедший в тра­ дицию в разное время и при различных обстоятельствах. Мы не хо­ тим сказать, что эти доктрины были совершенно бесполезны, но с каждым новым столетием они становились все более монумен­ тальны, избыточны, запутанны, косны и перегружены деталями, так что пользоваться ими практически стало затруднительно даже для самих носителей этой культурной традиции. Согласно индо^гибетской легенде, полной мистических прозре­ ний, тантризм возник (как исторический факт) в IV веке нашей эры и его провозвестником считается знаменитый Асанга, один из

с. 207

206 БОГИНЯ СУМЕРЕК знаменитейших буддистов своего времени. В течение трех после­ дующих веков тайное учение распространялось подпольно и, нако­ нец, воплотилось в тестах и практиках известных адептов. С шес­ того по десятый век (то есть на протяжении четырех столетий) тантризм оказывает активное влияние на культуру всего Индийско­ го полуострова и распространяется дальше во все стороны. На За­ паде он проник в Афганистан и Персию, на юге - на Суматру и Яву, на северо-востоке - в Тибет, Туркестан, Китай, Корею, Японию. Индо-тибетская версия происхождения Тантры основана на принципе «виджнапти-матрата», что значит «качество репрезен­ тативного существования». Этот технический термин использу­ ется для описания концептуальной природы нашей картины ре­ альности. Данный термин является основой одного из направлений в буддизме - школой под названием Иогачара, или Практика йоги, основанной, как говорят, тем же самым Асангой и его братом Васубандху. Эта ассоциация очень важна, поскольку теория и практика тантрического буддизма базируются на допущении, что восприя­ тие мира и всех существ в нем обусловлено нашей субъективнос­ тью. Тантрическая сакрализация мира основана на принципе «пу­ стоты», согласно которому все вещи чисты и непорочны по своей сути. Лишь наше сознание (относительно чистое или нечистое) делает наши временные восприятия о мире, явлениях и их взаи­ моотношениях чистыми или нечистыми. Тантризм считает, что этот принцип помогает человеку гармонично существовать в ми­ ре, так как всегда есть возможность преобразить наше восприя­ тие мира, которое обусловливает человеческое отношение к су­ ществованию вообще. Соответственно вопросы о происхождении учения (мифологи­ ческом или историческом) являются предметом не только академи­ ческого интереса, так как знание корней приобщает к контексту, ко­ торый может помочь прояснить значение доктрины. Поэтому проблема возникновения священных текстов тантризма не являет­ ся частным продуктом полемики разрешенных школ или истори- ков-аналитиков, так как речь идет о том культурном фоне, который содержит тантрические мистерии, ритуалы и другие уникальные элементы, связанные с учениями и практиками тантризма. Указания на книжные истоки тантризма обычно усматривают в таких элементах, как формулы-обращения, пантеоны божеств, манд алы в буддийских сутрах Махаяны. С течением времени появля­ ются различные версии тех же самых текстов, которые отражают

с. 208

11. ло тос и молния 207 общее направление адаптированного буддизма. Еще во II веке до на­ шей эры важнейшие формулы-обращения были тщательно зафикси­ рованы в сборниках школы «Защита Дхармы» и, естественно, в даль­ нейшем попали в ранний канон Махаяны. Так называемые прототантристы Большой Колесницы тоже активно цитировали священные тексты, но наиболее полный реестр тантрических про­ тотипов можно найти во всеобъемлющем сборнике «Авт амсака-сут - ра», или «Сут ре Цветочного Орнамента», которая, как мы видели, опи­ сывает целый сонм духовных наставниц и их учений. История создания этой сутры (в той мере, в которой мы сведущи в этом во­ просе) может пролит^ свет на историю китайского происхождения тантрических и индуистских легенд. Но давайте на время отложим дискуссию на эту тему и займемся беглым обзором прототантричес- ких символов «Сутры Цветочного Орнамента». Конечно же, это не единственная книга, содержащая метафизи­ ческие основы тантризма, то есть принципа пустоты и «только ре­ презентативности». Уникальность сутры в том, что она описывает весьма специфические практики (или их подобия), которые впос­ ледствии будут восприниматься как исключительно тантрические. Это благословение и наделение силой («адхистхана»), инициация и посвящение («абхисшекха»), призывание с ритуальными подноше­ ниями («пудж а») и услужение учителям («гуру-севана»). В сутре упо­ минаются большое количество построения мандал, проекция и по­ гружения в видения, текст учения и обучение в состояниях экстаза и сновидения, а также другие формы общения между умами. «Сутра Цветочного Орнамента» содержит много сведений о том, как ощущения органов чувств могут способствовать обре­ тению знания и свободы, как сексуальный опыт ведет к просвет­ лению, причем эти рекомендации подкрепляются архитектурны­ ми и иконографическими ассоциациями, примерами из музыки и пения, драмы и танца, искусства украшения и других изящных искусств. В книге говорится о пользе произнесения «дхарани», магических формул, подобных мантрам, которые содержат кор­ невые буквы или слоги «биджа» - «семена», используемые в визу­ ализациях и пении для создания изменений в сознании. «Сутра Цветочного Орнамента» учит символически сочетать (синтезировать) мирские занятия с духовной практикой: путешест­ вие физическое и ментальное, внутрь и вовне мира, посещение мест, находящихся под и над землей, светский космополитизм и преодоление социальных, культурных и религиозных границ. Почти во всех мандалах присутствуют женские существа разных

с. 209

208 БОГИНЯ СУМЕРЕК уровней бытия, а в последней «головной», или «коренной», части книги читатель (как мы помним об этом) встречается с очарова­ тельными женскими и девичьими образами, которые учат «дхар­ ме» самыми разными способами. И наконец, что очень важно, сутра не только представляет различные учения, но и рисует наглядные образы для недогадли­ вых читателей важнейших «невидимых» концептов «интимнос­ ти», «сокровенности», «эзотеризма». По образцам «Сутры Цветочного Орнамента» тантрический буддизм будет создавать свое учение. Согласно буддийской мифологии данная сутра была первым текстом Гаутамы Будды после просветления, когда он щедро из­ лил свое учение онемевшей от благословенного удивления Все­ ленной. После этого первого экстатического «выплеска», гласит легенда, Будда начал учить в обычной линейной манере, чтобы постепенно очищать сознание людей и поднять их до такого уровня, когда они сами могли бы постичь всю полноту его мудро­ сти, обретя исток последней в идее взаимосвязанности внутрен­ него и внешнего миров. Получается, что фактор «сокровенности» (эзотеричности) сущ- ностно связан с возможностями восприятия. Совсем не обязатель­ но он должен быть создан искусственно, но иногда это искусство утаивания требуется. В практических терминах сокровенность, с одной стороны, способ защиты неподготовленных людей от идей и практик, которые им не по плечу, а с другой - способ защиты са­ мих адептов от агрессивных действий невежественной толпы. Нам кажется, что исторический фон «Сутры Цветочного Орна­ мента» (насколько он может быть определен) доказывает, что тант­ ризм старше, чем это представляется. Понятно, что буддийские тек­ сты с трудом поддаются датировке, а устная традиция, подготовившая эти тексты, настолько глубока, что говорить о кон­ кретных источниках не приходится. И все же китайские переводы могут подсказать хотя бы «ближайшую» датировку многих произве­ дений. Национально-этические корни переводчиков буддийских книг на китайский обозначены достаточно точно, как, впрочем, и маршруты их путешествий, направления исследований и работ, что, в свою очередь, может дать представление об исторической миграции произведений. Некоторые части «Сутры Цветочного Орнамента» были переве­ дены на китайский еще во II веке нашей эры, то есть за несколь­ ко поколений до того, как в Индии родился Асанга, и за много ве­

с. 210

11. лотос и молния 209 ков до исторического возникновения тантризма. Эти части уже содержат прототантрические модели и начатки визуальной ми­ фологии Будды. Первый фрагмент «Сутры Цветочного Орнамента» был переведен монахом по имени Локаксин, который в 176 году пришел в древнюю китайскую столицу Лоян и оставался там с 178 по 189 год. Локаксин был родом из Кушанской империи, то есть из тех мест, где в I— III вв. создалась чрезвычайно мощная и разнообразная буд­ дийская культура. Кушанская империя, в которую входили Афганистан, Пакис­ тан, Кашмир и огромная часть современной северной Индии, бы­ ла основана среднеазиатским народом тохаров. Китайцам тоха­ рам известны как Юэ-чжи. Эти люди говорили на диалекте индоевропейского языка и, возможно, происходили из древних скифов. Во II веке до нашей эры гунны выдавили их в Среднюю Азию, так как самих гуннов теснили многочисленные армии на­ биравшей силу китайской династии Хань (основанной в 206 году до Р. X.). Племена тохаров завоевали греко-персидскую Бактрию (на месте современного Афганистана), а потом в середине I века нашей эры вторглись в Индию. Кушанская империя, объединив в своем составе персидскую, индийскую, китайскую и среднеази­ атскую цивилизации, стала центром торговли и всего Востока, так как через нее проходил Великий Шелковый путь. Пожалуй, самым известным кушанским правителем был Кани- шика, трон которого находился в нынешнем Пешаваре (Пакистан). В этом регионе гандхаро-будцийская культура пережила подлинный расцвет во время правления Канишики, соединив в гармоничном синтезе греческую и индийскую эстетику. Буддийское искусство это­ го периода достигло невиданных высот. Именно Канишика созвал IV Буддийский собор в Кашмире и руководил работой по редактированию канона Хинаяны на языке пали, после чего канононический текст был выгравирован на медных пластинах. Не исключено, что именно в это время проходил «тайный» со­ бор представителей Махаяны, что нашло отражение в колоссаль­ ной коллекции текстов Экаяны (или Единого Буддизма) - «Саддхар- макунджарика-сутры» и «Аватамсака-сутры», «Лотоса исконного писания» (или «Сутры Лотоса») и «Сутры Цветочного Орнамента». В «Сутре Лотоса» представлены прения старейшин Хинаяны с Буддой, когда последний начал излагать более всеобъемлющее учение. В «Сутре Цветочного Орнамента» ситуация еще более пора­

с. 211

210 БОГИНЯ СУМЕРЕК зительна: совет старейшин Хинаяны не способен даже увидеть собор мудрецов Экаяны. Понятно, что в этих парадоксальных символах осмысливается соотношение возможности и восприя­ тия, но вполне вероятно, что описанные ситуации имеют непо­ средственное отношение к описываемым кашмирским событиям IV собора, когда «мирские адепты» Экаяны пытались (без особо­ го успеха) предложить сектантам-аскетам более широкий взгляд на сущность буд дизма. Следующие китайские переводы текстов «Сутры Цветочного Орнамента» были сделаны двумя поколениями позже - тоже ку­ шитом (мирянином), который пришел в Китай в 220 году. Этот человек владел шестью языками и сумел перевести не менее 51 буддийского текста, включая две книги этой сутры. Одна кни­ га фокусировалась на разрушении формальных религиозных практик, другая представляла собой десятиступенчатую класси­ фикацию ряда буддийский учений. То, что переводчик-мирянин мог обладать такой эрудицией и трудолюбием, доказывает, что светский буддизм в Кушании ог­ раничивался не только благочестивой раздачей милостыни. На­ прашивается мысль, что именно кушанской культуре мы обязаны появлением огромных компиляций Махаяны - «Сутры Лотоса» и «Сутры Цветочного Орнамента». Прототантрические элементы этих компиляций указывают на то, что богатая кушанская культура изначально была колыбелью тантрического буддизма. Подтверждает эту связь с тантризмом еще и следующее: нам известно, что переводчик II века был не только выдающимся ученым, но и знатоком различных искусств. Среди многочисленных переводов, традиционно приписыва­ емых этому ученому, есть несколько диалогов женщин. «Речи Ви- малакирти» (аналог «Цветочного Орнамента», в которой тоже описывается превращение буддиста в женщину) - шесть томов «Праджнапарамита-сутры» об абстрактном женском божестве буддизма, шесть текстов «дхарани» (магических формул-обраще­ ний), являющихся мистической основой эзотерических прак­ тик. Все это, несомненно, указывает на подводное течение про­ тотантризма в кушанской культуре. Падение Кушанской империи и персидские завоевания (при­ мерно 240 год) не вызвали ликвидации кушанско-гандхарской традиции, так как многочисленные беженцы, расселившиеся по всему Востоку, активно способствовали распространению кушит­ ского буддизма. Например, Каласиви, кушанский монах, остано­

с. 212

11. лотос и молния 211 вился в Тонкине (Северный Вьетнам) в 255 году (то есть вскоре по­ сле крушения империи) и перевел важнейший текст по практиче­ скому использованию «Сутры Лотоса», книги, которая выдержана в духе Экаяны и содержит множество тантрических образцов. Перевод другого посткушита III века, Дхармаракши, также со­ держит материал, подтверждающий, что именно кушанская куль­ тура была источником «Сутры Лотоса» и «Сутры Цветочного Орна­ мента», родиной буддийского тантризма. Предки Дхармаракши были кушитами, а сам он воспитывался и учился в городе Дунхуань, известном буддийском центре на Шелковом пути, где недавно удалось обнаружить гигантские кол­ лекции книг, спрятанные в пещерных храмах. Дхармаракши принял постриг в восемь лет и с тех пор много путешествовал, усвоив не менее 36 языков и диалектов. Он перевел весь корпус «Сутры Лотоса», а также три части «Сут ­ ры Цветочного Орнамента». «Сутра Лотоса» содержит много прото- тантрических элементов, но нам интересен подход переводчика к передаче санскритских понятий. Одна глава книги посвящена «дхарани», и Дхахмаракши, вместо того чтобы транслитерировать этот важный термин, семантически переводит его на китайский как «магическая формула». Любопытная деталь, показывающая, что мистификация и эзотеризация формул-обращений или формул

• концентрации сознания не предполагалась первыми переводчи­ ками и была поздней тенденцией. Переводы Дхармаракши из «Сутры Цветочного Орнамента» включают переработку «Книги 10 жилищ», раннюю версию кни­ ги «Книги 10 ступеней» и перевод «Книги 10 концентраций». «Книга 10 ступеней» - одна из важнейших книг «Сутры Цветочно­ го Орнамента», представляющая собой изложение всех уровней буддизма. Она начинается в достаточно линейной и последова­ тельной манере изложения, но к концу усложняется, что создает эффект «все в одном», именно тогда, когда речь идет о «синтезе абсолютного сознания», из которого откуда и происходит эф­ фект «фундаментальной последовательности тантр». «Книга 10 концентраций» сразу же начинается с этой необъятности и со­ храняет свой потенциал таким образом, что предлагает полное развитие способностей к восприятию другого измерения, визуа­ лизации и сознательному отображению тантрических практик. Кроме того, Дхармаракша перевел книгу о божестве грома, имя которого значит «Таинственные следы». Образ громовика, чье присутствие и деятельность не заметны,

с. 213

212 БОГИНЯ СУМЕРЕК символизирует практический идеал эзотерического буддизма. Ис­ тинный буддист умеет «прятаться» таким образом, что он при этом гармонично и незаметно входит в окружающее общество и культуру. Дхармаракша также перевел несколько женских диалогов-«со- беседований», что прямо соотносится с тантризмом и реабилита­ цией феминистского элемента в буддизме. Получается, что ку- шанский буддизм на самом деле явился основным источником «всеединой Махаяны и буддийского тантризма». Переводчики из Кашмира (когда-то входившего в состав Кушан- ской империи) продолжали переводить на китайский язык унита­ ристские и прототантрические тесты в течение многих веков после того, как пала Кушанская империя. То же самое можно сказать о пе­ реводчиках из Хотана, Куша, Кашгара и других буддийских оазисов Шелкового пути к северу от Кушании, по пути в Центральную Азию, Китай, на Дальний Восток. Полный перевод «Сутры Цветочного О р­ намента» с хотанского текста выполнен около 418 года, причем Хо- тан - это первый город (если ехать по пути из Кашмира), северо- восточная граница Тибета. Когда 300 лет спустя по приказу императрицы By, одной из ве­ личайших женщин Китая, было решено осуществить новый, са­ мый полный перевод «Сутры Цветочного Орнамента», текст и пе­ реводчика привезли из Хотана. Несомненно, город Хотан в течение веков продолжал оставать­ ся центром кушанского, или гандахарского, буддизма после паде­ ния великой империи. Это был также буддийский пункт слияния и распространения индийской, китайской, тохарской, турецкой, тибетской культур, что активно способствовало формированию в буддизме синкретической традиции тантризма. Элементы южноиндийских дравидийских культур (которые поз­ же сыграли важную роль в развитии тантризма) также были усвоены кушитской цивилизацией, что впоследствии увеличило выразитель­ ность буд дийской терминологии и еще более расширило границы культурного распространения религии. Одна могущественная дра­ видийская династия завоевала Магадху, древний центр буддизма, примерно за век до того, как то же самое сделал Канишика. Проникновение дравидийских элементов помогло выработке космополитического мышления кушитов и способствовало фор­ мированию особого «роскошествующего» стиля тантризма. Не­ которые аспекты тантрического феминизма могли быть инспи­ рированы дравидийской культурой, основанной на древних отношениях матриархата и передаче знания по линии матери.

с. 214

11. ло тос и молния 213 Возможно, именно благодаря влиянию Южной Индии тантризм стал использовать мясо, вино, музыку, драму, танец в сакрально­ ритуальных целях. Оттуда же в тантризм пришел институт храмо­ вой проституции, «божественных служительниц» - девадаси. Другим источником южного влияния в тантризме было уче­ ние буддийского наставника Нагарджуны. «Южные» элементы могли попасть в Тантры усилием частных лиц, например мастера Нагараджуны. Повсеместно известный как самый значительный метафизик «пустоты», на Дальнем Востоке он считается основа­ телем буддийского тантризма. В тибетской традиции его чтут за то, что он ввел традицию «тайного» индивидуального учительст­ ва. Нагараджуна также считается древнейшим учителем дзен, «Чистой земли», «Тиен-тай», «Цветочного Орнамента» и других школ буддизма. Сама универсальность этого великого человека указывает на многообразность, характерную для тантризма. Говорят, что Нагарджуна, прежде чем стать буддистом, изучал и практиковал индусскую магию и колдовство и был, например, способен волшебным образом проникнуть в королевский сераль и поразвлечься с наложницами. В «Кама-сутре» сообщается, что опальные наложницы имели обыкновение прятать в своих покоях юношей для любовных утех, так что легенда о Нагараджуне может иметь какую-то реальную основу, хотя бы в смысле живописаний нравов Древней Индии. Некоторые источники называют Нагараджуну брахманом с юга Индии. Другие утверждают, что он родом из Западной Индии и учил­ ся у буддийского наставника Капималы, а после этого отправился в Южную Индию обращать дравидийское население. Капимала был последователем Ашвагоши, великого буддийско­ го поэта, Канишики, жившего при даоре кушанского императора. Для нас не так важно южное или западное происхождение Нагард­ жуны, достаточно того, что его биография осязаемо переплетает^ ся с кушанско-гандахарским буддизмом и дравидийскими культура­ ми. Средневековая японская традиция дзен, помнящая о своих первых «эзотерических» учителях буддизма, открыто исповедует веру в то, что тантризм был принесен в Японию великим мастером Нагарджуной, который усвоил «тайные учения Южной Индии». О великом мастере говорят, что именно он научил технике пробуждения кундалини, или «змеиной силы», которая представ­ ляет собой умение замыкать круг психической энергии, причем эта техника является более-менее одинаковой в тантрическом индуизме, тантрическом буддизме и алхимии дао. Связь трех тра­

с. 215

214 БОГИНЯ СУМЕРЕК диций указывает на еще большую древность изначального прото- тантрического учения, чем представлялось носителям отдельных исторических конфессий. Считается, что Нагарджуна воссоздал два основных тома буд­ дийского учения, связанного с тантризмом, - «Праджнапарами- ту» (трансцендентальное видение) и «Цветочный Орнамент». Первый том содержит основные тезисы учения о «пустоте», кра­ еугольном камне тантризма, а второй (как мы помним) дает пол­ ное представление о структуре тантр. Тантрические и дравидийские ассоциации подтверждаются самим текстом «Цветочного Орнамента». В начале последней «коронной» главы книги, являющейся синтезом всех буддийских учений, паломник, завершающий свое длительное духовное путешествие, приходит в дравидийский го­ род Ваджрапура («Город Молний» или «Алмазный Город») и встречается с местным «грамматиком». Мы знаем, что тантри­ ческая версия буддизма - Ваджраяна - «Путь молний» или «Алмаз­ ная колесница». «Ваджрафикация» контекстуально связанных имен не случайна: то, что «Город Ваджры» оказывается в южноин­ дийских пределах, свидетельствует о дравидийском происхожде­ нии или влиянии тантризма. Напомним, что встречный учитель был знатоком грамматики

• факт, который можно объяснить исторически. Самый извест­ ный труд, подаренный человечеству древнедравидийскими уче­ ными, - грамматика тамильского языка, важнейского в южноин­ дийской группе. Эта ценная книга «Толкаппиям» содержит также изрядное количество антропологической и социологической ин­ формации и потому могла бы стать прекрасным источником ма­ териалов по теме «синтетического тантризма». В «Цветочном О р­ наменте» дравидийский лингвист утверждает, что знает языки всех народов, а также всевозможные языковые переплетения, объединения и особенности, которые встречаются в речи людей всего мира. Ему ведомы все важнейшие термины и концепты ми­ ровых культур, высокие мысли мудрецов, низкие помыслы черни. Такое переплетение лингвистических, интеллектуальных, ре­ лигиозных и психологических уровней понимания адекватно от­ ражает саму структуру грамматико-этнологического учебника «Толкаппиям», причем совершенное знание местного материала органично связано с еще более высоким предчувствием вселен­ ской экспансии человеческого сознания. Согласно традиции Нагарджуна «заново открыл» «Цветочный О р-

с. 216

11. ло тос и молния 215 намети» и «Сут ру Соверш енного Видения» у нагов. Имя «нага» (перево­ димое с китайского как «дракон») обычно значит «дух воды или дож­ дя»), но также обозначает представителей тибетско-бирманской на­ родности. Их родина - сейчас это штат Нагаленд, находящийся на самом востоке Индии и однажды бывший частью Ассама - лесисто­ го горного региона на границе с Бирмой (современная Мьянма). Лингвистам не удается этимологически возвести термин «на­ га» к каким-либо конкретным буддийским контекстам и традици­ ям, даже если воспользоваться символическими ассоциациями. С точки зрения современных исследований, считающих, что письменность - необходимый маркер цивилизации, слово «нага» принадлежит к «примитивным, «долитературным» слоям культу­ ры. Ученые забывают, что в Древней Индии письменность при­ менялась в политических и коммерческих целях, сакральная ком­ муникация осуществлялась устно и священные тексты хранились в памяти. Похоже, что буддисты первыми в Индии стали записы­ вать религиозные произведения. Они использовали как народ­ ный, так и литературный язык, что, кстати, было характерно и для устной традиции, причем устная словесность могла активно черпать материал из формирующихся письменных источников. Давая беглый обзор культурного контекста, мы хотим отметить, что было бы некорректным исключать возможность и факт реаль­ но-исторического существования народа нага, у которого Нагард- жуна позаимствовал доселе неизвестное учение. Эта возможность подтверждается и географическими сообра­ жениями. Камарупа, один из священных городов тантризма и культа богини, находился на западе Ассама, то есть на террито­ рии теперешнего Нагаленда. Быть может, тактика взаимодейст­ вия с нагами и другими горными племенами, принятая тантриста­ ми, которые пытались «сплести» из разных традиций единую культурную «сеть», были небезразличны и для буддийских палом­ ников, у которых были схожие цели. Развитие тантрического языка жестов можно объяснить рас­ пространенной практикой духовных паломников по святым местам

• простота и общедоступность сигнальных кодов. Ведь группы па­ ломников (пусть небольшие), которым необходимо было общаться, принадлежали к различным культурным и языковым группам, при­ чем коммуникантными могли быть как бесписьменные народности (или их представители), так и высокоразвитые креольские языки. Легендарные или исторические «наги» представлены в писании как постоянные слушатели «вселенских озарений» Будды.

с. 217

216 БОГИНЯ СУМЕРЕК Прекрасным примером проявления буддийского духа равенст­ ва является образ восьмилетней «девочки Нага», которая встре­ тила Будду и обрела просветление. Эта популярная история иллю­ стрирует буддийский тезис о том, что «свет сознания» преодолевает границы и несовершенства нации, культуры, пола и возраста. Сообщение об этой девочке мы находим в знамени­ той «Сутре Лотоса», которая утверждает универсальную идею о буддийской природе всех людей. Буддийский историк Таранатха считает, что «наги» во времена третьего Великого Мастера индийского буддизма Шанавасы (Шана- васики) жили в Кашмире. Мы уже говорили о том, что кашмирское происхождение «Сутры Лотоса» не вызывает особых сомнений. Нет ничего невероятного в том, что современные потомки нагов, живу­ щие совершенно в другом месте, когда-то жили в Кашмире, а потом мигрировали на восток. Во время переселения вполне могли воз­ никнуть смешанные браки с представителями горных, допустим ти­ бетско-бирманских, племен. Слово «нага», ассоциирующееся с драконами и стихиями тума­ на, облачности, дождя, скорее всего, стало устойчивым термином в среде обитателей равнин и городов, которые таким образом на­ зывали горных жителей Гималаев. Современные представители народа нага стали одним из таких смешанных народов, которые, однако, сумели сохранить древнюю этнокультурную идентич­ ность, возможно, благодаря дикости и труднодоступности нового места жительства, куда они в свое время пришли из Кашмира. Что заставило народ нага покинуть Кашмир во времена Будды (если, конечно, они жили именно там)? Мы помним, что в течение нескольких веков старой эры и начала новой эту территорию кон­ тролировали кушиты, постоянно расширявшие свои владения и проложившие через горы караванный маршрут, наносившие во­ енный и прочий урон местному населению. Мы не думаем, что фактическое существование нагов сводится в священных книгах буддизма исключительно к их символическо­ му значению; было бы полезно отследить результаты их букваль­ ной интерпретации. Даже если результаты подобной проверки ко­ му-то покажутся неубедительными, то они тем не менее могут продемонстрировать, что буквальная интерпретация совсем не нужна, если только она не порождает правдоподобных гипотез. Ес­ ли буквальное трактование ведет к абсурдным выводам, значит, нам дается сигнал, что это место необходимо трактовать метафи­ зически, а художественное прочтение возможно, но не здесь. Все

с. 218

11. ло тос и молния 217 это помогает нам воспринимать священный текст сразу на не­ скольких уровнях- духовном и культурно-историческом, что, в свою очередь, помогает успешно соотносить метафизические требования с историческими условиями, эволюцию человеческо­ го сознания и конкретные достижения цивилизации. Рассказ о восьмилетней девочке Нага, которая достигла состоя­ ния просветления, содержит нечто, что позволяет нам произвести достаточно смелый сдвиг интерпретаций - символической и букваль­ ной, причем этот аналитический ход особенно плодотворен именно в данном (достаточно специфическом) внутреннем контексте. Согласно писанию девочка была выведена из обычного состо­ яния словами Шарипутры (нищенствующего ученика Будды), ко­ торый утверждал, что состояния просветления нельзя достичь в женском образе. Как утверждает китайский перевод священно­ го текста (наиболее читаемый в буддийской среде), после прово­ кационных слов монаха девочка мгновенно превратилась в бод- хисаттву мужского пола. Эта притча порой приводится в пример некоторыми буддий­ скими монахами для доказательства того, что будда не может во­ площаться в образе женщины, и современными исследователя­ ми, которые пытаются доказать то, что буддизм традиционно ориентирован на мужчин. Справедливости ради стоит заметить, что история с девочкой не менее часто используется для доказа­ тельства противоположных взглядов, хотя, как ни странно, это не ведет к кардинальному пересмотру самих концепций. В терми­ нах буддийской философии «виджнапти-машрата», или «репре­ зентативное существование», которое основывается на предпо­ ложении того, что мы конструируем реальность в соответствии с нашими ментальными шаблонами, мера правдоподобия той или иной гипотезы зависит от перспективы воспринимающего объекта: Кто нарекает буддой? Кто были буддисты? Что такое буд­ дизм? Поскольку существуют разные ответы на вопросы о приро­ де и реальности буддовости и буддизма, то люди склонны по-раз­ ному понимать отношение женщин и женственности к обретению состояния буддовости и самому буддизму. К чести китайских комментаторов «Сутры Лотоса» (исключая тех, для которых своя идея важнее духовного смысла) стоит сказать, что на них «превращение» девочки не произвело особенно сильно­ го впечатления. Те, кто склонен ассоциировать глубинные пласты текста, видят здесь символ универсальности буддийского просветле­ ния и потенциальных возможностей мгновенной трансформации.

с. 219

218 БОГИНЯ СУМЕРЕК Один из великих светских философов, строя свое рассуждение в да­ осских терминах китайского образца, говорит, что «мужское тело» есть лишь символ состояния «чистого ян» или чистой энергии, очи­ щенной от мирского. Впрочем, мы не можем сказать, что такой подход к просветле­ нию стал достоянием всего буддизма. Однажды китайская женщи­ на, известная своей духовностью, вынуждена была выдерживать психологическую атаку монаха, который настойчиво выспрашивал: «Почему она, претендующая на звание будды, не может превратить­ ся в мужчину в соответствии с классической моделью очищения?» Женщина спокойно ответила, что она не дух и не оборотень, чтобы совершать такие радикальные превращения. Здесь мы сталкиваем­ ся не просто с откровенным выражением социального или религи­ озного феминизма, а с напоминанием того, что цель буддизма- просветление, а не колдовство или сотворение чуда. Одним из классических принципов интерпретации Махаяны считается «обращение к смыслу, а не к букве». Китайские переводы притчи о девочке из народа нага иногда грешат неточностями и просто ошибками, но на их фоне лучше вид­ ны совершенства тех буддистов, которые сумели за испорченной языковой поверхностью увидеть духовный смысл. В санскритской версии истории, которою можно найти в ру­ кописи Кашгара (настоящего оазиса буддизма Великого Шелко­ вого пути), девочка Нага не превращается в мужчину. На провока­ ционное утверждение монаха девочка действительно отвечает преображением. Приняв образ бодхисаттвы, она в глазах монаха лишь приглушает свои женские энергии, и тогда проявляется энергия универсальной души. В китайском варианте читатель узнает, что девочка на самом деле сумела изменить свой телесный образ. В санскритском ис­ точнике она изменяет себя лишь в глазах людей, и монаха-прово- катора в частности. Возможно, подчеркивание образа старого монаха-наблюдателя среди «всех других людей» должно помочь нам почувствовать не только субъективную перспективу, но и це­ лительную функцию преображения девочки для самого старика (избавление от личных предрассудков) и для монашеского созна­ ния вообще (избавление от «профессионального» предубежде­ ния против женщин). Вот почему один из известных светских писателей династии Тан утверждает, что эта история более величественна в редакции «Цветочного Орнамента», нежели в версии «Сутры Лотоса», так как

с. 220

11. ло тос и молния 219 в перспективе «Орнамента» нет нужды в изменении внешности. Даже из санкритской версии «Сутры Лотоса» пристрастный «буквоед» может вычитать, что девочка явилась монаху и всем ос­ тальным в облике бохисаттвы так, что ее женский орган был скрыт, а мужской - обозначен. Мы не должны в данном случае удов­ летвориться символикой духовного гермафродизма (которая, кстати, не объясняет сам факт смены пола), или же нам придется воспринять этот абсурд (если рассматривать информацию на уров­ не буквального прочтения) как шутку в духе Махаяны над монаха­ ми и их сексуальным табу или как насмешки над какими-нибудь дру­ гими общинами или сектами с их духовной косностью. Дело, по-видимому, обстоит сложнее. Решение нашего вопроса не предполагает отказа от букваль­ ной или символической интерпретации, скорее, оно требует рас­ ширения фокуса буквального прочтения. Первоначальное значе­ ние слова, используемого здесь для «органа», - «власть» или «сила», а термин, используемый в значении «мужской», означает «универсальную душу». Итак, если мы возвратимся к первичным значениям слова в рамках буквального прочтения, то мы найдем возможность истолковать контекст без всякого насилия над пря­ мым и переносным смыслами. Как ни странно, на протяжении многовековой истории подавля­ ющее большинство буддистов никогда не имели возможности про­ честь «Сут ру Лотоса» в оригинальном санскритском варианте - или потому, что их местные школы не принимали Махаяну, или потому, что их доктрины были построены на текстах позднейших коммен­ таторов, а не на других источниках. Сходный феномен отмечается и в других мировых религиях в их отношениях со своими изначаль­ ными священными текстами. В разных культурных и лингвистичес­ ких ареалах складывались и крепли свои традиции, которые зачас­ тую опирались на труды местных интерпретаторов, склонных преувеличивать свои ограниченные религиозные интересы. Нельзя сказать, что эти местные традиции исключительно вредоносны, напротив, они способствуют культурному усвоению того или иного учения в данных исторических условиях. Но с те­ чением времени эти культурно-исторические «протезы» могут узурпировать права самого «тела» учения, что неминуемо приво­ дит к атрофии «нерабочих» членов и их гибели. Последнее осо­ бенно страшно для новых поколений, воспитанных в традиции, которым эти исключения из обихода части предания могли по­ требоваться.

с. 221

220 БОГИНЯ СУМЕРЕК В оригинальной версии «Сутры Лотоса», после того как «девоч­ ка Нага» явила себя бодхисаттвой, обладающей энергией универ­ сальной души, она пространственно переместилась на юг в царст­ во под названием Вимала, или «Свобода от Загрязнений», где она и постигла просветление во всем его совершенстве. Мы опять встречаем ассоциацию с югом, то есть с тем местом, где обитали дравидийские народы, сохранившие культурную память о време­ нах матриархата и «незагрязненный» статус женственности. Мож­ но сделать вывод, что священное писание репродуцирует изна­ чальную историческую «матрицу» тантрического буддизма. Скорее всего, имеются и другие культурные источники тант­ рического феминизма, чьи корни можно различить в священных канонических текстах «универсального» буддизма. Тохарские ос­ нователи Кушанской династии, во время которой буддийская культура достигла своего расцвета, могли унаследовать матриар­ хальные обычаи (точнее, то, что от них осталось) от своих скиф­ ских пращуров, как это сделали крутхины, древнейшие кельтские племена скифского происхождения. Даже среди христианизированных патриархальных кельтов, по­ мнящих, однако, о своей скифской прародине, женщины сохрани­ ли часть своих прежних прав и привилегий, что неоднократно под­ черкивали и подчеркивают очевидцы. По этой причине мы не имеем права отказаться от предположения, что у буддийского фе­ минизма были и скифские корни, особенно если речь идет о так на­ зываемых гандахарских или кашмирских школах, процветавших во время Кушанской династии. Скифское наследие, распространившееся на востоке до Ки­ тая, на юге до Индии, на западе до Европы, обычно не идентифи­ цируется, потому что скифы не имели письменности и их потом­ ки под разными именами рассеялись по разным народам. Саки1
считаются последним среднеазиатским народом скифской груп­ пы, но не следует исключать скифское происхождение тохар, от­ цов славной гандахарской культуры времен Кушанской империи. Тохарская знать контактировала с китайским двором еще в I ве­ ке до нашей эры, то есть за два столетия до официального призна­ ния буддизма в Китае. Тохарские переводчики сыграли важную роль в переводе буддийских текстов на китайский язык, они «куль­ турно доминировали» во всей Средней Азии на протяжении более тысячи лет. Если сами они не исповедовали феминизма скифского 1В настоящее время компактно проживают на территории России (р е д .).

с. 222

11. ло тос и молния 221 образца, то точно контактировали с племенами, которые удержи­ вали матриархальные и феминистские элементы в своей культуре. Например, они должны были иметь отношения с жителями Су- пи, маленького королевства, окруженного Индией, Бенгалией, Бирмой, Китаем, Туфаном и Хотаном. Это государство, управляе­ мое двумя королевами, располагалось вокруг того места, где сего­ дня находится Лхаса, столица Тибета. Мужчины имели низший статус в Супи, чем женщины, их единственной политической функцией была военно-оборонительная. В 586 году посольство Су- пи прибыло ко двору китайской династии Сю, когда правительст­ во сумело вновь объединить Китайскую империю после долгого периода феодальной раздробленности и конфликтующих режи­ мов как китайских, так и азиатских. Падение этой династии произошло в 618 году, что роковым образом отразилось на судьбе маленького государства, так как связь с Китаем порвалась. Чиновники династии Тан, пришедшей на смену Сю, не считали, что Супи имеет право претендовать на помощь Китая в решении внутренних вопросов. Гражданская война между королевами, расколовшая страну на два враждебных лагеря, позволила соседнему правителю Тибета (древний Туфан, или Тубо) Сонгчену Гамбо (617-650) присоединить Супи к Тубо. Народы Тубо и Супи оба происходили из древнего племени кян, представители которого хоть и были разбросаны по разным частям Востока, но всегда свято чтили память своего древнего бо­ жественного предка, пращура всех древних китайцев - Огненной Богини, или Огненного императора (в зависимости от того, бы­ ли они матриархальными или патриархальными племенами). Ис­ следователи объясняют их широкое расселение тем, что правите­ ли этого народа на протяжении веков были преимущественно охотниками и в гораздо меньшей степени освоили скотоводство, торговлю, сельское хозяйство - то есть ту деятельность, которой занимались исконные жители мест их миграции. То, что Тубо был патриархальным в то время, как Супи оставал­ ся матриархальным народом, не противоречит тому, что у их общих предков кян, племенные структуры были достаточно сбалансирова­ ны и могли склоняться в сторону патриархата или матриархата в за­ висимости от внешних условий. Под внешними условиями мы прежде всего понимаем природные и климатические. Это объясня­ ет тибетское многомужество, когда одна женщина выходила за двух или более братьев, что помогало избежать дробления земельных наделов и контролировало рождаемость в условиях сурового гима­

с. 223

222 БОГИНЯ СУМЕРЕК лайского климата. Такая система в основе своей всегда оставалась матриархальной, несмотря на неизбежные патриархальные на­ слоения. Развитию социальных моделей кян в разных странах могли спо­ собствовать социальные и культурные условия. Так, среднеазиат­ ские потомки кян вынуждены вести непрерывные жестокие крово­ пролитные войны с китайской династией Хань (107-118), после того как полководцы и правители Китайской империи стали систе­ матически угнетать примитивные азиатские племена.. Китайцы по­ бедили племена кян с помощью кавалерии гуннов, которые состо­ яли на службе у империи, но в течение следующих пяти столетий численность трех крупных племен кян столь сильно возросла, что они стали представлять реальную угрозу для китайских завоевате­ лей. Нельзя не заметить, что патриархальный уклад среднеазиат­ ских тибетцев (тубо) с наследованием власти королей - «гамбо» явился следствием контактов и конфликтов с имперским Китаем. Существовало еще одно дотибетское государство кянского про­ исхождения, конкурировавшее с Китаем. Оно называлось Тогон или Туюйхунь и возникло во времена китайской династии Западная Цунь (265-317). Маленькая народность была названа по имени вож- дя-основателя, который вывел семьсот семей племени Сяньби, жив­ ших на корейской границе, и привел их в Ганьсу, где они подчини­ ли своей власти рассеянные племена кян и таким образом учредили новое независимое государство. Титулы «каган» или «хан», позже вошедшие в обиход монголов, тюрков и патанов, зародились в сре­ де наследных правителей Тогона. Судьба этого народа напоминает участь Супи: возник внутренний разлад в начале правления китай­ ской династии Тан, и ослабевшее государство точно так же было присоединено к Тубо (Тибету) могущественным Сонгчена Гамбо. Сяньбийские пращуры правящих кругов Тогона вошли в исто­ рическое сознание тибетского народа как «тюрки». Еще одна ветвь сяньби, клан Тоба, правила Северным Китаем с конца четвертого до середины шестого века. Они заставили се­ верных китайцев принять их фамилии и вообще внедряли свою культуру достаточно агрессивно даже тогда, когда сами частично ас­ симилировались с китайцами. Считалось, что правящий дом китай­ ской династии Тан имел частично тюркские корни, и именно по­ этому последующие конфуцианские историки будут приписывать танский либерализм, проявившийся в предоставлении женщинам некоторых свобод и достаточной раскрепощенности сексуальных нравов, «тюркскому влиянию».

с. 224

11. ло тос и молния 223 С этой точки зрения сяньби (или тюркский элемент в дотибет- ском Тогоне) можно считать еще одним источником феминизма или эгалититаризма, который питал культурный бассейн Востока. С этим богатым и разнообразным контекстом буддизм постоянно вступал в диалог, в результате чего и появилось то впечатляющее разнообразие духовно-религиозных проявлений буддийской тради­ ции - универсальная Махаяна, унитаристская Экаяна, синтетичес­ кие культуры буддийского тантризма. Религиозные культурно-исторические характеристики этих трех буддийских учений не отменяют принципиального сходства - все они в конечном счете восходят к тибетскому контексту, и не ост ает ­ ся сомнений в том, что тантризм был не случайно так притягателен для тибетцев. Взаимно пересекающиеся исторические линии этих конфессий делают возможным предположение, что буддизм, дао­ сизм и индуизм разными способами и в разной мере проникали в древние дотибетские культуры задолго до формирования единого тибетского государства в VII веке. Буддийские царства - Индия, Афганистан, Кашмир, Бенгалия, Южная Азия - несмотря ни на что, чтили индуистских жрецов и брахманов, так как они могли оказать неоценимую помощь госу­ дарству и обществу. Точно так же поступили власти Китая, Кореи, Японии, которые по политическим соображениям привечали при дворах ученых-конфуцианцев. Тантрический буддизм не мог отказаться от индуистских элементов, неизбежных в индийском окружении, как и от шаманских интуиций в дальневосточном контексте, волей-неволей становясь синететическим учением. Ес­ ли брахманизм и конфуцианство не были официально закрепле­ ны в Тибете, то вместо брахманов и ученых гуру схожие функции выполняли буддийские ламы, сведущие в тантрических культах. Можно предположить, каким способом даосские элементы про­ никли в среднеазиатских тантрический контекст в IV веке нашей эры. В это время на западе Древнего Китая, в Цзю-цзуане возникло государство Гэнь-цзинь, которое возглавил вождь местного народа Пэй. Он пригласил ко двору ученого китайского даоса и сделал егоо главным советником. Вдвоем они сумели создать «идеальное» государство, которое славилось низкими налогами, социальной справедливостью и миролюбивой внешней политикой1. В Цзю-цуане обосновалось много представителей народа кян, так как это место непосредственно граничило с Тибетом и было 1 Государство Чэнь существовало в 302-347 гг. (р е д .).

с. 225

224 БОГИНЯ СУМЕРЕК известно с незапамятных времен. Далеко не все они (но все-таки многие) интегрировались с тибетской цивилизацией. Сегодня на территории Цзю-цуань (нынешняя Сычуань) находятся две авто­ номные тибетские префектуры, два автономных тибетских округа и один автономный кянский округ. С исторической точки зрения представляется вполне правдо­ подобным, что даоссие концепты и практики просочились в Ти­ бет за несколько столетий до того, как 32-й «гамбо» государства Тубо в начале 600-х годов унифицировал учение дао и с успехом распространил его по всей стране. Мы рассмотрим три прототибетские народности, и можно ска­ зать, что женское королевство Супи наиболее походило на ста­ ринные центры гандахарской культуры, которые, если доверять литературным свидетельствам, были источниками Экаяны и тант­ рического буддизма. Племена Супи жили в непосредственной бли­ зости от горных племен Гималаев и, может быть, подчинили сво­ ей власти народ нагов, проходя по пути из Кашмира в Ассам. Из трех вышеназванных культур Тогон представляется более всего «тюркской», Тубо - китайской и Супи - гандахарской. Это в какой- то степени может объяснить родственные особенности в различ­ ных регионах Тибета и последователей разных религий - шама­ низма бон, мистицизма тантр и монашеского аскетизма. Тантризм и раннетибетский буддизм топографически ассоции­ руются с Уддияной, старинным центром гандахарского буддизма ку- шанских времен. Именно оттуда гиганты мысли VII века (Падма- самбхава и другие) принесли древнюю мудрость тантр и привили ее молодой единой тибетской культуре. Намеки на мирской и феми­ нистский характер древнего тантризма сохранились в преданиях об Уддияне, древних служителях старотибетской школы «Нуингма-па», якобы получивших учение из уст самого Падмасамхавы, бывшего не­ когда правителем Удцияны. Согласно древним хроникам эта мистическая страна однажды сделалась почти необитаемой, так как многие люди дематериали­ зовались, следуя советам своих буддийских гуру. Некоторые интер­ претаторы считали, что в легенде символически представлены ис­ торические подробности завоевания арабами буддийского Афганистана, которое началось в VII веке и продолжалось в тече­ ние целого столетия. Осажденные буддисты тайно покинули стра­ ну и обосновались в соседнем Тибете, где учение Будды официаль­ но поддерживалось правителями новосозданной единой империи. Тогдашняя эмиграция всех общин из старобудцийского Афгани-

с. 226

11. лотос и молния 225 стана в новобудцийский Тибет вполне могла послужить поводом для создания легенды о «дематериализации» людей Удцияны и их пре­ вращении в «эфирное тело радуги» по наущению духовных вождей, в результате чего страна сделалась необитаемой. Воины, погибшие в сражениях с арабами, и монахи, казненные завоевателями как «идолопоклонники» (а на самом деле опасные конкуренты, обладав­ шие властью и капиталами), тоже могли осмысляться легендой как «дематериализованные» по религиозным соображениям. Есть и другое объяснение этой таинственной истории об ис­ чезновении населения страны. Одна афганская легенда трактует буддийских иерархов как эксплуататоров, которые для того, что­ бы поддерживать свои многочисленные монастыри, согнали туда все здоровое и способное к деторождению население. В свои оби­ тели священники-эксплуататоры заманивали людей тем, что обе­ щали им лучшую жизнь после смерти. Церковные иерархи актив­ но внедряли свою веру в сознание народа и тем самым полностью подчинили его себе и своим институтам. Катастрофическое со­ кращение населения объяснялось якобы тем, что сплошной мона­ стырский уклад сделал невозможным деторождение, и тем, что многочисленные монастыри постоянно нуждались в трудовой и финансовой поддержке, что и истощило силы народа. Конечно, сходные аргументы выдвигаются против любых ие- рархизированных институтов - политических, религиозных и про­ фессиональных. История - вещь сложная сама по себе и имеет тен­ денцию усложняться при помощи парадигм самоосмысления. Есть и третья, синтетическая возможность интерпретировать старинные события в Уддияне. Для этого мы должны учесть два предыдущих объяснения. Понятно, что и война, и монастыри могли одновременно способствовать сокращению населения. Было бы неверным пренебрегать как информацией о фактиче­ ской внутренней реальности, так и внешних причинах ухода аф­ ганских буддистов в Тибет в VTI— VTII вв. Историческое переселе­ ние должно быть соотнесено с легендарной «дематериализацией». Влияние этой эмиграции на формирование раннетибетского буддизма несомненно. Именно в Тибете появляется институт нецер­ ковного учительства. Ламы и тантрических гуру оставались в миру и были крупными землевладельцами, вельможами, хозяевами замков. Их интересы пришли в столкновения с интересами традиционной тибетской аристократии (шаманы религии бон, военная знать), что стало причиной гонений на буддистов, продолжавшихся более ста лет. Следующее буддийское вторжение в Тибет произошло со сторо­

с. 227

226 БОГИНЯ СУМЕРЕК ны Восточной Индии и Бенгалии, то есть других хранителей тант­ рической традиции гандахарского буддизма. Новое влияние принесло с собой и новую своеобразную лите­ ратуру, в которой переплелись поэтические, философские и чувст­ венно-символические элементы. Не нужно забывать, что Восточ­ ная Индия и Бенгалия были родиной индийского культа Богини. Имелись и другие причины исчезновения буддийских мона­ шеских общин из Афганистана. Наследники гандахарского уни­ версального буддизма Махаяны, Экаяны и тантрической Ваджра- яны, используя тенденции своей эпохи, громко заявили о себе и выступили с суровой критикой монастырского карьеризма и се­ куляризации других официальных религиозных институтов, ко­ торые поддерживало правительство, используя их в своих поли­ тических целях. Падение Римской империи и спад торговой активности на западных участках Великого Шелкового пути силь­ но ослабили крупное индийское купечество, патронировавшее буддийские монастыри. Похоже, что некоторые откровенно феминистские или сексо- логические тексты тантрического буддизма были полемически рассчитаны на бывших монахов и людей, находившихся под обая­ нием монастырских или монашеско-элитарых ценностей. Так, среди феминистских мотивов наиболее часто звучали следующие: почтение ко всем проявлениям женственности или преимущест­ венно к материнству, любовь ко всем женщинам вообще, благо­ приятность супружества для женщины и подчеркнутое внимание к радостям психологического и сексуального единения. Сексуальные мотивы зачастую сводятся к практическим реко­ мендациям в жанре «искусства любви», но иногда мы чувствуем, что автор предполагает достаточно специфическую аудиторию - тех, кто привык в соответствии с монастырской уставной тради­ цией презирать женскую плоть. Некоторые описания и разъяснения по поводу женской анато­ мии явно предназначены для тех, кто с детства воспитывался в определенном женоненавистническом духе и имел скудные или неправильные представление о природе женщины. Эти материа­ лы, если не знать, с какой целью они были написаны, могут шоки­ ровать неподготовленного читателя, но необходимо помнить, что тантрическое «сообщение» содержит не только практичес­ кую информацию, но и внутренний вербальный «инструктаж» по­ свящаемого, каждый из которых находится на определенной сту­ пени психодуховной подготовленности. Эзотерический текст

с. 228

11. ло тос и молния 227 скрывает свое значение за шокирующей или загадочной видимо­ стью, но это делается намеренно - для защиты от профанов или любопытных или для проверки «сообразительности» неофита. Если мыслить в общерелигиозных терминах, миссия тантриче­ ских текстов была далеко не только эпатирующей: тантристы хо­ тели дать монахам и аскетам возможность воспринять всю полно­ ту жизни и соответственно подключиться к более щедрому источнику духовных энергий. С точки зрения социально-сексуаль­ ных взаимоотношений ламаизм стремился реставрировать изна­ чальную гармонию полов, нарушенную в процессе ориентирован­ ности истории на агрессию и политическую интригу. Тантризм ресанкционировал женскую сексуальную инициативность и муж­ скую рыцарственность. Женщина получала ритуальное право быть соблазнительной, а мужчина - куртуазным не потому, что этого требовал социально-экономический этикет эпохи, а потому, что тантристы реабилитировали законы духовного полового тяго­ тения и симпатии. Когда мы говорим о духовных сексуальных симпатиях, мы не имеем в виду исключительно физиологию половых отношений, и это очень важно, потому что иначе о тантризме может сложить­ ся превратное представление. Тантристы действительно практи­ ковали религиозный секс, но секс, очищенный физиологически, психологически и духовно. Изысканная любовная игра, включавшая в качестве ключево­ го эротического элемента «лобзание лотоса», имела целью доста­ вить предельное наслаждение женщине и способствовать дости­ жению взаимного удовлетворения партнеров. Наслаждение в этом случае не является самоцелью и служит обретению духов­ ного покоя и безмятежности, необходимых для стимулирования высоких и тонких восприятий. Подобно индусской тантре Левой Руки и даосскому «искусству брачных покоев», тантрический буддизм культивирует длительную мужскую эрекцию. В каких-то контекстах это можно трактовать как практику сохранения мужской витальной энергии, но в данном слу­ чае речь идет о женщине, то есть о том, как мужчина может привес­ ти в экстатическое состояние все женское тело. Если акцент на сек­ суальном удовлетворении в мирских индийских и китайских «науках любви» имел целью обогатить брачные отношения, то буддийско- тантрическая доктрина, не отрицая вместе с тантризмом возмож­ ность супружеского счастья, предлагает освоение более тонких гра­ ней просветления, освобождения в ситуации половой близости.

с. 229

228 БОГИНЯ СУМЕРЕК Известно, что естественный инстинкт продолжения рода не может гарантировать одновременности мужского и женского ор­ газмов при соитии. Закон естественного воспроизводства требу­ ет лишь мужского семяизвержения в женское лоно, то есть био­ логически необходим лишь мужской оргазм. Женский оргазм, конечно, тоже способствует беременности при прочих равных условиях, но не является категорическим им­ перативом оплодотворения, подобно мужскому семени, так как процесс человеческого деторождения зависит от эффективности именно мужской эякуляции, биологически мотивированным мо­ жет быть лишь мужской оргазм. С этой точки зрения тантрическая и даосская сексология есть форма высокоразвитой культуры, поднимающая человеческие отношения, с одной стороны, над животной грубостью, а с дру­ гой - над культурной грубостью механических супружеских отно­ шений, порождаемой бесчисленными социальными системами. В тантро-даосских попытках сбалансировать оргазмический опыт мужчины и женщины и перевести их экстатические эмоции в план высших психодуховных энергий нет ничего, что могло бы тормозить ментальную эволюцию человека или запретить чело­ веческому сознанию подниматься над элементарными нуждами низкой природы. Акцент на длительность мужской эрекции сделан в одном тант­ рическом стихе, где заявляется: «Я мужчина, постоянно восстаю­ щий внутри женщины». В стихе другого адепта говорится о необхо­ димости женского участия в этом процессе: «Если черепаха источает молоко, кувшин не может ничего удержать». Таким образом, тантрическая методика контролирования мужской эякуляции не является со стороны одного из партнеров обязательной работой или ненужным развлечением, но спонтан­ но-взаимным психофизиологическим выражением духовной бли­ зости. Для достижения этого необходимо очищение физиологичес­ ких ощущений, что на первой стадии акта осуществляется меди­ тативным путем. Медитация предполагает осмысление условных и абсолютных реальностей в категориях отрешения, анализа и воссоединения - три вещи, которые должен последовательно освоить адепт. В сакральном сексе относительные и абсолютные истины деятельно синтезируются в образном видении партнеров высшими существами. В результате такого воображения созна­ ние возвышается над техническими банальностями и приготав­

с. 230

11. ло тос и молния 229 ливается к наиболее интенсивному акту или переживанию духов­ ного союза в пределах телесного соединения. Методика «психического напряжения», работающая в некото­ рых буддо-тантрических, индо-тантрических, даосских и йога- практиках, непосредственно используется в сакральном сексе для «созревания» адепта. Особенно это характерно для столбо­ вой, или главной, версии буддийской доктрины, в которой про­ возглашается теория трех каналов - восприятия, развлечения и очищения. Эти три канала визуализируются как психофизичес­ кие места процессов визуализации и медитации, что соотносится с трехступенчатой практикой познания - фокусирование, ана­ лиз, растворение. Стадия «восприятия» (перцепции в синтезе контекста риту­ ального акта) обозначает самое начало сексуального возбужде­ ния и синтезирования эротического «отклика» партнера. Стадия «развлечения» предполагает эротизацию всего тела и сознания, что можно сравнить с пропусканием через себя волн возбужде­ ния и умиротворения, циклически приливающих и отталкиваю­ щих с разной частотой. На стадии очищения мы способны пере­ живать «восприятие» и «развлечение» с отстраненной точки зрения, что согласуется с идеалом буддийского наблюдения за со­ бой как за субъектом восприятия; тогда чувственное восприятие и наслаждение не мешают просветленному сознанию. Тантрическая сексуальная доктрина предполагает, что адепт должен практиковать «восприятие», «развлечение», «очищение»

• все три уровня духовного созерцания в повседневной жизни, формируя свое внимание на отношении ума и объекта, обычных мыслей и ощущениях. Именно потому, что тантризм имеет в виду универсальный контекст, интимные отношения партнеров хоть и не исключаются, но и не считаются обязательными. Об этом повествуют легенды, посвященные жизни «махасидха», или тантристских адептов бенгальских школ, которые сумели вос­ становить буддизм в Тибете после ста лет гонений. Наставниками школы адепта Луи были в основном женщины, а в школе мастера Шабари были две гуру-женщины. Адепт Камбала был учеником сво­ ей матери - Адакини. Адепт Тилопа был обращен в буддизм женщи- ной-дакини, которая направила его к нескольким учителям, одной из которых оказалась просветленная бенгальская куртизанка. Ти­ лопа, основатель школы Кагью в тибетском буддизме, также был связан с некой женщиной, его возлюбленной и духовной спутни­ цей. Было множество других адептов, чьими наставницами либо

с. 231

230 БОГИНЯ СУМЕРЕК ученицами были исключительно дакини или йогини. Великий Са- раха считался учеником женщины, известной под именем «Йоги­ ни, делающая стрелы». Атиша, один из организаторов буддийского возрождения, провел три года в Уддияне, живя среди йогини. Адепт Канха имел одинаковое количество учеников и учениц, но лучшей его последовательницей была женщина. Прославленный Наропа, еще один основатель школы Кагью, имел двести просвет­ ленных учеников и тысячу просветленных учениц. Великой наставницей самого Наропы считалась женщина по имени Нигума, которая посещала его исключительно во сне и ви­ дениях. Ясно, что ее не интересовало место в религиозных или академических институтах. Очень трудно дать окончательную дефиницию тантрического буддизма в терминах определенного культа, направления, школы, ордена. Столь же затруднительно говорить об этом явлении вне со­ циологического или антропологического контекста. Само слово «тантра» происходит от индоевропейского корня «тан», который значит «тянуться», «растягиваться», «распростра­ няться», «рассеиваться», «излучаться» «продолжаться», «направ­ ляться», «проявляться» осуществляться», «совершаться». Все эти значения имеют отношение к сущности тантризма, которую можно понимать как практическое распространение духовности во все сферы жизни и виды деятельности. Эта универсальная миссия иллюстрируется в «Сутре Цветочно­ го Орнамента» образом мальчика-гуру Индриешвары («знатока разных практик»). Он достиг такого чистого знания просветлен­ ных существ, «что стал знатоком всех наук и искусств». Мальчик рассказывает, что ему удалось приобщиться к такой мудрости, ко­ торая окружает и объясняет все практические умения человека, все известные ремесла, науки, достижения. Юный учитель обла­ дает совершенным познанием письма, математики, теории сим­ волов, логики, механики, инженерии, пророчества, физической и душевной медицины, архитектуры, строительства, градострое­ ния, сельского хозяйства, коммерции, этики, морали, правильно­ го поведения, хороших манер, причин счастья и горя, особенно­ сти путей разных будд, имен учеников Будды, неизвестных святых, основ абсолютного просветления, способов сопряжения рассудка и действий. Позже составители «Сутры Цветочного Орнамента» свяжут мо­ тив «распространения» или «диффузии» с тантристской доктри­ ной через другого юного посредника бодхисаттвы по имени

с. 232

11. ло тос и молния 231 Шилпабхиджна («Высшее знание искусств»). Он представлен как учитель Вишвамитры («Друга Всех Существ»). В системе образов «Цветочной Сутры» Знаток искусств, учитель Общего друга осва­ ивает практику изречения звуков-«семян», составляя из них фор­ мулы концентрации сознания. Эти звуки представляют собой ба­ зовые элементы тантристских формул, известных как «мантры» или «дхарани», которые произносятся нараспев или внутренне проговариваются для стимуляции определенных состояний ума. Шилпабхиджна, «знаток искусств», чрезвычайно юн. Его юность символична, так как она знаменует будущее распростране­ ние, развитие искусств и наук, намеченное тантрами. Завершая чте­ ние «дхарани» и открывая тем самым врата мудрости, посвященный мальчик отрицает конечность и завершенность своего знания, под­ ражая другим знатокам светских и мистических искусств, превозно­ ся их компетентность во всех науках, включая письмо, математику, прикладные дисциплины, ментальное и физическое врачевание, фармакологию, химию, минералогию, парково-лесное искусство, градостроительство, астрономию, физиогномику, геологию, метео­ рологию, агрономию, предсказание будущих тенденций, аналитику, теорию коммуникации и понимания, а также актуализацию чудес­ ных явлений. Именно таков всеохватывающий и всепроникающий свет тан­ тры, озаряющий бесконечный континиум ума и материи. Этот свет означает живое присутствие просветленности, и он направ­ лен на постепенное возрождение и абсолютное освобождение всего человечества.

с. 233

12 Поцелуй богини Милосердия Теоретический тантризм уделяет очень много внимания одухо- творению всех сторон и явлений жизни. На практике же осуще­ ствлять тантрическую теорию становилось все труднее, так как искусство и ритуал, эти двигатели духовной деятельности, зави­ сели от экономики. Неизбежная формализация монастырского уклада и религиозная церемониальность способствовали воссоз­ данию былого элитаризма и бюрократизма. Буддизм «Чистой Земли», напротив, шел от более сложных форм к более простым. Распространясь преимущественно светской среде, он стал самой популярной школой во всей Восточной Азии. В каком-то смысле тантризм и буддизм «Чистой Земли» очень похожи. Обе религии стремятся к блаженству в образовательных целях и достигают этого состояния одними и теми же путями - уг­ лубленной медитацией, визуализацией и проговариванием сак­ ральных формул. В обеих традициях медитативная практика ори­ ентируется на профессионально-ремесленные образы, что позволяет гармонично соединять духовные упражнения и опыт повседневной жизни. Буддизм «Чистой Земли» имеет много ответвлений и насчи­ тывает больше всего женщин - последовательниц и адепток. По­ добно тантризму (буддийскому и индуистскому) в Индии и Бенга­ лии, эта школа чрезвычайно популярна в простонародной среде Восточной Азии, и приверженцы «Чистой Земли» часто являют­ ся представителями официально запрещенных и «презренных» профессий. Несмотря на то что у этой традиции есть свои сак­ ральные тексты (записанные не так давно), священные тексты последователей «Чистой Земли» восходят к унитаристской Экая- не, «СутреЛотоса» (истины «Садхармапундарика-сутра») и «Цветоч­ ному Орнаменту» («Автамскака-сутра»). «Сутра Лотоса» учит повто­ рять имя Авалокитешвары, воплощения активного сострадания, ради спасения в этом и ином мирах. В «Орнаменте» также есть фрагмент об Авалокитешваре, что позволяет лучше узнать специ-

с. 234

12. ПОЦЕЛУЙ БОГИНИ МИЛОСЕРДИЯ 233 фику этой практики. В Китае и на Дальнем Востоке Авалокитеш­ вара трансформировался в Гуань-инь, которую на Западе очень неточно называют богиней Милосердия. В тантрической пер­ спективе Гуань-инь - воплощение Тары, Спасительницы. Она счи­ тается супругой и женской ипостасью Авлокитешвары. Эта спаси­ тельница, которая является в самых разных образах, в соответствии с нуждами несчастных, до сих пор чрезвычайно популярна в Восточной Азии. В «Сутре Цветочного Орнамента» очень много упоминаний о «чистых областях», пожалуй, больше, чем в любой другой кни­ ге буддийского предания. Одна из частей этой сутры, «Воспоми­ нания Будды», является базисным текстом буддизма «Чистой Зем­ ли». Другой, очень важный элемент «Сутры Цветочного Орнамента», который содержит самые важные традиционные буддийские молитвы, «Обеты Универсально Благой Практики», повествует о Сукхавати, «Области Наслаждения» или «Чистой об­ ласти Амитабхи, Будды бесконечного света». Молитвословие за­ вершается обоснованием этой «Чистой Земли», где сказано, что все существа войдут в нее, и потому эта «Чистая Земля» является существенным объектом почитания, восхваления, медитации и визуализации последователей этой школы. Несколько текстов, вошедших в канон буддизма «Чистой Зем­ ли», были написаны женщинами из Удцияны и Кашмира в Х1-ХП ве­ ках. Ваджравати, экс-браминка из Удцияны, учредила особый об­ ряд поклонения устрашающему лику спасительницы Тары по имени «Красная Тара Гнева». Сиддхараджни (также родом из Уд- дияны) основала особую практику йоги, ориентированную на Амитаюса, будду Бесконечной Жизни (варианты имени Амитаб­ хи, будды Бесконечного Света). Великая Лакшми, кашмирская принцесса, установила ритуальный пост в честь Авалокитешва­ ры, партнера Тары-Спасительницы, посланника будды Амитабхи, который персонифицировал вселенское сострадание. Уддияна и Кашмир принадлежали к огромному культурному пространству Кушанской империи, тому контексту, в котором по­ явились «Сутра Лотоса» и «Сутра Цветочного Орнамента». То, что интуиции и образы этих древних книг сохранились в живом и творческом обличии буддизма «Чистой Земли», красноречиво свидетельствует о том, каким мощным был энергетический заряд и духовный импульс гандхарского буддизма. Этот мощный кашмир- ско-уддиянский источник забил вновь в Тибете, ведь именно текс­ ты этих женщин сохранились в предании тибетского буддизма.

с. 235

234 БОГИНЯ СУМЕРЕК Восточноазиатские традиции Китая, Кореи и Японии узнали о буддизме «Чистой Земли» благодаря паломникам. Именно они- то и сделали это учение достоянием масс. Историческая ирония заключается в том, что странствующие проповедники «Чистой Земли» принесли с собой священный текст, который назывался «Сукхавати-Въюуха» (Повесть о Земле Наслаждения), утверждавший, что в чистых областях Амитабхи нет не только женщин, но и са­ мого слова «женщина». Некоторые исследователи видели здесь доказательство того, что культурная миссия распространения традиции осуществлялась монахами, которые и сообщили преда­ нию дух антифеминизма. Другие считают, что в этой повести го­ ворится о том, что на земле очищенного сознания не существует социальных или культурных половых различий. Большинство женщин Восточной Азии, исповедовавших буд­ дизм «Чистой Земли» (а таких было очень много), вряд ли вос­ приняли информацию об отсутствии женского пола в чистых об­ ластях буквально, по крайней мере им это не мешало исповедовать свою религию. В одном священном тексте, посвя­ щенном описанию специфического ландшафта благословенной земли, говорится, что «видеть Будду - значит видеть сознание, ибо сознание есть Будда и сознание порождает Будду». Восточно­ азиатские наставники дзен, учившие методам «Чистой Земли», утверждали, что эта земля расположена исключительно в мен­ тальном измерении и она есть нечто иное, как образ этого мира, сформированный чистым сознанием верующих. В тех культурных условиях даже неграмотные люди вполне могли понять символическую природу образов предания, в то время некоторые адепты буддизма сами были неграмотными кре­ стьянами и мало разбирались в софистических хитростях ученых трактатов. Большинство блаженных, которые сподобились до­ стичь возрождения в чистой земле Амитабхи, были детьми, пре­ имущественно девочками, по своей воле ушедшими в тихие оби­ тели, не достигнув половой зрелости. Все буддисты «Чистой Земли» древней Азии, независимо от своей образованности, должны были знать историю из «Сутры Ло­ т оса» о превращении девочки Нага, которая многими крупными комментаторами и вероучителями трактовалась как символ. Точно так же история о паломнике и его наставницах из последней главы «Цветочного Орнамента» была общеизвестна и любима и постоянно воспроизводилась во всех буддийских традициях Восточной Азии как прекрасный образчик символического повествования.

с. 236

12. ПОЦЕЛУЙ БОГИНИ МИЛОСЕРДИЯ 235 Обе эти книги явились источниками буддизма «Чистой Зем­ ли» и предвосхитили позднейшее одноименное течение в Вос­ точной Азии на несколько веков. Новые школы были напрямую связаны с древним преданием и древними образами «чистых просветленных областей». Эти образы использовались и в пуб­ личных дидактических драмах, которые раньше разыгрывались путешествующими по Великому Шелковому пути «дхарма-дхара- ми» (или «обладателями Учения») при кладбищах и других мес­ тах скопления людей. Отчасти благодаря этим спектаклям обра­ зованные и безграмотные люди старого Востока относились к сюжетам предания вполне естественно, не впадая в крайности буквального или символического истолкования. Хотя буддизм «Чистой Земли» не использовал открыто эротизм тантры, в своем народном, мирском варианте (а именно такое на­ правление он и принял) он интересовался вопросами супружества. Существует много историй о счастливых браках, в которых муж и жена достигают не только супружеской гармонии, но и духовных высот. Есть рассказы о плохих или равнодушных супругах, кото­ рые становились другими в результате религиозных усилий благо­ честивых жен или мужей или в процессе самостоятельного приоб­ щения к вере, черпая вдохновение друг в друге. В Японии школы буддистов «Чистой Земли» возглавлялись мо­ нахами старинных орденов, но с течением времени им пришлось изменить структуру общинных институтов, чтобы соответство­ вать интересам простого народа. Так, например, стали возможны смешанные монастыри для обучения лиц мужского и женского пола и разрешен брак для свя­ щенства. Не случайно такие нововведения возникли вскоре по­ сле утверждения первого общенационального милитаристского правительства, которое запретило тантрические культы Левой Руки в Японии. Имя Каннон, японской версии китайской Гуань-инь, так назы­ ваемой богини Милосердия персонификации сострадания и со­ чувствия Бесконечного Света, стало вначале в эзотерическом, потом в жаргонном употреблении обозначать интимные органы женщины. Соответственно «почитать Каннон» значило зани­ маться любовью с женщиной, а любить женщину значило одно­ временно «почитать Каннон». Таким образом буддизму «Чистой Земли» удалось сохранить религиозное отношение к эротике, сексуальности, браку, когда эти категории были запрещены и изгнаны из обихода тантричес­

с. 237

236 БОГИНЯ СУМЕРЕК кой школы Шинтон, столь распространенной в среде старой японской аристократии. Считается, что в дзен-буддизме телесно-эротический аспект культа Каннон был восстановлен средневековым наставником Иккю. Легенда сообщает, что он в буквальном смысле поклонял­ ся женскому лону, так как «именно оттуда произошли все будды», открыто чтил материнство и тайно занимался тантрическими практиками. У самого наставника было несколько любовниц (причем даже в почтенном возрасте), и с одной из них он при­ жил сына. Иккю оказал огромное влияние на великого лидера буддизма «Чистой воды» Реннио, который имел 29 детей от разных жен и оставался сексуально активным на девятом десятке лет. Иккю жил во времена правления военного сословия, но сам происходил из семьи старинных аристократов, известных своим чувственным артистизмом. Ученые поэты прежних времен воспе­ вали непостоянство с симпатией и нежностью, самураи, пришед­ шие им на смену, противопоставили им грубость и жестокость. Социальное и политическое угнетение женщин во времена мно­ говекового милитаристского правительства достигло максималь­ ного уровня. Антифеминизм официально поощрялся и в культур­ ном творчестве, и в сексуальных отношениях. Взгляд на женщину как на существо внутренне порочное и грязное, оправдывавший ее рабское подчиненное положение, постепенно сделался состав­ ляющей частью так называемой буддийской идеологии. В этих ус­ ловиях культурная миссия религии «Чистой Земли», способной принять в свое лоно женщин и детей, семью и дом, была поисти­ не благословенной. По крайней мере именно так должны были понимать ее тысячи простых людей, изнемогавших в тисках жес­ токой, грубой, «казарменной» дисциплины самураев.

с. 238

13 Души-близнецы О, люди! Бойтесь вашего Господа, который сотворил вас из одной души и сотворил из нее пару ей, а от них распространил много мужчин и женщиин. Коран, 4: Г С теологической точки зрения явный политеизм индуизма, дао­ сизма и тантрического буддизма представляет разительный кон­ траст строгому монотеизму ислама, но суфийская точка зрения здесь предполагает смешанные типы разного уровня миросозер­ цания. Представления о богах и богинях как супружеских парах совершенно чужды монотеистическим традициям ислама, иуда­ изма и христианства, но исследования природы этого различия открыто различным интерпретациям. Буддизм, как известно, в своем учении открыто использует как конкретные образы, так и метафизические абстракции. Для него идея богов и богинь - не реальность, а образы сознания. Такое же отношение характерно для суфийских мистиков, ко­ торые работают в мультикультурных и мультирелигиозных кон­ текстах. Суфийская философия согласна с буддийской метафизикой в том, что такая иллюзия является ошибочным представлением реальности. Великий суфий XVIII века делийский шах Валлиулах в своем прекрасном трактате «Альтаф аль-кудс» утверждает, что народные мистики» не сумели понять разницу между субъектив­ ной ассоциацией и объективным значением. Это согласуется с унитаристской буддийской идеей, что чело­ век ошибочно принимает субъективный образ за реальность. На теологическом уровне это приводит к смешению выражений, концептов или образов божеств и реальности с божественнос­ тью и реальностью как таковыми. Это смешение субъективного и объективного, быть может неизбежное на каких-то этапах мыс- Все цитаты из Корана-в переводе И. Ю. Крачковского.

с. 239

238 БОГИНЯ СУМЕРЕК лительного процесса, в конце концов может привести к нежела­ тельному появлению личных и массовых иллюзий и заблужде­ ний, которые в своих крайних формах граничат с фанатизмом, тиранией и тупым бессмысленным насилием. Шах Валлиулах подробно описывает опасную подмену объек­ тивных вещей субъективными в контексте созерцания или рас­ суждения. Он объясняет, что воображение с целью убедительнос­ ти может нарисовать для интеллекта наглядную картинку того или иного явления, но если эта картинка начнет доминировать над сознанием, тогда ее очертания могут быть приняты востор­ женным мыслителем за воплощение самой истины или реальнос­ ти. Проницательный суфий допускает, что образное представле­ ние может быть полезным инструментом познания, но, насколько ему известно, далеко не каждый экстатический визио­ нер умеет отличить образную абстракцию от чисто идеальной ре­ альности. В буддизме про такого практика, который позволил своему со­ знанию увлечься им же самим созданным образом или какими-то приятными переживаниями, говорят, что он «переродился под влиянием состояния медитации». В терминах тантрического буд­ дизма мы сказали бы, что человек, «живя со склонностью к празд­ ному препровождению, не сумел открыть канал просветления». Будда Гаутама в свое время порвал со своими индусскими гуру по этой же причине, и поэтому медитативные состояния снова были систематически использованы последователями буддизма; и только через тысячу лет после Будды учение дзен заново под­ твердило различия между субъективными состояниями и объек­ тивной реальностью. Если мыслить в этой перспективе, то между между явным по­ литеизмом индуизма и единобожием ислама нет прямого проти­ вопоставления, ведь первый в своей мифологии дает проекцию человеческой фантазии, а последний утверждает онтологичес­ кую трансцендентальность религиозного воображения человека. Так, с монотеистической точки зрения, представленной в двух стихах Корана (см. эпиграф к 16-й главе), половой дуализм индус­ ских божеств символически представляет идею сакральной пара- дигматичности первозданной пары людей, ставших моделью все­ го естественного порядка. Получается, что индусская оппозиция Бог/Богиня нисколько не противоречит исламскому представле­ нию о божественности человеческой парности. Так, в даосизме с его знаменитым принципом взаимнодопол-

с. 240

13. ДУШИ-БЛИЗНЕЦЫ 239 няемости «инь» и «ян» модель парности или двоичности распро­ страняется на все уровни природы и существования. Коран (36:36) говорит: «Хвала тому, кто создал все пары из тех, что вы­ ращивает земля, и из них самих, и из того, чего они не знают». С этой точки зрения отношения между полами представляют часть божественного замысла. Томление влюбленных, страстное желание обладания любимой(ым) - традиционные темы суфий­ ской поэзии, символизирующие любовь и желание воссоедине­ ния с божественным, что на глубинном уровне выражает стремле­ ние души, разбитой на кусочки, к целостности. Осознание единства со своей первозданной душой может произойти в воссо­ единении со своим другом - своей «половинкой» или частью са­ мого себя. Углубиться далее в сущность этих идей нам поможет исследова­ ние корня «пар» и его производных. Это арабское слово использу­ ется для слова «душа» в цитате, открывающей данную главу: «Твой Господь сотворил тебя из одной души». Значения существительно­ го женского рода «nafs» - душа, жизнь, одушевленное существо, личность, сущность, природа, тождественность, «я». То есть стих Корана подспудно сообщает, что все мы сотворены из одной ду­ ши, одной жизни, единой сущности, одного организма. Отожде­ ствление индивидуальной и вселенской «самости» можно распоз­ нать в самоотверженном ухаживании влюбленного за предметом страсти и в самоотверженном любовании любимым. Увидев свою «половинку», мы как бы распознаем свою первозданную душу, так как именно из нее произошла душа твоей «половинки». Развитие значений корня nafs постепенно приводит к тому, что этим словом обозначается процессуальность «самости» и са- моотождествления. Глагол «nafusa» примерно переводится как любить, обожать, так как предполагает присутствие чего-то дра­ гоценного и дорогого. Глагол «nafisa» примерно можно перевес­ ти как жалеть, беречь, экономить. Вместе эти глаголы обознача­ ют нечто потенциально ценное и достойное, что нужно беречь, охранять, хвалить и любить. Второе значение корня восходит к глаголу «naffasa»- радо­ вать, веселить, успокаивать кого-либо, причем часто подчеркива­ ется интенсивный или каузативный характер значения глагола. Ведь этот глагол произошел от корня nafs - «человек, личность», и следовательно, в самом корне содержится указание на «соци­ альность» личности и души. Мы говорим о «социальной памяти» личной души, воспоминании о «единой душе» человечества.

с. 241

240 БОГИНЯ СУМЕРЕК Третье значение корня связано с глаголом «naafasa» (то есть бороться за что-то, соревноваться, желать чего-то), что предпола­ гает прагматическую направленность действия на что-либо по от­ ношению к кому-либо. Эта основа арабского корня объясняется значением «делать что-то кому-то»; значение стремления и сорев­ нования происходит из корня «я», демонстрируя результат разде­ ления на кусочки сознания единой «сущности» или «души» на от­ дельные мыслящие личности. Привычка ощущать и видеть себя и других как совершенно отдельные существа лежит в основе поня­ тия соревнования и борьбы. В этом смысле третье значение кор­ ня почти совпадает с шестым «tanaafasa» - спорить, соревновать­ ся с кем-либо, причем в последнем варианте преобладает взаимовозвратность действия, предполагание «другого». При таком многообразии корневых ассоциаций становится понятно, как важна и трудна суфийская задача очищения, про­ светления «nafs». Ведь очень важно, что исходит от наших инди­ видуальных душ - величие и покой или соперничество и борьба? Помним ли мы о единстве первозданной души, или наше созна­ ние так деформировано, что мы видим вокруг лишь множество отдельных «ego»? «Nafs» как суфийский технический термин значит «животный дух», «животная душа» (Ar ruuh al hayawaniyya), которое обладает жизненной энергией, чувственным восприятием, волевой актив­ ностью. Nafs является промежуточной категорией, посредником между «разумной душой» (An nafs an naatiga) и телом. Чтобы тело подчинялось «разумной душе», «животная душа» должна выучить­ ся внимать совести и подсказкам «разумной души». Вот почему очищение или преображение «животной души» иногда называет­ ся укрощением и тренировкой, а иногда возрождением или эво­ люцией. Существует семь суфийских ступеней развития «nafs». Имеет­ ся в виду, что неуправляемая животная душа находится под влас­ тью инстинкта и привычки. Вторая стадия - «критическая». Предполагается, что на этом этапе начинают шевелиться совесть и самокритика. Третья ступень - «вдохновенная», когда вдохнов­ ляется предощущением великих возможностей, сознание уже по­ шатнуло трон принуждения и показана иллюзорность его могу­ щества. Четвертая ступень - «спокойная». Уже достигнуты стабильность и равновесие, душа получает возможность чистого вдохновения, не искаженного принуждением. Образ развиваю­ щейся души можно найти в Коране. Так, в главе «Рассвет» божест­

с. 242

13. ДУШИ-БЛИЗНЕЦЫ 241 венный голос обращается к «спокойной nafs» : «Скажи: …Прибе­ гаю я к господу рассвета, от зла того, что он сотворил, от зла мра­ ка, когда он покрыл, от зла дующих на узлы, от зла завистника, когда он завидовал!». Следующие ступени восхождения души обозначены более де­ тально. Они называются «удовлетворенная nafs», «удовлетворяю­ щая nafs», «очищенная» или «совершенная nafs» - обозначения, как мы видим, взяты из коранического. Удовлетворенная душа уз­ нала свое место в иерархии вещей и согласилась с божьим про­ мыслом. Удовлетворенная душа активно принимает и выполняет божью волю, воплощая все заложенные в нее возможности. Конечным результатом этого удовлетворения и осуществле­ ния является «совершенная душа», «очищенная» и «созревшая». Достижение финального состояния метафорически сравнива­ ется со вхождением благоверной души в райский сад, где она мо­ жет наслаждаться обществом святых душ. Коран открыто заявляет, что в раю есть место для мужчин и женщин, которых ждут там божественные милости и награды. «А если кто сделает что-нибудь благое - будь то мужчина или жен­ щина, и он при этом верующий, - то войдут в рай и не будут оби­ жены» (4:124). Вход этой «благородной пары» в Эдем ознаменован торжест­ вом света, правды, воздаяния. «Поистине, Аллах введет тех, кото­ рые уверовали и творили благие дела, в сады, где внизу текут ре­ ки» (47:12). Повседневные элементы практического пути достижения этой цели также описаны в терминах «благородной пары», под­ черкивающих духовное равноправие добра и духовное товарище­ ство единение мужчин и женщин, обладающих сознанием Бога»: «Поистине, мусульмане и мусульманки, верующие и верующия, обратившиеся и обратившийся, верные и верныя, покорные и покорныя, дающие и дающия милостыню, постящиеся и постящаяся, хранящие свою чистоту и хранящая, поминающие и поминающая Аллаха много, - уготовил им Аллах прощение и великую награду» (33:36).

с. 243

14 Почитание материнского лона И завещали Мы человеку его родителей.
Мать носит его со слабостью поверх слабости, отлучение его - в два года. Коран, 31:15 Во всех религиозных традициях можно обнаружить элементы духовного феминизма - в аспекте уважения к материнству. На Востоке это почитание достигло ритуальных и метафизических высот, и, может быть, поэтому уважение к женщине сохранилось даже под гнетом патриархальных режимов брахманизма, конфу­ цианства, самурайского милитаризма. То же самое отношение присуще и монотеистической традиции, где женщина-мать ока­ зывается посредником между Богом и человечеством. Однаж ды некто спросил Мухаммеда-пророка: «Кто более всего заслу­ ж ивает уважения ? » Пророк ответил: «Твоя мать». Человек спросил: « Кто ещ еЬ > Пророк ответил: «Твоя мать». Человек спросил: «Кто ещ еЬ > Пророк ответил: «Твоя мать». Человек спросил: «Кто ещ е?» Пророк ответил: «Твой отец». «Рай лежит у ног матерей» - эти слова также приписываются Мухаммеду. Древний мудрец Лукман (Коран, 17:25) тоже учит любить сво­ их родителей: «И преклоняй перед ними обоими крыло смире­ ния и говори: “Господи! Помилуй их, ибо они воспитали меня ма­ леньким”». Коран воспринимает женскую способность деторождения как дар Божий, но, пожалуй, еще более исламское писание чтит пси­ хологическую, социальную и духовную стороны материнства, так

с. 244

14. ПОЧИТАНИЕ МАТЕРИНСКОГО ЛОНА 243 как они играют самую важную роль в развитии человеческого со­ знания. Архетип материнского вскармливания (этот великий символ сострадания и сочувствия) трактуется Пророком как космичес­ кое явление или знак божественного милосердия. «Бог разделил свою милость на сто частей и послал одну часть на землю, оставив 99 частей себе. Но этой части довольно для того, чтобы существа были милосердны друг к другу настолько, что даже лошадь убира­ ет копыта от жеребенка, дабы не наступить на него». Эта мысль подтверждается выбором арабского языка для напи­ сания Корана, который, перед тем как стать основным языком ис­ лама, считается основным языком хранителем святыни в Мекке. Корень слова «гаЫ т» или «т акт » (ср. арабское г-h-m), букваль­ но «лоно», почти без изменения представлен в глаголе «rahima», то есть «привлекать милость». Этот же корень встречается в тра­ диционно повторяющихся эпитетах Аллаха: ar-Rahman, ar-jRahim»

• «самый сострадательный», «самый милосердный». В этой же смысловой перспективе можно трактовать арабское слово «итт» - «мать», которое является основой архетипа «мате­ ринства» и других смежных понятий. Первый глагол, образован­ ный от этого корня, - «атта» - включает в свою семантическую структуру три значения - прибегать к чьей-либо помощи, показы­ вать путь, быть матерью. Первое значение - прибегать к помо­ щи - связано с охранительно-укрывающей функцией матери. Второе значение - «указывать путь», «подавать пример» - свя­ зано с ролью матери как первого учителя для ребенка. Третье зна­ чение - «быть, становиться матерью» - совмещает в себе два пре­ дыдущих, так как «быть матерью» значит быть убежищем, приютом для младенца и быть его первым учителем. Слово «имам» (imaam)- «вождь, наставник, руководитель» или «четкая линия» также восходит к тому же «материнскому» корню. Значение корня «итт» не сводится исключительно к биологи­ ческому материнству, в более широком смысле он может значить «происхождение, основа, матрица, источник». Этим же словом называется «оригинальная версия книги», «истинный смысл» или «сущность чего-либо», «нечто самое важное» и т. д. Слово «ar­ m’s» (буквально «матка головы») может обозначать «мозг». В спе­ цифической суфийской терминологии популярная книга «Тысяча и одна ночь» - «Alf Layla wa Layla» - известна как «итт-ul Qissa» (бук­ вально лоно или матрица повествования), то есть корень «imm» подчеркивает, что истории, вошедшие в эту книгу, чрезвычайно

с. 245

244 БОГИНЯ СУМЕРЕК значимы и составляют некий повествовательный канон или мо­ дель. Из этого и других примеров следует, что совмещение этимо­ логического и контекстуальных значений корня «итт» (мать) придает словам, включающим этот корень, еще более высокий и величественный смысл. Существительное «итта» (однокоренное с «итт») также очень интересно. Оно обозначает «образ жизни», «народ», «со­ брание», «нация», то есть корневая ассоциация «материнства» с народом подчеркивает социальный характер человека и других живых существ. «Не бывает одного животного на земле и не лета­ ет одна птица в небе, но есть сообщества (итат), подобные ва­ шим», говорит Коран (6:38). Осмысление единства и похожести всех существ не может не пробудить в человеке чувства милосердия и сострадания. Когда Мухаммеда спросили, вознаграждаются ли люди за их обращение с животными, пророк ответил: «Вы получаете вознаграждение за то, как вы обращаетесь с любым живым существом». Не случайно плодородие земли и чадородие женщины счита­ ются особым даром Божьим. При этом ценно не плодородие само по себе, а как отражение Божьей щедрости и действенности, ми­ стический аспект представляется более важным, чем материаль­ ный. Согласно Корану (6:98) «Он (Бог) - тот, который вырастил вас из одной души». Именно Божественная сила считается глав­ ным источником жизни и деторождения. «Из его знамений - что он создал вас из праха, а потом, когда вы - уже люди, вы распро­ страняетесь» (Коран, 30:20). Сама возможность жизни и размножения на земле исходит от Бога, то есть плодородие и изобилие живой земли - несомнен­ ный знак живого преимущества абсолютной Реальности. «И вот знамением для вас - земля мервая; мы оживили ее и вывели из нее зерно, которое вы едите. Мы устроили на ней сады из пальм и ви­ ноградника и извели в ней источники, чтобы они ели плоды их и то, что сделали их руки. Разве же они не возблагодарят?» (Ко­ ран, 36:33-35). Тема благодарности и неблагодарности как основных показа­ телей состоятельности человеческой культуры - материальной и духовной - одна из главных тем исламской доктрины и в мисти­ ческом варианте суфизма, этого «вероучения любви». Благодарность за возможность физической и духовной жизни - краеугольный камень (основа человеческой совести и нравствен­ ности, ежедневное сознание деятельного присутствия божества.

с. 246

14. ПОЧИТАНИЕ МАТЕРИНСКОГО ЛОНА 245 Речь идет о так называемых «ударах» и «подарках» судьбы, при­ чем нельзя не заметить схожего понимания благодарности в рели­ гии Богини, которая предстает то в положительном облике дару­ ющей и поддерживающей жизнь, то в разрушающе-смертоносном. Богиня, подобно матери, дает тепло, питание, спокойствие, но и строго воспитывает, предостерегает, наказывает. В перспективе Корана сострадательное вскармливание потомства, как и плодо­ родие земли (эти образы божественной благодати), осмысливают­ ся как источники воспитания совестливости и заботливости, тог­ да как размышления о неизбежности конца света и прекращении жизни на земле должны способствовать развитию морального и интеллектуального самосознания человека. В этом смысле земля рассматривается не просто как место приложения божественной творческой силы, но и вместилище временных явлений и человеческих деяний и энергий. С наступ­ лением конца света (или когда все придет к своему логическому завершению) содержимое этого резервуара обнажится и «невер­ ных» призовут к ответу за содеянное. Так же как буддизм и инду­ изм верят в неизбежность «кармы» (последствий человеческих действий), Коран представляет суд над человечеством как естест­ венное завершение людских деяний и поступков. «Когда сотрясется земля своим сотрясением, и изведет земля свои ноши, и скажет человек: “Что с нею?”, - в тот день расскажет она свои вести, потому что Господь твой внушит ей. В тот день выйдут люди толпами, чтобы им показаны были их деяния; и кто сделал на вес пылинки добра, увидит его, и кто сделал на вес пылинки зла, увидит его» (99:1-8). Понятно, что каждые религиозные традиции имеют свою спе­ цифику выражения, но все-таки мы можем увидеть нечто общее или универсальное в трактовках природы человеческой жизни. Конечно, есть такие области учения, где за различием «языков изложения» трудно обнаружить единство смысла, особенно если речь идет о теологических разногласиях. И все же живые образы материнства (как в прямом, так и в символическом смысле) выхо­ дят за грани этих культурных различий, придавая особое значе­ ние и важность осознанию материнства.

с. 247

15 Святые женщины Лучший из вас тот, у кого лучше характер. Мухаммед Суфизм - это характер, поэтому, если кто-то развил свой характер более чем ты, то и в суфизме он продвинулся дальше. Зейн уль-Абидин Н а протяжении многих веков суфии сформировали концепцию святости как реальность, принадлежащую этому миру. Великий теолог Али аль-Худжвири утверждает (достаточно смело), что святость является основой суфизма и всякого подлинного позна­ ния. В каком-то смысле это верно: достижение святости - конеч­ ная цель суфиев, хотя объемы понятий «святость» и «суфизм» бы­ ли определены и описаны самым различным образом. Но как бы ни различались эти понятия с современной точки зрения, жен­ щина равно причастна им обоим, и даже самые ортодоксальные суфийские мыслители утверждают, что существуют как святые женщины, так и женщины-суфии. Абуль-Хасан Нури говорил: «Суфии - это те, у которых дух чист и они достигли изначальной чистоты в присутствии исти­ ны». Он также сказал: «Суфий - это тот, кто не владеет ничем и которым никто не владеет». Ибн аль-Джалла называл суфизм «правдой без формы». Муртаих утверждал, что «подлинный суфизм - в доброте нрава». Эти и многие другие ставшие классическими афоризмы, собранные в арабском оригинале книги «Кат аль-М ахдж уб» (первого персидского трактата, посвященном суфизму), очень лаконично излагают принципиаль­ ную универсальность суфизма, который чужд всякой национальной, классовой и половой дискриминации. Нам представляется чрезвычайно любопытным утверждение Худжвири, с которым согласны многие суфии, что в любой мо­ мент времени на земле находится определенное количество неиз­ вестных святых. Их святость утаена не только от общества в це­ лом, но и от них самих. Так как они ничего не знают о своих

с. 248

15. СВЯТЫЕ ЖЕНЩИНЫ 247 совершенствах и о своем благотворном воздействии на мир, они, таким образом, защищены от тщеславного любования своими ду­ ховными достижениями. Традиция сообщает о четырех тысячах неизвестных святых, но числа такого рода зачастую условны. Суфийские тексты часто изображают людей, напоминающих «канонических» неизвестных святых. Чаще всего это кроткая бесхитростная женщина, ничем не примечательная, излучающая внутренний свет лишь тогда, ког- да кточ’о искренне нуждается в истине. В этом смысле в своей учи­ тельской функции они похожи на чань-буддийских « лао-по», в обычной жизни ничем не примечательных крестьянок, которые не показывают, на что способны, до тех пор, пока не прозвучит ис­ кренний и умный вопрос, или пока какая-нибудь глубокомыслен­ ная дилемма не потребует скорейшего решения, или когда необхо­ димо посрамить глупца-академика или монаха-ханжу. В суфийском предании есть указания на существование 30 тысяч святых, так называемых «друзей», которые ни внешне, ни внутрен­ не не привязаны к какой-нибудь национально-территориальной традиции (подобные указания можно найти в древнейших даосских текстах). Такой тип «неприметной деятельности» очень похож на образ буддийского бодхисаттвы, который принимает разные обли­ чил для обучения других и трудится на благо мира незаметно, не за­ нимая никаких официальных должностей, не ища общественного признания своих заслуг. Хотя эзотерическое суфийское руководство и представитель­ ство осуществлялось тайно, некоторые теологи утверждали, что «первым спорным столпом» в их иерархии была женщина - со­ гласно утверждениям великого суфийского подъема XV века, именно поэтому они могли действовать, не тревожимые любо­ пытством и алчностью. Эта концепция тайной суфийской иерархии чем-то похожа на даосскую идею «эзотерического правительства», состоящую из «высших» людей, духовная деятельность и компетентность кото­ рых, однако, в обычных условиях была незаметна. Лишь тогда, когда человечеству на самом деле была необходима их помощь или когда вопрошающий и нуждающийся был воистину готов к восприятию духовного совета, адепты были способны принес­ ти благо человечеству. Очень часто помогать приходилось «со­ вершенно секретно», тонко воздействуя на подсознание людей, по крайней мере так сообщают древние даосские тексты. Такой способ воздействия напоминает методику бодхисаттв, которые,

с. 249

248 БОГИНЯ СУМЕРЕК обучая других, являлись им в разных обликах и не искали общест­ венного одобрения и официального признания. Мы уже говорили, что теологи провозгласили, что централь­ ное положение в тайной суфийской иерархии занимает женщи­ на. Известный суфийский наставник XV века Джами также ут­ верждал, что женщины есть среда святых в иерархии святых в ранге «Абдалл» («преображенные» или «заместители»), кото­ рых насчитывается сорок. Первым столпом суфийской небесной иерархии считается не кто иная, как святая Фатима, одна из Четырех Совершенных Женщин исламской традиции. Фатима была дочерью пророка Мухаммеда от первой жены Хадиджи, являясь матерью внуков Пророка («Людей Дома»), Сеидов и Шарифов, в семьях которых хранились и оберегались традиции суфийских наук и искусств. Мужем Фатимы был двоюродный брат и ученик Мухаммеда - Али, великий суфий, которого назовут «Дверью Знания». Али, четвертый халиф мусульман-суннитов и первый имам шиитских мусульман, традиционно почитается как один из Семи Великих учителей классического суфизма. Фатима и Али входили во «Вну­ тренний круг» учеников Пророка, которые станут носителями эзотерической традиции. Мухаммед говорил, что «Фатима стоит во главе женщин Рая». Хотя в экзотерическом суннитском исламе Фатима повсемест­ но почитается как совершенная женщина, в ученых кругах «Дома Мудрости» (школа была организована в Египте около тысячи лет назад во времена Фатимидов1) эту женщину назвали Первым Столпом или Полярной Звездой тайной суфийской иерархии святых. Исследователи предполагают, что суфизм входил в про­ грамму обучения выших уровней «Дома Мудрости» и что совре­ менная версия суфизма («Mu’assissa», то есть «Основание», где практиковалось «тайное» наставничество) тоже возникла в фати- мидском Египте. Есть мнение, что «Дом Мудрости» был или создан, или духовно инспирирован идеологами «Основания», впрочем, само «Основа­ ние» могло быть продуктом деятельности «Дома Мудрости», хотя не исключено, что обе эти организации возникли в процессе оформления тайной иерархии. Эти секретные (если не призрач­ ные) институты были призваны «скрывать» деяния святых от ми­ 1 Фатимиды - династия халифов-шиитов, потомков Фатимы, правившая на Ближнем Востоке в 909-1171 гг. Египет завоевали в 969 году. (р е д .).

с. 250

15. СВЯТЫЕ ЖЕНЩИНЫ 249 ра. Вот почему мы не можем даже попытаться определить статус святых в терминах пола, класса, национальности, этнической при­ надлежности или персональной специфики, то есть так, как мы привыкли осмыслять себя и других. Как бы то ни было, исламское предание согласно показывает на присутствие женщин среди святых. В мусульманской религии, с которой уже тысячелетие ассоциируется суфизм, женщины мо­ гут быть причастны к сферам священного и духовного в отличие от ортодоксального индуизма и конфуцианства. Ислам также да­ ет женщинам гораздо больше гражданских прав, чем вышеуказан­ ные религии. Там, где мусульманки пользовались правами, предо­ ставленными им Кораном, не было никакой необходимости учреждать новые религиозные культы, чтобы духовно освобо­ дить женщин, как в Индии и Китае (где идеологии индуизма и конфуцианства являлись государственными). Буддизм, тант­ ризм и даосизм оказались единственным прибежищем для всех социально и религиозно отверженных. В каком-то смысле устав ордена бекташских дервишей (кото­ рый специально подчеркивал необходимость смешанных собра­ ний, должных противостоять половой сегрегации Оттоманов) является уникальным явлением в исламском контексте. Когда ре­ спубликанские власти Турции запретили орден дервишей после крушения Оттоманской империи, бекташские старейшины объ­ явили о своей отставке, так как их миссия была выполнена. Ни­ когда еще старая шутка «Ты не можешь меня убить, я ухожу сам» не была так уместна. И Коран, и Сунна (Правила Пророка), и книги «новых суфи­ ев» (то есть суфиев последнего тысячелетия) единогласно ут­ верждают, что брак, семья, социальные отношения являются школой духовного совершенствования. Суфийские центры, спе­ циально исследовавшие эти вопросы (пусть сами школы сменяли одна другую на протяжении веков), высшей целью считали духов­ ную концентрацию. Эти центры (если доверять старинным и но­ вейшим источникам) не в последнюю очередь занимались про­ блемой гармонического человеческого типа вообще и проблемой «благородной пары» в частности. Наряду с «раздельными» шко­ лами суфиев (где мужчины и женщины занимались отдельно) су­ ществовали и смешанные центры. Фатима, которая почиталась как «первая Кутб» (Qutb) - Столп, Полюс, Полярная звезда суфийских святых, - была также одной из Четырех Образцовых, или Совершенных, Женщин эзотериче­

с. 251

250 БОГИНЯ СУМЕРЕК ской традиции, которые в исламе выступают символами абсолют­ ной женственности. Кроме Фатимы, мусульмане чтут Хадиджу, первую жену Мухаммеда, Айшу, мудрую и самостоятельную жену египетского владыки, и Марию, боговдохновенную мать Иисуса. Хадиджа, первая и единственная при своей жизни жена Му­ хаммеда, успешно занималась торговлей со многими странами и была на 15 лет старше своего мужа-пророка. Перед тем как встретить Мухаммеда, она дважды успела овдоветь. Предприим­ чивая и самостоятельная Хадиджа приняла юного пророка в свое дело, которое она унаследовала в 30 лет от отца. Именно в про­ цессе «профессионального» общения мудрая женщина узнала ха­ рактер и своего будущего мужа. Когда они, наконец, поженились, ей исполнилось сорок лет, что, впрочем, не помешало супругам произвести на свет шесте­ рых детей. Их первый ребенок, сын, умер в два года, последний ребенок, тоже сын, умер во младенчестве. Святая Фатима, мать имамов, была младшей из четырех дочерей. На 15-й год их супружеской жизни Мухаммеда начали посе­ щать видения - во время ночных бдений на горе Хира близ Мек­ ки. Самому Мухаммеду было уже сорок лет, он был уважаемым в обществе человеком, но то, что открылось ему в пещере, пере­ вернуло ему душу. Именно к Хадидже, возлюбленной жене и матери своих де­ тей, обратился Мухаммед во время духовного кризиса. Хадиджа успокоила Пророка своим самообладанием, напомнив ему о дове­ рии к себе, и убедила его, что он не безумен, чего Мухаммед пона­ чалу боялся. Любопытно, что за красочной драматичностью этой истории находится напоминание о человеческой реальности, острота кото­ рой неизбежна, невзирая на то, как человек может чувствовать се­ бя по поводу реальности предсказания; мы понимаем всю слож­ ность состояния женщины, чей муле, отец ее детей, предполагает, что сошел с ума. Если даже сам мужчина, получивший божествен­ ное вдохновение, ощутил себя духовно заблудившимся, какой лее тонкостью, трезвостью, психологической глубиной должна была обладать женщина, чтобы увидеть истину в происходящем и не под­ даться панике или сомнению! Если бы Хадиджа позволила себе испугаться или ужаснуться, - что на ее месте сделала бы обычная женщина, муж которой и отец детей, опора семьи, пошатнулся бы умственно и душевно,

• это могло бы привести к страшному духовному срыву Мухамме­

с. 252

15. СВЯТЫЕ ЖЕНЩИНЫ 251 да, усиленному ужасом и растерянностью любимой жены. Реши­ тельность, мудрость и стойкость Хадиджи имели далеко идущие последствия. На протяжении следующих десяти лет - до самой смерти в воз­ расте 65 лет - Хадиджа как жена Пророка и первая мусульманка про­ должала демонстрировать чудеса стойкости, долготерпения и муд­ рости. В столь преклонном возрасте женщина ее круга могла бы вполне позволить себе наслаждаться семейным покоем и заслужен­ ным материальным благополучием. Хадиджа выбрала другое: она разделяла с мужем все тяготы изгнания и преследования, сваливши­ еся на семью и учеников Мухаммеда со стороны религиозных недо­ брожелателей и оппонентов. Хадиджа, первая из людей, принявших ислам, не дожила до тех пор, когда мусульманство начало свое триумфальное шествие, что лишний раз подчеркивает ее искренность, веру и прозорливость, словно она могла видеть то, что сокрыто временем. Сила характе­ ра этой женщины, «Матери верующих», сияет во тьме сложной эпохи, как луч, пришедший из будущего. Как истинно святая жен­ щина, она не померкла в блеске славы своего мужа-пророка. Со­ гласно традиции свет пророческого учения непогрешимо отра­ зился в чистом зеркале ее незамутненного восприятия. Мы помним, что именно она первая уверовала в истину откровения. Благодаря своим исключительным добродетелям Хадиджа смогла стать первым (и адекватным) «переводчиком» пророческих озаре­ ний своего мужа, благодаря ей мусульманская доктрина распрост­ ранилась среди восточных народов. К числу четырех «совершенных женщин», почитаемых ислам­ ской традицией, относятся еще Айша и Мария. Как Фатима и Ха­ диджа, они ассоциируются с Моисеем и Иисусом, также почитае­ мыми пророками. Может показаться странным, что доисламские имена столь уважаемы в мусульманской традиции, но это вполне согласуется с кораническим почитанием Моисея, Иисуса и дру­ гих боговдохновенных пророков. Согласно исламу на земле про­ шлого было 128 000 пророков, деятельность которых описана в 104 священных книгах. Соответственно и просвещенные суфии не считали свое зна­ ние единственным и исключительным, находя параллельные уче­ ния у многих древних мудрецов (например, у Гермеса) и народов, исповедовавших суфийскую доктрину в историческое время. По­ хожую ситуацию мы встречаем у дзен-буддистов, в даосизме (ду­ ховной алхимии даосов), тантризме. Люди, воспитанные в других

с. 253

252 БОГИНЯ СУМЕРЕК религиозных традициях, обращались в эти школы и искали про­ светления на путях эзотерики. Образ Айши, почитаемой мусульманами, заимствован из кора­ нической традиции, где она названа женой египетского фараона («Фирауна»). Считалось, что именно она достала младенца Мои­ сея из Нила, по которому он плыл в корзине, когда фараон прика­ зал топить всех еврейских новорожденных младенцев мужского пола и несчастная мать доверила корзинку с ребенком волнам. Су­ физм использует образ фараона символически для того, чтобы указать на принадлежность к земной жизни или «пристрастное я». Моисей, напротив, символизирует «критичное я» и «вдохнов­ ленное я». Усилия Моисея, направленные на освобождение свое­ го народа из египетского плена, символически обозначают уси­ лия сознания и вдохновения, направленные на освобождение души из плена приземленных привычек. «Корзина Моисея» (то есть та корзинка, в которую его спрятала мать) согласно су­ фийскому способу выражения - культурный артефакт, или худо­ жественная форма, в которую сокрывается истинное, «просвет ленное» учение, пока не придет время и не найдется нужный человек, готовый воспринять истину и воплотить ее в жизнь. Айша, которая спасла Моисея во младенчестве и возвратила матери для того, чтобы та заботилась о нем, символизирует про­ цесс реабилитации и обновления. Это под силу лишь той, которая обрела всю полноту личного самосознания и освободила свою душу от паутины мирских условностей и мнений и таким образом стала способной видеть то, что другие не могут. В Коране (66:12) представлено обращение Айши к Богу: «Госпо­ ди! Сооруди мне у Себя дом в раю, и спаси меня от Фирауна и его дела, и спаси меня от народа неправедного!». В брахманическом индуизме муж женщины считался ее богом, а самой ей, как мы помним, запрещалось входить в личный кон­ такт со священным преданием и культом, вот почему и возникли новые учения, возвратившие женщине ее право на истину. Так же египетские фараоны, как властители Греции и Рима, провозглаша­ ли себя божествами не только для своих женщин, но и для всех под­ данных и рабов. Айша, совершенная женщина, преодолевая этот порочный контекст, утверждает, что истина находится вне этого мира. Для нее личная совесть, внутренне-интуитивное и чистое восприятие истины и справедливости важнее, чем официальные требования и приказы. Интересно арабское осмысление египетского имени Айша,

с. 254

15. СВЯТЫЕ ЖЕНЩИНЫ 253 которое представляет собой фигуру, возведенную в степень (двойную перекодировку). Вначале корень [А] - S-Y был транс­ крибирован как «ain-saad-yaa», что содержит значение сопротив­ ления, оппозиции, дерзания, возмущения недостижимости, бег­ ства. Этот пучок значений символизирует отношение Айши к фараону, ее духовное противостояние всему мирскому и мате­ риальному. Когда египетское слово было декодировано в соответ­ ствии с традиционным мистико-экзегетическим ключом «аб- дж ад», оно разложилось на составляющие « ain-qaf> > , что дало глагол «aqqa», то есть «расщеплять, не повиноваться, сопротив­ ляться». Таким образом, значение транскрибированного корня и декодированное значение совпали, что усилило образ Айши, врага несправедливости. Вторая транскрипция имени построена на методе дидактичес­ кой интерпретации по звуковому сходству. Тема «as» (имени Айши) была интрепретирована как «ain-saad», что дало «alif-sin», то есть нежный, смягченный. Такое усиление корня дополнительными до­ бавлениями «нежный» согласными приводит к образованию глаго­ лов со значением - «ухаживать», лелеять, мириться, утешать, успо­ каивать, делиться чем-либо с кем-либо, подавать милостыню, помогать, обретать покой». Это «нежное» прочтение имени указы­ вает на отношение Айши к младенцу Моисею, так как благодаря ее заботе ребенок не утонул и был взят на воспитание в дом фараона, ведь Айша сумела убедить своего мужа в том, что Моисей принесет им счастье и покой. Эти две транскрипции имени Айша представляют две стороны ее образа в том виде, в котором он вошел в традицию. Она противосто­ ит диктату мужатирана, погрязшего в беззаконии и пороке, она всей душой стремится к Богу. В то же время она приходит на помощь и спасает младенца-пророка, которому предстоит освободить свой народ и наставлять его словом Божьим. Другая «совершенная женщина» - Мария, мать Иисуса, - тоже фигурирует в Коране. Ее история, как и история с женой фарао­ на, несет явные следы божественного присутствия. Одна глава Корана даже названа именем «Мария». В священной книге му­ сульман почтительно рассказывается о Марии, Иисусе, а также Захарии и его сыне Иоанне Крестителе, причем подчеркивается духовное преемство этих образов от других пророков - Моисея, Еноха, Ноя и Адама. Кораническая Мария имеет древнее родословие. Анна, мать Марии, почитается в Коране как «женщина рода Имрана», то

с. 255

254 БОГИНЯ СУМЕРЕК есть Мария происходит от колена Моисея и Аарона, двух сынов Имрана1. Род Марии всегда был священническим, и сама Анна обещала посвятить свою дочь Богу еще тогда, когда была бере­ менна Марией. В младенчестве она была отдана священнику Заха­ рии, мужу ее двоюродной сестры Елизаветы, на воспитание при храме. У Захарии и Елизаветы уже в преклонном возрасте родил­ ся сын Иоанн Креститель. В Коране рассказывается, как Захария, приглядывая за воспи­ танницей, часто замечал, что она находится под мистическим по­ кровительством, и сама она признавалась, что Бог дает ей все не­ обходимое. Похоже, что это означает независимость Марии от всех мирских вещей, не случайно вскоре ее посетит ангел. Мария, свободная от «пристрастного я» и не подвластная «критичному я», ощущает только вдохновленное «я». И теперь ангелы говорят с ней, принося ей вести о слове Бога, именуемого мессия Иисус. В главе «Мария» далее рассказывается о том, как она проходит сквозь муки родов, поддерживаемая неведомыми голосами. Когда Мария показывает младенца своим родственникам, последние весьма удивлены, что маленький Иисус говорит о себе сам: «Я - раб Аллаха, он дал мне писание и сделал меня пророком. И сделал меня благословенным, где бы я ни был, и заповедовал мне молитву и милостыню, пока я живу, и благость к моей роди­ тельнице, и не сделал меня тираном, несчастным. И мир мне в тот день, как я родился, и в день, что умру, и в день, когда буду воскрешен живым» (Коран, 19: 30-33). В этом обращении Иисус не только встает на защиту матери пе­ ред лицом своих родственников в самом начале отображения боже­ ственного вдохновения, но он также включает доброе отношение к матери в первые учения Бога, которые наряду с молитвой и мило­ сердием передаются всему человечеству. Классическая суфийская литература почитает Иисуса как су­ фия. Недоброжелатели обвиняют Иисуса в тайном христианст­ ве, но в суфийском образе Иисуса нет ничего противоречащего ортодоксальному исламу. Говорят, что пророк Мухаммед утверждал: «Я ближе всех людей к Иисусу, сыну Марии - и в этом мире и в том, ибо все пророки - братья, имеющие разных матерей, но одну религию». Слово «матери» здесь также обозначает «сообщество», что пе- В Библии - Амрама (р е д .).

с. 256

15. СВЯТЫЕ ЖЕНЩИНЫ 255 рекликается с мыслью Корана, что пророки появляются время от времени среди тех народов, которые они должны вдохновить. Су­ фии тоже считают, что все религии являются местными адапта­ циями единой трансцендентальной истины. С этой точки зрения совершенная женщина Мария, мать Иису­ са, является символом абсолютной преданности Богу, идеально-ду­ ховной матрицей иудаизма. Даже если все иудейское священство и патриаршество было мужским, Исход евреев стал возможен бла­ годаря женщине. Мать Иисуса, то есть Слова Божьего, божествен­ ного вдохновения, Мария мистически воплощает модель чистоты и просветления, которая включает в себя три фазы - приятия, концентрации и порождения божественного смысла. Буквы имени Мария (по-арабски Мариам) тоже содержат сим­ волическую интерпретацию ее сущности. Применяя методику «абдж ад», мы редуцируем тему «ш -r-y-m » до буквального «т-saad», от которых производим глагол «rassa» (уплотнять, складывать, со­ единять, ставить в ряд), выражающий идею концентрации, акку­ мулирования энергии, и сопряжения деятельности и целеполага- ния. Те же буквы в другой последовательности составляют глагол «asarra» со значением «настаивать, решаться, определять, насто­ рожиться». Эти значения структурируют процесс концентрации, вычленяя такие важные его составляющие, как стойкость, воля, намерение, внимание. Рассматривая Марию как архетип матери и зная о том, что буквы ее имени воплощают идею концентраций, мы не можем не вспомнить даосский контекст, в котором образ «беременности» символизирует процесс медитации. В этой связи небезынтересно то, что слово «rasaas» (состав­ ленное из декодированных букв имени Мария) означает также «свинец», знак, имеющий соответствие в даосской алхимии, где свинец является воплощением стабилизирующего, утяжеляюще­ го фактора в процессе обретения просветленного сознания. Получается, что суфийская методика дешифровки (абджад) корневой темы имени Мария соответствует даосской мистичес­ кой идее абсолютной реальности (или предельной концентра­ ции на божественной истине) вне связи понятия «Мать Бога» с Марией. Знание дао позволяет нам обратить внимание еще на один факт жития Марии - на то, что она была всецело посвящена Богу в мате­ ринском чреве. Мы помним о древней даосской практике «эмбри­ онального воспитания». Согласно этой традиции типологическое

с. 257

256 БОГИНЯ СУМЕРЕК и духовное состояние будущей матери непосредственно отражает­ ся на развитии эмбриона. Таким образом, воспитание ребенка на­ чинается задолго до рождения. Мать Марии происходила из рода потомственных иудейских пророков и священников и потому должна была знать о роли ма­ тери к приобщению детей к «иудейству» (что по-арабски значит «обращенность к Богу»). Кораническая легенда о раннем посвя­ щении Марии Богу предполагает глубокое знание философии ма­ теринства, особенно медитативно-мистических аспектов бере­ менности. Другой термин того же дешифрованного корня - «surra» со­ держит схожую идею земной матрицы, за которой угадываются высшие высшие смыслы. Буквально «сурра» значит «кошелек», «мошна». Кошелек - это такая вещь, которая имеет ценность не сама по себе. В кошельке ценится его содержимое, но сам коше­ лек должен быть надежным и прочным, чтобы удержать в себе свое сокровище. Добродетели Марии - ее целомудрие, чистота, непричаст­ ность всему мирскому - сделали ее достойным сосудом божест­ венной благодати. Если мыслить в терминах эзотерической традиции, трактующей сходные вопросы: концентрация должна быть надежным сосудом для сохранения внутреннего видения, - именно в таком случае станет она эффективным инструментом человеческого развития. Концент­ рация без очищения ума может увеличить тщеславие и другие нега­ тивные черты, поэтому образ очищения, предшествующий вдохно­ вению, важен с технической точки зрения, даже если не применять теологическую терминологию. В этом смысле кораническая Мария оказывается воплощени­ ем не только абсолютной концентрации на Боге, но и в особен­ ности духовной трезвости и чистоты. Как сказали бы суфии, Ма­ рия, всецело посвятившая себя Богу, не впала в прелесть экстатического опьянения, то есть осталась верной обеим реаль­ ностям - божественной и человеческой. Вот почему Мария - это совершенный образец « al-insan-fl kamit», то есть абсолютной человечности в терминологии суфиз­ ма. На мистическом термине «неискусобрачность» Марии являет­ ся символом индивидуальной полноты и целостности. Парадок­ сальный феномен «безмужнего зачатия» представляет предельное продолжение по «Пути с Богом» (safat bi-ilah) на последнем этапе духовного саморазвития суфия. Это «путешествие» завершается

с. 258

15. СВЯТЫЕ ЖЕНЩИНЫ 257 возвращением в мир после отрешения от него. Святой возвраща­ ется в мир, чтобы помогать людям прийти от хаоса к свету и по­ рядку, к тем реальностям, которые недостижимы в рамках только мирского опыта. Еще один способ прочтения имени Мария основан на семан­ тической «арабизации» морфологии слова. Так, первый слог «Ма» расшифровывается как приставка, а не как часть корня. При такой трактовке «Мариам» значит «женщина, которая умеет ценить мужское общество, но не позволяет себе неискренность, нечистоту и заигрывание по отношению к противоположному полу». Такая дефиниция вполне согласуется с расхожим корани­ ческим образом Марии, матери Иисуса, приветливой по отноше­ нию к своим людям, но хранящей чистоту. В мистических терми­ нах имя символизирует «отказ от мира в миру», ключевую практику суфизма, которая по-персидски называется «Khilwat dar anjuman», то есть «одиночество в компании». Когда интерпретированное таким образом арабское имя Ма­ рии подвергается расшифровке «абдж ад», то оно приобретает корневые буквы «ra-пип». Эти согласные звуки создают глаголы, значащие «выкрикивать, звучать, вслушиваться в крик». В одно­ именной коранической главе Мария возвала с молитвой к Богу, услышав от ангела благую весть о зачатии «безгрешного сына», «невинного младенца», ниспосланного Богом. Ангел внял крику Марии и успокоил ее, сказав, что Иисус - это дар и знак Божий, проявление великого милосердия от Бога. Рожая Иисуса, Мария закричала в другой раз - от боли, и невидимый глас ответил ей, принеся ей покой и облегчение. Согласно преданию Мария, перед тем как получить благую весть, покинула свой дом и родственников и пошла «на Восток». В суфийской системе координат Восток символизирует «место просветления». Ангел предстал перед ней в мужском облике, и Мария сказала ему: «Я ищу защиты от тебя у милосердного, ес­ ли ты богобоязнен». В мистической перспективе за выражением внешнего целомудрия Марии следует видеть высшую степень чи­ стоты духа. Она настолько предана единому Богу, что не хочет от­ влекаться от созерцания преходящих и условных явлений, каки­ ми бы тонкими и высокими они ни были. Мистически отрешенная Мария, преданная Богу еще до своего рождения, до­ стигает такого состояния внутреннего просветления и временно­ го забвения всего домашнего, мирского и конечного, что получа­ ет прямой доступ к первозданному свету, который озаряет все. Во

с. 259

258 БОГИНЯ СУМЕРЕК время сильнейшего импульса вдохновения она не впадает в экста­ тическую прелесть общения с небесами, а сохраняет трезвость и здравомыслие и выясняет природу таинственного вдохновения. По мере принятия божественного вдохновения и постепенно­ го постижения божественного мира Мария, как сообщается в на­ шей главе, уходит в «места уединенные», то есть, если интерпре­ тировать в суфийском духе, она «отрешается от мира и от всего мирского», в котором она и занимается «эмбриональным воспи­ танием» безгрешного ребенка. Мы помним, что последний этап суфийского Пути - это возвра­ щение в мир ради блага других. Соответственно Мария из мест свя­ того уединения возвращается к человеческой конкретике родовой деятельности и боли. Невыносимая боль заставляет ее прижаться к стволу пальмы и «воскричать»: «О, если бы я умерла раньше это­ го и была забытою, забвенною!». Слово «пальма» («пакЫ а») указы­ вает на суфийский Путь, потому что другое, более редкое обозна­ чение пальмового дерева «tariqa» омонимично слову «Путь» («tariqa»). «Смерть и забвение» в суфийском контексте означает « fana», что обычно и не очень точно переводится «исчезновение, уничтожение», подобно буддийской «нирване», преодолевающее тиранию принудительности и долженствования, - необходимая прелюдия к вдохновению, просветлению, удовлетворению, испол­ нению, отрешению и совершенству. В мистической перспективе Мария не просто жалуется на боль и просит смерти, но следует пу­ тем суфии, стараясь отрешиться от себя и «принудительного я», чтобы породить дух чистоты и непорочности. Когда Мария молила о смерти и забвении, из-под ствола (сим­ вола суфийского Пути) раздался глас, сообщивший ей об освежа­ ющем ручье, бьющем из-под корней пальмы, дарованной Богом, и плодах, которые можно отряхнуть с ветвей и подкрепиться. Слово «ручей», «поток» ассоциируется с темами «s-г» и «srw», которые на глагольном уровне значат «путешествовать ночью» и «рассеивать страхи». «Путешествовать ночью» - мистическая метафора Пути к обретению уверенности. При этом человек пре­ одолевает личную слабость и неуверенность в себе и все его стра­ хи рассеиваются. «Пить из потока» и тем утолить жажду, «стряхи­ вать плоды с пальмы» и насытиться ими - все это символы процесса просветления и отрешения, необходимых этапов су­ фийского Пути. Пользуясь коранической историей как контурной картой для уяснения мистического восхождения, мы можем приблизиться

с. 260

15. СВЯТЫЕ ЖЕНЩИНЫ 259 к загадке Непорочного зачатия и рождения Иисуса. Чистота Ма­ рии не представляет никакой трудности для любой символической традиции, хотя буквалисты могут усомниться в справедливости ре­ лигиозной интерпретации девственного рождения как историчес­ кой мистики. Попробуем же одновременно не погрешить против истины религиозного мифа и исторического правдоподобия, ссы­ лаясь на необходимые суфийские понятия и методики. Коран трактует «рождение от Девы» как факт и как чудо, хотя это и не приводит к обожествлению Иисуса. Вчитываясь в ориги­ нальный текст главы «Мария», мы видим, что между объявлением о своей девственности и таинственным посещением мужеподоб­ ного ангела, вестника зачатия, есть некоторый внутренний зазор. Не могло ли быть так, что чистосердечная Мария была «избра­ на» мистической общиной и ей надлежало родить непорочного сына от духовного адепта и тем самым осуществить специфичес­ кую миссию? Суфийские ученые утверждают, что совершенней­ ший и чистейший святой является человеком в самом обычном смысле слова. Например, Хадрат Али говорил о тех, кто мог «фи­ зически принадлежать миру, а духовно витать в высших сферах». Шах Валлиулах также писал, что многие древние мистики достиг­ ли состояния миров низших ангелов. Мы знаем, что мать Марии посвятила свою дочь Богу в своем лоне. Что могло помешать Ма­ рии то же самое со своим сыном и воспитать его в еще большей близости к Богу? Но как быть с молвой, которая неизбежно сопровождает фи­ гуру безбрачной матери? В христианской традиции у Марии есть муж Иосиф. Он изображается старцем, что должно уверить обще­ ственное сознание, что Иисус не его сын. В Коране Мария уходит из дома перед тем, как зачать Иисуса, встречена с подозрением и возвратилась назад с чудесным ребен­ ком на руках. Если Иисус на самом деле был сыном духовного адепта, достигшего ангельского ранга, почему отец не заявил о себе и оставил супругу претерпевать все ужасы позора и люд­ ской неприязни? Какая религия санкционирует такие действия? Ответ может крыться в одной (быть может, самой загадочной) суфийской практике, так называемом «пути вины», то есть созна­ тельном приятии поношения и хулы. Суфийский авторитет Худж- вири определяет этот путь (rahi valamati на персидском) как метод замалчивания, сокрытия личной святости не только от глаз вульгар­ ной толпы, но и от взоров других святых. Внешняя задача неприятия - критика на посрамление критиков

с. 261

260 БОГИНЯ СУМЕРЕК и святош, каковые имеются во всякое время и в любом обществе. Внутренняя заслуга - самокритика, самообвинение или достижение «критического я». Вспомогательный инструмент - наигранная экс­ центричность или искренняя благопристойность (впрочем, Худж- вири указывает еще на одну возможность - «искренняя неблагопри­ стойность», когда нечестивец-мошенник открыто заявляет о «пути вины» для оправдания своей порочности, спрятанной под личиной «критического я»). Что касается различия методов, Худжвири утверждает, что бы­ ли времена, когда требовалось сделать на самом деле что-то ужас­ ное и неслыханное, чтобы потрясти самодовольное спокойствие толпы и вызвать неодобрение. С легкой иронией наш автор до­ бавляет, что в его время, то есть спустя одиннадцать столетий по­ сле Марии, просто дисциплинированное следование религиозно­ му уставу или самостоятельное продление некоторых молитв могли стяжать человеку репутацию лицемера и нечестивца. Ка­ кое это может иметь отношение к Марии, матери Иисуса? Согласно некоторым высказываниям, которые приписывают­ ся библейскому Иисусу, в его время случались эксцессы формали­ зации в религии, даже в вопросе выбора между благочестием и выгодой. Иоанн, святой родич Иисуса, известный в народе как Креститель, был убит и обезглавлен мечом колониальными влас­ тями, которые боялись влияния Иоанна на простой народ. Могло ли случиться так, что Мария оказалась бы опозоренной в глазах праздной и ханжеской толпы и была бы изгнана из порочного об­ щества? Если так, то есть смысл предположить, что Мария, вино­ ватая в глазах других, проходила индивидуальное аскетическое упражнение на пути к самоочищению, прагматически опозорен­ ная еще и потому, что оно позволяло скрыть следы ее миссии и убеждало власти в том, что Мария представляет собой пустое место и не заслуживает преследований. Если наша теория покажется кому-то надуманной или притяну­ той за уши либо по причине веры в непорочное зачатие Иисуса, ли­ бо по причине отсутствия в ней здравого смысла, то такое впечатле­ ние может сложиться из-за абсолютного неведения (а в этом и состоит расчет) процедур или практик, соответствующих «Пути вины». В любом случае человеческая сексуальность Марии была спрятана за надежной ширмой, что согласуется со словом Корана, где говорится, что она «сокрылась от людей». Ее уход от людей стал прелюдией к духовному озарению, ее наружная чистота является знаком внутреннего целомудрия.

с. 262

15. СВЯТЫЕ ЖЕНЩИНЫ 261 Современные либеральные гуманисты могут объяснить асек­ суальность Марии идеологической чисткой священного образа Богоматери, произведенной христианами, не понимая, что от­ сутствие информации такого рода очень полезно с воспитатель­ ной точки зрения, так как Мариам Корана - это символ чистого социального общения с противоположным полом, в котором секс исключается. Ее сын Иисус, судя по всем имеющимся дан­ ным, последовал по стопам своей матери - он общался с женщи­ нами, но не «увлекался» ими. Конвенционально мыслящие религиозные философы обычно воспринимают эти священные имена как символы святости цели­ бата. Но можно предположить, что образы Марии и Иисуса тра­ диционно воплощали красоту платонически-духовных отноше­ ний между полами. Ирония состоит в том, что одержимость идеей целибата как такового может нарушить гармоничные, ду­ ховные отношения между мужчинами и женщинами и, как всякая одержимость, целибат имеет сексуальную природу. Духовная близость не предполагает и не требует половой бли­ зости, но для влюбленных духовная близость необходима для то­ го, чтобы их телесная близость стала частью совместного религи­ озного опыта. Вот почему «весть» о социально-духовном смысле братски-платонических отношений между мужчиной и женщи­ ной, как у Марии и ее сына Иисуса, очень важна сегодня, когда идеалы сексуальной свободы стремительно меркнут, так и не вый­ дя на уровень личностных гармоничных взаимоотношений. Если Иисус согласно суфийским представлениям был суфием высшего ранга, то же самое приложимо и к его матери Марии, причем по этому поводу нет никаких религиозных разногласий. Эзотерические прозрения совпадают с эзотерическими народны­ ми преданиями. Мы использовали метод «абджад» для проникнове­ ния в символическую природу букв имени Мария, потому что ее ис­ торический образ сокрыт от нас то ли в силу культурной необходимости, то ли согласно природе самой добродетели. Путь эзотерических расшифровок может помочь обнаружить некото­ рые вехи исторического пути и пролить свет на тайные мистерии жизни Марии и Иисуса. Возникает вопрос об исторической преемственности тайных символических смыслов. Мы знаем, что Мухаммед не умел ни чи­ тать, ни писать и соответственно не он является изобретателем мистических терминов. Иисус почитается Кораном как пророк, а Мария - как совершенный человек и совершенная женщина. Ес­

с. 263

262 БОГИНЯ СУМЕРЕК ли мы напоследок еще раз обратимся к корню «r-п», выведенному из имени Мариам, то с легкостью обнаружим слово «аг-гиппаа» - «человечество, весь сотворенный мир». Исследуя имя Иисуса с суфийской точки зрения, попробуем вывести его арабское имя «Сын Мариам» из всечеловеческой расшифровки темы «r-п». Ока­ зывается, что связь имен присутствует, ведь сам Иисус называл себя «Сыном Человеческим». Выдвигались предположения о том, что католический культ Девы Марии, оформившийся уже в новое время, мог сложиться на основе суфийских представлений о духовной любви, распрост­ раненной в Европе трубадурами. Движение трубадуров было при­ звано духовно противостоять идущему от апостола Павла антифе­ минизму римской католической ойкумены, развить новые, более гармоничные формы социально-половых отношений. Образ Де­ вы Марии и ее таинственного материнства мог дать пищу всячес­ ким фантазиям и домыслам насчет ее личной жизни и религиоз­ ного опыта. Интересно (хотя это вполне можно оспорить, как мы увидим позже), что традиционный образ Рабии, самой известной женщины-суфии классической эпохи, строится по кораническо­ му образу Марии. Рабия аль-Адавия (713-801) прославилась как великая суфий­ ская святая. Учение Рабии чрезвычайно напоминает мистическую озаренность Марии, особенно ее любовь к Богу и интимное отно­ шение к Божьему слову. Рабия выражала свою абсолютную предан­ ность Богу без страха наказания и без надежды на воздаяние. Рабия была четвертой дочерью в бедной семье из города Басра, который в то время стал культурным центром при правлении леген­ дарного Гарун аль-Рашида. Она покинула Басру во время голода, по­ сле того как отец ее умер. На караван, где она была, напали разбой­ ники, девочку взяли в плен и продали в рабство. Мотив ухода из дома и прозябания в неволе характерен и для жития Марии. Мы вспоминаем обстоятельства жизни самой Ма­ рии, иудейки из пророческого рода, чья страна находилась под гнетом безбожного имперского режима. В древние времена Си­ меон, сын Иуды, вывел свое племя из родных пределов, спасаясь от голода, для того чтобы (подобно Рабии) попасть в египетский плен. В библейском предании Мария вместе с отроком и мужем Иосифом, внявшим предупреждению во сне ангела, бегут в Еги­ пет, чтобы спасти безгрешного младенца от слуг Ирода. Находясь в рабстве, Рабия услышала некий глас, который успо­ коил ее скорбевшую душу. Здесь мы опять вспоминаем Марию, «во­

с. 264

15. СВЯТЫЕ ЖЕНЩИНЫ 263 пиющую в пустыне», и глас, успокоивший ее, а также пальму и по­ ток - эти суфийские символы мистического путешествия. Глас, ко­ торый услышала Рабия, известил ее о Божьем благоволении и ве­ лел ей, как и Марии, искать уединения и посвятить себя молитве. После этого Рабия, работавшая каждый день не покладая рук, стала проводить ночи в молитве. В какой-то момент ее святость сделалась настолько явной, что хозяин устыдился держать Рабию в рабстве. Поверженный в прах силой ее духовности, хозяин предложил ра­ быне поменяться ролями. Он готов был отдать ей свой дом и прислу­ живать ей. Когда она отвергла это пред ложение, он сказал, что она может уйти, если хочет. Рабия предпочла свободу. Во многих историях рассказывается о ее стремлении к Богу, желание узреть его непосредственно. Ради того, чтобы воочию увидеть лик Божий, она могла пренебречь священной ракой в Ка­ абе или неодобрительно отозваться о псевдосвятом паломниче­ стве и нечистоте молитвы, посвященной не Богу, а людскому тще­ славию. Она мало ценила чудесные сверхъестественные явления и способности, которыми славилась сама, и критиковала излиш­ нюю эмоциональность в духовной практике. Рабия по своей воле не вышла замуж. Когда ей сделали предло­ жение, она сказала, что не может согласиться на брак, так как не владеет ни своим телом, ни своей жизнью, имея в виду, что пол­ ностью предана Богу, и если жениху хочется осуществить свое на­ мерение, пусть испросит у самого Аллаха ее руки. Очевидно, Ра­ бия подразумевала, что он может стать ее духовным мужем, если захочет вместе с ней посвятить всю жизнь служению Господу. Намеренное и мистическое «безмужие» Рабии восходит к ду­ ховному образу Девы Марии, чистой и непорочной. С другой сто­ роны, статус Рабии как общепризнанной святой также близок об­ щественному статусу Марии, которая «общалась с мужчинами, но не увлекалась ими и не соблазняла их». Тот факт, что библейская Мария имела мужа, Иосифа, ни­ сколько не порочил ее девственности. Отношения между супругами согласно экзотерической тради­ ции были добродетельными, а согласно эзотерической традиции

• духовными. Евангелист Матфей пишет, что, когда Иосиф женился на Ма­ рии, он узнал, что она беременна. Сначала он, как человек спра­ ведливый и богобоязненный, хотел тайно отпустить ее, чтобы спасти от людского позора. Но он не торопился, так как не любил

с. 265

264 БОГИНЯ СУМЕРЕК принимать скороспелые решения, и дождался видения во сне, ког­ да ангел объявил ему о том, что Мария понесла от духа Святого. Таким образом, справедливость и богобоязненность Иосифа определяют не только человеческий характер Иосифа, но и меру его внешнего отношения к супруге, а его духовная отзывчивость, проявившаяся в ангельском видении, говорит столько же о нем, столько и о его духовных отношениях с Марией. Мы знаем, что позже ангел еще раз посетит Иосифа и повелит ему бежать с же­ ной и младенцем в Египет. Здесь мы видим высокие отцовские и мужественные качества старого плотника (как моральные, так и духовные), позволившие ему стать достойным мужем Марии и опекуном Иисуса. Рабия тоже имела своего «Иосифа», высокоморального и ду­ ховного попутчика. Звали его Хасан аль-Басри, или Добрый чело­ век из Басры. Хасан почитается как один из «Четырех Вождей» или «Четырех Корон» - духовных руководителей второго поколе­ ния классического суфизма. Говорят, что в орден его посвятил сам Али, «Дверь Знания», жена и духовная попутчица которого Фатима, как мы помним, считалась первой тайной «Полярной Звездой» суфизма. Хотя Хасан умер в 728 году, когда Рабии было всего 14 или 15 лет, предание называет его другом и мистическим спутником Рабии. Иосиф также изображается старцем, а Мария - юной девуш­ кой, что, очевидно, должно символизировать платоническую или духовную природу их союза. Согласно одному источнику Хасан отказывался публично учительствовать, если Рабия не помогала ему. Ее компетентной помощью он пользовался и в своих духов­ ных упражнениях. Подобно ей, Хасан исповедовал чистую веру в истину, не отягощенную корыстью страха или надежды. В неко­ торых текстах можно найти образчики «прений» Хасана и его спутницы. В этом жанре Рабия всегда бранит Хасана, находя его молитвенную практику слишком эгоистичной и несколько лице­ мерной. С буддийской точки зрения в этих «прениях» сталкиваются две противоположные школы. Рабия олицетворяет «шуньяту», или «пустоту», Хасан же - «упайя-каушалъя», или «мастерство в приме­ нении средств». Можно также вспомнить в этой связи буддийское учение «праджнапарамита» (или совершенное внутреннее виде­ ние) и дзен-будцийскую практику передачи опыта. В терминах буд­ дийской прагматики «прения» духовных попутчиков (в процессе которых обретается метафизическое равновесие относительное-

с. 266

15. СВЯТЫЕ ЖЕНЩИНЫ 265 ти и пустоты) тоже находят свою аналогию. Это называется «ос­ мысление абсолютной пустоты, чтобы предотвратить перерожде­ ние временной целесообразности в диктатуру формализма». То, что суфизм склоняет воспринимать Хасана как религиоз­ ного «эгоиста», имеет свою смысловую перспективу. Суфии ассо­ циируют Хасана с практикой противоядия, что хорошо помогает избавиться от побочных последствий, например с личной горды­ ней. Такое одновременное применение «сыворотки» (говоря ус­ ловно) и «антисыворотки» характеризует, например, медицин­ скую практику дзен. Когда функциональное родство между якобы противополож­ ными элементами перестает ощущаться, их объединение (в су­ физме и дзен-буддизме) воспринимается (совершенно неправо­ мерно) как парадокс или метафизика. Влияние «святых женщин» в этом контексте, несомненно, обогащает наше понимание феномена, тем более что здесь имеет­ ся богатый материал в смысле разнообразия характеров и ситуа­ ций. В исламском предании мы знакомимся не только со святыми людьми, но и со святыми отношениями между ними, причем сила духовного посвящения преодолевает исторические и культурные различия. Проблема человеческой целостности и человеческих возмож­ ностей представляется слишком обширной, чтобы ее можно было разрешить обращением к какой-нибудь одной формальной рели­ гиозной практике или философии, которых на протяжении чело­ веческой истории было очень много. Анализируя истории о жен­ щинах высокой степени святости и духовности, принадлежащих разным культурам и временам, мы пытаемся найти чистый отзвук в наших сердцах, ибо мы, независимо от места нашего рождения, храним в себе память о единстве человеческой природы.

с. 267

16 Брак, наполняющий все творения Из Его знамения - что Он создал для вас из вас самих жен, чтобы вы жили с ними, устроил между вами любовь и милость. Поистине в этом - знамение для людей, которые размышляют! Коран, 30: 22 Однажды три странника посетили дом жен Мухаммеда и спро­ сили о его преданности. Услышав рассказы жен, они поняли, что Пророк намного превзошел их в святости. После этого один странник дал обет проводить ночи в молит­ ве. Другой поклялся, что будет все время поститься. Третий ска­ зал, что будет избегать женщин и никогда не женится. Мухаммед услышал их клятвы и, взойдя к ним, сказал: «Я более богобояз­ нен, чем все вы, и более совестлив, тем не менее я пощусь и пре­ кращаю пост, я не только молюсь, но и сплю и имею жен». Великий «западный учитель» Джаллалуддин аль-Руми, прони­ цательный суфийский теолог, сказал, что путь Иисуса - это путь одинокого борца, а путь Мухаммеда - это путь общения. Иди пу­ тем Мухаммеда, если можешь, советует аль-Руми, а если не мо­ жешь, иди путем Иисуса. Путь Мухаммеда предполагает пребывание в миру и духовную независимость от мира. Это своеобразная формула суфизма, по­ добная формуле буддийской Махаяны. Нам не кажется, что мы внедряемся в область академического сравнительного религиоведения и что расшифровать данный со­ вет можно в смысле предпочтения ислама христианству. Суфийское руководство представляет собой символическую репрезентацию пути, наиболее актуального с точки зрения со­ временности. За противопоставлением путей Иисуса и Мухамме­ да угадывается характерная суфийская терминология, сравнимая с буддийской, в которой сепаративная монашеская Хинаяна пред­ полагает синтетическую светскую Махаяну. Великий испанский суфий Ибн аль-Араби (1165-1240), когда- то известный среди ученых Запада как «доктор Максимус», пред-

с. 268

16. БРАК, НАПОЛНЯЮЩИЙ ВСЕ ТВОРЕНИЯ 267 лагает метафизическую и мистическую иллюстрацию этого про­ тивостояния в своем классическом труде «Ф усус аль-хикам», или «Гнезда Мудрости». В этой книге символически представлены ос­ новные религиозные концепции, восходящие к «пророкам» от Адама до Мухаммеда - Сифу, Ною, Моисею, Соломону, Иисусу и другим ближневосточным патриархам. Метафизически-мисти- ческое обоснование близости мужчины и женщины содержится в главе о Мухаммеде. Ученый приводит известное речение проро­ ка о том, что в мире существуют три приятнейшие для него вещи

• женщины, благовония и молитвы. В этом утверждении женщины стоят на первом месте, и вели­ кий суфий считает, что это не случайно, ведь перед тем, как по­ знать Бога, надо познать самого себя. Получается, что в основе близости между мужчиной и женщиной лежит познание себя. Суфийский тезис «тот, кто знает себя, знает своего Господа» имеет два уровня значения - психологический и духовный. Первый уровень предполагает знание «пристрастного я», то есть психологических ограничений, которые необходимо пре­ одолеть, чтобы вырваться из-под власти клишированных воспри­ ятий и моделей поведения. Достигнуть этого можно при помощи активизации «критичес­ кого я». Если следовать завершенным Путем, то окажется, что «критическое я» требует пробуждения «вдохновленного я», после чего можно прийти к реализации более высших и тонких «я» до за­ вершенного и очищенного «я», чья духовная чистота способна от­ ражать наиболее сокровенное происхождение души. Это тонкое восприятие (связанное со смыслом нашего тезиса) есть магией ральный путь познания Бога благодаря познанию своих высших состояний. Как говорится в другом не менее известном изречении доктора Максимуса, «Бог ближе к тебе, чем твоя яремная вена». Ибн аль-Араби объясняет, что сентенцию Пророка о женщи­ нах, благовониях и молитве следует понимать в том смысле, что каждая часть космоса символически представляет божественное первотворение. Любовь Мухаммеда к женщинам значит любовь к целому, которое больше своих частей. Так же как Господь сотво­ рил Вселенную из божественного стремления быть познанным и сделав мир средством познания Бога, так и женщина является средством для самопознания мужчины, который любит ее как са­ мое себя. Великий суфий использует аргументацию, напоминающую о даосском принципе взаимодополняемости инь-ян, причем лю­

с. 269

268 БОГИНЯ СУМЕРЕК бовь мужчины и женщины рассматривается как образ самопозна­ ния и познания сознания Бога. Когда мужчина созерцает Бога в женщине, как объясняют суфии, он фокусируется на пассивном начале; когда же мужчина созерцает Бога в себе, он фокусируется на активном начале. Если кто-то созерцает Бога в одиночестве (не через его творение), то это связано с состоянием пассивнос­ ти по отношению к Богу. Значит, созерцание Бога через женщину

• наиболее совершенный тип созерцания, ибо таким образом можно познать активный и пассивный путь божества. Великий суфий считает, что созерцать Бога непосредственно едва ли возможно, так как он не принадлежит пространству Все­ ленной и поэтому сущность его непознаваема и недоступна. Вот почему созерцание нуждается в образной материальной поддерж­ ке. Так что познание Бога в образе женщины наиболее интенсив­ но и полноценно, так же как образ полового акта наиболее интен­ сивно и полноценно символизирует гармонию отношений между мужчиной и женщиной. Суфий описывает несколько уровней созерцательной визуали­ зации, основанных на градации отношений между совершенным мужчиной и женщиной. На первом уровне представляется изначальное сияние, явля­ ющееся сутью проявления энергии, которая дает жизнь Вселен­ ной. В теологических терминах Бог творит формы мира, кото­ рые являются проекцией его божественно-творческой воли. В материальном мире символом такого созидания может высту­ пить половой акт. То есть сексуальное общение можно воспри­ нять как подражание или участие в жизнеподательном акте тво­ рения. Это похоже на даосское осмысление секса как символического союза «инь» и «ян», микрокосмическое отраже­ ние космических процессов. Другой уровень связан с активным проецированием духовной воли в сферу духов света, или область высших способностей и ду­ ховных достижений. Интимный контакт со сверхъестественны­ ми реальностями может дестабилизировать неподготовленный ум, ведь человек склонен «соблазняться» экстатическим пережи­ ванием собственного могущества и его может парализовать не­ управляемый поток впечатлений. Теологи называют это состояние «духовной прелестью» и сравнивают его с безумной, неистовой влюбленностью. В терминах сексуальной символики положительным считает­ ся мужское умение получать наслаждение, не теряя при этом са­

с. 270

Тб. БРАК, НАПОЛНЯЮЩИЙ ВСЕ ТВОРЕНИЯ 269 моконтроля, точно так же как в даосской или тантристской тра­ диции внутренняя медитация позволяет мужчине сохранять спо­ койствие ума и потенцию в самые критические моменты акта и таким образом продолжать интимные отношения до тех пор, пока женщина не достигнет абсолютного удовлетворения. На абсолютно созерцательном уровне эти образы иллюстри­ руют способность избегать потери потенциала, потакая своим субъективным ощущениям. Потеря потенциала - это опасность, которая подстерегает человека на разных уровнях бытия (отнюдь не только на мистическом или сексуальном) и особенно на третьем созерцательном уровне осмысления образа гармони­ ческой сексуальности, который находится в сфере причины. В этом контексте имеет место осмысление полового акта как ло­ гического вывода двух объединенных исходных условий. На этом уровне соединяются космическое и микрокосмичес- кое. Духовные, психологические и сексуальные аспекты близос­ ти предполагают взаимосвязь согласно присущим им законам. Когда все эти измерения опыта поддерживают и усиливают друг друга, то гармония приводит к совершенному чувству «пребыва­ ния в мире» со своей родственной душой, когда любовь и ми­ лость сливаются воедино, что согласно Корану называется знаме­ нием божьим. Как говорит великий суфий, любить женщин так, как их лю­ бил Мухаммед, значит любить божественной любовью. Ученый добавляет, что любовь сладострастная, основанная исключитель­ но на естественной склонности, лишенная божественной искры, подобна мертвой, бездушной форме. Кроме женщин, как мы помним, Пророк в ряду вещей, кото­ рые он любит, упоминал благовония. Доктор Максимус интерпре­ тирует эту склонность Мухаммеда с богатой семантикой арабско­ го слова «tayyib» «благовоние, приятный запах» и антонима «khabith», то есть «зловония или дурного запаха». В общем смысле «tayyib» значит «хороший», «khabith» - плохой, и ученый использу­ ет эту антиномию для иллюстрации своего тезиса о том, что доб­ ро действует в мире благоухающе, а зло - зловонно. Отсюда мета­ физическое выражение «благоухание добродетели» характерно также для текстов буддийской Махаяны. Исследуя природу добра и зла, доктор подчеркивает, что боже­ ственная благодать нисходит на «плохих» и «хороших». Вот поче­ му человеку невозможно прекратить зло в мире. Различать, в том числе практически, добро и зло необходимо, в этом и состоит за­

с. 271

270 БОГИНЯ СУМЕРЕК дача морали. Необходимость практического различения этих ка­ тегорий исходит из временного, а не абсолютного (абсолютен лишь Бог) статуса, то есть добро и зло существуют не сами по се­ бе, а относительно вещей и явлений, причем в каждом предмете в зависимости от условий есть нечто хорошее и нечто плохое. В качестве примера приводится отвращение ангелов к грубой материальности человека и отвращение жука-скарабея к розе. Если человек похож на скарабея, он не выносит правды и не стремится к истине, так же как навозный жук не выносит цветочно­ го аромата. Таким образом, доктор расшифровывает любовь Про­ рока к благовониям, в котором он видит боговдохновенное стрем­ ление только к хорошему и любовь к прекрасной стороне вещей. Третья вещь, которую любил пророк, - молитва, так же пони­ маемая религиозно, как путь к божественной любви и вдохнове­ нию. Пророк говорил, что в молитве он обретал «прохладу очей, то есть утешение и радость. Помнить о Боге - значит пребывать в памяти Божьей». Точно так же «ощутить любовь к Богу значит пребывать в любви Бога». Такой взгляд на духовное общение меж­ ду Богом и человеком присущ многим традициям, что выражает­ ся в характерных сентенциях от имени Бога. «Помни обо мне, и Я буду помнить о тебе». «Я рядом с тем, кто помнит обо мне». Указание на то, что божественный контакт осуществляется с наиболее духовными измерениями реальности, можно почерп­ нуть из каждодневного опыта. Пророк согласен с тем, что воспри­ ятие божественных даров, благодати и милосердия не требует обязательного удаления от мирской жизни. Буддисты Экаяны и Махаяны также искали путей «беспрепятственной» (в их терми­ нологии) коммуникации между сферами мирского, духовного и абсолютного. Если попытаться найти аналогию мусульманской любви к жен­ щинам, благовониям и молитве в буддизме, то лучше всего ее об­ наружить в буддийском тантризме. Было бы надуманным и искус­ ственным рассуждать о сходстве суфизма и тантризма, гораздо корректнее отметить общую ясность взгляда при трактовке во­ проса взаимопронизанности духовного и чувственного. Если суфий говорит о возможности «пребывать в мире и не быть ее частью», то буддисты указывают на символ Лотоса, выра­ стающего чистым и прекрасным из грязи и не умирающего в ог­ не, а цветущего еще сильнее. Вопрос о том, как жить в материальном мире и поддерживать единство духа и материи, является одним из центральных в обе­

с. 272

16. БРАК, НАПОЛНЯЮЩИЙ ВСЕ ТВОРЕНИЯ 271 их традициях. Те люди, которые сумели достичь равновесия, до­ бились этого, конечно, в процессе личных стараний, но сам фак­ тор этого равновесия указывает на их общую основу. Шах Валиуллах, современный суфий, писал, что расхожий ми­ стицизм не имеет равновесия, ибо он основан на упрощенной концепции борьбы с собой путем суровой аскезы. Он признает, что некоторые аскеты достигали состояния низших ангелов, но неумение развить в должной мере и усовершенствовать все ас­ пекты человеческой природы (в том числе и истинные требова­ ния к себе) делало аскетических мистиков прошлого слабыми и истощенными. В этой связи шах уважительно ссылается на опыт Джунайда, который преодолел односторонность популяр­ ного мистицизма и освоил «срединный путь». В каком-то смысле этот путь обретения равновесия аналоги­ чен реформе индуистского мистицизма, проведенной Буддой, ко­ торый обосновал доктрину «Срединного Пути». Восстановление утраченного равновесия было задачей позд­ нейших прогрессивных направлений буддизма, которые пере­ росли индивидуалистически-аскетические тенденции своих мо­ настырских предшественников. Даосы, собравшие в единую систему самые разные техники духовной и энергетической кон­ центрации, также были за восстановление баланса и достижение человеческой целостности. Индусы, отказавшиеся от своей дис­ криминационной идеологии и от крайностей конкурирующих до­ ктрин «тиага» («отречение») и «бхога» («наслаждение»), вырабо­ тали так называемый «средний путь» - путь отречения и наслаждения. Во времена «ранних суфиев», когда суфизм был, по выраже­ нию Худжвири, «реальностью без имени», Али (знаменитый муж Фатимы, Полярной Звезды) ясно и красиво сформировал идеал равновесия и целостности как проникновение духовного самосо­ знания в саму стихию будничного существования. Его слова про­ ливают свет на духовные разногласия старинных мистиков и на вопрос о том, как относиться к миру, не увлекаясь им и не отвер­ гая его, как сказали бы буддисты. Когда Али услышал, как некто ругает мир, он сказал ему: «Ты поносишь мир, а сам ослеплен его обманами, одурачен его лживо­ стью. Почему ты поносишь мир? Потому что ты обманут им? Ты обижаешь мир или мир обвиняет тебя?» Если желание покинуть мир есть не более чем выражение разо­ чарованности, значит, человек все еще пребывает в плену эгоис­

с. 273

272 БОГИНЯ СУМЕРЕК тических интересов и эмоциональных реакций. Али продолжает: «На самом деле мир является обителью правды для тех, кто прав­ диво относится к нему, - и домом благополучия для тех, кто пони­ мает его. Он сокровище богатств для тех, кто внимает его урокам, и обитель совета и утешения для тех, кто прислушивается к его предупреждениям. - Далее Али продолжает свою мысль в религи­ озных терминах или в терминах религиозной жизни: - Мир - это дом поклонения тех, кто любит Бога, и место для обращения к бо­ жьим ангелам с молитвой, место передачи божественного вдохно­ вения и место деятельности божьих святых. Именно в этом мире мы получаем милость и именно тут мы достигаем рая». Таким образом, можно преступить границы мира, не отрека­ ясь от него, так как необходимая ограниченность внутренне при­ суща ему и не является предметом человеческого сознания и эмо­ ционального ощущения. Али учит, как использовать и печальные, и радостные аспекты мира для лучшего его понимания. «Зачем ругать мир и гнать его от себя, когда он уже заявил о своей прехо- дящести и о своем скором уходе? Уже объявил о своей смерти и о смерти своих людей. Своими скорбями и испытаниями он дал людям урок горя и терпения, своими радостями и наслаждения­ ми он дал людям желание и возможность удовлетворения. Он на­ чался благополучно и породил несчастье, он разбудил желания и страхи, причинил тревогу и беспокойство. И вот одни люди ру­ гают его, начиная раскаиваться, другие хвалят его в день своего возрождения, ибо так заповедал им мир и они «затвердили» это, и мир говорил им, и они уверились в истине его слов, мир преду­ преждал их, и они вняли его предупреждениям»1. ЛЮБОВЬ ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ И БОЖЕСТВЕННАЯ Ashig nabud kehjan nabazad. Тот не умеет любить, кто не ставит на карту свою жизнь. Арифи из Герата, «Книга Экстаза» (Hal nameh) Суф Y[шзм иногда называют учением любви, и действительно, обра­ зы счастливых любовников нередко встречаются в суфийской лите- 1 Томас Клири, «Жить и умирать в прощении: наставления Хадрат Али». Бостон: Шамбала, 1995, с. 21-23.

с. 274

16. БРАК, НАПОЛНЯЮЩИЙ ВСЕ ТВОРЕНИЯ 273 ратуре. Именно таким образом описывается состояние адепта, пы­ тающегося войти в максимально близкий контакт с реальностью. Считается, что суфии создали религию эмоционального наслажде­ ния, поэтому классики, хоть и сравнивают божественную и челове­ ческую любовь в терминах аналогии или метафоры, тем не менее всегда различают уровни божественного и человеческого. В рамках этого разграничения ученые суфии противопоставляли объектив­ но-психологические чувства и объективно-духовный опыт. Среди самых популярных романтических сюжетов, имеющих суфийско-арабское происхождение, - история о Лайле и Маджну- не и о Юсуфе (Иосифе) и Зулейке. Оба сюжета иллюстрируют очистительную силу любви, которая оказывается стихией, пре­ одолевающей изменчивость человеческого мира и восходящей к неизменности божественной истины. Процесс любовного «очищения» между полюсами человеческого и божественного и состоит из следующих последовательных ступеней: рождение любви, которое ведет к романтике, ухаживание, семейный покой и т. д., вплоть до самых последних высот мистического экстаза. Следует заметить, что даже на вершинных этапах этого пути не происходит мистических откровений Бога. Утонченные челове­ ческие ощущения и благородные чувства воспринимаются как бо­ жьи дары, сознательно воспринимаемые знаки божественного участия. Они как бы приближают, очеловечивают божественное присутствие и силу, никогда, впрочем, не позволяя личности ощу­ тить себя мистически грандиозной, самозабвенно погрузиться в пучину божественного откровения и экстаза. История Лайлы и Маджнуна иллюстрирует это на примере не­ однозначности состояния Маджнуна, возлюбленного Лайлы. «Лай­ ла» значит «ночь», область неизвестного, символ запредельности божественной реальности, ее непостижимость. «Маджнун» значит «безумный», что должно символизировать восторженное экстати­ ческое созерцание, равнодушие к мирской суете, но и потерю трез­ вости, сосредоточенности и соответственно невменяемость. Безразличие к миру может, таким образом, означать концент­ рацию больше на сути, чем на форме, но, с другой стороны, оно может также обозначать неумение творчески осмыслить повсед­ невную жизнь. Первая возможность связана с определенным эта­ пом мистического пути, другая - показывает, каким образом «без­ различие» может стать негативной несбалансированной программой отношения к жизни вообще, единственной полити­ кой, исключающей все остальные возможности.

с. 275

274 БОГИНЯ СУМЕРЕК Чтобы проиллюстрировать это, достаточно взять один эпи­ зод истории, когда Маджнун впадает в прострацию, увидев край одежды Лайлы. С одной стороны, это можно трактовать как мис­ тическую сверхчувствительность, способность прозревать сущ­ ность сквозь форму, Творца сквозь творение. С другой стороны, это может являться проявлением слабости, неумением подняться к высшему мистическому созерцанию или творчески соединить его с опытом сознательного постижения мира. Источником суфийской легенды о Юсуфе (Иосифе) и Зулей- ки можно считать Коран1. Зулейка - жена египтянина, несомнен­ но, вельможи, а Юсуф - еврей, проданный с юности в рабство. Достигнув зрелости, Юсуф становится необыкновенно краси­ вым, и Зулейка страстно влюбляется в него. Когда она пытается соблазнить юношу, последний старается укротить ее страсть мо­ ральными доводами. Она клевещет на него, Юсуфа пытают и бро­ сают в тюрьму. Дело проявляется, когда пленный Юсуф разгадывает сны фа­ раона. Прислужницы Зулейки клятвенно подтверждают невинов­ ность Юсуфа, и сама она в конце концов признается во всем. Ее признание - манифестация человеческой слабости. «Ведь, - гово­ рит она, - душа побуждает ко злу» - классический стих Корана пол­ ностью соответствует суфийскому термину «пристрастного я». Интересно, что до этого Зулейка подслушала разговор при­ служниц, которые осуждали страсть хозяйки к Юсуфу. Чтобы проверить их искренность, она решила сделать так, чтобы Юсуф предстал перед ними без свидетелей. Она послала Юсуфа на кух­ ню сообщить о приеме гостей и подсматривала за происходящим. Прислужницы занимались приготовлением праздничных блюд, когда Юсуф неожиданно вошел к ним. Женщины были столь сму­ щены его красотой и впали в такую растерянность, что нечаянно порезали свои руки. Таким образом, суфии доказывали универ­ сальность «пристрастного я» не для того, чтобы заклеймить чело­ веческие слабости, а чтобы показать необходимость преодоле­ ния низшей человеческой природы высшей сознательностью. Суфийские поэты особенно разработали тему признаний Зу­ лейки, приветствуя пробуждение «критического я» и драматизи­ руя процесс ее духовного просветления. Ее чувство эволюциони­ рует: она учится ценить не только внешнюю, но и внутреннюю красоту, поднимаясь от восприятия видимости к осознанию реаль- А Коран, разумеется, заимствовал его из Библии (ред.).

с. 276

16. БРАК, НАПОЛНЯЮЩИЙ ВСЕ ТВОРЕНИЯ 275 ности, от желания к осуществлению. Ее томление - это потакание мирскому и телесному, лишь позже она понимает, что любить - значит отречься от себя. Лишь достигнув просветления в духе, Зу- лейка вновь становится юной и прекрасной и соединяется с Юсу­ фом узами высшей духовной дружбы уже как родственная душа. Основное различие между обычной и духовной любовью, вы­ раженное поэтически в истории о Юсуфе и Зулейке, философски осмысляется великим суфийским учителем Шахабуддином Шухра- варди (1145-1234), который использует термины «обычная лю­ бовь» и «особенная любовь». В «обычной любви» «взгляд сердца» устремлен на красоту форм и качеств, а в «особенной любви» взгляд души - на красоту сущности. Метафизически Шухраварди сравнивает обычную любовь с огнем, украшающим жизнь, а осо­ бенную любовь - с огнем, очищающим и просветляющим жизнь. Иногда суфийские теологи, трактуя различие между человече­ ской и божественной любовью, избегают термина «любовь», во всяком случае именно так объясняет Худжвири. Вместо «божест­ венной любви» суфии употребляют выражение «чистота». Под­ черкивая момент самоотречения, забвения своей воли ради воли любимого, божественную любовь иногда называют «нищетою». Худжвири подчеркивает, что эти термины {«чистота» и «нище­ та») используют для защиты доктрины «божественной любви» от концептуальных ассоциаций. То есть сам терминологический подход наглядно демонстрирует теологическую тенденцию раз­ личения обычной и божественной любви. Худжвири описывает два типа любви к Богу в терминах обыч­ ной и особенной любви. Есть такие, кто учится любви к Богу-бла- годетелю, любя и ценя те дары и милости, которыми Бог осыпа­ ет их. Эти люди от обычной любви восходят к любви особенной. Есть люди, которые изначально так любят самого Бога (как Абсо­ лютную Истину), что даже божьи милости для них - препятствия к непосредственному общению между ними и Богом. Им не надо учиться постигать Бога через его дары, созерцая его самого, они постепенно привыкают любить его благости, милости, посылае­ мые им. Для таких людей изначально открыта особенная любовь, и они учатся понимать блаженство любви обычной. Хотя два типа любви различаются между собой, они в каком- то смысле взаимосвязаны. В метафизическом смысле обычная любовь не может существовать без божественной любви, земная любовь является проекцией любви божественной. Эта принципиальная взаимосвязь прекрасно иллюстрируется

с. 277

276 БОГИНЯ СУМЕРЕК в определении «изначальная любовь», которым мы обязаны Ка- шани (al muhabbat al-asliyaa). «Изначальная любовь - это любовь к сущности». Кашани объясняет, что такая любовь лежит в основе всех других видов любви и всех тех отношений, которые основа­ ны или на сходстве их природы, или на гармоничном согласии их характеров, классов, условий жизни или функций. Изначальная любовь - это то, что согласно суфизму держит Все­ ленную в единстве - в брачном союзе, который наполняет все су­ щее. Кашани называет такую любовь «сострадательной помощью живущего». Это тот свет, в котором Бог явил себя своему творению, желая, чтобы творение познало своего Бога. Именно в этом духе обычное сознание и мистическое откровение совпадают в единой возможности относиться к миру как к форме божественного созна­ ния. «Я был сокрытой драгоценностью, - сказал Бог перед началом творения, - и я возлюбил мир, чтобы он познал меня». Согласно Кашани слова «полюбить, чтобы быть познанным» вскрывают основу чувства близости или сущности любви, которая связывает сокрытое и явленное, то есть Бога и Вселенную. Эта связь и является корнем того брака, который наполняет все творе­ ние. Вот почему Коран трактует естественные и человеческие проявления как несомненные знаки божественного присутствия. Кашани объясняет, что единство - необходимое требование любви, является выражением принципов общности и согласия, пронизывающего все частные уровни бытия, включая все града­ ции деления целого. Именно этот принцип лежит в основе един­ ства множественности всех форм, спасая мир от раздробления, распада и растворения. Этот союз (« iqtiran» - брак) единства и множественности и есть тот самый брак, который наполняет все творение. Если рассуждать в философских терминах, эти суфийские по­ ложения сильно напоминают даосскую доктрину об универсаль­ ном и индивидуальных согласиях «инь» и «ян», а также буддий­ скую идею о скрытом присутствии пустоты, или абсолютной истины, в каждом конкретном проявлении относительной мате­ риальной реальности. Но такие объединения ничего не стоят, ес­ ли они практически не помогут нам ориентироваться в обстоя­ тельствах современной жизни. Мы должны помнить, что объединение - это суть материи. Чтобы перенести этот принцип в измерение практического использования и в контекст различных социальных отношений (о которых мы говорим), мы можем вновь обратиться к Корану,

с. 278

16. БРАК, НАПОЛНЯЮЩИЙ ВСЕ ТВОРЕНИЯ 277 к тем стихам, где говорится о творении родственных душ как о зна­ ке Божьем, тех родственных душ, с которыми мы чувствуем себя в мире и покое, между которыми Бог положил любовь и милость. Этот фрагмент обнаруживает связь между обычной любовью и осо­ бенной в ощущениях семейного блаженства и спокой-ствия. Следу­ ющий фрагмент расширяет представление о человеческих отно­ шениях: «Из его знамений - творение небес и земли, различие ваших языков и цветов. Поистине в этом - знамение для знающих!» (30:22). Об этом же говорится в более позднем стихе, обращенном ко всему человечеству. Сущностное единство лежит в основе факти­ ческого многообразия: «О, люди! Мы создали вас мужчиной и женщиной, и сделали вас народами и племенами, чтобы вы зна­ ли друг друга» (49:13). В этом, хочется верить, состоит дух этой книги, теперь уже за­ конченной, авторы которой вдохновлялись идеей, что все мы - человеческие существа, мужчины и женщины, представители разных рас и народностей, должны понять друг друга - в разнооб­ разии частных форм и в универсальном единстве нашей приро­ ды. Один из путей познания - рассмотреть различные образы ве­ ры и миросозерцания, то, как люди разных эпох и культур мыслили свои отношения с небом и землей, прочими живыми су­ ществами, а главное, друг с другом. Со своей стороны мы, публи­ куя наши заметки и наблюдения, были движимы не столько жела­ нием критиковать или судить, сколько смотреть и удивляться. Нашей сверхцелью, однако, было понимание, в чем, мы верим, и состоит сущность любви.

с. 279

Серия «ЭРА ВОДОЛЕЯ» В ы ходит в свет: Марк Эпштейн, «МЫСЛИ БЕЗ МЫСЛЯЩЕГО. Психотерапия в буддийской перспективе». Предисловие Далай-лам ы . Го то в ятся к изданию : «ИСЦЕЛЯЮЩИЕ ЭМОЦИИ. БЕСЕДЫ С ДАЛАЙ-ЛАМОЙ». Согьял Ринпоче, «ТИБЕТСКАЯ КНИГА ЖИЗНИ И СМЕРТИ». Луи Фредерик, «ИНДИЯ ТАИНСТВЕННАЯ И ЛЕГЕНДАРНАЯ».

с. 280

П о вопросам оптовы х и м елкооптовы х поставок к н и г и зд а тельств а Д Е К О М обращ аться: Издательство ДЕКОМ - 603000, Нижний Новгород, ул. Горького, 107, тел. (8312) 337-531, факс (8312) 355-474. E-mail: izdat@dekomprint.com Московское представительство: тел. (095) 252-64-03. E-mail: dekom@rol.ru К0РФ «У Сытина» -125183, Москва, пр. Черепановых, 56, тел. (095) 154-30-40. ИКТФ «Книжный Клуб 36’6» -107078, Москва, а/я 245, Рязанский пер.: 3, тел.. (095) 256-13-17,267-28-23. «Оникс-Книга» - Москва, Симферопольский бульвар, 25, стр. 2, тел.. (095) 119-31-88, 310-75-25,119-02-62. «КРАФТ +»-129343, Москва, пр. Серебрякова, 14, тел. (095) 186-93-78. «Ретро» - Санкт-Петербург, ул. Калинина, 52а, тел.. (812) 325-19-38,567-53-35. Московское представительство: тел. (095) 179-95-71. ТД «Гуманитарная Академия» - Санкт-Петербург, Лесной пр., 8, тел.. (812) 542-82-12,541-86-39. Московское представительство: тел. (095) 937-67-44. Розничная продажа в м агазинах
М осквы : ТД «Библио-Глобус» (ул. Мясницкая, 6, тел. (095) 924-46-80). ТД «Москва» (ул. Тверская, 8, тел. (095) 229-66-43). ТД «Молодая гвардия» (ул. Большая Полянка, 28, тел. (095) 238-50-01). «Московский дом книги» (ул. Новый Арбат, 8, тел. (095) 203-82-42). С ан кт-П етер бур га: «Санкт-Петербургский дом книги» (Невский просп., 28, тел. (812) 318-64-02). «Книжная лавка писателей» (Невский просп., 66, тел. (812) 314-47-59). Н иж него Новгорода: магазин «Дирижабль» (ул. Б. Покровская, 46, тел. 340-305), e-mail: dirigable@dekom.nnov.ru www.dekomprint.com

с. 281

Томас КЛИРИ, Сартаз АЗИЗ
БОГИНЯ СУМ ЕРЕК Редакторы Переводчик Оформление Компьютерная верстка Корректор Ответственный за выпуск A. Г Ермошина, Н. В. Резанова
Э. Б. Акимов B. В. Петрухин C. Р. Сорувка
Л. А. Зелексон А. 3. Ловчиновская Изготовление оригинал-макета - издательство ДЕКОМ. Диапозитивы изготовлены ЗАО «Д-графикс», тел. (8312) 35-95-03 Подписано в печать 27.10.2003. Формат 84 х 108/32. Гарнитура «Нью-Баскервиль». Печать офсетная. Бумага офсетная. Физ.-печ. л. 8,75. Тираж 3000 экз. Заказ № 2028. Издательство ДЕКОМ, 603000 Нижний Новгород, ул. Горького, 107, тел. (8312) 33-75-31, факс (8312) 35-54-74 e-mail: izdat@dekomprint.com www.dekomprintoom Текст отпечатан с готовых диапозитивов в ОАО «Чебоксарская типография № 1», 428019 г. Чебоксары, пр. И. Яковлева, 15 ISBN 5-89533-078-9 795895 3307839

с. 282

TWILIGHT GODDESS Эта книга - путеводитель по лабиринту женских символов
и мифических образов древних религий Востока:
индуизма, буддизма, даосизма
и суфийской традиции ислама. Великая Богиня, воплощение зари утренней и зари вечерней,
созидательного и разрушительного начал, -
самое древнее представление человека о Божестве.
Авторы книги показывают, что это представление
никогда не исчезало из религии,
несмотря на давление патриархальной культуры.
Осознание этого, считают они,
поможет разрешить многие современные проблемы. fc > В - о ) (с>8 <0 fc> к> к> Гс> С яЕfc> к> £ к> с > { О £ ГУ^- < 3 <э1 <з1 < з] <3j <з1 <У, < 3 J < з]<<э] <р1 <3J <э] <з1 <3j < 3 д е к о л л